II.I

***

      «Большую часть мировой истории всегда занимали вооруженные конфликты. Люди всегда стремились к завоеваниям, дабы приумножить свое состояние или доказать превосходство собственной страны или нации над другими. Агрессия и злополучное эго вечно провоцировали людской род создавать все более изощренные методы уничтожения себе подобных, да вот только… ни одна мышь не додумалась еще создать мышеловку. Процесс эволюции необходим, — все твердили это, начиная с обычных работяг и заканчивая великими умами, — но только не тогда, когда из-за него погибает приличное количество не только человечества, но и простых живых существ, мирно сосуществовавших с человеком, иначе весь мир может слететь с катушек. Человечество вечно мечется между молотом и наковальней и вот, наконец, всем этим дрязгам скоро придет долгожданный la finale.»

***

Март. 2015.

      Когда Бран говорила, что если вдруг Роджерс и Романофф во что-то влипнут и понадобится либо помощь, либо мощный союзник, то она не имела в виду буквально позвать ее на «сходку», состоящую из остатков Гидры и Мстителей, куда-то в центральную Европу в снег и мороз. Сейчас же она сидела в посаженном между заснеженными деревьями квинджете, мониторя ситуацию, а могла быть в тепле Башне на Манхеттене, с заранее утащенной бутылку вина, пока никто не видит. Но что сделано, то сделано.       Изначально в плане был пункт, гласящий как: «незаметно пробраться на одну из последних баз Гидры, где скрывался ее великий ум двадцать первого столетия — Штрукер». Персия вместе с Брюсом должны были отсиживаться в джете и служить «подстраховкой», да вот только все-таки произошла непредвиденная ситуация, а Халк такое не любит.       Вообще в ее жизни была куча неувязок, которые адекватным людям показались бы бредом сумасшедшего, благо из всех ее знакомых адекватными были только отражения в зеркале и то это с натяжкой. Начнем с того, что Персия сама пыталась разобраться с тем, что слила в сеть Черная Вдова, а как только выяснила, что команда супергероев Земли рысью рыщут в поисках какого-то волшебного скипетра брата Тора — Локея или Оленя, или как там его, — пришедшего на Мидгард (название мира людей со слов бога грома и молний; Персия на это хлопала ресницами) с целой армией пришельцев и чья волшебная палка затерялась после того, как ее забрали парни Щита, а как бы это тогда и не Щит был вовсе… Вот представьте с каким выражением лица всю эту предысторию слушала Бран. В конечном счете теперь Персия погрязла еще и в этом беспорядке, помимо дел на личном, скрытом от посторонних глаз, фронте, случайным образом прибившись к Мстителям. На деле Ворон не до конца вошла в эту касту смертников, за что была премного благодарна.       Особенно необычным было знакомство Пернатой — так ее прозвали на пару Старк и Бартон — с Беннером и Тором. Если с Клинтом она пару раз пересекалась, когда ей нужно было найти Романофф еще будучи в Щите, то вот удивление того, кто становится Зеленым Гигантом, выглядело забавно. «— А-а? Что тут делает ребенок? — Брюс покосился на рыжую девочку в черной толстовке и джинсах, не изменяющую себе в выборе цвета и фасона одежды. — Осторожней, брат, иначе зажигать она щас начнет не по-детски.»       Испытывать судьбу Беннер не стал и слава всем существующим богам. Персия не то чтобы рвалась в объятья новых знакомств. Она методично прокручивала нож в пальцах и изучала то, для чего ее позвали, с лицом не выражающим ничего, кроме скуки и противоположной ей заинтересованности, если судить по пристальному взгляду голубых холодных глаз. А вот Тор, как ни странно, удивленным не был. «— Нашли чему удивить. Она же как Валькирия. Только... мидгардская. — Как кто? — Персия сощурилась, мечтая поскорей свалить восвояси. Она была не против компании из супергероев, но все равно не слишком им доверяла, да и те были более чем шумные и раздражающие. — Девы-воительницы, верные Асгардскому трону.»       