Глава 5: Прекрасный тиран

Расплатившись с покупками Бьян, поместив в небольшую тележку свои покупки, которую Сэм ей одолжил ей, направилась обратно в Ветхое. Доехав до теплицы, Бьян разместилась на траве, раскрыв инструкцию по сборке фонарей, но к ним она присоединиться позже. Сначала надо провести электричество в теплицу, чем Бьян решила заняться. «Придется идти за телефоном», – вдохнула Бьян, понимая, что без инструкции ничего не выйдет. Надо также сменить одежду на садовую, которую не жалко пачкать, но стоило Бьян выравниваться на ногах, как что-то чуть не снесло ее с ног. В глазах мгновенно потемнело в глазах, а уши ударил ужасный звук капающих капель. Девушка схватилась за теплицу, стараясь удержаться на ногах и тяжело дышала. Она уже знала, от кого этот звук, и это заставило ее покрыться холодным потом. — Да что у них там произошло? – прошептала Бьян, прикладывая прохладную ладонь ко лбу.

***

Бьян уже пятый раз пересматривает информацию про проведение электричества, но никак не может ухватиться за информацию. Все мысли крутились вокруг Вила, который был на грани почернения. Нужно было что-то делать. — Не думала я, что вернусь к этому занятию, – вздохнула Бьян, запираясь в комнате, на случай, если ребята вернутся раньше. Бьян обвела взглядом комнату, собирая мысли в кучу. Придется вспомнить прошедшие уроки…

***

В первые Бьянка увидела ведение в пять лет и очень сильно испугалась его, но благодаря этому испуга, она спасла несколько жизней. В тот день, она, Виджай и Карим играли на заднем дворе дома дедушки, который в это время сидел на скамейке, разговаривая с Радой и дядей Абдул, попутно посмеиваясь своим скрипучим голос. — Виджай, ты проиграл! – воскликнул младший Карим, асаливая брата. — Ну же, Виджай, на тебя не похоже, – ухмыльнулась Бьянка, посмеиваясь с замедленности старшего. — Я уже выдохся бегать, – выдохнул мальчик, складываясь по полам. — Может сходим до табора? — Зачем? Что мы там нового увидим? – хмыкнул Карим, досадливо понимая, что догонялки закончились. — Барон прикупил новых коней, я хочу посмотреть на то, как их оседлают, – ответил Виджай, глядя куда-то в даль, где и расположились палатки табора. Бьянка и сама была не против посмотреть на новых коней, попутно удивляясь, зачем из столько. В таборе и так было много лошадей, а в доме барона из можно было насчитать около десяти голов. Хотя, учитывая то, что цыгане – кочевой народ, то лошади являются неотъемлемой частью их жизни. Эти грациозные животные, известные своей быстротой и выносливостью, стали символом свободы и независимости. В передвижных лагерях цыган лошади не просто средства передвижения, но и верные спутники, благодаря которым осуществляется связь с природой и самовыражение в традициях. Цыгане уделяют своим лошадям особое внимание, заботясь о них с трепетом и любовью. Каждый конь, независимо от породы, становится частью семьи, и к его судьбе относятся с уважением. Праздники и собрания часто сопровождаются яркими скачками и выставками, где цыгане демонстрируют мастерство управления лошадьми, а их ловкость и грация завораживают зрителей. Лошади также играют важную роль в хозяйстве: они используются в повседневной жизни для перевозки грузов и поддержания связи между различными группами. Цыгане делают все возможное, чтобы их лошади были здоровыми и счастливыми, ведь дружба с этими благородными существами — важнейшая часть их идентичности и традиций. Стоило мыслям в детской головке полностью заняться о рассуждениях коней, как, внезапно, грудь сжала тревога — перед глазами открылся мрачный пейзаж: сгоревшая конюшня, черные обугленные балки, печальные тени прошлого. Ветры стонали, как потерянные души, а в дыму терялись незабываемые образы, а в уши ударили пронзительные крики лошадей, горящих в огне. Бьянка схватилась за уши, чтобы заглушить этот вой, но он словно раздавался в ее голове, медленно сводя с ума. Не выдержав такого наплыва кошмара, девушка впала в самую настоящую истерику. Не слушая криков мальчишек, Бьянка ринулась к взрослым, словно те смогли бы ей помочь. — Горят! Горят! – кричала Бьянка надрывным голосом и с «водопадом» на глазах, вцепившись в юбку Рады. — Эй, что случилось?! Что горит?! – взволнованно начала расспрашивать женщина, присев перед девочкой, пытаясь ту успокоить. — Конюшня! Горит! Лошади в огне! Я их слышу! Бьянку уже начало трясти от переизбытка эмоция и та никак не могла успокоиться. Дядя Абдул глянул в даль, где приблизительно находилась конюшня, но дыма или огня он так и не заметил. Рада же напряглась от слов девочки, но пыталась успокоить девочку, которая так и продолжала тянуть ее за юбку, говоря о страшных видениях. «Видениях?» – мелькнула мысль в головн женщины. — Абдул, съезди до конюшни, проверь лошадей, – попросила своего мужа Рада. — Да дыма не видать, зачем…? Абдул хотел уже отказаться, считая, что Бьянке показалось, но заметил, что его жена напряглась, словно дикая кошка, и не сводила глаз с плачущей девочки. Видя такое состояние жены, мужчины ринулся к соседнему двору, где стоял их дом, завел свою жигули, направился прямиком к конюшне.

