Затерянные в книге со Стичем: Космический корабль и океан в разгар лета!

Корабль медленно отрывался от поверхности океана, оставляя за собой необитаемый остров, который теперь казался крошечной точкой на бескрайнем голубом полотне. Друзья, стоя у иллюминатора, молча наблюдали, как берега, где они провели несколько дней, растворялись в дымке. Каждый из них чувствовал странную смесь облегчения и грусти. Остров, хоть и был негостеприимным, стал для них временным домом, местом, где они сплотились, преодолевая трудности. — Мы летим! На другой высоте и скорости, чем на самолётах… Мы уже так далеко от острова! – восторженно вздохнул Риддл, глядя на удаляющийся остров в окне. — Действительно, – с улыбкой кивнул Лилия. Едва ребята смогли расслабиться, как грозный голос разрушил их идиллию. — Подождите! Выглянув в окно, ребята увидели Ганту, который смог выбраться из взорвавшегося корабля и выйти на берег. И сейчас, этот здоровяк, на каких-то обломках своего корабля, которые продолжали удерживать его в небе, пытался нагнать их, при это крича, чтобы те остановились сейчас же. — Ганту гонится за нами?! – запаниковал Риддл. — Какой же упертый, – прорычал Джек. — Несмотря ни на что… Я поймаю Эксперимент 626 и сделаю хороший отчёт для своего начальства! – кричал Ганту. — Он, должно быть, боится того, кто «выше» его… Я вроде как понимаю его... – хмыкнула Бьян, невольно обращаясь к своим мыслям. — Стич~ Мы можем оторваться от него? – спросил Флойд у Стича. — Понял! – кивнул Стич. Корабль набирал высоту, резко прибавив скорость и вскоре остров полностью скрылся из виду. Теперь перед ними открывался бескрайний космос, наполненный звёздами, которые мерцали, словно приветствуя их в новом путешествии. — М-мы внезапно ускорились!! – воскликнул Азул, схватившись за стену, дабы просто удержаться на ногах. Вдруг по всему кораблю послышался сигнал тревоги и из «радиоприемника» прозвучал предупреждающий голос: — А теперь-то что? – устало выдохнула девушка. — Это Межгалактическая полиция. Пожалуйста, немедленно остановите свой гипердрайв. Я повторяю. Это Межгалактическая полиция... — Межгалактическая полиция?! – воскликнул Эйс. — Происходит ещё что-то странное! — О боже. Со Стичем продолжают происходить все эти невероятные вещи! – устало покачал головой Риддл. — А-ха-ха! Утомительно, не так ли, Стич?! — Путь шаткий и захватывающий. Стич, ты действительно лучший! Хорошо, Стич, давайте включим полную мощность. Давай разнесём Ганту и всех этих галактических вояк. А вот Лилия и Флойд были в предвкушении от новых приключений в космосе. — Мм. Давайте избавимся от них и вернёмся к нашим семьям… Наша охана! – воскликнул Лилия. И Стич его подхватил. — Алоха!!

