Часть 14

Азалия проснулась, но ещё лежала с закрытыми глазами. Она чувствовала на своём лице какую-то ткань. Дышать было затруднительно. – Малфой понятно, он заслужил, а нас-то почему с Гарри наказали? Это же не мы виноваты, что так случилось, – услышала Аза тихий голос Рона. – Сам посуди, Рон, – учительским тоном произнесла Гермиона. - Пришла Граббли-Дёрг, увидела вас троих с палочками в руках, Азу всю в гное. Понятно же, что между вами была перепалка. – Это неважно, наказали и наказали, первый раз что ли. Главное, чтобы Азалия быстрее поправилась. Если бы я не отошёл, заклятие попало бы в меня, а не в эту дурацкую бочку! – воскликнул Гарри. – Кто вообще её там оставил! – Наверное, её насобирали, чтобы потом отдать мадам Помфри, но не успели убрать. – предположила Гермиона. – Меня успокаивает только одно, что Малфою тоже прилетело не слабо. Вы слышали, вызвали его отца. Я думаю, разбирательство ещё не закончено. – Эти курицы ещё стояли и посмеивались, – сердито сказал Рон. – Ты про Паркинсон и Сэлвин? Так ничего удивительного в этом нет, – ответила ему Гермиона. – Они нас терпеть не могут. Конечно, их порадовало, что Аза так пострадала. Но я удивилась вот чему, – девочка совсем тихо зашептала. – Вечером я была в библиотеке, Аза как раз уснула, когда я пришла её проведать. И мадам Помфри сказала мне, что она проспит до утра, и нечего тут околачиваться. Так вот, я сидела в библиотеке, и там был этот Нотт, ну который вроде тоже из их компашки. Он сидел, что-то читал. Но пришла Виктория и подсела к нему. Они что-то шёпотом обсуждали. И тут Нотт как рявкнет на неё. Сэлвин вскочила и сказала ему: "Пожалел эту выскочку? Может мне тоже вылить на себя гной бубонтюбера, чтобы ты меня заметил?" И злая убежала. Азалия затаила дыхание, может, Гермиона ещё что-нибудь расскажет. – Я не знаю, что там этот Нотт, может, он и пожалел Азалию. Даже Малфой, и тот ни слова не говорил. Мне показалось, что он даже был испуган. Обычно-то вы знаете, как он себя ведёт. Я уверен, что он и не хотел, чтобы так получилось. Но мне всё равно. Пусть никто мне не верит, что их отцы - Пожиратели смерти. Но они далеко от них не ушли, уж поверьте, – с яростью сказал Гарри. Азалия пошевелилась, и друзья тут же притихли. – Аз, проснулась? Ты как? – тихо спросил Гарри. Девушка попыталась снять марлевую повязку с лица. Места ожогов всё ещё пульсировали. Уже не было такой сильной боли, но ощущения всё равно были очень неприятные. Девушка села на кровати и посмотрела на друзей. Гермиона сидела у изголовья на стуле, Гарри - в ногах, а Рон - на соседней больничной койке. Увидев её лицо, Рон присвистнул: – Тебя как будто пчёлы покусали. – И я рада вас видеть, – Аза попыталась улыбнуться, но нижняя губа не слушалась, она была словно онемевшая. – Герм, есть зеркало? – Ой, нет. Но сейчас я принесу, – Гермиона пошла в дальний угол больничной палаты. – Расскажите, что было? – легонько трогая лицо, спросила Азалия. – Ты лучше скажи, как ты себя чувствуешь? – с беспокойством посмотрел на неё Гарри. – Пока не понимаю, странные ощущения. Уже не больно, но я чувствую каждый участок кожи, который обожгло. Продолжает как бы гореть, но без боли. – Это хорошо, что не больно. Думаю, ещё немного, и всё окончательно заживёт, – Рон лучезарно улыбнулся. Но Аза посмотрела на Гарри. – Гарри, ты не виноват. Ты не мог знать, что так произойдёт. Он оскорбил Хагрида и семью Уизли, я бы тоже ответила. И, может, прокляла бы его ещё сильнее. Вообще, может, убила бы. Гарри слабо улыбнулся и кивнул, но девушка поняла, что он все равно расстроен. Гермиона прибежала с зеркальцем. Азалия взяла его трясущейся рукой и глянула в отражение. – Вот это красота! Хоть сейчас на обложку "Придиры". Так и вижу заголовок – "Вы не верили, а