***

Как оказалось, рядом с конюшней двое пьяниц решили устроить пикничок, тем самым, разожгли костер в опасной близости к деревянному строению. Дядя Абдул приехал как раз вовремя, прежде чем пламя успело дойти до сена, прилегающей близко к строению. Дальнейшая судьба этих пьяниц, Бьянка так и не узнала, ей больше хотелось узнать, как она узнала, что будет пожар? Ответ не заставил себя долго ждать. — Видение? – моргнула девочка, сидя за кухонным столом и глядя на нервно мешающуюся Раду. — Да, – тяжело вздохнула женщина, наконец замерев на месте. Пару минут, девушка собиралась мыслями, а потом, сев рядом с девочка и обняв ту, прошептала: — Не думала я, что это произойдет так скоро. Ты и правда развита не по годам. Слегка отстранив девочку, Рада, улыбнувшись, спросила: — Сильно испугалась? Бьянка кивнула. — Это твое первое ведение, так что, это нормально, – улыбнулась женщина, погладив Бьянку по волосам. — Я могу помочь тебе контролировать их, чтобы ты сама могла их контролировать, чтобы не было того, как сегодня. — Да! – закивала Бьянка. — Я теперь буду как ты! Тоже видеть будущее! — Главное не злоупотребляй этим, – вздохнула Рада, вставая со своего места и подходя к своему комоду, где она хранила свою «атрибутику». — И запомни Бьянка, заглядывать будущее можно только в том, если нужна помощь, чтобы найти решение. Но иногда, ведения могут быть иными? — Это как? – заворожено слушала Бьянка. — Видения всегда показывают тебе то, что тебе нужно, а не то, что ты хочешь увидеть, – ответила Рада, кладя на стол маленький бархатный мешочек, из которого сразу она вытащила бусы. — Попробуй узнать, откуда эти бусы. Закрой глаза… Бьянка сразу послушала женщину, зажмурив глаза в нетерпении. — Расслабься… Брови девочки разгладились, информируя о том, что та расслабилась. — Подумай о бусах перед тобой… Бьян представила картину, словно у нее открыты глаза и она видит комнату, какой она есть, и бусы, красные, красиво переливающиеся на солнце. Вдруг, перед глазами начали появляться резкие вспышки, сопровождающиеся какими-то картинками, которые Бьянка не успевала их рассмотреть. Бьянка открыла глаза, насупившись от того, что не получила желаемого результата. — Они слишком быстро мелькают, – буркнула девочка. — Ничего не успеваю. — Ты сильно сильно зацеплена на бусах, – посмеялась Рада, давая совет. — Ты держи вопрос в голове так, будто это что-то легкое, будто перышко. Бьянка взяла побольше воздуха и, медленно выдыхая, избавлялась от всех ненужных мыслей, оставив только бусы. Рада с волнением следила за девочкой, готовясь в любой момент прервать действия девочки. В какой-то момент, руки девочки, словно выученным движением, подняла их перед собой и, словно открывая двери, развела из в разные стороны так плавно и мягко. А еще позже, Бьянка взяла в руки бусы, перебирая между пальцами бусины. Сначала Бьянка видела темноту, но потом она начала видеть очертания симпатичного старика, который создавал это украшение. Потом эти бусы выкупила красивая девушка, разговаривающая на незнакомом, для девочке, языке. Потом перед глазами мелькало множество других девушек, которые, словно выстроившись в ряд, передавали другу другу бусы. И вот бусы дошли до Рады. Но дальше, Бьянка начала видеть что-то поистине невероятное, касаемо Рады. Огонь. Пожар. Крики девушек. В ушах стук сердцебиение. Бежать. Бежать, лишь бы спрятаться. От резкого хлопка, Бьянка вздрогнула и открыла глаза, глядя на нахмурившуюся женщину, которая и хлопнула ладони. — Чтож, молодец, – выдавила из себя Рада улыбку. — Думаю, этот урок ты усвоила, а теперь иди играть с мальчиками, пока не стемнело. Дважды повторять не надо было, поэтому Бьянка быстро выбежала из дома, спеша скорее рассказать об этом дедушке. А Рада, глухим звуком, почти упала на стул. Рада знала, кем родилась Бьянка, но она не ожидала уже таких результатов. Видимо, пришло время «видищям» вернуться обратно. В Twisted Wonderland.

