Асгард. Возвращение блудного сына

Асгард в тоже время, когда Мстители заняты поисками Стервятника.

Пока на Земле происходили свои события, покуда Мстители искали новых врагов, чтобы остановить их не пойми от чего. В Асгарде тоже происходили события, что были явно по масштабнее чем у их друзей на Земле. Возродилась Хела богиня смерти, которая практически захватила Асгард подняв свою армию мертвых. Она хотела начать войну пройтись по всей Вселенной, захватывая мир за миром, чтобы весь видимый ей космос пал к ее ногам. Однако ее братья Тор и Локи, Валькирия, что некогда была недобита ей и Халк могучий воин Земли объединились в небольшое воинство против нее. И они добились успеха. Они смогли освободить плененного ей Одина и воинов Асгарда. Состоялся славный бой, в котором погибли сотни отважных воинов. Но меч Тора достиг своей цели и сразил богиню смерти. — Чего ждешь брат? — вопрошала побежденная Хела лежа на полу тронного зала. — Добей меня, я бы сделала для тебя тоже самое. Убей меня! Убей меня и вложи еще один кирпичик в фундамент лжи Одина. Или что братик в тюрьму меня кинешь, как шавку. Итог всегда един все будет, как хотел ВсеОтец.       Тор держит над головой Хелы меч, который искрится молниями. Сын Одина сомневается, что ему ныне делать с Хелой. Он смотрит в глаза своей сестры и видит в них нечто знакомое. В её глазах пылает огонь ярости, такой же, как и в его глазах и душе много лет назад, ещё до того, как он был изгнан отцом на землю. Этот огонь гнал его в бой, заставлял его быть готовым разорвать любого врага на части. Он не позволял ему здраво мыслить, а лишь грезить очередной битвой. И теперь Одинсон видит этот же огонь в глазах своей сестры. И он колеблется и не может решится. — Нет. — ответил Тор опуская меч. — Я не наш отец. Сестра останься с нами и мы решим все мирно. Я уже терял родню и не раз. Давай не будем убивать друг друга и начнем с начала. Тебя забыли, это не честно, но давай откроем эту тайну нашему народу. Всем воздастся и даже Одину.       Хела засомневалась и посмотрела на своего брата. В течение тысячелетий она, богиня смерти и дочь Одина, считалась окружающими угрозой, даже её собственный отец видел в ней непреодолимую силу, способную уничтожить всех, кто встанет на её пути.       Но сейчас всё изменилось. Она почувствовала тепло и доброту от своего брата Тора. Это чувство было ей знакомо она ощущала его только в детстве, когда отец ещё любил её. Это было так давно, что Хела забыла его. В этот момент… в эту секунду Хела задумалась: стоит ли ей идти по своему пути? Есть ли у неё возможность вернуться назад? Может ли она измениться? Но это был лишь краткий миг, наваждение, которое, несмотря на временное сомнение, пришло и ушло, оставив за собой лишь ярость.       Ухмыльнувшаяся Хела поднялась: — Ох мой наивный братик. Мне нет пути назад. И этот мир будет мой.       Хела создала меч и бросилась в бой против Тора. Но прежде чем брат и сестра успели продолжить сражение, в богиню смерти попал золотой луч, который смертельно ранил её. Это Один ударил своим зачарованным копьём Гунгниром прямо в сердце Хелы, почти убив её на месте.       Пораженная, дочь упала на руки своего отца. Умирающая Хела с трудом начала изрекать свои последние слова: — Всё-таки это будешь ты, отец. Всегда ты. — Мне очень жаль, дитя моё. — с грустью и болью в голосе произнёс Один, держа на руках свою умирающую дочь. — Но ты не оставила мне другого выбора. — из единственного глаза ВсеОтца скатилась слеза.

