Часть 13

— Всё хорошо? — обеспокоенно промолвила Сэра, пытаясь заглянуть Люциферу в глаза. Девушка крепко сжимала его правую ладонь в своей, так сильно, что неприятная давящая боль разлилась по руке ангела. — Я в полном порядке, — попытался отмахнуться серафим, стараясь вывернуться из чужой хватки, но Сэра на это лишь нахмурила брови, возвращая беглеца в прежнее положение. — Ты не сможешь обмануть меня. Я вижу тебя насквозь, — тон вышел слегка укоризненным, и Сэра, взмахнув головой, продолжила более мягко. — Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне всё? — Я знаю, — устало кивнул Люцифер. — Но я не могу, Сэра. — Мне больно видеть тебя таким. Ты изводишь себя уже столько дней, и я совсем не понимаю, как тебе помочь. — Сэра тяжело сглотнула, не сумев сдержать лёгкую дрожь в голосе. Раньше Люцифер рассказывал ей всё. Она была той, к кому он приходил, когда ему было грустно и весело, когда его гложили переживания и переполняло счастья, а сейчас он просто молчал. Люцифер продолжал упорно молчать, отмахиваясь, а порой и просто игнорируя вопросы девушки. Такое поведение заставляло что-то в груди болезненно разрываться на части. Она видела, как он изводил себя. Всё более угрюмый и задумчивый Люцифер реже отвечал на её вопросы и чаще допускал ошибки в работе. Их кабинет больше не наполнялся смехом и радостью. Он словно закрылся от неё. Отделился от мира, запечатывая свой разум в свои беспокойные мысли. — Ты обижаешь меня, Люцифер. — наконец произнесла она, и одинокая слезинка скатилась вниз по её щеке. Кажется, именно это, наконец, заставило Люцифера вынырнуть из пучины собственных переживай и заметить состояние подруги. Он тут же обеспокоенно дёрнулся, вытирая чужие слёзы, и, не долго думая, заключил Сэру в крепкие объятия. — Прости, — беспрерывно зашептал он, утыкаясь носом в её мягкие волосы. Они пахли чем-то свежим, чем-то родным, чем-то таким дорогим. Люцифер не мог разобрать толком, но от этого запаха у него кружилась голова. — Я не хочу обижать тебя, но я не могу рассказать. В этом нет твоей вины, Сэра, и я просто не заслуживаю, чтобы ты так переживала за меня. Девушка покачала головой, она обняла его в ответ, крепко прижимая уязвимое тело ближе. — Ты такой дурак, — прошептала она, сильнее стискивая в руках его одежду. ••• — Я сделал что-то не так? — напрямую поинтересовался Адам, прижимая свои длинные ноги к груди. Он внимательно рассматривал фигуру Лилит, блуждающую по зарослям сада, и так же внимательно проследил за её слегка обескураженным выражением лица. — С чего ты взял? — вопрос вышел чуть менее удивлённым. Девушка, казалось, вновь стала более отстраненной. Адаму это не нравилось. Адаму не нравилось, когда Лилит уходила в себя, когда переставала замечать его и отвечать на вопросы, когда начинала смотреть на него так странно, так, словно, он больше не был для неё важным. Адам не знал, что сделал не так. Мужчина понятия не имел, почему в последнее время она всё реже находилась с ним и всё больше предпочитала оставаться в одиночестве. Один раз он даже слышал, как она плакала. Он проснулся среди ночи и услышал её тихие, еле различимые всхлипы, и это почти что заставило его самого разрыдаться в голос. — Ты стала всё более закрытой. Закрытой для меня, — Адам сделал акцент на последнем слове и осторожно похлопал по траве рядом, призывая Лилит подойти. Девушка перевела взгляд на его ладонь и, не долго думая, подошла ближе, опускаясь на землю, бездумно рассматривая озеро впереди. Вода завораживала, она ярко блестела под солнечными лучами, и Лилит просто не могла отвести от неё взгляда, не могла и не хотела. — Я не стала закрытой просто.. — она тихо кашлянула, прокручивая в голове нужные слова. — Просто в последнее время чувствую себя немного грустной. Ты в этом не виноват, Адам. — небольшая улыбка проскользнула на её губах, и Адам мягко улыбнулся ей в ответ. — Я не хочу, чтобы ты грустила, — он осторожно дотронулся до её щеки, нежно поглаживая мягкую кожу. — Я готов сделать всё, лишь бы ты была счастлива. Я могу положить к твоим ногам все цветы в этом саду. Найти и собрать столько вкусных фруктов и ягод, сколько захочешь.. — Адам не успел договорить, Лилит кивнула, прерывая его монолог своим тихим шёпотом. — Я знаю, Адам. И я тоже люблю