***

Бьян так и не узнала, что могло так сильно напугать Раду, но решила не зацикливаться на этом. Сейчас проблема стояла в том, чтобы вспомнить ее наставления. Ведения она не видела уже с двенадцати лет, закрывшись от своего дара, с которым ее боялись принять в свой круг общения. «Главное вспомнить, что я там делала», – хмыкнула про себя Бьян, принимая лежачее положение на кровати, чтобы полностью расслабиться. Расслабиться. Опустить все мысли. Держать вопрос в голове. Пару секунд, Бьян лежала безвольно на кровати, опуская контроль над телом. Мысли в голове исчезли, оставив лишь пустоту. Руки, словно находясь под чужим контролем, поднялись и плавно провели перед глазами в разные стороны, раскрывая двери тайны. Тайны жизни Вила. Бьян видела причудливые, светлые картинки. Мальчик. Яркие огни сцены. Аплодисменты. Не ему. Рядом стоял черноволосый мальчик, который счастливо улыбался и махал рукой, держа в руке букет цветов. Бьян попыталась перевести мысль в другое русло. Она понимала, что этот мальчик не Вил, но она чувствовала эмоции: непонимание, обида, решимость и ненависть. Но больше ничего не получалось. Бьян резко вышла из ведение, чувствуя болезненное головокружение. — Мда, видимо, я и правда растеряла сноровку, – прошептала Бьян, глядя в потолок. — Сколько же прошло лет? Понятнее от этих видений не стало, но Бьян не теряла надежды разузнать что-то еще. Просто сейчас, ей надо немного перевести дух, с непривычки.

***

Время уже близилось к вечеру, солнце начало опускаться за горизонт, а парней на горизонте не наблюдалось. Видимо, Вил их по полной решил занять тренировками. А пока было время, Бьян занималась своим делом. Легкие лучи солнца проникают сквозь стеклянные панели теплицы, придавая руками Бьян, работающим инструментам, почти волшебный блеск. Бьян тщательно прокладывает провода, соединяя каждую деталь с любовью и аккуратностью. Для неё это не просто работа, это возможность создать гармонию между природой и технологиями. С каждой секундой, когда она настраивает выключатели и проверяет системы, мир теплицы наполняется ощущением жизни. Зелёные листья, словно одобряя её труд, тихо шепчут в ответ. Бьян знает, что с её помощью каждая семечка вскоре превратится в мощное растение. Так она связывает электричество с природой, втягивая в свою жизнь энергию и свет, которые помогают расти и расцветать всему окружающему. И вот, проводка была тщательно скрыта и проведена в теплицу, из-за чего Бьян смогла довольно выдохнуть. Ну-с, теперь очередь фонарей.

***

— Ах, наконец-то я дома, – устало вздохнул Эйс, первым переступая порог общежития. — Отчего ты устал, тренировки, по сути, сегодня не было, – хмыкнул, чем-то довольный, Дьюс, который был с, подозрительно, мокрой головой. — Хватит, кайф ломать, – буркнул на него Эйс. — Бьян, мы дома! — Я слышу, – послышался тихий голос со стороны кухни. Не придав этому особого значения, ребята разбрелись по общежитию, только Джамиль, решил краем глаза глянуть, чем занимается девушка. И какого было его удивление, когда заметил, что Бьян с особым энтузиазмом занималась далеко не женским делом. Свет её голубых глаз блестел, как искры в дождливую ночь, когда она склонилась над металлическими частями. Юная мастерица сидела за столом, покрытым инструментами, как палитрой художника, готовая создать нечто удивительное. В её руках уверенно вертелась отвертка, позволяя с лёгкостью разбирать уличные фонари. Её черты лица были сосредоточенные, а губы сжаты в тонкую линию, полном намерения. Она с интересом изучала детали, словно искала подсказки о том, как восстановить их к жизни. Вокруг неё валялись части фонарей — отражения её трудолюбия и страсти, искры креативности. Звук отвертки, пронзающий тишину, создавал ритм, которому она подстраивалась, словно являясь частью симфонии, продолжающейся даже в тени. — Что ты делаешь? – осторожно поинтересовался он. — Решила повесить фонари в теплице и на крыльце, электричество уже провела, осталось за малым, – ответила Бьян, не отвлекаясь от своего занятия. — А как тренировка прошла? — Не плохо, не считая того, что Дьюс и Эпель ее сорвали и вернулись только полчаса назад, – непринужденно ответил Джамиль, уперевшись плечом в проем. — Что? – удивилась Бьян, оторвавшись от своего занятия. — Ладно Дьюс, но Эпель… С чего это он пошел против Вила? — Видимо, ты его вдохновила, – хмыкнул Джамиль. Бьян немного стушевалась, ей стало немного совестно от такого предоставления «урока». — Ясно, – буркнула Бьян, немного сжавшись. Мда, учитель из нее, то что надо. Только учит она далеко не тому. Закрутив последний болт, Бьян, взяв один из фонарей, направилась к крыльцу, чтобы посмотреть, заработает ли он. — Нужна помощь? – спросил Джамиль. — Нет, спасибо, – улыбнулась девушка. — Я сама, а ты иди отдыхать.