Тем временем на поле боя

      Храбрейшие воины Асгарда на улицах города сражались с мертвецами Хелы отчаянно, до последнего вздоха. И всё же они сразили своих врагов, одержали победу. Халк победил гигантского волка Фенрира. Это была очередная победа Асгарда над еще одним могущественным врагом.       Однако для Тора эта победа была горькой. Он только что обрёл сестру, но тут же потерял её. Да, Хела представляла невероятно большую угрозу для всех Девяти Миров и даже для вселенной. Но после их короткого разговора в сердце Тора зародилась надежда на то, что он сможет изменить судьбу Хелы и направить её на правильный путь. Мог ли Одинсон изменить судьбу своей сестры? Этот вопрос остался без ответа из-за удара, который отнял её жизнь. — Зачем? — прямо спросил Тор у своего отца, что держал на руках его сестру испустившую свой последний вздох.       Один, казалось, не услышал вопроса сына. Он был всецело поглощён мыслями о своей погибшей дочери. Положив руку ей на лоб, он осторожно закрыл её глаза. — Хела, в этой жизни ты не нашла себе покоя. Пусть он будет у тебя в следующей. Иди с миром, дитя моё. — Зачем ты ее убил? — повторил свой вопрос Тор. В этот момент Один поднялся на ноги держа на руках тело Хелы: — У меня был выбор, сын: твоя жизнь и жизнь всей вселенной или жизнь Хелы. Увы, она не такая, как ты, сын мой, она бы не изменилась. — С чего ты взял? Я видел этот проблеск надежды в ее глазах. — Это был лишь миг. Если она за более чем тысячу лет изгнания не изменилась, то не изменится никогда. А долг ВсеОтца устранять угрозу Девяти миров. — Ты бы и меня также убил, если бы я не изменился? — Я надеялся, что до этого не дойдет. Но, мне не впервой убивать родню Тор. — прямолинейно ответил Один своему сыну и уйдя прочь с телом дочери на руках.       И вот битва окончена. Ассы чтят память своих погибших братьев. Всё происходит по древним традициям. Тела павших были помещены на погребальную ладью и спущены на воды Асгарда. В ладью выпустили горящую стрелу. А Один отправил души погибших прямо в Вальхаллу.       Мертвые воины Хелы не удостоились такой чести. Один с помощью Бивреста отправил их истлевшие останки, как и останки волка Фенрира, на Солнце. Там они сгорят, но их души не попадут в Вальхаллу.       Но втайне от всех жителей Асгарда Один, Тор и Локи всё же похоронили Хелу по всем традициям. Это произошло под покровом ночи, когда Асгард праздновал свою победу. Царская семья приготовила ладью для Хелы. Её меч положили ей на грудь и пустили по тем же водам, по которым несколькими часами ранее отправили в последний путь павших воинов. И когда в ладью прилетела стрела, и она загорелась, Локи взял слово: — Пусть хотя бы в Вальхалле она найдёт покой. — Нет Локи. Она не пойдет в Вальхаллу. — ответил Один своему сыну. — Почему отец, она пала в бою? — непонимающе вопрошал Локи. — Душа Хелы слишком плотно связана с Хельхеймом. — с грустью в голосе сказал Один. — Но пусть даже в Хель она придёт с почестями достойные ее. — Может хотя бы так нашей сестре станет легче. — предположил Локи. — Возможно. — согласился с ним Один. — Вы молодцы дети мои. В час нужды вы сплотились несмотря не на что. Я никогда не был так горд вами. — С… спасибо, отец. — неуверенно ответил Локи.       Сказать, что Локи был удивлён это ничего не сказать. Он не привык к тому, чтобы Один его хвалил. Обычно он слышал только, что он разочарование и недостоин ничего. Но теперь Один похвалил его наравне с Тором, которому Локи всегда хотел быть равным. И вот он получил такую похвалу. Этого ему было достаточно.       Тор, казалось, не услышал ни одного слова Одина. Он не мог отвести взгляд от ладьи с телом сестры. И последние слова, сказанные ему Одином, не выходили у него из головы. — Что ты имел ввиду, когда сказал «мне не впервой убивать родню»? — Ты ещё молод, Тор, и многого не понимаешь. — холодно ответил Один своему сыну. — Возможно, когда-нибудь я тебе расскажу. А сейчас, дети мои, пойдёмте и выпьем вместе со всеми, насладимся плодами нашего успеха. Вы это заслужили.       