Глава 1: Алый деспот

Они подходили к Главной улице, неспешно идя по тропинке. — А магазин, не смотря на свой «интерьер», довольно разнообразен, — похвалила его Бьян. — Там даже есть всё для ремонта. — Согласен, теперь каждый раз по пути в школу или Ветхое, ты будешь покупать мне банки с тунцом, — хитро глянул на девушку Гримм. Кто о чём, а Грим думает только о еде. Тут Бьян немного призадумалась. Директор сказал, что расходы на еду покрывает колледж, но Дьюс расплачивался в магазине деньгами, которые ему дал Трей. Значит, магазин Сэма не входит в расходы колледжа. — Посмотрим, — чуть погодя, всё-таки ответила Бьян. «Надо будет переговорить с директором», — сделала она себе заметку. — Я кстати видел. Не то чтобы они были дорогие, я видел они вообще стоят дёшево, — поделился Дьюс своими наблюдениями. — Их в основном покупают зверолюди или те, кто хочет покормить Люциуса. Говоря о еде, девушка болезненно поморщилась. «Чую, я ещё не скоро буду смогу нормально есть», — досадливо, подумала она. Бьян начала ощущать, привычное для себя, чувство голода. Надо будет что-то перекусить. Девушка посмотрела на пакеты, которые несёт Дьюс. Они были до верху наполнены и на вид выглядели тяжелыми. — Дьюс, давай я понесу один пакет, чтобы легче было. — Не, не надо. Я привык носить тяжести, — отмахнулся он, поудобнее перехватив пакеты. — Ну, я тоже. Так что, такие пакеты для меня ничего не весят, — невзначай, возразила Бьян. — Со мной, ладно. Я единственный мужчина в семье и весь физический труд лежит на мне. У меня есть только мама и я всегда стараюсь помогать ей. Особенно когда мы идём за покупками, на распродажах, наши пакеты заполнены до верху. А ты? От чего ты привыкла к тяжести? Извини, если говорю всякий бред. Бьян понимала беспокойство друга. Оно и понятно, подруга, которая сильно худа и выглядит болезненно, говорит что она привыкла таскать тяжести. Не сложно представить, какая картина в голове образуется у Дьюса. Бьян не удивится, что парень подумает, что девушку эксплуатируют. В чём будет прав отчасти. В магазине часто приходилось таскать тяжёлые ящики, в то время как коллеги беззаботно сидели у себя в каморке и смеялись. — Работа была тяжёлой, — прошептала девушка, почти силой забирая один из пакетов и прибавила шаг. Дьюс с Гримом переглянулся и поспешили за девушкой. Дальше разговоры перетекли в мирное русло. И во время разговора, Дьюс не заметил двоих проходящих студентов. — Осторожно! — Бьян хотела оттянуть Дьюса, но не успела среагировать, и парень врезался прямо в прохожего. Тот рефлекторно оттолкнул Дьюса, так сильно, что тот упал на землю. Послышался громкий треск яичной скорлупы. — Ааа! Яйца! — испуганно крикнул Грим. Бьян помогла подняться Дьюсу, а потом подняла коробку яиц. Открыв крышку, она увидела что большая часть яиц безнадежно разбита. Желток смешался с белком и растекся по всему пакету. — Чёрт, — прошипела девушка. — Смотри куда прёшь! — крупный парень с которым они столкнулись грубо крикнул на ребят. — Да это вы встали передо мной! — возмущённо ответил Дьюс. — Чё?! И это ещё я виноват? Дьюс встал и подошёл к грубияну в притык, угрожающе глядя на него. — Да ты. Ты обязан возместить мне за разбитые яйца и извиниться перед курицей, — очень серьёзно сказал он. — Чего?! Из-за какой то кучки яиц? — непонимающе посмотрел на того парень. И Бьян разделяла его недоумение. Вся эта ситуация