В ответ Персия тогда закатила глаза да что-то прошипела на только одному богу известном языке, причем с настолько колючей интонацией, что мурашки пробежали целым табуном. А вот Тор тогда с этого посмеялся. «— Смертная, знаешь асгардский? — Кельтский. — Поправила Персия, пока впечатленные несколько пар глаз изучали ее, как восьмое чудо света. — Я знаю кельтский. Кто же знал, что они схожи, — пожала плечами недовольная Бран, убирая лезвие в ножны.»       Теперь у Бран одним секретом меньше, но это не столь обидно. Все равно язык, который почти все человечество считает вымершим, знает только Тор и то, по его рассказам, а как следствие выводам Персии кельтский схож с асгардским процентов на сорок пять, но не более.       Бран вылезла из пучины воспоминаний и подняла взгляд, краешком глаза замечая, что кто-то стрелой пронесся перед стеклом. — Народ, у нас похоже мутант, — впервые казалось за все время пребывания отозвалась Персия. — Мы заметили, — ответил по связи Капитан. — Он как размытое пятно. Не видел таких никогда. — Клинту крепко досталось, надо бы эвакуировать, — раздался обеспокоенный голос Наташи в наушнике. — Притащите его ко мне — чем скорей, тем лучше, — ответила Бран, в поисках медоборудования.       Когда твои руки умеют заживлять раны и останавливать кровотечения — это считается даром свыше. Руки Бран же могут только прижечь открытое ранение и позволить протянуть чуть больше положенного срока, чем нередко за свою жизнь пользовалась Ворон после миссий, еще будучи под крылом Гидры и ласковым кнутом Хозяина. Но сейчас и этого может не хватить в зависимости от степени тяжести пораженного участка лучника. «Мне кажется, меня используют,» — с должной частью сарказма в голосе сказала Персия, когда после одной из вылазок прижигала бедро Романофф, так как Наташе задели артерию и дабы та не умерла от обильной кровопотери и продержалась еще часиков шесть, пришлось помучать и девушку, и вдову. — Радуйся, Клинт, сегодня ты почувствуешь себя на месте шашлыка, — после того как Соколиного Глаза доставил Тор, Персия живо обеззаразила рану и потерла руки, которые прилично так нагрелись. — Отста-… — Бартон простонал от жгучей боли, ведь Персия приложила руки к ране. Хоть он и был под анальгетиком, который ему вколола Наташа, но чувство неописуемое. С чем было схоже это ощущение? Представьте, что вас пытают раскаленным паяльником — эффект почти тот же, за исключением того, что тут вроде как пытаются помочь, а не добить. Вроде. — И как тебя угораздило? Нелётная погода? — молодая девушка всячески пыталась отвлечь Бартона от не самого приятного ощущения в мире.       Если кто-то считает Бран садисткой, то вам следует поглубже копнуть и желательно выкопать себе могилу. Персия никогда особо не была за пытки и причинение неоправданной боли невиновным, но ее никогда об этом и не спрашивали, сразу приписывая к таким как Фишер, Педро Фильо, Тед Банди и подобным антисоциальными личностями, что закрепило за ней скромное звание «социопатки» и «местной психопатки». Бран молчала, не желая объясняться. Она была косвенно виновата во всем том, в чем раньше принимала участие — ей приказывали, она выполняла, ведь не хотела лишиться головы. Хотела жить, но приходилось это делать за счет жизней других. — Бартон, — позвала мужчину Бран, но не получив ответа кинула на него взгляд, отрываясь от остановки кровотечения. — Черт, ну и нахрена тебя отключило? — Задала сама себе вопрос Персия, ставя Клинту капельницу. Она нащупала пульс, отсчитала и убедившись, что тот не умер, аккуратно перемотала рану. — Мы всё, закончили, — выдохнула Романофф, как только подоспели солдаты Железного Легиона. — Тор, — по связи сказал Старк, — нашлась палочка.