С этими словами Один повернулся и направился в свою личную комнату, которая зовется Хлидскьяльв. Он всегда уходил туда, когда хотел побыть один. Никто не знал, что находится в этой комнате. Доступ туда был только у ВсеОтца, благодаря древним чарам, наложенным ещё царём Бури. Эти чары были древними, но всё ещё эффективными. — Опять в свои покои ушёл. — сказал Локи. — Да, брат. — согласился Тор. — Вечно он туда уходит в такие моменты. Занятно, что даже ты не смог преодолеть чары царя Бури. Великий ты наш колдун Асгарда. — улыбнулся Тор, похлопав брата по плечу. — Как говорят земляне, ещё не вечер. Я ещё скажу своё слово. — ответил Локи в том же духе. — Пошли действительно выпьем и поедим, а то я голодный. — Пойдем. — согласился с ним Тор. — У меня тоже в горле пересохло.       И в кой-то веки два счастливых брата решили отвлечься от всех забот. И они пошли праздновать, как им и советовал отец. Это был хороший совет и они последовали ему. И добравшись до залов празднеств Асгарда. Их взору предстала поистине радостная картина: Ассы пировали и праздновали свою победу.       Фандрал, известный сердцеед Асгарда, уже успел охмурить новую красотку. Он рассказывал ей, как сражался с мертвецами, посланными Хелой, как они чуть не одолели его, но он всё же одержал над ними победу спасая детей Асгарда.       Огун уже осушил бочонок медовухи и съел двух кабанов. Леди Сиф тоже не отказывала себе в крепком эле, слушая рассказы вернувшейся Валкирии о её прошлом.       А Вольштагг, известный своими аппетитами, теперь соревновался с Халком в поедании всего, что только мог предложить Асгард. По словам очевидцев, они уже съели восемь кабанов, двенадцать фазанов, десять куриц и запили всё это пятью бочонками эля. И им было мало. — Бочку лучшего эля и медовухи на Вольштагга он уесть зеленого громилу. — воскликнул Локи на все пирушку. — Принимаю Локей. — ответила ему Валькирия крича через весь зал. — Я в Халка верю.       Локи присоединился к Огуну, Сиф и Валькирии. Он взял кружку для эля и сделал глоток. Затем он начал есть свежеприготовленного кабана. Трудно было поверить, что Локи, после всего, что натворил, будет пировать вместе с другими Ассами. Однако сегодня это было так.       Тор же молчал. Он взял кружку и налил себе медовухи, но не испил и капли. Он был счастлив, наблюдая за происходящим. Однако вместе с тем он размышлял о разных вещах. Возможно, в этом они с отцом были похожи: оба всё время о чём-то думали и стремились к уединению в такие моменты. Он думал о Хеле о сестре, что приобрел и потерял. И о тайнах Одина.       Тор всегда стремился быть таким же мудрым, многознающим и сильным, как его отец. Он хотел быть достойным его. Раньше Тор думал, что знает своего отца хорошо, но теперь он понимал, что он многого не знает об Одине.       Возможно, это было связано с тем, что Один говорил о своих родственниках, которых он убил в прошлом видимо еще до рождения Хелы. Но кто бы это мог быть? Быть может, царь Бор, отец Одина, умер не от ран, полученных в битве с великанами Мидгарда. Может быть, это Один убил его, чтобы получить власть? Или Вили и Ве, братья Одина, пали не в битве с Суртуром, а Один убил их сам, опасаясь конкуренции за трон? Если верить рассказам Хелы о молодом Одине, он мог бы так поступить.       В этот момент Тор был одинок, несмотря на то, что вокруг него было много людей. Его мысли были его собственным миром, в котором он пытался найти ответы на свои вопросы. Он знал, что путь к знаниям и пониманию будет долгим и сложным, но он был готов к этому. Эти мысли были навязчивыми и не отпускали Одинсона. Они охватывали его словно заводная мелодия.       Все это время Тор прибывал в вихре этих своих мрачных размышлений до момента покуда не услышал голос окликнувший его: — Ваше величество ты сейчас свой эль сильно нареешь пить станет невозможно. — окликнула его Валькирия выводя Одинсона из омута свои мыслей. — Действительно. — согласился с ней Тор и несводя взора от своей кружки эля. — Сиф мне сказала, что на пиру ты был также весел, как и неистов в бою. Пировал месяцами и год без передышки сражался в какой-то войне с каким-то народом. — поведала узнанное Валькирия попивая фирменный Асгардский эль. — Да и такое бывало на моей жизни. — спокойно ответил Тор. — Я тыщу лет не пила этот эль. — осушила свою кружку и взяла новую. — Лучший во вселенной. Выпьете со мной ваше величество? — За что выпьем? — спросил Тор подняв свою кружку. — За мое возвращение и победу. — ответила воительница поднимая свою кружку. — За твое возвращение и победу. — повторил ее тост Одинсон.       