была хорошо знакома девушке. Она понимала, надо что-то делать, иначе будет хуже. — Так, давайте спокойно разойдёмся. Дьюс, мы можем спокойно купить другие яйца, я потом верну деньги Трею. Бьян попыталась сгладить ситуацию, но начала понимать, что Дьюс уже её не слышит. — Эй, да ладно тебе. Считай я избавил тебя от возможности разбивать их, не такая уж и проблема, — хмыкнул надменно парень. Его приятель, с которым он шёл, противно захихикал. Бьян начала чувствовать, что тоже начала выходить из себя. Эти парни уже раздражают своим одним видом. Несмотря на то, что тот хулиган был выше Дьюса на пол головы и крупнее него, Дьюс резко схватил парня руками за край рубашки и приподнял на носочки, встряхнув. — Думаешь мне смешно? А?! — Дьюс рассвирепел, будто одичавший. Бьян напряглась, а Гримм отпрыгнул к её ноге. — Не тебе решать, что ерунда, а что нет! — Дьюс опустил взгляд на коробку растекшихся яиц. — Эти яйца… Вместо того чтобы стать курочками, должны были стать вкусным пирогом! Если ты не принесёшь мне шесть яиц, то я шесть раз тебя побью! Дьюс положил ладонь на кулак, намереваясь на драку. Задиры слегка дрогнули, но сразу же наполнились азартом и стали разминать кулаки. Бьян была готова хлопнуть себя по лицу. Да что ты будешь делать? Нет, видит Бог, она хотела избежать драки и всё для этого делала. Но Дьюс всё испортил… — Стисните свои зубы! — крикнул Дьюс и его кулак со всей силы ударил по носу первого парня, да так что тот отлетел на два шага назад. Пока Дьюс отвлёкся на первого, второй решил ударить со спины. Видя это, Бьян оставила пакет и, выругавшись себе под нос, побежала к хулигану. И была только одна мысль, сдержаться. Подбежав к парню, Бьян схватила его за руку, беря внимание на себя, и со всей силы перекинула через себя. Удар был не сильным, поэтому парень смог спокойно встать. Через секунду, его кулак прилетел в нос девушки, из которого потекла кровь. Щёлк. Голубые глаза девушки опасно потемнели, а тормоза были сняты. Кулаки, знакомыми движениями и рывками, били по всему, чему только можно было. Удар. Удар. Хулиган уже лежит на земле, прикрывая блоком лицо и стараясь тоже нанести удар, от которых девушка могла увернуться, либо не чувствовала. Удар. Удар. Кровь окрасила асфальт, руки и лицо. Но этого было мало. Удар. Удар. Послышался неприятный щелчок, но это не останавливало. Удар. Мышцы, от долгого отсутствия физической нагрузки, начали болеть и уставать. В глазах начинает темнеть, а голова становится чугунной. Удары становились слабее, но не прекращались. В эту секунду, Бьян почувствовала, как кто-то схватил её сзади и начал оттягивать от безчувственного тела, которое уже хрипело. — Бьян, стой! — кричал Дьюс, оттягивая сопротивлявшуюся девушку. — Остановись, хватит! Морок потихоньку начал проходить, и на девушку резко накатила усталость. Вот она обмякла в руках друга, пытаясь перевести дыхание. Боль в костяшках начала отрезвлять и Бьян заметила, что те все были разбиты в кровь, которая капала на землю. И было не понятно, чья она, её или того парня. Пока Дьюс удерживал девушку, первый хулиган, который был сильно помятый, но стоял на ногах, оттаскивал едва живого друга в сторону медпункта. — Псих! — выругался хулиган, удаляясь. Дождавшись, когда парни скроются, Дьюс опустил девушку, которая сразу рухнула на асфальт. Руки девушки дрожали, как и само тело. Опять не сдержалась.

