Разговор у камина

— Так значит, стены и тайны, подобно чарам, не в состоянии надолго сдержать Врага, — проговорил задумчиво Келеборн и, сложив ладони под подбородком, посмотрел в пространство перед собой. — Нет, — с печалью в голосе подтвердил Туор. — Во всяком случае, нам это точно не помогло. Хотя, если бы не предательство Маэглина… Предводитель гондолиндрим замолчал, не закончив фразы, как будто сам сомневался в том, что хотел сказать. Келеборн, без слов поняв мысль своего собеседника, кивнул: — Нельзя во всем обвинять лишь его одного. Не было бы сына Аредэли, случилось бы что-нибудь иное. Так утверждает история и опыт эльдар. Тайна все равно была бы нарушена, стены бы пали. Нельзя в конце концов добиться цели, скрываясь и прячась. — Как же ее достичь? Туор оторвал взгляд от пламени камина, которое до сих пор внимательно разглядывал, и посмотрел на синду. Тот покачал головой и, поднявшись на ноги, подошел к распахнутому окну. — Не знаю, — ответил Келеборн честно. — Пока не знаю. Иначе Враг был бы давно побежден. Но кто сказал, что ответа не существует? — Он должен быть, — убежденно заявил Туор. В глазах человека сверкнула решимость, и эльф, обернувшись, улыбнулся в ответ: — Согласен. Но чары Мелиан в итоге не помогли, и все, кто прятался в потаенных городах, не смогли спастись. Быть может, если совместить защитные чары с оружием воинов… Келеборн замолчал, размышляя, и стал отчетливо слышен тихий, мерный рокот прибоя. Сияли звезды, всем своим видом напоминая, что, как бы ни была сильна тьма вокруг, есть то, что сильнее. Есть свет и жизнь. И они стоят того, чтобы за них бороться. — Я сам пока не знаю, — признался Туор. — Я пробовал размышлять, но у меня до сих пор стоит в ушах треск пожарищ, яростные крики ирчей и мольбы эльдар о помощи. Слишком многих мы не спасли. Я сам чуть не потерял жену и сына. И думать я пока могу лишь об этом. — Понимаю, — серьезно откликнулся Келеборн. — Я сам с трудом представляю, как мог бы думать о судьбах мира, если бы Галадриэль угрожала опасность. Впрочем… Он вдруг замолчал, и в глазах его на одно короткое мгновение мелькнула искорка озорства: — Я с трудом представляю, чтобы моей жене вообще могла угрожать какая-либо опасность. Не тот у нее характер. Туор тихонько рассмеялся в ответ. Келеборн вдохнул полной грудью прохладную свежесть ночи и посмотрел за окно. Уютно потрескивало пламя в камине. Легкий бриз колыхал прозрачные занавеси. Свет звезд разгонял полумрак кабинета, а стоявшая в центре резного орехового столика бутыль с вином, казалось, одним своим видом напоминала, что нет ничего вечного под небом Арды. В том числе зла и тьмы. Келеборн вздохнул, едва заметно нахмурился, и, приблизившись к столику, разлил вино по бокалам: — Помянем тех, кто ушел в Чертоги Намо. Хоть эльфы, в отличие от людей, когда-нибудь вернутся к живущим, кто знает, какими мы все станем в те времена. — Ровной дороги им, — Туор встал и, отсалютовав собственным кубком, отпил глоток. Келеборн последовал его примеру. В этот момент за окном мелькнула быстрая тень, и эльф, поставив вино обратно на столик, подошел ближе. На подоконнике сидел горностай. Келеборн улыбнулся и, протянув руку, осторожно погладил зверька. — Откуда ты тут взялся? — спросил он серьезно. — Пришел на праздник? Или у тебя есть какое-то дело? Он подставил руку, и горностай, проворно вскарабкавшись на плечо эльфу, застрекотал ему что-то на ухо. — Гил Галад скоро будет в Гаванях Сириона, — сообщил в конце концов Келеборн Туору. — Наши дозорные видели их. — Я к нему отправил гонца с дороги, — подтвердил Туор. — Разумеется, — согласился Келеборн. — Так и следовало поступить. Ну, а пока, быть может, отправимся к остальным? Не гоже столь откровенно игнорировать праздник. Успеем еще поговорить о делах. — Согласен, — ответил Туор и тоже поднялся. — И спасибо тебе еще раз, что принял нас. Спасибо всем вам. — На этот раз действительно не за что. Келеборн задумчиво покачал головой, почесал осторожно горностая пальцем и вместе с Туором покинул собственные покои. Уютно, мерно потрескивали факелы на стенах. В глубоких нишах застыли мраморные изваяния героев и дев. Подойдя к ведущей в ореховый зал двери, Келеборн тихонечко приоткрыл ее и, приложив с заговорщическим видом палец к губам, заглянул внутрь. Стражи старательно делали вид, будто не происходит ничего необычного. А может, уже успели привыкнуть за последние проведенные в Гаванях Сириона годы. Праздник по случаю прибытия спасенных гондолиндрим бы в самом разгаре. Играли музыканты, несколько пар танцевало. Над залом плыли тончайшие ароматы изысканных угощений. Увидев, что малышка Эльвинг сидит одиноко на скамье перед столиком, Келеборн тихонечко попросил горностая: — Унесика-ка у нее с тарелки пирожное, дружок. Зверек прострекотал что-то коротко в ответ и, сбежав по одеждам эльфа на пол, проскользнул в зал. Туор, заинтересованный, подошел ближе и стал так, чтобы было удобнее наблюдать. А горностай тем временем стремительной молнией метнулся к малышке и, вскочив на столик, схватил крохотными лапками угощение. Эльвинг явно заметила пропажу. Глаза ее округлились, она поискала взглядом вокруг себя и, увидев горностая, который, впрочем, особо-то и не прятался, проследила за ним. — А, так вот ты где, дядя, — в конце концов с облегчением рассмеялась она. — А мы с тетей Галадриэль тебя искали. Горностай тем временем вернулся с добычей, и Келеборн, поблагодарив маленького сообщника, отдал пирожное Туору: — Угощайся, оно действительно очень вкусное. — Благодарю, — улыбнулся тот в ответ и, приняв дар, надкусил. — А ты почему тут одна? — спросил Келеборн племянницу, входя внутрь. — Хочешь, я познакомлю тебя с моим сыном? — предложил Туор. — С удовольствием, — ответила с видимой охотой Эльвинг. Келеборн тем временем поискал взглядом жену, и звуки музыки изгнали постепенно тяжелые думы. Синдар Дориата, которым удалось спастись от резни, и уцелевшие гондолиндрим танцевали, и все же на лицах их принц нет-нет да и замечал тени. Туор проследил за его взглядом и кивнул, без слов давая понять, что тоже видит. — Раны, нанесенные гондолиндрим Врагом, залечить удастся не сразу, — проговорил Келеборн, прижимая к себе племянницу. — Но общее дело и какая-то цель ускорят процесс. Выращиванием фруктов, овощей и пшеницы на зиму займутся девы. А мы с тобой, может статься, разведаем новые места для охоты? Что скажешь, Туор? — Скажу, что буду рад твоему обществу, владыка, — откликнулся живо тот. Келеборн покачал головой в ответ: — Я не владыка. Я просто внучатый племянник Тингола. Кстати, мы с тобой еще можем на рыбалку съездить. Новэ когда-то в детстве учил меня. Я и сети плести умею. — Я люблю море. — Тогда договорились! И они все втроем отправились вглубь зала, где как раз находились Идриль, Эарендил и Галадриэль.