***

Бьян лежала на полу, словно небрежно брошенная книга, страницы которой медленно раскрывались под утренним светом, пробивающимся сквозь высокие окна библиотеки. Ее русые, слегка растрепанные, волосы раскинулись вокруг, как пятна на пергаменте. Веки дрогнули, затем приоткрылись, обнажив туманный взгляд, еще не до конца осознающий, где она находится. Бьян медленно приподнялась, опираясь на локоть, и огляделась: полки, уходящие ввысь, пыльные переплеты, тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц в ее памяти и ребята, которые тоже начали потихоньку приходить в себя. Губы, сухие и слегка приоткрытые, прошептали что-то неслышное, будто пытаясь вспомнить, как она оказалась здесь. — Это… Библиотека? – прошептала Бьян, слегка морщась от неприятной боли в висках. — Хм. У меня голова идёт кругом... – сонно произнес Лилия. — И у меня тоже... – кивнул Риддл. — Что мы здесь делаем? – озадачился Эйс, не смело вставая на дрожащие ноги. — Я искал дневник путешествий, а потом Грим-сан... Это бесполезно. Я ничего не могу вспомнить, – болезненно поморщился Азул, схватившись за голову. Бьяр тоже попыталась вспомнить, что с ними произошло, но на моменте, когда Грим открыл книгу, воспоминания просто обрываются, словно из выключили. — Возможно мы все задремали? Я имею в виду, я очень устал... – растеряно подумал Джек, помогая, вместе с Эйсом, подняться Бьян на ноги. — У меня такое чувство, что я вообще не спал. Но что бы мы ни делали, всё так размыто... – озадачился Грим. — У меня такое чувство, что я нашёл что-то хорошее в библиотеке, но... Здесь нет ничего интересного, так что это довольно странное чувство. — Хм… Я ничего не могу вспомнить, – подал плечами Флойд. — Хотя у меня такое чувство, что произошло что-то супер весёлое. — О, ты тоже, Флойд? Я как раз об этом подумал, – слабо улыбнулся Лилия. — И каким-то образом… У меня немного опустели плечи. Молчание ребят было густым, как туман, окутавший их мысли. Они сидели, уставившись в одну точку, будто пытаясь разглядеть в пустоте ускользающие обрывки воспоминаний. Казалось, что чем сильнее они напрягали память, тем дальше уходили от истины. В голове каждого крутились обрывки образов, звуков, запахов, но они не складывались в целое, как пазл, потерявший ключевые фрагменты. — Эм, в любом случае, я подумал... – задумался Флойд. — Во время летних каникул все хотят пойти на пляж? — Это! Это то, что я как раз собирался сказать! – воскликнул Эйс. — Я просто вроде как очень… Очень хочу повеселиться на пляже со всеми здесь присутствующими. Я открыт для любых планов. — Океан не в новинку… Вот что я хотел бы сказать, но я чувствую то же самое, – улыбнулся Азул, пожимая плечами. — Во второй половине лета нам следует собраться на каком-нибудь пляже, до которого легко добраться. — Да. После окончания летнего лагеря это было бы неплохо, – кивнул Риддл. — Я, конечно, тоже поеду. Это был бы мой первый поход на пляж, но почему-то я с нетерпением жду его… Я хочу пойти, несмотря ни на что. — Я тоже пойду. Не просто провожать своих брата и сестру, но, может быть, на этот раз действительно расслаблюсь, – улыбнулся Джек. — Расставляем шезлонги, ставим зонтики… Да! Спорим, мы смогли бы хорошенько отдохнуть. — Ку-фу-фу. Конечно, я тоже приму участие! – воодушевился Лилия. — Намажусь кремом для загара, в шляпе, в солнцезащитных очках и стильной летней одежде… Звучит так, будто у нас будут исключительно счастливые летние каникулы вместе! — Заманчивое предложение, – улыбнулась Бьян, беря себе на заметку, чтобы поговорить об этом с Джамилем. — Такое чувство, что произошло что-то потрясающее, – продолжал недоумевать Флойд. — Ура, ура! Я тоже строил планы на отпуск! – Грим подпрыгнул от радости. — Мы все собираемся пойти на пляж, и я собираюсь много играть! Нья-ха-ха, похоже, это будут весёлые летние каникулы!