***

      Кучерявые облака мирно путешествовали по голубому небесному покрову и сопутствовали прорезающему их квинджету. Мирная обстановка, разбавляемая разговорами между членами команды. Персия уже просмотрела то, что достал Старк, и в данный момент пыталась хоть как-то понять, чем же куда больше стала интересоваться Гидра, после того как она перебежала к Щиту, а как в следствии и к Мстителям. Достаточно объемной и на первый взгляд нерешаемой загадкой служило то, как и для чего вообще использовали этот скипетр, который притягивал к себе одним лишь только нахождением относительно поблизости.       «А что будет, если взять его в руки?» — мысленно спросила сама себя Бран, завороженная голубым свечением на наконечнике, по цвету схожим с ее цветом глаз в определенный период времени и под определённым углом освещения, но тут же сама себя одернула. — …Я вообще не планировал участвовать, — отвел взгляд в пол Брюс. — Не будь тебя, потери бы вдвое выросли, — Наташа пыталась приободрить. — А моего лучше друга уже бы похоронили. — Часто слова призванные быть утешением нисколько не утешают. — Когда ты начнешь мне доверять?       То, что среди этих двоих что-то крутится было очевидно любому. Да вот только вся эта розовая поебень Ворона слишком отвлекала и бесила, а потому Персия переползла поближе к Капитану и Тору, ссылаясь на то, что хочет рассмотреть куда получше столь необычный артефакт. — Дело не в тебе, а в нем. — Халк вечно терзал душу Беннера — это было видно по состоянию ученого. Ему всегда приходилось взвешивать риски, ведь пойди Халк в неконтролируемый разнос и если его вовремя не утихомирить да той же «колыбельной», то пострадают невинные люди.       Романофф на секунду замолчала. — Тор, что по Халку? — через плечо спросила Наташа. — Хель от стонов поверженных им врагов содрогнулся, — победоносно вскинул кулак бог грома.       Беннер спрятал лицо в ладонях, а Наташа посмотрела на Тора взглядом, мол «что ты несешь или совсем страх потерял?» Ох уж этот русский взгляд. — А-а, поверженных в смысле наземь, не насмерть, — быстро попытался исправить ситуацию Тор.       Персия закусила щеки, чтобы не начать открыто смеяться, но посмотрев на Роджерса, тоже пытающегося не улыбнуться, немного фыркнула. — Да там и не стоны, а так вытье да сетования, — продолжал бог грома, продолжая себя закапывать. — Кто мышцу потянул, кто слег с… подагрой. — Слышь, Беннер, — позвал Старк, находясь за штурвалом, — доктор Чо летит из Сеула, спрашивает, в лабораторию пустишь? — Да, она знает где и что там, — из-за плеча ответил Брюс, неловко поправляя наушники на шее. — Спасибо. — Джарвис, предупреди, что Бартону нужна срочная реанимация, — быстро стрекотала Персия, окидывая Клинта сочувствующим, насколько могла, взглядом. Она сделала все что было в её силах, а потому остальным лучше займутся профессионалы. — Хорошо, Персия, — отозвался Джарвис. — Бран, порули, — позволил сесть за штурвал Тони, куда молодая девушка быстро прошмыгнула. — Фиксирую заданный курс.

