Часть 1: Начинай бояться

Иногда, а точнее всегда, когда Дамиано открывает рот, чтобы высказать свое абсолютно никому не всравшееся мнения по поводу всего, что попадается ему на глаза, хочется хорошенько вьебать ему между глаз, чтобы кровь из носу мешала говорить. Виктория, правда, никогда не прибегала к этим крайностям, но пару раз ее руки сжимались в крепкие кулаки, когда загривок на голове у вокалиста уже превращался в петушиный гребень. Недовольный головной болью, которую сам же себе и заработал, положив хер на вечерний вылет и приложив днём бутылку две, вместе с Томасом в каком-то задрипанном баре, Дамиано сейчас раздражался по каждому поводу: слишком грубо обращались в аэропорту, слишком жарко в салоне, слишком соленые орешки. Не выдержав рядом с ним и пяти минут, Вик, как только им было разрешено свободно перемещаться по салону, поменялась местами с Томасом, который все равно крепко спал. Две алкозвезды сели рядом, а басистка устроилась поудобнее рядом с Итаном, что не поднимал своих глаз с сероватых страниц книги. Находясь в заслуженном спокойствии, ей удалось даже немного поспать перед тем как они приземлились в Вене. Итану даже пришлось ее разбудить, а весь полёт он галантно выдерживал ее тяжелую голову на своём плече и поток слюней, что остались пятном на чёрной майке. Любой хороший отель в этом городе был эдаким островком классицизма в каждой детали. Шик и помпезность этих мест впечатляла и ребята всегда любили возвращаться в Австрию, хотя бы ради красивых видов, особенно в ее столицу. Но настроение Дамиано Давида не улучшилось ни на йоту. – Я опять не смогу отдохнуть нормально среди этих белоснежных колон и ангелов под потолком, - ворчал он, толкая вперёд свой чемодан с вещами. – Мы можем отправить тебя в хостел на окраине, там и отдохнёшь, - резко отвечала ему Вик, чувствуя как до ее взрыва уже недалеко. – Я же не о многом прошу, - он искренне не понимал ее настроения, - Хоть раз заселится в какой-то минимализм, лофт или на крайний случай… – Если ты сейчас же не заткнешся, я тебе такой лофт в жопу засуну, неделями им срать будешь, - девушка резко останавливается посреди холла, из-за чего Дам врезается в ее спину. – Эй! Ты чего такая сука? – По той же причине что и ты такой мудак. Под солидарный и понимающий взгляд Итана, Вик круто разворачивается на месте, оставляя свой чемодан у ног Дамиано и подходит к стойке регистрации. – Здравствуйте, у нас бронь на имя Måneskin, - мило улыбалась работнице Вик, словно сейчас у неё не будет дымится голова от злости на друга, - Я звонила вам пять минут назад. – Да, конечно. Ваши два номера, - девушка протянула ей ключи карточки, но басистка не поспешила их взять. – Я же звонила вам и просила сделать из двух двухместных, четыре одноместных номера. – К сожалению, мы не сможем предоставить вам другие номера. В городе проходит медицинская конференция и все было забронировано ещё неделю назад. – Спасибо, нам все равно не нужны раздельные номера, - рядом подошёл вокалист и взяв карточки в руки, одну отдал Итану. Вик смотрела на этот злополучный ключ от их с Дамиано номера и закипала только от одной мысли о том, что придётся терпеть его целых два дня в одной койке. Они привыкли к такому распределению и всегда были рады спать в одной кровати, часто в обнимку, реже закидывая только ноги друг на друга, но сейчас Виктории хотелось быть как можно дальше от Давида. Он познакомил Джо с мамой и прожужжал об этом все уши им до поездки. Как она ей понравилась, как быстро они нашли общий язык. Вик была рада за них, ведь как не порадоваться за лучшего друга, но от мысли о том, что они теперь на шаг ближе к помолвке, а там к браку, неприятно кололо где-то в животе. «Держись подальше от меня Дамиано Давид. Ты и твои шаловливые руки ночью.» – Хорошо, - наконец сказала она после недолгой паузы, - нам не нужны раздельные номера. Она увидела как медленно расползаются в улыбке губы вокалиста и резко повернулась к Торкио, который спокойно разглядывал свои ногти и ни о чем не подозревал. – Итан, пошли, - Вик подхватила его под руку и повела вперёд, - Нам нужно закинуть вещи в наш номер перед тем как спуститься к ужину. К такому повороту судьбы не был готов даже Томас, что вот только сейчас оклемался от глубокого сна в самолете. Они остались стоять с Дамиано в холле, наблюдая за тем как отдаляются спины их товарищей, и второй не мог понять почему Дэ Анджелис так к нему отнеслась. Она никогда не менялась номерами, всегда, даже когда они были в ссоре, прижималась горячей спиной к нему под одеялом, тихо мурлыкая, как кошечка, а он сладко засыпал, прислушиваясь к ее сопению. Воображение нарисовало картинку того, как