***

Дьюс довёл до скамейки девушку и усадил на неё. Он понимал, что Бьян нужно время, чтобы прийти в себя и покорно дожидался. Даже Грим, не свойственной ему манере, затих. И вот, Бьян, наконец, моргнула, давая первые признаки. — Бьян, ты как? — осторожно поинтересовался Дьюс. Девушка кивнула. — Ты хочешь поговорить об этом? Девушка сама не знала на это ответ. Она привыкла держать всё в себе и не кому не делится со своими переживаниями. Просто было не с кем. — С шести лет я профессионально занималась рукопашным боем. Я выигрывала множество боёв. Но… Из-за проблем в семье, я стала отыгрываться на своих товарищах, избивая их до потери сознания… Финалом стало то, что меня не допустили до соревнований и покинула секцию… И я знаю почему… Если бы меня допустили до соревнований, то рано или поздно, я бы убила кого-то… Поэтому, я сама ушла, это лучшее, что я могла сделать… Но это не прошло бесследно для меня. У меня часто бывают такие заскоки, как сегодня, но я пытаюсь из сдерживать… Но я опять не смогла. Дьюс молча выслушал рассказ девушки, понимая, что это ей было нужно. Ему самому была знакома ситуация. — Стало быть, мы с тобой в одной лодке, – неловко, почесал он затылок. Бьян вопросительно перевела взгляд на друга. — В средней школе, я был хулиганом… Бьян снова моргнула, посмотрев на Дьюса. Он? Хулиган? — Я был просто неуправляемым. Пропускал уроки, постоянно дрался, обесцвечивал волосы, тусовался с плохой компанией, грубил учителям… А ещё, я издевался с помощью магии над людьми, которые не владели ею. — А по тебе и не скажешь, – оглядел Дьюса Гримм. — Тебя что то заставило измениться? – едва слышно, спросила Бьян. Ей тоже хотелось вот-так измениться. Может, его способ тоже поможет ей. — Однажды ночью, я услышал как моя мама плакала и разговаривала с бабушкой. Спрашивала «Что я сделала не так? Может, один родитель не способен вырастить ребёнка?». Но мама не виновата! Это всё моя вина! Дьюс зажмурил глаза, борясь с нежеланными слезами. — Поэтому, когда к нам приехала Черная карета, моя мама была так счастлива и горда за меня, что я решил больше никогда не заставлять её плакать. Я пообещал себе, что стану самым прилежным и выдающимся волшебником, которым мама сможет гордиться. Бьян слушала рассказ друга. Нет, она не завидовала, наоборот, была рада за него. У него был человек, ради которого можно рискнуть всем. А у неё никого. — Ты и вправду хороший человек, – улыбнулась ему Бьян. — Твоя мама уже может гордиться тобой. Дьюс, благодарно кивнул. — Спасибо. Атмосферу решил разнообразить Грим. — Хе-хе, я бы им ещё врезал десять раз! – Гримм замахал лапками, имитируя удары. — Убежали, как последние трусы! Вы правильно всё сделали! Бьяр подала плечами. — Возможно. — Ладненько, – Дьюс встал со скамейки, отряхивая штаны. — Давайте пойдём, наши нас уже заждались. К тому же, надо что-то прохладное приложить к твоему носу, а горбинка появится. Дьюс поворнулся к брошенной коробке разбитых яиц. Он собрал липкие от белка скорлупки ладонями, с нежностью глядя на них и трогательным тоном выдал следующее: — Надеюсь теперь, цыплятки упокоятся с миром, да? Тут Бьян не смогла сдержать смех. За последние десять лет, она очень редко смеялась, что почти забыла это ощущение, задорного смеха, от которого покалывает в боку. — Прости, что разочарую, но там нет и никогда не было цыплят! Бьян снова разразилась смехом, смотря на ошарашенное выражение лица друга. Дьюс, словно узнал страшную тайну, застыл с шоком и разочарованием на лице. Скорлупа упала с его ладоней, со звуком сломанной об реальность, веры. — Что?! Отчаянный, неверующий крик Дьюса долгим эхом пронесся по всей территории Колледжа Ночного Ворона.