***

      Ах, Нью-Йорк. Прекрасный город, в котором люди спешат по своим делам и который чаще остальных подвергается перестройкам. Город контрастов в буквальном смысле, потому что на одном острове, составляющем территорию Нью-Йорка, могут проживать самые обычные трудяги и офисные работяги, а на другом находится Башня Мстителей, в последнее время служащая отправной точкой на различные — как травмоопасные, так и не особо — миссии.       Посадкой квинджета решил лично заняться Старк, отбирая у Персии место у штурвала, при этом загадочно шепнув, чтобы та не торопилась скрываться в бесконечных коридорах многоэтажки, а задержалась. Бран достаточно ярко смутилась, о чем ее выдали глаза. Она не была против, хотя когда ее вообще спрашивали, особенно если дело доходит до каких-то безумств вроде той, которое ей дали почитать на борту джета, дабы полностью проникнуться духом полного безрассудства. — Тони, — позвала девушка, пока они вместе со Старком готовили джет к следующему вылету. На джете не осталось никого, кроме них двоих, а потому Ворон осмелилась спросить, — так что за секретность? — Есть у меня некоторые домыслы, — мужчина подергал рычажки. — И? Причем тут я? — А то, что этот посох тебя не оставил равнодушной в отличии от остальных. — Скажу честно — пока я была в Гидре то понятия не имела об этой сверкающей и переливающейся волшебной трости, — Персия обезоружено подняла руки, стоя на траппе и уже готовая спуститься. Она реально сейчас была честна, как никогда. — Если ты думаешь, что я могу хоть немного больше о ней знать, то ты сильно ошибаешься. — Бран, включи мозги, — с усмешкой на лице потребовал Старк. — Не могу. Они в отпуске. — Пожала плечами девушка. — Примерно с того момента, когда вы втянули меня в эти догонялки за остатками Гидры, точнее — за Штрукером. — Кошмар, и как ты живешь без них все это время? — Напускно удивился Старк. Он знал, что Ворон прибедняется: последнее время она делает это слишком часто, кося под дурочку, но на деле она че-то да мутит. В негативную или позитивную сторону — это еще предстоит узнать, да вот только Бран та еще партизанка, умеющая не путаться в клубке собственной лжи. То, что она принадлежала Гидре стало известно еще тогда, когда Щит пал, так что вопросы о том, как вообще на тот момент еще ребенок умудрился устроить переполох, сравнимый с дворцовым переворотом, сошли на нет и больше не всплывали. — На удивление куда лучше, чем весь отдел разработок Stark Industries, — хохотнула девушка, вспоминая как часто Тони гнал на этих ребят, когда они вдвоем невольно встречались ночью в столь огромном здании за разговорами ни о чем.       Бран часто выступала в роли случайного слушателя, между делом втихомолку что-то строча на ноутбуке, нередко поглядывая на рассказчика и периодически вставляя едкие комментарии. Именно в один из таких вечеров Тони стал одним из первых, кто все же смог выведать чем же таким вечно занята Ворон, помимо расшифровки слитых баз Гидры. Оказалось все до банального просто — родители девочки были бизнесменами, точнее ее отец, который занимался немалой частью экономики Соединенных Штатов и крупной фармацевтической компанией, бразды правления которой ему отдала мать Персии, ведь женщина хотела посвятить себя заботе и сохранению семейного очага. Да вот только так вышло, что они перешли дорогу не тем людям. «— Лет в шесть у меня начали проявляться способности, — Персия отставила ноутбук на свободную поверхность и закрыла крышку. — Я не болела, могла спокойно переносить экстремальные температуры — как низкие, так и нет — без особого вреда для здоровья. О, еще я научилась регенерировать, а потому всякие травмы, полученные от детских шалостей было куда проще спрятать от родителей. Я могла играть со