Дорогой Цзинь Жулань

Он знал, что это произойдет сегодня — он мог сказать это по поту, выступившему на ее лбу, когда она заверяла его, что с ней все в порядке. Он знал. Но, черт возьми, неужели это должно было случиться сегодня?! И при этом он еще и имел дело с мстительными духами?! Цзинь Цзысюань прошел по коридорам своего дворца и ворвался в двери спален своей девушки, когда в комнате раздался громкий крик. Это заставило его приостановить шаги в дверном проеме. Его ребенок, его ребенок, только что родился. Он стал отцом! Цзян Яньли устало посмотрела на него и улыбнулась. Он бросился вперед с вновь обретенной целью и крепко обнял ее, страстно поглощая ее в своих объятиях. Его любимая жена только что родила ему ребенка. — Поздравляем, это мальчик! Мальчик — их мальчик. Он был таким маленьким, таким драгоценным! Цзян Яньли протянула руки и взяла на руки их новорожденного сына, прижимая его к себе так нежно. Сцена была нежной и Цзинь Цзысюань, охваченный эмоциями, наклонился и нежно поцеловал ее в висок. — Он такой крошечный — выпалил он. Она усмехнулась: — Конечно, он… ему едва исполнилось 10 минут! — Сказала она, прижав новорожденного к своей груди, заставив его занервничать и издать слегка влажный кашель. Цзинь Цзысюань наклонился и прижал палец к его руке, наблюдая, как его сын сжал его в кулаке так сильно, как только мог — это было мило. Он был милым. Его любимый Цзинь Жулань. -Хочешь подержать его? Она улыбнулась ему. Он тут же протянул руки и поспешил вырвать его из ее объятий. Он крепко схватил его, прижимая к своей груди, чтобы полюбоваться им. — У него твой нос. Она прикрыла рот и захихикала: — Да, но он выглядит точно так же, как ты! Тебе повезло, у него как будто другая мать! Цзинь Цзысюань нахмурился: — Нет. У него твои пухлые щеки, черные волосы и нос, и… — он почему-то отнесся к этому очень серьезно. Он почти уверен, что она даже не пошутила самоуничижительно, но это все равно его раздражало. Она был его любимой женой, а теперь матерью его ребенка. Цзян Яньли удивленно посмотрела на него, а затем разрыдалась. Она улыбалась и заверяла его, что с ней все в порядке и что это были слезы счастья, поэтому он просто списал это на послеродовые гормоны. Однако момент нежности был недолгим, поскольку чувства братьев Цзян, казалось, горели. Цзян Чэн и Вэй Усянь ворвались в дверь, пыхтя и пыхтя — он предполагал, что они бросились сюда, едва услышав эту новость, — и сразу же заметили влажность глаз их А-Ли. — Ты гнилой придурок! Вэй Усянь начал размахивать кулаком, готовый избить Цзинь Цзысюаня так, что это запомнится ему на всю жизнь за то, что он заставил его сестру плакать в день рождения их сына, но остановился, увидев младенца на его руках. Тем временем Цзян Чэн быстро пронесся по комнате и посмотрел на очаровательного ребенка — конечно, он был очаровательным — он был ребенком А-Ли! — Он здоров? — это было неловко, лидер секты Цзян ничего не знал о беременности и родах, он просто знал, что это, возможно, небольшое… неудобство? - — Он здоров, никаких осложнений не было. Разве он не самый милый?! — Цзян Яньли хотела вернуть себе ребенка, и она не боялась показать это, схватив мужа руками, умоляя вернуть ей мальчика. И на этом нежные моменты закончились, потому что, как только он стал немного старше, он превратился в кошмар. По комнате пронеслись крики, а вместе с ними вскоре последовали и оханья. Иметь новорожденного было настоящей агонией. — Твоя очередь — промурлыкала непривычно раздражительная женщина. Лидер секты Цзинь тихо вздохнул, прежде чем сердито подняться с кровати и направиться к кроватке в углу комнаты. Они подумали, что если он такой маленький, то будет лучше, держать его в из комнате, чтобы они присматривали за ним. Какая ошибка. Родители с трудом могли заснуть, когда их малыш визжал каждую ночь. — Ты создаешь много проблем, маленький господин. Помолчи одну ночь — Цзинь Цзысюань ворчал, поднимая Цзинь Жуланя из кроватки и осторожно покачивая его взад и вперед, чтобы успокоить. — Теперь ты успокоился, приятель? Твоя бедная мать пытается выспаться там. Маленький ребенок Цзинь Жулань только улыбнулся и издал влажный кашель. Ох, такой бессердечный (мягкий) тиран (добрый) Лидер Секты ворковал со своим сыном, прежде чем уложить его обратно в кроватку и подоткнуть вокруг него одеяла. Со своего места на кровати Цзян Яньли почувствовала прикосновение к другой стороне и быстро прижалась к своему любимому мужу, который, как она теперь поняла, на самом деле был просто большим мягкотелым человеком. — Я поражена тем, какой он умный, он понял все, что ты сказал — она улыбнулась, держа глаза закрытыми. Он обнял ее мускулистой рукой за плечо и притянул к своей груди, чтобы она могла положить голову ему на шею. — Да, да, теперь давай спать, А-Ли. Прошло совсем немного времени, прежде чем они снова начали храпеть всю ночь, улыбаясь мечте, ставшей реальностью, о их счастливой семьи. Конец.