Часть 12

Возвращались от Амбридж они уже поздно. Даже факелы в коридорах горели совсем слабо. Азалия придерживала свою руку с надрезами так, что бы её не трясло. Запястье ныло, как от зубной боли. А Гарри крепко обмотал свою руку платком. – Эта сволочь не успокоится, пока мы инвалидами не станем, – гневно прошипела Азалия. – Знал бы отец, какие тут наказания, я думаю, в министерстве бы этому не обрадовались. – Осталось совсем чуть-чуть, Аз, – произнёс Гарри. Девушка видела его такое же гневное и уставшее лицо. – Она этого и ждёт, что мы побежим жаловаться. Но я не собираюсь этого делать. Если она считает, что может сломать меня... – Нет, я просто так. Конечно, я тоже не буду никому ничего говорить. Это только между ней и нами. Я не пикну, даже если рука отвалится окончательно. Пусть эта сволочь подавится, – сквозь зубы прошипела Азалия. Ребята уже шли по коридору на восьмом этаже, где располагалась гостиная их факультета. Неожиданно с другого конца коридора, с метлой наперевес, весь грязный, вышел Рон. Он смущённо застыл, и друзья тоже удивлённо остановились. – А ты чего это с метлой? – поинтересовался Гарри, глядя, как Рон запоздало пытается спрятать метлу у себя за спиной. – Двор подметал, чтобы Филчу полегче было, – не удержался Рон и прыснул. Но щёки его покраснели. – На самом деле, Гарри, я... Ну, я тренировался. Знаешь, в пятницу отборочный в команду, и я подумал, что было бы неплохо... – Ты в команду?! – воскликнул мальчик в очках. – Думаешь, это плохая идея? – нахмурился Рон. – Нет, что ты! – Гарри заулыбался. – Это очень классная идея! – Только одному сложно тренироваться. Я пытался заколдовать мяч, чтобы он летел на меня. Но вместо этого, мне в лицо прилетел чей-то ботинок. Гарри почесал нос рукой, затянутой платком, и на белой ткани просочилась тёмная кровь. – Что это? – схватил его за руку Рон. Он глянул на Азалию, которая прикинулась, что её руки просто замёрзли, и стала быстро прятать их в рукава. Платок с руки Гарри слетел, и Рон увидел надпись из надрезов. –Вы говорили, что пишете строчки! – удивлённо воскликнул он. – Ну, в принципе, это так и есть... – Вы с ума сошли, об этом нужно доложить куда следует! Это же почти пытки! – Всё нормально, Рон! – в два голоса запротестовали Аза и Гарри. – Молодые люди! Вы долго тут будете орать?! – портрет Полной Дамы, который висел в коридоре восьмого этажа и служил проходом в гостиную, вдруг зашевелился. Полная Дама грозно глянула на друзей. – Либо говорите пароль, либо уходите! Не даёте поспать! – Мумбулюс Мимблетония! – выкрикнул Рон. Его лицо выглядело озабоченно и тревожно. Но проём за портретом открылся, и ребята шмыгнули внутрь. Поругав ещё немного Амбридж словами, за которые Рона бы не погладили по голове, ребята разошлись по своим спальням, пожелав друг другу доброй ночи. Азалия лежала на кровати и смотрела на внутреннюю сторону задёрнутого полога. Все девчонки уже давно спали. Девушка положила ноющую руку поверх одеяла и прикрыла глаза. Тут же перед ней появился знакомый силуэт. Темные кудри, падающие на лицо, острые скулы. Аза вспомнила, как дернулись уголки его губ, когда он хотел посмеяться. Ведь хотел же. Она не чувствовала от него какой-то ненависти. Он не был похож на Малфоя или Паркинсон. Те в открытую унижали и издевались. И Аза чувствовала, что в словах Тео не было той ярости, которая исходила от других слизеринцев. Но, может, она обманывает сама себя. Или просто этого не видит. Ей срочно нужно это с кем-то обсудить. Но с кем, она не знала. Тут она вспомнила о его совете – посмотреть книгу в библиотеке. Завтра на первой же перемене она пойдёт туда. Сразу после урока по Уходу за магическими существами. Сердце девушки пропустило один удар. Урок по уходу был сдвоенным со слизеринцами. Аза увидит его уже так скоро. Пытаясь успокоить свое дыхание, девушка повернулась на бок и накрылась тёплым одеялом по самую макушку. "Скорее бы завтра", – подумала она и провалилась в сладкий сон.