Оба Асса крайне быстро опустошили свои кружки. Воительница была удивлена, когда сын Одина выпил свою кружку даже быстрее её. Она не встречала таких в Асгарде даже в ее время. — Ого какой ты у нас. Возможно рассказы Сиф не такая уж и выдумка. О чем задумались ваше величество? — Да не о чем. — пытался отговорится Тор от вопроса его новой подруги. — Ой да брось. Я много чего поведала и сразу вижу, когда кто-то о чем-то думает. — заверяла его Валькирия. — Ну так о чем ты думаешь? — Я никогда не думал, что Один был плохим отцом. — бормочет Тор, наклоняясь вперёд и опираясь локтями на стол, за которым он сидел в одиночестве. Он взял себе ещё одну кружку, но на этот раз с пивом, и протянул такую же Валькирии. — Даже когда я его боялся, я не считал его плохим отцом.       Валькирия хмурится и еле заметно улыбается: — Я никогда не думала, что из Одина хороший отец. Когда, я только начинала, то видела в нем лишь царя и полководца. Даже в Хеле я видела не его дочь, а очередного солдата, которого он взрастил.       Тор поднимает голову. Осушая залпом очередную кружку, как бы показывая ей, что он так еще очень долго может. — Сколько тебе было лет, когда ты стала Валькирией?       Валькирия моргает, глядя на него. Чтобы не отставать от принца она сама залпом выпила свою кружку. Ее мозгу требуется считанные мгновение, чтобы восстановить информацию. — Я начала тренироваться, когда мне было 12 лет.       Ухмылка, кривая и озорная, расползается по лицу Тора. — Обучи новое поколения Валькирий. — Что? — непонимающе вопрошает Валькирия поднимая бровь, глядя на него. — Валькирии всегда нужны были Асгарду, а с вашей потерей девочки, что мечтали об этом уже не могут исполнить свою мечту. А вот теперь вернулась ты и можешь их обучить. — медленно говорит Тор протягивая ей новую кружку с элем. — Я подумаю. — ответила Валькирия пораженная предложению Тора. — Сам та чем сейчас займешься? — Вернусь в Мидгард навещу друзей. — Мидгард? — Да, а что не была там? — Была, но давно. Тор меня один вопрос мучает. — Слушаю. — Какая связь у будущего царя Асгарда с другой планетой, которая, насколько я знаю, не имеет вообще никаких знаний о Девяти Мирах? — задается вопросом Валькирия, к чему или кому на Земле он мог пропитаться такому уважению. — Земля так называют этот мир местные жители. — начал свой рассказ Тор. — Удивительный мир. Да, жизнь в нём быстротечна: вы можете отсутствовать там всего сотню лет, но за это время все, кого вы знали, уже уйдут, а мир изменится. Отец говорил людские жизни быстротечны, но люди знают, что такое отвага и доблесть. Они умеют удивлять. — Оу правда. — удивленно говорила слушавшая этот рассказ Валькирия. — Интересно, как они удивляют? — Вот, например, Халк. — указал Одинсон на своего зелёного друга, который всё ещё соревновался с Вольштаггом в том, кто больше съест. И до сих пор ни один из них не мог одержать победу. — Он землянин. — Что? — воскликнула Валькирия, отставляя в сторону свою кружку. — Да. — кивнул Тор. — Халк землянин, и на Земле хватает скажем так более сильных людей. Пусть они и не такие сильные, как он. Земляне умные, доблестные и просто хорошие люди. Да и много прекрасных мест. Это мир, который действительно можно полюбить. И если бы не Асгард, я бы даже там поселился. — закончил свой рассказ Тор и сразу же осушил свою кружку эля. — Ух ты. Так описал, что аж посмотреть захотелось. — В чем проблема, — говорит Тор, медленно вставая со стула и подходит к ней, — полетели завтра со мной. — Посмотрим.       И всё казалось хорошо. Пир в Асгарде шел полным ходом. Все веселились и радовались. И продолжалось так часами, может, днями или вообще неделями, для Асов время всегда не было большой проблемой, они просто этого не замечали. Идиллия, по крайней мере для Тора, была нарушена Хеймдаллем. Страж Бивреста телепатически связался с сыном Одина.

— Тор ты мне нужен.

— Что стряслось Хеймдалль?