***

Ближе к вечеру, Бьян вернулась вместе с Гримом в общежитие. Едва переступив порог, Грим умчался на кухню, желая полакомиться очередной баночкой тунца. А Бьян собиралась прилечь, но войдя в гостиную, девушка вздрогнула, но почти сразу расплылась в улыбке, обнаружив на диване до боли знакомое спящее тело. Ее взгляд скользнул по его фигуре, расслабленно раскинувшейся на диване. Рука Джамиля свисала с края, пальцы едва касались пола, а на лице застыло выражение безмятежности, которое она так редко видела в последнее время. Свет из окон мягко окутывал его, подчеркивая тени под глазами. Он выглядел таким уязвимым, таким… настоящим. Бьян тихо подошла ближе, стараясь не разбудить его. На груди лежала открытая книга, страницы которой он, видимо, листал перед тем, как сон одержал верх. Бьян улыбнулась, вспомнив, как он всегда засыпал с книгой в руках, когда Джамиль позволял себе расслабиться в ее общежитии. Присев на пол перед диваном, Бьян мягко и осторожно провела кончиками пальцев по щеке Джамиля. Слегка зажмурившись, Джамиль приоткрыл глаза и, увидя Бьян, улыбнулся. Приподнявшись, Бьян поцеловала парня в щеку, но лицо не убрала, а лишь уткнулась носом между плечом и шеей. Улыбнувшись, Вайпер зарылся пальцами в волосы девушки с улыбкой глядя на девушку. — Чего это ты? – глухо посмеялся он. — Неужто это я так на тебя повлиял? — Не знаю почему, но у меня такое чувство, будто я не видела тебя целую неделю, – прошептала Бьян, поднимая лицо на Джамиля. — Мне казалось, что ты помогаешь Калиму к экзаменам. — Эту работу взяли на себя другие студенты, тем самым, давая мне пару часов отдыха. Сказав это Джамиль сел, спустив ноги с дивана. Его движения были плавными, словно подчинялись какому-то внутреннему ритму. Его темные волосы слегка растрепались, обрамляя лицо с тонкими, почти скульптурными чертами. Взгляд, глубокий и задумчивый, скользнул по комнате, прежде чем остановился на девушке, сидевшей на полу. Джамиль слегка наклонился вперед, рука его протянулась к ней с уверенностью, но без навязчивости. Пальцы мягко обхватили ее запястье, тепло его ладони передалось ей, и он, не прилагая видимых усилий, приподнял ее с пола. Бьян, словно подчиняясь его воле, легко поднялась, и он усадил ее к себе на колени. Его руки обвили ее талию, а она, слегка смущенная, но доверчивая, прижалась к его груди. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим биением их сердец. — Вообще, я пришел к тебе с одним делом, – сказал Джамиль. — Каким? — Экзамены приближаются, а за ними и лето, – начал издалека Джамиль. — Думаю, сейчас самое время рассказать своему отцу о нас и о наших планах. Глаза Бьян расширились, словно пытаясь вместить всю неожиданность услышанного, и она подняла лицо на Джамиля. Сердце замерло на мгновение, а мысли путались, пытаясь осмыслить его слова. «Он собирался рассказать… отцу?» — пронеслось в голове, и легкая дрожь пробежала по телу. Она ожидала многого, но точно не этого. Почему именно ее отец? Ведь обычно такие вещи начинают с матери, с подруг, с кого угодно, но не с ее отца. Матери у Бьян не было, значит Джамиль должен был, по сути, начать со своих родителях, учитывая их сложные отношения. Хотя, ее отец тоже не лучше. Кроули производит впечатление легкомысленного человека, но его комментарии часто имеют двоякий смысл, который он прячет за своей коронной фразой: «Потому что я такой добрый». Но почти сразу же, как пазл сложился в голове, она поняла. Это было не просто решение "начать с отца". Нет, Джамиль уже рассказал своим родителям. — Ты им все рассказал… Джамиль даже не спросил, как Бьян догадалась, а лишь устало кивнул. — И, судя по всему, разговор не состоялся, – дополнила Бьян, заметя некую усталость на лице Джамиля. И эта усталость не была вызвана беготней по Скарабии. Это была моральная усталость. — Разговор-то состоялся, но это было сложно, – вздохнул Джамиль, уткнувшись в макушку Бьян. — Скажем так, они были… Не очень довольны. Что-то Бьян подсказывало, что под «не очень довольны» Джамиль подразумевал что те были просто в ярости. И с одной стороны, их можно было понять. Они привыкли быть тихими, жить по старым устоям, а главное не выделяться на фоне семьи Асимов. И вдруг, их любимый сын переплюнул своего «господина» на фестивале, а теперь и вовсе засобирался покинуть их на все лето с, непонятно откуда свалившейся, девушкой. Но вроде как, они смирились или Джамиль просто поставил их перед фактом. — Просто им нужно время, – Бьян обхватила шею Джамиля руками, чувствуя как горячие руки парня сильнее прижали к себе. — Для них это ново и пугающее. — Да, я знаю, – кивнул Джамиль. — И думаю, нам уже идти и разговаривать с твоим отцом. — Сейчас? — Учитывая, что с твоим отцом у меня своя неприязнь, есть вероятность, что он тоже будет не сильно рад. Поэтому, надо говорить сейчас, чтобы потом было время для того, чтобы тот передумал. — Об этом даже не волнуйся, – улыбнулась девушка. — В крайнем случае, я знаю на что давить и кто нам поможет. — И кто же? — Бабушка с дедушкой.