спичками и не бояться обжечься, ведь когда она догорала, то все переходило на мои руки, — девушка задумчиво посмотрела на средней длины тонкие пальцы, самостоятельно зажигая на них маленький рыже-красный огонек. — Я не помню точно, когда это случилось: скорей всего на одном из светских вечеров, куда мы были приглашены. Я вышла на улицу в сад то-ли прогуляться, то-ли просто подышать воздухом, потому что вся эта «элита» меня больше заставляла нервничать. Меня обошли двое человек в смокингах. Предложили меня отвести к родителям, но стали уводить не в ту сторону и я, перепугавшись, подожгла их двоих, обжигая настолько, что они погибли минуты через две после воздействия огня. Пришлось соврать, сказав что это разбилась одна из ламп старого типа, существовавших еще до открытия электричества и что были понатыканы по всему периметру места, где проводилась встреча. Примерно в этот период я и подставила нас под удар, — девушка смотрела куда-то вперед, создавая видимость, будто находится за несколько километров от этого места. — Они явились к нам в дом. Мама сразу забрала меня, выводя через черный ход, пока отец пытался как-то отвлечь их внимание. Как итог: его я больше не видела, а вот с мамой мы бросились в бега на два года, плюс-минус. Потом на нас все же вышли: меня забрали с боем и кровью, а что стало с мамой — неизвестно, но предполагаю, она погибла не своей смертью — тела я так и не увидела, — пожала плечами девушка и заглянула в экран телефона, потому что свалилось сообщение. — И вот теперь я здесь, с вами. — Соболезную, — с забытой с годами горечью произнес Тони, — тяжело терять родителей. — Ну-у-у, мы не то чтобы были близки, — неуютно поерзала на своем месте Бран, — обычно я уходила в ближайшую безлюдную пустошь и пыталась там тренироваться в одиночестве, чтобы никому не навредить, или убегала к соседскому мальчику, с которым мы росли рука об руку и находили проблем на свою задницу. Но, чего таить, все равно осадок от смерти остался. Мама все время, сколько себя помню, повторяла, что смерть это начало пути и что всех и каждого это непременно ждет, а потому я с раннего детства не питала особо светлыми надеждами.»       И в этом вся Бран — к смерти она относится как к должному, чем часто просто пугает или вводит в ступор окружающих, заставляя сторониться. А вот то, что у нее в наследство осталась компания и даже не одна, вызывала не то что восхищение, но вопросы уж точно. Как звали родителей? Что за компании? Были ли у нее еще родственники, канувшие в безвременье? Вопросов много, но во-первых, девушка на все просьбы уточнить молчала или ловко переводила разговор в новое русло, во-вторых, Персия часто консультировалась — или просто делала вид — для того, чтобы решить некоторые вопросы с ведением внезапно прилетевшего наследства, а потому хотя-бы такое даже если и показательное поведение давало сомневающемуся мозгу передышку. Такие крупицы информации всегда были на вес золота. Особенно от человека, начавшего раскрываться в самый последний момент и, Господи, Тони соврет, если скажет, что не был счастлив этому прогрессу со стороны «рыжей психички».       Персия перевела взгляд со Старка на свой телефон, выуженный из кармана, и пробежалась глазами по всплывшему сообщению. Белобрысый пиздец. 4:12 P.M. Есть инфа. Появишься сегодня?       Персия немного зависла пялясь в экран, думая что ответить, а потому снова вернула светлые глаза на мужчину. — Не против, если я на пару минут отлучусь к себе? — Бран покрутила телефоном. — Нужно кое-что скинуть по работе. — Уложишься в десять минут? — Ха, да я за десять минут могу пересечь границу с Мексикой с поддельным паспортом и угнанным самолетом! — Свистнула Бран, набирая ответ на экране и скрываясь с поля зрения.