***

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в нежные оттенки розового и золотого. Улица наполнялась мягким светом фонарей, которые зажигались один за другим, создавая уютную атмосферу. Воздух был насыщен ароматом свежезаваренного кофе из близлежащей кофейни, смешиваясь с легким запахом выпечки. Студенты неспешно гуляли по тротуарам, обменивались улыбками и короткими фразами. Слышались смех и оживленные разговоры, создавая ощущение дружеской близости. Ветры легко перебирали листвой деревьев, наполняя пространство шепотом. Вечер в кампусе колледжа окутал все вокруг мягким светом, отбрасывающим тени от высоких деревьев и зданий, которые стали свидетелями множества историй. На крыльце одного из общежитий, сквозь последние лучи заходящего солнца, стояла Бьян на стремянке, увлечённо пытаясь повесить новый фонарь. Она с сосредоточенным выражением лица подключала проводки, время от времени отрываясь, чтобы взглянуть на опускающееся солнце и старалась делать все быстрее, иначе в темноте она вообще ничего не увидит. — Мы люди неплохие, Как вечер, мы в пути, Фонарщики лихие, Волшебники почти. Бьян мурлыкала себе под нос детскую песенку даже не задумываясь. И, как по иронии, песня как раз хорошо подходила под ее занятие. — Шагаем вслед, вслед, вслед, Туда, где тень, тень, тень. И вот, последний провод был закручен и Бьян, закрыв «дверку» фонарика, зажгла свет на крыльце, пропев последние строчки. — Да будет свет, свет, свет, Как будто день, день, день. — Неплохо, – послышался удовлетворительный хмык со спины. Обернувшись, Бьян увидела Вила, который не спеша подходил к крыльцу, глядя на новое освещение общежития. — Решила немного осветить улицу, а то совсем темно, – улыбнулась девушка, оставляя фонарь в покое. — Я говорил не только о фонаре, – сказал Вил, подавая руку девушки, чтобы та спустилась с стремянки. — А о чем? – удивилась Бьян, принимая помощь от парня. — Прежде, мне бы хотелось извиниться перед тобой, за ту терку в танцевальном зале, – неловко сказал Вил в кулак и, кажется, у него появился легкий румянец. — Я и вправду перегнул палку. — Ты тоже извини меня, – сказала Бьянка. — Мне тоже не следовало срываться. И прости за бутылку. — Проехали, – махнул Вил. — Но, возвращаюсь к твоему вопросу, я говорил о песне. Голос у тебя красивый, музыкальный, да и слух у тебя тонкий. Не вижу причин для твоего отказа от участия в фестивале. — За голос – спасибо, – кивнула Бьян. — Но позволь и мне спросить, почему ты так настаиваешь на том, чтобы я поучаствовала VDC? — Я как профессиональный актер и восходящая звезда довольно тонко чувствую таланты в том или ином человеке, – спокойным голосом ответил Вил, устало вздыхая, видимо, сегодняшний день был тяжелым. — И считаю за личное оскорбление, когда вижу, что человек самолично губит его. — Но и желание человека тоже нужно учитывать, – откомандировала Бьян, со вздохом садясь на лестницу крыльца. Вил тоже присоединился, на плевав на мокрые половицы лестницы. Между ними повисла звенящая тишина, которую разрушала сама Бьян. — Петь я могу, но… Но не на сцене. Просто не смогу. Вил призадумался над словами девушки и спустя времени, у него появилась одна идея, как бы Бьян смогла спеть не выходя на сцену, но также, ее смогли бы увидеть телезрители. — Есть у меня одна задумка, которую я давно хотел реализовать, но нам нужно будет наведаться к старосте Игнихайд…