Глава VII

— Майк, со мной драться очень глупо, поверь. — Заткнись! Майк в ярости выпустил пять огненных сфер подряд, но ни одна из них не попала в Криса. Парень лишь выставлял руку, и все они поглощались его ладонью без следа. — Откуда… у тебя… такая скорость реакции? Майк уже изрядно запыхался, и произнести эту фразу стоило для него усилия. Крис же даже не вспотел. Скорее волшебник пребывал в недоумении и лёгком испуге. — У меня иммунитет к ожогам. Ты ничего толком не сделаешь, только устанешь. Но его оппонент оказался упрямым. С огромным усилием, сквозь крик, он выпустил огромную шаровую молнию, прокатившуюся в сантиметре над головой Криса и шарахнувшую в стену. По обоям расползся уродливый неровный след. Волшебник мотнул головой и подумал про себя: «Да уж, и это ещё слабо было. Выпусти такую Мако… стены бы не стало». — Так всё, достаточно, — сказал Крис, когда Майк вновь занёс руки для удара. — Lapis Compedibus. Ладони и кисти Майка стали покрываться странноватого вида коркой, напоминающую коросту. Это было не больно, но сильно сковывало движение, отяжеляло руки и… лишало возможности колдовать. Майк замер, и в его глазах Крис прочитал почти испуг. — Я расколдую тебя, когда ты успокоишься, — Крис уселся на кровать, сложив руки на коленях. — Что это такое?! — Каменные оковы. Вообще я могу использовать это заклинание без слов, но, может, ты возьмёшь себе на заметку как маг другой стихии. — Как это убрать? — Успокоиться. Майк, я серьёзно. Я понимаю, ты зол и взбешён на меня и на Лулу, но, поверь, она вообще не виновата. И у нас с ней ничего нет. — Я ВИДЕЛ, КАК ВЫ ЦЕЛОВАЛИСЬ. Крис зажмурился. Он буквально чувствовал, как содрогаются стены особняка от громогласного крика колдуна. — Майк, ты любишь Лулу? Только честно. — Я? Люблю? — голос парня стал заметно тише. — Да. Ты любишь её? — К-конечно, да. Что за идиотский вопрос? — Ты готов на всё для неё? — Уж явно на большее, чем ты, тюфяк. Крис предпочёл проигнорировать это замечание. — Тогда оставь её в покое и дай ей насладиться жизнью, если любишь. Поверь, у вас с ней нет будущего. Ты её сгноишь. Ты разве не видишь, что ты её душишь? Не даёшь ей прохода. — Ты… ты что, много понимаешь в этом? — Уж явно побольше, чем ты. Крис сказал это специально, чтобы наблюдать, как Майка трясёт от злобы. В душе парень даже немного ликовал. Это был его первый серьёзный спор, где он смог дать отпор. Но тут же спохватился: «Что же я делаю? Мне же наоборот надо его успокоить». — Майк, давай поговорим. — Да о чём с тобой… — Я серьёзно. Думаю, мы оба понимаем, что Лулу заслуживает того, чтобы быть по-настоящему счастливой. Она самый светлый и добрый человек из всех, кого я встречал. Майк тупо уставился на волшебника. — Ты считаешь, я не способен подарить ей счастье? — Ты сам это признал. — Ничего я не признавал! Ты сказал, что у нас с ней нет будущего. Можно подумать, у вас оно есть! — Я этого не говорил… — Но подразумевал. И ты думаешь, я такой лопух или олень, что поверю в эту красивую историю про счастье? Ты просто хочешь сам её себе забрать… — Я хочу, чтобы у Лулу был выбор. Она может выбрать тебя, если будет уверена в том, что ты – её половинка. Или она может выбрать любого другого… может, даже девушку или инопланетянина. Да хоть кентавра. Или никого не выбирать! Любовь не должна быть по принуждению. Дверь настежь распахнулась, стукнувшись о боковую стену. В проеме, опершись на косяк локтем, моргая стояла раздражённая Мия. — Время четвёртый час. Вы совсем стыд потеряли так орать? Я только начала засыпать. У меня чуткий слух. — Извини, Мия… — начал было Крис, но Майк его перебил. — Рассуди нас. С кем должна быть Лулу? — Со мной, — кошка широко зевнула. — Валите оба спать. Парни в недоумении переглянулись. Визит Мии охладил обоих. Крис снова скукожился, замкнулся в себе. Волшебник отвернулся к окну, поглядывая на краснеющее небо. Майк потёр нос закованной рукой, прислонившись к стене. — Почему у меня складывалось впечатление, что эта речь… слегка заготовлена и предназначалась будто не мне? — А это так заметно? — Крис широко распахнул зелёные глаза, затем стушевался, тихо произнёс: — Некоторые вещи я всегда мечтал сказать Мако. Про свободу, счастье и не только, но… — Я знал, что речь о Мако. Почему вы не поговорите? — Мако не тот человек, с которым можно просто поговорить. Он не поймёт и вряд ли даже станет слушать. Он не воспринимает меня всерьёз. — Тебя никто не воспринимает, пока ты не проявишь себя. Даже она… — Она? Ты… — Да, — Майк тяжело опустился рядом с одноклассником, опустив голову вниз. — Может, ты и прав. Я эгоист, жаждущий получить выгоду от женщины, которую люблю. Не спрашивая, чего хочет она. Но почему-то… я не могу смириться с тем, что мы расстались. Она же… она моя! — Мы не вправе считать другое живое существо своей собственностью. — Это тоже Мако хотел сказать? — Да… Помолчав немного, парни оба неожиданно прыснули. Майк по-дружески пихнул Криса в плечо, с удивлением отметив, что оковы исчезли, и рука снова приняла прежний вид. — Как это… — Я же говорил, что тебе надо успокоиться. Ты даже не заметил, как я снял действие заклинания. Солнце начало медленно вступать в свои права. Мягкий жёлтый свет теперь падал бликами на старый комод, отражаясь от зеркала и попадая на противоположную стену ровным квадратом. — Если бы у тебя был выбор: отдать камни и предать мир и заставить Лулу выйти за тебя замуж или пойти на плаху, что бы ты выбрал? — спросил Майк. — Последнее. Не раздумывая. Я люблю жизнь, но… я не готов лишать этой жизни других. Плюс, благодаря тебе я знаю, что жизнь после смерти есть. — Это не жизнь, а существование. Крис пожал плечами. — Маму бы увидел. Майка передёрнуло. — Хорошо, что я не увижу свою. — Она попала в Адскую часть Замирья? — Нет, канула в Забвение. Её убил бессмертный, поэтому так вышло. — Если убивает бессмертный, то ты не можешь сам им стать? — Типа того. Парни ещё немного помолчали, затем Майк встал и протянул Крису руку. — Спасибо, что помог разрешить душевный конфликт. Я… хорошо всё обдумал. Теперь я не боюсь видеться с Макгроу. Мне правда совестно… за свой эгоизм. Пусть Лулу будет счастлива. — Ты уже уходишь? — Да. Надо подключить смекалку и придумать, что теперь делать дальше. Я не знаю, сколько мне осталось. Каждый день на счету. В один из них Макгроу будет не в настроении и… — Ты не можешь просто сбежать? — Найдёт. — Инсценировать смерть? — Новое слово выучил? — Майк усмехнулся. — В любом случае, не смогу, это слишком большие риски. И он всё равно будет знать. Крис сочувственно потупил глаза. — Эй, не надо меня жалеть. Сделай мне одолжение: помирись со своим братом и присмотри за принцесской. А не то, если я стану призраком, я тебе покоя не дам, понял?