Глава 4. Катя

— Мне кажется, тебе следует обратить внимание на Михаила, — то ли в шутку, то ли всерьёз произносит Юлиана, когда они заканчивают с основными делами. — С чего Вы взяли? — хмурится Катя. — Милая, я слишком умудрённая жизненным опытом, чтобы не замечать очевидных вещей, — смеётся Виноградова, по-дружески обнимая девушку. — Ты видела, с какой нежностью он на тебя смотрел на этом мероприятии? А как галантно поддерживал всё время и сплетал ваши ладони вместе? Катя быстро перебирает в голове события сегодняшнего вечера и с удивлением обнаруживает, что ничего такого не помнит. Да, какие-то касания всё же были, например, когда Миша ей подал руку, когда они спускались по лестнице, но она не придала этому должного значения. Да и стоило ли? — Тебе просто нужно быть увереннее в себе, — продолжает Юлиана. — Понять, что ты женщина, которая может вскружить мужчине голову. «Вот этого как раз и не хотелось бы» — с грустью думается девушке, однако вслух она произносит: — Большое спасибо, Юлиана, за поддержку. Без Вас я бы сегодня не справилась. — Пустяки, Катюша, — улыбается пиар-менеджер. — Кстати, я тебе уже говорила, что ты шикарно выглядишь? Катя смущённо опускает глаза. — Я, пожалуй, пойду к себе в номер, — спустя какое-то время говорит она, поправляя пояс платья. — Очень устала, хочу отдохнуть. Она медленно идёт по коридору отеля, стараясь не упасть. Ноги на высоких каблуках с непривычки немного побаливают, поэтому едва закрыв за собой дверь, Катя тут же отбрасывает их в сторону. Из зеркала на неё смотрит абсолютно другая девушка: чёрное платье с V-образным вырезом красиво подчёркивает фигуру, жемчужные бусы, подаренные Юлианой, переливаются даже при тусклом свете ночника, оттеняя её молочную кожу, а мелкие кудряшки рассыпаются по плечам. Может быть, в словах Виноградовой есть доля правды? Девушка тяжело вздыхает. Переодевшись в просторный, уютный халат, она в нерешительности подходит к мини-бару и, словно чего-то боясь, медленно достаёт оттуда бутылку вина. Красного полусладкого, как гласит этикетка. Внезапно пиликает телефон. Андрей: Катенька, как прошёл твой день? Катя: Нормально. А твой? Андрей: Тоже ничего. Говорить о работе ему не хочется совершенно. И девушка это чувствует. Наполнив бокал вином, она сразу же делает несколько глотков. Мысли путаются, а горячительная жидкость неприятно обжигает горло. Конечно, она уже тысячи раз успела отругать себя за то, что поддалась слабости, какому-то нездоровому отчаянию и ответила на его вчерашнее SMS. Но… могла ли она поступить по-другому? Определённо, нет. Переписываясь с ним сегодняшним утром, она ничего не ощущала, кроме жгучей тоски. Желание его хотя бы разочек увидеть боролось на грани здравого смысла. Может быть, стоило дать ему шанс всё объяснить? Можеть быть, надо было остаться, а не скоропостижно улетать на другой конец света? Господи, сколько же этих «может быть»! Сотни вопросов крутилось у неё в голове, но лишь один из них перевешивал остальные: может ли она, Катя Пушкарёва, снова поверить в любовь Андрея Жданова? А если нет, то хватит ли у неё духу отказаться от собственных чувств к этому мужчине? Вычеркнуть его навсегда из своей жизни? Она вновь делает несколько глотков вина. Желанное расслабление, оказывается, не так-то просто получить, но это нужно. Иначе она просто сойдёт с ума. Катя: Сегодня утром ты спрашивал обо мне, а теперь я хочу узнать больше о тебе. Андрей: Что конкретно тебя интересует? Катя: Желательно, всё. Но начну, наверное, с простого: каковы твои музыкальные предпочтения? Она не знает, что именно придало ей смелости: то ли алкоголь, бурлящий в крови, а то ли осознание того, что как бы она не старалась, но у неё всё равно не получается выбросить его из головы. Тогда стоит ли пытаться это делать? Андрей: В юности я нереально оболдевал от Майкла Джексона. Его танцы и манера двигаться на сцене, а также знаменитая лунная походка меня всегда завораживали. Катя: Ого! И какая же его песня тебе нравится больше всего? Минутное молчание, прежде чем прилетает ответ. Андрей: Скорее всего, это будет «Bad». Хотя «Black or White» тоже неплохая. Я с детства мечтал, чтобы люди не унижали других людей только потому, что у них другой цвет кожи. Хорошая мечта, думается девушке. Она и сама не была сторонником межрасовых конфликтов. Катя: А дальше? Андрей: Ещё мне нравилась группа «Queen» с её несравненным Фредди Меркьюри. Катя Интересно, и какая же песня в его исполнении тебя покорила? Андрей: «Богемская Рапсодия». Катя: Я почему-то так и подумала). Андрей: А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее! Что натолкнуло тебя на эту мысль?) Она улыбается и полностью опустошает бокал с вином. Катя: Твои отношения с Маргаритой Рудольфовной, конечно. Трудно было не заметить, с каким обожанием она на тебя всегда смотрит. Андрей: Мне кажется, любые родители будут обожать своего ребёнка и быть для него надёжным тылом. Во всяком случае, я так точно. То, как их обсуждения с музыки постепенно переходят на семейные, Катю немного пугает. Она на миг представляет Андрея в роли отца их общего ребёнка, но тут же выкидывает эти мысли из головы. Господи, о чём она только думает?! Это всё негативное влияние алкоголя! Катя: А какая песня прямо сейчас крутится у тебя в голове? Андрей: «Счастье — нелёгкое бремя, Неблагодарная роль. Ты подарила мне время, Я причинил тебе боль.» Она нервно сглатывает. Катя: «Боль — это та же измена, Душу свою не неволь. Ты подарила мне время, Я причинил тебе боль.» Андрей: Ты тоже знаешь эту песню? Катя: Да. И если мне не изменяет память, то её поёт Александр Иванов из группы «Рондо». Папа часто любит его слушать. Она снова наполняет бокал, однако пить пока не спешит. Андрей: Теперь я обращаюсь к тебе с тем же вопросом, только в плане литературы: какое стихотворение ты можешь сейчас вспомнить? В памяти сразу же всплывают знакомые строчки, которые всегда вызывали особый трепет у неё в душе. Катя: «Любить — это прежде всего отдавать. Любить — значит чувства свои, как реку, С весенней щедростью своей расплескать На радость близкому человеку. Любить — это только глаза открыть И сразу подумать ещё с зарёю: Ну чем бы порадовать, одарить Того, кого любишь ты всей душою?!» Андрей: «Любить — значит страстно вести бои За верность и словом, и каждым взглядом, Чтоб были сердца до конца свои И в горе и в радости вечно рядом. А ждёт ли любовь? Ну конечно, ждёт! И нежности ждёт и тепла, но только Подсчётов бухгалтерских не ведёт: Отдано столько-то, взято столько.» Она прикрывает рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть. Сказать, что она удивлена — ничего не сказать. Катя: Я, если честно, даже не думала, что ты знаешь стихи Эдуарда Асадова… Андрей: Я знаю множество его стихов, так как в старших классах частенько зачитывался его творчеством. Катя: Охотно верю). Она и не подозревала, что они могут быть настолько близки. Андрей: А какая литература тебя интересует помимо стихов? Этот вопрос заставляет её задуматься. А что она вообще читала в последнее время, кроме макроэкономических исследований и бесконечных отчётов? Катя: В школе я очень любила классику, причём, большее предпочтение отдавала именно зарубежной. Джейн Остен, Эмили Бронте, Виктор Гюго были частыми гостями в моей библиотеке. Но если говорить о том, что я читала сравнительно недавно… Пожалуй, «Одиночество в Сети» польского писателя Януша Леона Вишневского. Андрей: А почему твой выбор пал на эту книгу? Она усмехается. Катя: Я всегда была одинока, Андрей. Причём, с самого раннего детства. И это произведение в какой-то мере отразило мои переживания. Андрей: «Одиноким бываешь только тогда, когда на это есть время.» Не так ли? Катя: Ты… его тоже читал? Андрей: Это было очень давно. Мне иногда кажется, что совсем в другой жизни. Катя: Почему? Андрей: Потому что тот Андрей Жданов и этот, которым я являюсь сейчас — два разных человека. Я изменился. По-настоящему полюбил. И всё благодаря тебе, Катя. Она вновь и вновь перечитывает это сообщение, не в силах остановиться. «Я изменился. По-настоящему полюбил. И всё благодаря тебе, Катя.» — это строки неустанно звучат у неё в голове даже тогда, когда её тело погружается в сон.