Итан вместо него жмётся к его басистке ночью и улыбается, когда ее волосы лезут ему в лицо. – Пошли, - Том похлопал его по плечу, - Нам тоже нужно занести вещи в наш номер, чтобы спуститься к ужину с ними, - нарошно пародируя интонацию Вик, гитарист двинулся вперёд, таща за собой чемодан на колесиках. Дамиано ничего не оставалось делать как последовать за ним. *** Итан обычно был втянут во все их перепалки. По собственной воле или нет, он становился между ними и пытался решить конфликт. Бывало и такое, что приходилось придерживать взбушевавшуюся Вик собственными руками, когда она размахивала ногами в сторону Дамиано, словно всю жизнь занималась тхэквондо. Так же быстро как эти двое находили повод пособачиться, так же быстро они уже сидели в обнимку на диване, игриво щипая друг друга, бывало за задницу. Сейчас же даже Итану не было понятно, почему девушка так раздражена. Да, вокалист всю дорогу вёл себя отвратительно, но он часто такой, можно было привыкнуть. Он открыл двери и пропустил ее вперёд, где вне присутствия Давида она немного успокоилась. Правда хмурый взгляд и резкость в малейших движениях говорила о том, что не до конца. Номер, в который они заселились, был уже привычно роскошным, и как ранее говорил фронтмен, здесь и вправду были декоративные настенные белые колоны и ангелы под потолком. Стоило поднять голову, чтобы посмотреть на них, и у Итана вмиг кружилась голова. Но к слову, пока он ловил приход, осматривая столь необычный интерьер, Вик уже закрылась в ванной, оставив свой чемодан раскрытым на кровати. Под тихий шум воды, что немного успокаивал, он подошёл к нему, достал оттуда простую белую майку и чёрные кожаные штаны. Ему хотелось немного помочь подруге расслабиться, понимая, что совместный ужин сейчас может обернутся неудачно, если она не сможет спокойно выдохнуть. Итан отложил в сторону выбранные вещи, по своему вкусу добавив к ним пару цепочек, и закрыв чемодан, опустил его вниз, оставляя возле тумбы. Торкио устраивала его роль в группе. Негласно он стал для всех поддержкой, помогал и заботился, несмотря на то, что ребята были его возраста, а Дам и вовсе старше на два года. В свои 20 он был спокойнее чем должен был бы в таком возрасте, рассудительней и более ответственный. Не выражал ярко своих эмоций, редко выходил из себя. Всё это досталось Дамиано с Викторией. Настолько похожих эмоционально людей он не видел до встречи с ними, и, поначалу, когда группа только была создана, он думал что эти двое спустя время сойдутся и не будут больше трахать им всем мозги, но годы шли, у Вик сменялись парни на девушек, у Дами простые перепихоны на серьёзные отношения, и оба расстраивались когда видели другого в чьих-то чужих руках. По сути они оба, одновременно, не оставались без отношений и это наталкивает на интересные мысли. Что если бы остались? Он не заметил как перестала шуметь вода в душе, но заметил краешек белого махрового полотенца и запах фруктового геля для душа, что ударил в нос нотками грейпфрута. Вик встала перед зеркалом, чтобы рассмотреть себя поближе, потому что в ванной комнате стекло было запотевшим от горячего пара. – Я бледная как смерть, - она проводит пальчиками по белоснежной шее, где кожа постоянно была в тени, не замечая внимательного взгляда Итана за спиной, что сидел на кровати. Полотенце было жуть какое короткое. Оно едва прикрывало сверху грудь, а снизу ягодицы, отчего взгляд карих глаз бегал туда сюда, вдоль тела Вик. У них же была обнаженная фотосессия, она не раз купалась и загорала с ними рядом без верха, тогда почему сейчас его так привлекло это полотенце. – Ты выбрал мне одежду, - мило тянет голос она и наклоняется, чтобы взять майку. Ее влажные волосы обжигают прохладой его плечо. Он поворачивает голову, рассматривая ее пальчики, что ухватили ткань. Поистине нордическая внешность вместе с огненной итальянской натурой делали Викторию уникальной. Парни знали, что в школе, за то, что она выглядела не так как остальные, над ней смеялись. Бледная розовая кожа, пшеничные волосы, голубые глаза, низкий рост. На море она, на фоне загорелых подруг, выглядела нелепо. Голос с хрипотцой, когда вокруг неё мелодично разговаривали темноволосые итальянки. Но Итан всегда считал ее красивой, даже более того простого слова, коим он ее описывал. Парень сразу заметил то, как она выделялась на общем фоне, привлекая к себе внимание такими забавными шляпками и взрывом кудряшек на голове. Повзрослев, она поборола в себе комплексы и стала раскрываться с другой стороны. Горячий запал стал больше проявляться, сама она становилась все женственнее и набрав немного веса обрела такие красивые пышные бёдра… они наверное