— В Асгард пробрался нарушитель. Он сейчас недалеко от зала памяти царей.

— Понял Хеймдалль. Я его поймаю. Закончив разговор со стражем Асгарда к Тору подошли Локи, Леди Сиф и три Война. — Тор, что случилось? — спросил Огун своего друга. — Да ничего особенного. — спокойно ответил Тор. — Опять какой-то пирт попытается проникнуть в Асгард. Сколько таких уже было. Быстренько смотаюсь повяжу его и вернусь пировать. — О давай мы с тобой сходим. — с озорством в голосе предложил Фандрал. — Тучу времени уже вместе не гасили врагов. Понастальгируем друг мой.       Тор оглядел своих друзей. И он не ожидал такого предложения. И ведь действительно, после наведения порядка в Девяти Мирах, Тор со своими друзьями крайне мало времени проводил. Он то на Землю смотается, то в космос. Даже с Хелой сражался Тор больше в компании Халка или Одина, но никак не в компании ближайших друзей, что с ним с самого детства. — Что Локи и ты хочешь? — поинтересовался Тор. — Почему нет. Легкая вылазка не помешает. — ответил Локи. — Тогда решено! — воскликнул Тор ударив рукой по столу. — Сразим же врага Асгарда друзья.       «ДААА!» воскликнула вся компания Тора. Они выдвинулись за нарушителем. Довольно быстро они оказались у зала памяти царям прошлого. Зал, в котором прошлым царям Асгарда были оказаны все почести и вспоминались их самые славные подвиги. И этот самый нарушитель сейчас стоял у статуи царя Бора и буквально не сводил с него взора.       Это был человек довольно высокого роста, примерно как Локи, или чуть выше. По телосложению он был крупнее Локи, хотя и ненамного. Его лицо и одежда были скрыты под серым плащом.       Отряд Тора не стал атаковать нарушителя в лоб. Они окружили его, действуя тихо и осторожно. Тор находился в воздухе, готовый к тому, что этот незнакомец может летать. Локи перекрыл путь отступления с тыла, Вольштагг с левого фланга, Огун с правого. Леди Сиф заблокировала возможные пути отхода через окна. В то же время Фандрал попытался незаметно подкрасться к нарушителю и атаковать его. Фандрал вынул меч из ножен сделав это почти бесшумно. Он попытался атаковать незнакомца, но тот с невероятной скоростью и ловкостью увернулся от удара. Удивлённый асгардец нанёс ещё несколько ударов, но все они не достигли своей цели. Затем незнакомец очень быстро и искусно выбил меч из руки Фандрала. Кем бы ни был этот человек, он хорошо обучен настоящими профессионалами. Мало кто мог бы вырвать оружие из рук Асса, да и сила у него соответствующая. После этого незнакомец быстрым ударом ноги отбросил Фандрала в сторону, оглушив его. Не теряя времени, Огун, Вольштагг, Локи и леди Сиф атаковали незнакомца. Однако все их попытки оказались тщетными. Незнакомец был очень быстр и ловок. Он оказался быстрее, чем все они вместе взятые. Вольштагг попытался разрубить его топором, но незнакомец блокировал удар мечом и ударом в живот отбросил Асса к стене. Огун пытался достать незнакомца своей булавой, но безуспешно. Тогда незнакомец выхватил булаву из рук Огуна и оглушил его. Локи метнул свои кинжалы, стремясь поразить противника. Однако тот ловко уклонился и ударил Локи рукоятью своего меча. Леди Сиф скрестила с незнакомцем свой меч, но он оказался столь же искусен в фехтовании. Однако сила и скорость были на его стороне. Быстрым движением он обезоружил Сиф, приставив меч к её лицу.       В этот момент раздался раскат грома. Тор был в гневе. А незнакомец издал звук, похожий на усмешку. — Хах. А, я та думал, где же он.       Когда леди Сиф услышала голос незнакомца, она была крайне удивлена. Её лицо, только что выражавшее гнев, сменилось на шокированное, как будто она узнала говорившего. Но не успела она хоть, что-то обдумать, как Тор влетел в него. — Ты забрался не туда, вор. — в гневе Одинсон, начал осыпать незнакомца угрозами. — Ты думаешь, что можешь угрожать моим друзьям и брату и уйти безнаказанно? Но ты узнаешь, что значит гнев Тора. — Хах. — усмехнулся незнакомец, поднимаясь с земли. — Я вижу, ты теперь не только молнии вызываешь молотом, но и сам их создаёшь. — он поднял правую руку, и из неё вырвался луч света, который направился прямо в Тора. Хотя атака никак не навредила Одинсону, он всё же почувствовал боль. — Я тоже теперь могу создавать свет не только в небесах, но и выпускать его из своих рук.       