Рыжая блудница. 4:13 P.M.

Нет.

Скинь мне, дальше посмотрим.

Чувствую, эта неделя будет веселой — заляг на дно и не шурши.

***

— Что за срочность? — Спросил Беннер Старка, когда мужчины вошли в лабораторию.       Персия, до этого бездумно рассматривающая скипетр Локи, развернулась и оперлась бедрами об стол. Ясного ответа Старк ей не дал, а потому она выпытывала все у Джарвиса, пока в помещении никого не было, но и от этого понятней не стало. Речь о создании защиты и чего-то нового, чего человечество еще не видело — объективно слишком амбициозные замашки, не сулящие ничего хорошего. — Помнишь мы всё гадали, почему Штрукер стал таким умным? Так внутри обнаружился... камень. Знакомая картина? — Тони вывел рыжую голограмму, попавшую на Беннера. — Джарвис. — Доктор, — ответила голограмма программы. — Изначально, Джарвис задумывался как вопросно-ответная система, и вот управляет Железным Легионом. По вовлеченности в бизнес почти дорос до Пеппер, перегоняя Бран. — Эй! — недовольно окликнула девушка, разведя руками. — Я вообще-то здесь. — Лучший из лучших, — не предал возмущениям Бран никакого значения Старк. — Подозреваю, ненадолго. — Знакомьтесь, конкурент. — Тони вывел новую, голубую, подходящую по свечению со скипетром, голограмму. — Не может быть, — поразился Беннер, пока Бран сделала шаг вперед, чтобы детальней рассмотреть это нечто. — Чисто на вскидку, на что это похоже? — Мыслительный процесс. Вполне вероятно… Нет. Не может быть… Те же синапсы, нервные импульсы, мембраны, — размахивал руками Брюс, очевидно неплохо удивленный тем, что таил в себе скипетр. — Но это же не мозг, — вставила свои двадцать центов Персия. — Там в лаборатории Штрукера я видел такую робототехнику. — Отчеканил Тони более серьезно. — Они стерли почти все данные, но мне стало ясно, какой орех он пытался расколоть. — Искусственный интеллект, — смотрел на Старка Брюс, пока Персия пыталась сопоставить и взвесить, правильно ли она начала подозревать о том, что задумали эти двое. — Так вот оно, Брюс. Вот он ключ к сотворению Альтрона.       «О, бинго,» — мысленно подтвердила свои догадки Ворон, хоть и осталась с непроницаемым лицом. Где-то в отдалении сознания замаячила тревожная лампочка. — Но Альтрон это же фантазия. — Вчера так и было. Сумеем эту мощь обуздать! Вписать в протокол Железного Легиона… — Что под большим вопросом, — осадил Старка Беннер. По нему было ясно, что он испытывает сомнения касательно всего этого. — В нем сам наш смысл. — Не унимался Тони. — Вообрази, ты попиваешь маргариту на пляже, подрумяниваешься, а не зеленеешь. Живешь без оглядки на Веронику. — Тони, я проектировал Веронику… — На самый крайний случай, да? А что, если этого не будет? Что, если очередных гостей из космоса еще на подлете к Земле развернет вышибала? — И тогда единственная угроза планете будет исходить от людей. — Я хочу интегрировать это в Альтрона. Но в Джарвиса такой объём данных не загрузить, а работать можно только пока скипетр здесь. Три дня, дай мне три дня, — стал буквально умолять Тони. — Хочешь создать искусственный интеллект без ведома команды? — Да, именно так. Почему так? Потому что на дебаты нет времени. На чушь, в духе имеем ли право, этично ли… Я обеспечу землю несокрушимой броней. — Тотальный контроль? — Тони, разве не похожей тактики придерживалась Гидра? Я не гребу нас всех под одну гребенку, не подумай, — девушка колебалась, на всякий случай отгораживаясь руками. — И что с того? — Мужчина посмотрел на ранее молчавшую девушку, от чего взгляда Ворон немного поежилась. — Этому хрупкому голубому шару нужен Альтрон. — Я не спорю, что планете нужна защита, но… — пыталась отговорить Старка от явно безумной идеи Ворон, когда в голове ярко мигала красная лампочка сигнализации, предупреждающая об опасности. — Мир здесь и сейчас. — Одной фразой поставил точку Тони. — Только представь. — Ты же не остановишься? — спросила Бран уже заранее зная ответ, но все равно переглянулась с Брюсом. — Я помогу, чем смогу, но мои познания в этих областях довольно скудны, хоть и имеется что-то толковое. — Самое главное — не проболтайся. — Ты сам-то понял, кому это сказал? — Вскинула бровь Бран, прозрачно улыбнувшись.       Душу терзали смутные сомнения, возможно больше являющиеся предрассудками или находившей волнами тревогой.       «Правда ли людям так нужна защита?», — мысленно спросила себя Ворон, кидая взгляд на скипетр, будто завлекающий своим завораживающим синим свечением на свершение всяких безрассудств, по принципу завоевания человечества.       «Может человеку нужно нечто иное, нежели защита?»