тебя, — девушка равно выдохнула, опуская голову вниз. — Ты такой хороший, светлый, добрый, и я правда счастлива, что мы есть друг у друга. — губы Лилит задрожали, а голос стал таким тихим, что разобрать его было практически невозможно, но Адам разбирал, слышал каждое словечко, каждый невольный вздох и тихий, вырвавшийся наружу всхлип. — Я люблю тебя, Лилит. — только и произнёс он с необъяснимой грустью внутри, замечая, как испуганно на него взглянула девушка. Что-то внутри болезненно сжалось при виде этих пронзительных глаз, но не успел Адам и сообразить, как Лилит уже крепко схватила его за плечи, затягивая в поцелуй. Она целовала жадно, так, будто он мог в любой момент выскользнуть, растворится, оттолкнуть её, вырвавшись из объятий. Это не было похожим на то, как они целовались прежде. Раньше Адам практически всегда выступал в роли инициатора и старался делать это как можно нежнее. Он лишь слегка касался её губ своими, практически сразу же отдаляясь, но сейчас Лилит прижимала его к себе так рьяно, словно голодный зверь желанную добычу. Мужчина откровенно не поспевал, он искренне старался не отставать, но девушка будто бы и не ждала ничего в ответ. Адам блаженно закрыл глаза, когда Лилит легонько прошлась своим языком по его нижней губе, проникая внутрь, и в этот момент он в полной мере ощутил, как быстро забилось его сердце и приятно скрутило живот. Ему нравилось всё, что она делала, как крепко её хрупкие пальчики сжимали его щёки, как тесно к нему прижималось её тело. Эмоции переполняли настолько сильно, что перед глазами неумолимо засверкало, заставляя Адама позабыть обо всём на свете. Лилит отдалилась, когда, наконец, почувствовала, что больше не может дышать. Она перевела усталый взгляд на Адама, встречаясь с его затуманенными удовольствием глазами. Он тяжело дышал, стараясь привести дыхание в норму. Небольшая ниточка слюны стекала вниз по подбородку, и девушка тихо хихикнула, придвигаясь ближе. — Впредь я буду говорить, что люблю тебя чаще. Намного чаще. — тихо промолвил Адам. ••• — Михаил, — улыбнулся светловолосый ангел, поправляя сползшие на нос очки. Его изумрудные глаза выглядели насмешливыми, а лёгкая ухмылка, сверкающая на лице, только подкрепляла эти подозрения. — Пришёл в архив, чтобы вновь взять дела, отложенные в дальний ящик? — продолжил ангел, рассматривая бумаги в своих руках. Белые перчатки, украшающие ладони, выглядели утонченными, а ярко зеленый смокинг, облегающий фигуру, придавал ангелу определенный шарм. — Не удивительно, — продолжил он, несмотря на молчание. — Отец ведь до сих пор не дал тебе задание. Что, впрочем, слегка странно, ведь.. — Мне кажется, ты забываешься, Рафаэль, — строго перебил брата Михаил. Голос его звучал жёстко, и то, каким эхом он отразился от стен, заставило Рафаэля невольно вздрогнуть. — Брось, — более дружелюбно продолжил ангел, оборачиваясь к Михаилу. — Я ведь это так. Мне и самому интересно, почему отец решил отложить тебя в сторону. Первый сын как никак, а должен скитаться в поисках хоть какой-то работы. — В своё время Люцифер плохо обучил тебя манером, верно? — серафим взмахнул рукой, заставляя бумаги на полках взмыть вверх и подлететь ближе. — Я не виню его. На тот момент он был слишком молод. Я предупреждал отца, что доверить ему тебя будет плохой идеей. — Это было так давно, а ты до сих пор помнишь. — О, я помню многое, — Михаил бросил на ангела многозначительный взгляд, и улыбка Рафаэля слегка покосилась. — Потому что ты всегда живёшь прошлым, — прошипел сквозь зубы он. — Там, где ты силён, могуществен и значим, — прошептал ангел и быстро покинул комнату, оставляя серафима в одиночестве. Михаил тяжело засопел, с силой зарываясь пальцами в волосы на голове. Он больно оттягивал пряди, стараясь успокоить сбившиеся дыхание, но раздражение вновь и вновь накатывало, не позволяя унять нервную дрожь. Мне и самому интересно, почему отец решил отложить тебя в сторону. Яркое свечение озарило комнату, и документы в архиве в один миг поднялись в воздух, разлетаясь в разные стороны. Глаза Михаила ярко светились, а первая пара крыльев широко раскрылась, дёргаясь от напряжения. ••• — Ты выглядишь расстроенным, — заметил Адам, когда Люцифер появился в саду. — И тебя не было несколько дней. Что-то стряслось? — Нет-нет, — ангел