Тор почувствовал силу этого луча света, и его охватило знакомое чувство. Голос незнакомца был ему очень хорошо известен, хотя он не слышал его уже очень давно. Одинсон не мог поверить своим ушам, словно перед ним явился призрак. Тот, кого он считал давно пропавшим, теперь стоял перед ним. Тора охватили шок и смятение.       Незнакомец снял капюшон. Этот человек или скорее Асс был блондином с длинными волосами и небольшой щетиной. Его лицо же напоминало Тора и Фригу.       Увидев его, Тор, Локи и остальные были потрясены больше, чем когда-либо за последнее время. Он же, глядя на Тора, только улыбался. По его лицу было видно, что он рад всех видеть. — Ну здравствуй брат. Давно не виделись. — Бальдр? — вопрошал Тор глядя на брата, который словно восстал из мертвых. — Да Тор. Я живой. — ответил он расставляя руки по сторонам.       Тор и Локи смотрели на Бальдра, своего младшего брата, не веря своим глазам. Перед ними стоял настоящий и живой Бальдр, хотя за последние 350 лет он немного изменился. Неужели это возможно? Неужели это действительно их брат? Тор и Локи не отрывали взгляда от своего младшего брата. — Локи. — обратился Тор к своему брату. — Здесь замешана магия изменения внешности. Ты чувствуешь в нём хотя бы малейший намёк на эту магию? — спрашивал Тор. Он всё ещё не мог до конца поверить, что его потерянный брат внезапно вернулся. — Нет. — ответил ему Локи. — Это Бальдр. Он излучает тот же свет, что и раньше. — Да, я почувствовал. — согласился с ним Тор.       Бальдр с улыбкой бросился к Тору и Локи и заключил их в объятия. — Привет, парни! Как я скучал! — радостно воскликнул он, раскинув руки и крепко обнимая братьев. — Брат… — всё ещё не веря своим глазам, произнёс Локи. — Где ты был, Бальдр? — спросил Тор, оторвавшись от брата. — О это долгая история. — ответил Бальдр отпуская братьев. — Давайте все расскажу вместе с мамой и отцом.       Стоило речи зашла о Фригге, Тор и Локи помрачнели. Они прекрасно понимали, что Бальдр ничего не знает о том, что происходило последние лет десять. Он же не знает, что сделал Локи. Он не знает кто такие Мстители. Он не знает кто такая Хела. Он не знал об обмане явно не одном обмане Одина… и, он не знал о смерти Фригги. Как сообщить все это Бальдру? И готов ли Бальдр все это узнать? Это был вопрос, на который Тор и Локи не находили ответа. — Бальдр. — неуверенно начал Тор. — Как бы тебе сказать… — Что не так? — уже не так радостно спросил Бальдр. — Идем. — пытался перевести тему Локи. — Отец ждет мы во дворце все расскажем.       Тор, Локи, леди Сиф и трое воинов привели Бальдра во дворец Асгарда. В тот момент почти все жители Асгарда были на пирушке в честь победы над Хелой, которая шла уже пару недель. Кто-то отдыхал дома, как дети или старики. И были воины несли службу.       И только Один был оторван от всего этого. ВсеОтец всё это время сидел в своей комнате и не выходил. Никто не знал, чем он занимался, ведь даже всевидящий Хеймдалль не мог увидеть, что происходит в его покоях из-за чар.       Когда вся компания подошла ко входу во дворец Асгарда, двери распахнулись сами собой. На пороге стоял Один, а на его плече сидели вороны Хугин и Мунин. Вид у Всеотца Асгарда был озадаченный и шокированный.       