такие мягкие если их сжать… Вдруг Итан поймал себя на мысли, что сейчас в открытую пялится на полуголую подругу. – Я в душ, - резко подорвавшись с места, он взял с собой сменную одежду и скрылся за резной белой дверью ванной комнаты. *** Она едва могла выдержать этот обиженный взгляд Дамиано напротив неё за столом. Он и так раздражал только лишь своим присутствием, а тут ещё его игра в гляделки, словно Вик отобрала у него игрушку на площадке. Ну по крайней мере он молчит. – Мне не нравится это мясо. Кажется волосы Итана, что сидел рядом, всколыхнулись от того потока воздуха который выдохнула Виктория. Он услышал ее вздох и обеспокоено посмотрел боковым зрением. – Ты выбирал это блюдо полчаса, - сдерживая волну раздражения, отвечает она Дамиано. – Они приготовили его не так как я просил, - солист громко складывает свои приборы на стол и жалобно смотрит на девушку, что резким движением сняла зубами с вилки маслину, - Дай немного своего салата. – Совсем оборзел, Давид? Ты заставил меня голодную ждать дополнительных полчаса, а теперь просишь еду? - она со звоном бросила вилку на тарелку, отчего ближайшие гости обратили на их стол внимание. – Эй, ты чего? - вклинился Томас, что до этого спокойно жевал свой бургер. – Я… - хапая ртом воздух она не знала что ответить. Почему так раздражительна? Почему каждый звук, исходящий от Дамиано ее бесит? Почему в его личной жизни все так прекрасно складывается, а она не занималась сексом вот уже как полгода? Отодвигая от себя тарелку, с почти нетронутым салатом, Виктория вскакивает с места, - Я пойду в номер. Она быстро шагает между близко поставленных столов, чувствуя как влага в глазах вот вот скатится вниз по щеке. Итан порывается побежать за ней, но его взгляд падает на ее блюдо и он зовёт официанта. – Что я не так сделал? - спрашивает Дамиано у гитариста, пока Итан что-то говорит парнише. – Это же Вик. Остынет, - тот возвращается к своей еде. – Нет, что-то случилось. Я пойду и поговорю с ней. – Сиди здесь, - барабанщик останавливает его и забирает из рук официанта бумажный пакетик, - Она и так взвинчена, лучше я узнаю, что случилось. Опустив плечи тот сел обратно, опуская взгляд на неправильно приготовленный стейк перед собой. Сначала пересела в самолёте, потом ушла в номер с Итаном, сейчас это. Паника, что сдавливала горло диктовала думать, что он ее теряет. Теряет Вик, такую светлую и необходимую ему как воздух. За последние сутки она ни разу ему не улыбнулась, не обняла, не склонила голову на плечо… Рядом гитарист уже заканчивал со своим блюдом, вытирая рот салфеткой. Дам взял в руку вилку и стал лениво ковырять своё мясо, думая только о том, как исправить их отношения с Дэ Анджелис. Итан поднялся на нужный этаж и вышел в длинный коридор. Там, у дверей их номера сидела на полу Виктория, смахивая с щёк непрошеные слёзы. Она услышала его шаги и подняла голову. – У меня нет ключа. – Знаю, - парень подал ей руку и она встала, пошатываясь. Он приложил карту к датчику и тот с характерным писком открыл двери, - На, возьми. – Что это? - Вик берет из его рук пакет и смотрит внутрь. – Я забрал твой салат, чтобы ты поела, - он подталкивает ее в номер, положив руку на поясницу, и заходит следом, - Там ещё маленький десерт. – Спасибо. В ее глазах наконец начинает сиять радость. Или же это остатки слез, что ещё не покинули веки. В любом случае она уже не плакала, сжимая в руках пакет, и топталась на месте, не зная как объяснить своё поведение. – Я, конечно, хотел спросить, - уловил ее настроение Итан и подошёл ближе, - но если ты не хочешь говорить, я оставлю тебя вместе с салатом в покое. Она молчаливо кивает и опускает взгляд, но от его внимания не скрываються новые мокрые дорожки на ее лице. Тянет к ней руку и колеблется всего мгновенье перед тем как сжать длинными пальцами ее щечку и протереть слёзы большим пальцем. Обхватывает и второй, нежно поглаживая шероховатыми подушечками кожу. Вик смотрит на него снизу вверх полными благодарности и любви глазами. Он на секунду теряется меж ее светлых ресниц. – Я могу уйти, пойду вниз, в бар… – Нет, останься, - она накрывает холодной ладонью его руку и, отстраняя ее от себя, сжимает, - Если хочешь, конечно. Итан бегло смотрит на ее лицо, считывая эмоции. – Я уверен, мы сможем найти тут какой-то сносный фильм. – А я уверена что все они на английском. – Буду смотреть на картинки, - он замечает ее улыбку, - Или будешь переводить мне всё, что я не пойму, а буду делать вид что понимаю, о чем ты говоришь. Вик отходит от него, бесшумно смеясь, чтобы расположится на кровати и достать недоеденный ужин. Успокоившись за ее состояние, Итан берет в руки пульт и садится рядом.