покачал головой, неловко улыбаясь. — Были кое-какие дела. Я не мог прийти. — серафим опустил взгляд в землю, нервно прикусывая губу. — В любом случае, мы рады, что ты вернулся. Думаю, Лилит обрадуется, когда увидит тебя, — беззаботно улыбнулся Адам, позволяя Люциферу сканировать своё душевное и физическое состояние. — Готово, — промямлил ангел, когда закончил. — Осталось проанализировать Лилит, и мне нужно будет уйти. — оповестил он, и Адам удивлено взглянул на Люцифера. Обычно серафим задерживался надолго. Он не спешил покидать сад, предпочитая болтать или показывая небольшие ангельские фокусы. Сердце Адама пропустило удар. Вина заколола внутри, напоминая о том, как он выгнал Люцифера в прошлый раз, и в голове мужчины постепенно сложилась картина, почему именно ангел не появлялся в последнее время. — Слушай, — он осторожно дотронулся до чужого плеча, привлекая внимание серафима. — Не уходи так скоро. Мы ведь твои друзья, и тебя не было так давно. Думаю, мы отлично проведём время вместе. — Адам, я.. — Знаешь, я, пожалуй, поищу Лилит. Она говорила, что хочет поплавать и.. — Адам неловко потрепал свои волосы, пожимая плечами. — Просто жди здесь. — бросил он напоследок и направился вглубь леса. — Боже, — жалобно пролепетал Люцифер, когда мужчина скрылся из виду. — Главное спокойствие. Просто веди себя так, будто и не было ничего. Это лишь небольшая ошибка. Оплошность. Лилит наверняка и думать об этом забыла. Ангел и не заметил, когда именно начал ходить по поляне. Он вышагивал вперёд и назад, пытаясь себя успокоить. Адам задерживался, Лилит тоже не появлялась, а беспокойство внутри только сильнее разрасталось. До тех пор, пока ангел не услышал тихий плач. Кто-то поблизости шмыгал носом, пытаясь сдержать бьющие наружу всхлипы. Люцифер огляделся по сторонам и, взмахнув крыльями, направился прямиком на звук. За густыми ветвями деревьев, скрытая от внешнего мира, сидела Лилит, притянув ноги к груди и стирая с лица солёные дорожки слёз, она выглядела такой беззащитной, что у серафима защемило сердце. — Лилит? — тихо прошептал Люцифер, и девушка испуганно дёрнулась, оборачиваясь. Она удивлено взглянула на ангела, губы её слегка приоткрылись, но ничего сказать так и не вышло. Вместо этого девушка тут же отвернулась, быстрее стирая слёзы со своего лица. — Лилит, я.. — Зачем ты пришёл? — голос девушки дрогнул, и она, взмахнув головой так, словно желая с себя что-то сбросить, встала на ноги. — Я просто.. Со мной всё нормально. Ты пришёл, чтобы проверить самочувствие? Сейчас я успокоюсь, и ты сделаешь это. — Лилит посмотрела в глаза напротив и тяжело выдохнула. — Не надумывай себе ничего лишнего. Со мной всё хорошо, просто мне стало грустно, и я захотела побыть одна. Такое бывает. Девушка постаралась натянуть на лицо улыбку, но Люцифер знал, что она была ненастоящей. — Я люблю тебя, Лилит, — промолвил он, прежде чем успел подумать, и, подойдя ближе, дотронулся до её рук, переплетая пальцы. Девушка выглядела растерянно, она часто моргала, стараясь прийти в себя, но прикосновения ангела вызывали внутри лишь трепет и такое желанное спокойствие. — Я безумно люблю тебя, — продолжил Люцифер, нервно облизывая губы. — А ты? Ты любишь меня, Лилит? — с надеждой в голосе прошептал серафим, и глаза его заблестели от набежавших слёз. Сердце Лилит болезненно сжалось при виде того, как отчаянно Люцифер ждал её ответа, и она крепко притянула его ближе, зарываясь носом в шелковистые пряди. — И я люблю тебя, Люцифер. — Я хочу, чтобы мы были вместе, — продолжил ангел. — Я хочу, чтобы ты была только моей. Я хочу, чтобы я касался тебя так, как касается он, — ангел отдалился, осторожно прикасаясь пальцами её верхней губы. — Я хочу, чтобы я целовал тебя, а не он. — по-детски обижено протянул серафим, и Лилит, не сдержавшись, притянула его ближе, заключая в поцелуй. Кажется, время в этот момент остановилось. Они не слышали ничего вокруг. Лишь тяжелые вздохи друг друга и приятные ласковые прикосновения. Лилит жалась ближе, Люцифер сопел, зарываясь руками в её волосы. Сердца их бились так быстро, что, вероятно, могли бы вырваться наружу, если бы не тихий, раздавшийся из ниоткуда голос. — Лилит? — промолвил мужчина, и девушка резко отдалилась, рассматривая стоящего рядом Адама.