Часть 16

Антон вышел из дома Алисы, но вместо того чтобы направиться прямиком к себе, свернул в сторону сельского магазинчика на краю деревни. Ночь была прохладной, луна серебрила тропинку, а в голове у него крутились слова Алисы. "Может, к нему уйду..." — это кольнуло, как иголка. Он не хотел, чтобы она думала, будто он равнодушен. "Надо что-то сделать, — подумал Антон. — Показать, что я забочусь". Магазин ещё не закрылся, и внутри, под тусклым светом ламп, он быстро выбрал подарки: милого белого плюшевого мишку с красным сердечком на груди и любимую Алисой шоколадку с орехами. Упаковав всё в простой бумажный пакет, Антон развернулся и поспешил обратно. "Сюрприз сгладит всё", — решил он, ускоряя шаг. Тем временем в доме Алисы царила тишина, прерываемая только её прерывистым дыханием. Она сидела на диване, обхватив колени руками, и слёзы катились по щекам одна за другой. "Дура, какая же я дура!" — шептала она себе под нос, вытирая лицо рукавом пижамы. В голове вихрем проносились мысли: "Зачем я это сказала? О Роме, о заботе, о том, что уйду... Антон наверняка обиделся. Он ушёл так быстро, даже не стал спорить. Наверняка решил, что я не ценю его, что я слишком требовательна. А если он правда меня бросит? После всего, что у нас было — ванна вместе, эти тихие вечера... Нет, он не вернётся. Я всё испортила!" Истерика нарастала: она уткнулась лицом в подушку, всхлипывая громче, иЯ такая идиотка, — рыдала она. — Зачем наговорила всякого? Он же не виноват, что стесняется комплиментов. А теперь из-за меня он ушёл, и я останусь одна..." Вдруг в дверь постучали — тихо, но настойчиво. Алиса вздрогнула, вытерла слёзы и, спотыкаясь, подошла к двери. Заглянув в глазок, она увидела Антона с пакетом в руках. Сердце подпрыгнуло: "Он вернулся? Или пришёл сказать, что всё кончено?" Дрожащей рукой она открыла дверь, и слёзы снова хлынули. — Прости, зайчик, я... я... — выдавила она, голос срываясь на всхлипы. Лицо её было красным от слёз, глаза опухли. Антон замер на пороге, удивлённо моргая. Он ожидал увидеть улыбку, а не это. Не раздумывая, шагнул вперёд и крепко обнял её, прижимая к груди. — За что ты у меня просишь прощения? — спросил он мягко, гладя её по спине. — Что случилось, солнышко? Алиса уткнулась носом в его куртку, продолжая плакать. — Ну как за то, что наговорила тебе! — всхлипнула она. — Я дура, настоящая дура. Сначала толкнула Рому, чтобы тебя не ревновать, а потом начала упрекать тебя в том, что ты не заботливый. Сказала, что уйду к нему, хотя это была шутка, но вышла так глупо! А ещё... ещё в ванной я слишком много болтала, приставала к тебе, а ты, наверное, устал от этого. И про чай предложила, чтобы разрядить атмосферу, но только хуже сделала. Я всегда такая — говорю лишнее, ревную по пустякам, требую комплиментов, когда ты и так стараешься. Извини, пожалуйста, не бросай меня... Она перечисляла всё, что накопилось: мелкие ссоры из прошлого, её собственные страхи, даже то, как она иногда злилась на его тихий характер. Слёзы лились ручьём, и Антон чувствовал, как её тело дрожит в его объятиях. Он крепче прижал её к себе, одной рукой вытирая слёзы с её щеки. — Лисичка, ты знаешь, что я тебя никогда не брошу, — прошептал он нежно, целуя её в лоб. Его пальцы ласково скользнули по её тёмно-оранжевым волосам, спутанным от слёз и недавней ванны. — Ты моя, и ничто этого не изменит. Я люблю тебя такой, какая ты есть — с твоими шутками, слезами и всем остальным. Алиса подняла заплаканные глаза, всё ещё всхлипывая, но уже успокаиваясь в его тепле. — Правда? — прошептала она. — Правда, — улыбнулся Антон. — Кстати, я за подарками ушёл. Хотел сделать тебе сюрприз, чтобы показать, что забочусь. Не стал сразу домой идти. Её глаза расширились от удивления, слёзы ещё блестели на ресницах. — Не нужно было, мой зайчик, — сказала она, качая головой. — Это я наговорила всякого бреда. Оставайся таким, какой ты есть. Если не хочешь, не нужно обо мне заботиться — для меня главное, чтобы ты был рядом. Антон усмехнулся, не разжимая объятий. — Но мне не трудно, — ответил он просто. — Ну тогда ладно, только не нужно ради меня очень сильно запариваться, — вздохнула она, наконец улыбаясь сквозь слёзы. — Кстати, что ты мне подарил? Антон отстранился чуть-чуть, подошёл к пакету у двери и достал оттуда белого плюшевого медвежонка — мягкого, с блестящим красным сердечком на груди — и шоколадку. Алиса ахнула, беря мишку в руки и прижимая к себе. — Спасибо, зайчик! — воскликнула она, её голос всё ещё дрожал, но теперь от счастья. Антон наклонился и поцеловал её в щёку, чувствуя, как она теплеет под его губами. Внезапно Алиса, с искоркой в глазах, толкнула его назад — прямо на диван. Антон упал с удивлённым смешком, а она оседлала его, поправляя его очки, которые слегка съехали набок. — Зайчик, не забывай: кто из нас хищник? — прошептала она игриво, целуя его по всему лицу — в щёки, в нос, в подбородок. Её губы были солоноватыми от слёз, но полны нежности. Затем она наклонилась ближе, и поцелуй стал глубже — с языком, страстным и всепоглощающим. Антон ответил, обнимая её за талию, и мир вокруг растворился в их тепле. Ночь только начиналась.