нарглы действительно существуют!" И моя фотка внизу. Полумна была бы счастлива, – поворачиваясь к зеркалу то левой, то правой стороной, протянула Аза. Все засмеялась, и как раз в этот момент из кабинета вышла мадам Помфри, слегка хлопнув дверью. – Ну что, проснулась? Это хорошо. Давай я тебя осмотрю. Ребята, выйдите ненадолго. После осмотра выяснилось, что ожоги хорошо заживают. Но Азалии придётся побыть в больничном крыле ещё пару дней, пока мадам Помфри точно не убедится, что они не несут в себе опасности. Дверь больничной палаты открылась, и на пороге возникли две сильно похожих друг на друга высоких фигуры. Это были Драко, и его отец Люциус Малфой. Они молча подошли к кровати, на которой лежала Азалия. Все мрачно переглядывались, отчего возникла неловкая сцена. – Мадам Помфри, я и мой сын хотели бы переговорить с мисс Фоули наедине. Если её состояние это позволяет, – холодно, но довольно учтиво произнес Люциус Малфой. Мадам Помфри поглядела на Азалию, и та кивнула ей. – Да, мистер Малфой, разумеется. Так, а вы трое, давайте на выход, – строго посмотрела она на Гарри, Рона и Гермиону. Но Гарри не захотел уходить вот так сразу. – Аза, хочешь, я останусь? – спросил он. – Гарри, не волнуйся, всё в порядке, – заверила его подруга. Мадам Помфри и ребята отошли от постели, но всё ещё оборачивались, пока направлялись к дверям. Мистер Малфой, положив руку на плечо сына, сказал: – Как вы себя чувствуете, мисс? – Уже лучше, спасибо, – спокойно сказала Азалия. – Мисс Фоули, я не снимаю ответственности со своего сына, но мы все тут понимаем, что произошедшее было страшным недоразумением. Драко кивнул. Он смотрел на ожоги Азалии, которые покрывали её лицо и руки. Аза видела, что Драко действительно выглядит не так решительно, как раньше. – Этого, как вы говорите, недоразумения бы не произошло, если бы ваш сын сам не спровоцировал конфликт, – отчеканила девушка. – Он оскорбил ваших, хмм... друзей. Я понимаю. Но не вас лично, мисс, – блеснул глазами отец Малфоя. – Мистер Малфой, чего вы хотите? Я не собираюсь давить на совесть. Или жаловаться папе. Вы же наверняка знаете его, не можете не знать. Я не стану идти к директору, да даже к декану своего факультета, профессору Макгонагалл. Но я не хочу этих лицемерных объяснений. Я прекрасно знаю кто вы. За масками, которые вы носите, вам не спрятать вашей сущности. Люциус Малфой хотел что-то ответить, но дверь палаты снова распахнулась и в неё вошла профессор Макгонагалл. Её длинная мантия развивалась за спиной, словно крылья. – Мисс Фоули, вам лучше? Я говорила с мадам Помфри, она сказала, что самое страшное позади. Но вы пробудете ещё несколько дней в лазарете. Мистер Малфой, надеюсь, вы осознаёте всю тяжесть таких неразумных поступков. И не будете отрицать, что ваше наказание справедливо, – посмотрела профессор на Драко. К удивлению Азалии, слизеринец просто молча кивнул. – Мисс Фоули, думаю, не имеет больше никаких претензий, конкретно по этому поводу, – сказал с нажимом Малфой-старший. Аза поняла его намёк и усмехнулась. – Профессор Макгонагалл, всё нормально. Я правда не буду никуда жаловаться. И пожалуйста, не пишите моему отцу об этом инцидент, - тут она бросила взгляд на отца Драко. – Думаю наказания будет достаточно. – Ну что ж, я рада, что всё обошлось. Виновные будут наказаны, а вы отдыхайте, мисс Фоули. Мистер Малфой, не будем больше нарушать покой больничного крыла, – строго проговорила Макгонагалл. – Ну, конечно, – мистер Малфой потянул за собой Драко к выходу, кивнув Азалии на прощание. Наконец, когда все ушли, девушка поняла, что сильно проголодалась. Но мадам Помфри не было на месте. Она ждала уже полчаса, но школьная медсестра так и не появлялась. И тут Азалии пришла на ум одна мысль: – Добби!