***

Кабинет Кроули, обычно наполненный строгим порядком и холодным спокойствием, сегодня казался особенно напряженным. Плотные шторы едва пропускали свет, отбрасывая длинные тени на массивный дубовый стол, за которым сидел он — ссутулившись, но с непреклонным взглядом. Перед его столом стояло двое подростков, словно нашкодившие дети. Бьян стояла с ровной спиной, но ее пальцы нервно сжимали руку парня, который, напротив, старался держаться уверенно, но легкая дрожь выдавала его сомнения. Они только что высказались, слова словно зависли в воздухе, тяжелые и неудобные. Кроули медленно поднял руку, поправил маску и посмотрел на них, как будто оценивая каждую деталь. — Лето, говорите… – начал он, и в его голосе смешались холод и неодобрение. — И что вы там собираетесь делать? Бьян попыталась ответить, но Джамиль опередил ее, выпалив заранее подготовленную речь: — Директор, позвольте поговорить с Вами наедине. Мужчина кивнул. Бьян боялась оставлять Джамиля с отцом, так как просто не могла предугадать, в какое русло пойдет их разговор и к чему приведет. Но ей пришлось покинуть кабинет, так как понимала, им надо было разобраться в своих взаимоотношений. И вот в кабинете осталось только двое. — И так, – хмыкнул Кроули сложив руки в замок на столе. — О чем ты хотел поговорить? Кроули сидел в кресле, его лицо было строго, будто вырезано из камня. Джамиль же, чувствовал тяжесть его взгляда, который пронизывал до самой сути. Комната наполнялась напряжением, как перед грозой. — Как вы уже поняли, я пришел, чтобы говорить о наших отношениях с Бьян, – начал он, стараясь сохранить спокойствие. Мужчина молчал, его пальцы медленно стучали по столу. — Я хочу попросить вашего разрешения забрать её на лето в путешествие. Бьян многое не знает о нашем мире и я хочу ей его показать. Показать что-то новое, познакомить с другими культурами, да и просто развеяться после первого учебного года. И учитывая наши прошлые… Проблемы… Я все-таки прошу Вашего разрешения. В воздухе висело не сказанное, но ощутимое: годы недоверия, старые раны, непрошеные вопросы. Джамиль знал, что каждое его слово будет взвешено на весах отцовской защиты. — Ты уверен, что сможешь обеспечить её безопасность? – голос Кроули был холоден, как зимний ветер. — Да. Я готов на всё, чтобы она была счастлива. Пауза протянулась, будто вечность. Кроули долго не решался дать свой отец, словно взвешивал все «за» и «против». И вот, наконец, он сказал: — Скажу честно, я не очень доволен что вы встречаетесь… Но… Ты многое значишь для Бьян и мой отказ сильно подорвет и без того шаткое отношение ко мне. Она сама вправе решать, что для нее лучше, учитывая то, что ей и так пришлось рано повзрослеть. Данное решение Кроули принял с большим трудом. Ему хотелось тут же выпроводить Вайпера за дверь и запретить Бьян с ним контактировать. Но… Он и так не заметил, как его маленькая девочка давно уже влюбилась и разделить их – это снова причинить нестерпимую боль по, только исцелившему, сердцу. — Хорошо, я даю вам разрешение на летние путешествия, – директор встал со своего места, подходя к Джамилю. — Но за состояние Бьян, ты будешь отвечать своей головой. — Я не подведу Вас.

***

Бьян нервно расхаживала перед дверью, обкусывая ногти и украдкой поглядывая на массивную деревянную створку, за которой слышались глухие голоса. В голове роились мысли: что, если отец не одобрит их планы? Что, если всё пойдёт не так? Сердце билось так громко, что казалось, его отзвуки разносятся по всему коридору. Вдруг дверь резко открылась, и на пороге появился Джамиль, лицо его сияло довольной улыбкой. Он выскочил из кабинета, словно ветер, подхваченный весенним порывом, с широкой улыбкой, которая освещала весь коридор. Его глаза сияли, будто в них отражалось солнце, а сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Не говоря ни слова, он схватил Бьян за руку, нежно, но уверенно, и она, не успев опомниться, уже бежала рядом, смеясь и спотыкаясь на каждом шагу. Их шаги сливались в единый ритм, словно танец, который они знали наизусть, но каждый раз открывали заново. Выбежав во внутренний двор колледжа, Джамиль, пользуясь тем, что в колледжу уже никого не было, без предупреждения подхватил Бьян под бедра, заставив вскрикнуть от неожиданности, и страстно поцеловал. В этот момент все тревоги растаяли, оставив лишь сладкое предвкушение грядущего приключения. Бьян засмеялась, чувствуя, как её сердце, ещё недавно готовое выпрыгнуть из груди, теперь билось в унисон с его. Джамиль опустил её на землю, но не отпустил, продолжая держать в объятиях, словно боясь, что она исчезнет. — Он согласился, – прошептал он, и в его глазах вспыхнули искры радости.

***

Кроули, стоящий у окна, наблюдал за нескрываемым счастьем двух людей и чувствовал, что все он сделал правильно. — Мне казалось, что ты был против из отношений, – прозвучал насмешливый голос Круэла за спиной. — Скажу честно, я не сильно рад, что это он, но… Круэл и Кроули, стоя у окна, наблюдали за сценой, разворачивающейся на улице. Джамиль и Бьян, словно в каком-то фильме, обнимались и целовались, их лица сияли от счастья. — Как давно ты видел Бьян такой счастливой? – спросил Кроули, с легкой улыбкой. Круэл ничего не ответил. Он и сам видел, как девушка, которая еще в начале года была словно диким лисенок, а сейчас ее было просто не узнать. Бьян начала открываться людям, да и внешнее, пусть и не сильно, она тоже менялась. Ее волосы, которые она сбривала на висках, едва там появлялась густота, сейчас аккуратно подстрижены и пряди обрамляют лицо, создавая выразительный контур. Дивус по дружески хлопнул Кроули по плечу, словно говоря, что все он сделал правильно, а затем покинул кабинет. И хоть Кроули дал добро на из летнее путешествие, мужчина не мог проверить Джамиля на «вшивость». Кажется, ему все-таки придется принять предложение Варгаса.