Перед ним стоял живой Бальдр сын, который больше всего напоминал Фригу, любовь всей его жизни. Сейчас Бальдр стоял перед ним, живой всего в паре шагов. А его глаза все также сияли светом. — Сын мой. — говорил Один глядя на Бальдра. В единственном глазу ВсеОтца прорывалась слезинка, от этого возвращения. — Здравствуй отец. — поприветствовал Бальдр своего отца. — Где же ты был? — спрашивал Один. — О отец это долгая история. Когда вроде 345 лет назад… — Это было 350 лет назад. — поправил Тор своего брата. — Тогда в Ванахейме Хорт, король троллей, поднял мятеж. Ты, я и Локи с отрядом воинов отправились подавлять восстание. — быстро вспомнил Тор события прошлого. — Да точно. — согласился с ним Бальдр. — Так вот, когда я сошелся в бою с Хортом, каким-то артефактом открыл портал и я провалился в К’унь-Лунь. — Куда? — непонимающе спросил Локи. — Ну, местные так называли свой дом. — ответил ему Бальдр. — Это что-то вроде потерянного города из Мидгарда, но в другом измерении. Там местные монахи и помогали мне оправиться от ран, что я получил в бою с Хортом. — Что объясняет почему Хеймдалль тебя нигде не видел. — предположил Один. — Видимо. — согласился с отцом Бальдр. — Лей Кунг, так зовут старшего монаха этого города. Он помог мне раскрыть мой потенциал по управлению светом. Эти монахи стали мне друзьями. — Как же ты выбрался оттуда? — спросил Тор своего брата. — Ну раз 15 лет там открывается портал в Мидгард. — ответил Бальдр. — Раз в 15 лет. — уточнил Локи. — Чего же ты не вернулся так быстро? — Ну… — несколько запинался в своем ответе Бальдр. — Я им сначала не поверил, подумал, они либо врут, либо не все знают. И я пару сотен лет сам искал выход. Не нашел, вернулся к Лей Кунгу и стал ждать, покуда проход снова не откроется. Там же я познакомился с защитником этого города, драконом Шао-Лао великим. Он же и помог мне раскрыть свои силы по-новому. А потом открылся портал в Мидгард, и Железный кулак, избранный воин Шао-Лао, отправился сражаться с их врагами. А немного погодя отправился за ним. — И сколько лет ты был в Мидгарде? — спросил Тор. — Где-то пару лет. — утомлённо ответил Бальдр. — Я пытался воззвать к Хеймдаллю, что в К’унь-Луне, что в Мидгарде, но всё было тщетно. Ну и мне ничего не осталось, как путешествовать по Мидгарду. Там я узнал, что ты, Тор крайне известен в этом мире. Также я узнал о том, что сделал Локи. И я узнал о Мстителях. — Как же ты попал в Асгард? — спросил Локи. — Вы знали, что в Мидгарде живут колдуны. — ответил Бальдр. — Я услышал о неком Камар-Тадже месте, где творятся чудеса. Я добрался туда, и маги с помощью своего волшебного кольца отправили меня в Асгард. Вот и вся моя история. А у вас, что было, где мама, опять в Ванахейме? — Эх… — неуверенно произнес Тор.       Сколько же воды утекло с тех пор, как Тор и Бальдр виделись в последний раз. Так много событий произошло за эти годы, что Одинсон даже не знал, с чего начать. Но все же он начал с того, что он не оставил его, как оказалось, ненастоящую, но все же смерть не отомщенной. Тор лично убил короля троллей Хотра, оставив его сына Улика править их народом, который Один запер в глубинах под Ванахеймом.       Он продолжил свой рассказ, поведав о том, как их брат Локи всех обманул. Один из-за его обмана был вынужден изгнать Тора, а Локи захватил трон Асгарда. Но Тор вернулся и победил его. А затем поведал о битве с Локи на Земле, как он стал частью Мстителей.       Затем Тор рассказал Бальдру о Темных Эльфах и смерти Фриги. Как их мать до последнего сражалась, пытаясь защитить Эфир, но не устояла перед мощью Алгрима сильного. Тор победил Малекита, а Локи узурпировал власть Одина.       Он закончил свой рассказ тем, как раскрыл обман Локи, как они нашли отца на Земле. Один рассказал им о Хеле, которую он болле не мог сдержать, потому что был лишён сил. Их сестра вырвалась и заточила ослабленного Одина в Хельхейме.              Тор и Локи были изгнаны на Сакаар, где встретили Халка и Валькирию. В конце концов они примирились, освободили отца и победили Хелу. Такова была их история. — Вау. — шокировано произнес Бальдр узнав о том, что случилось за годы его отсутствия. — Такое не просто переварить. — говорил Бальдр пытаясь все осознать.       Один подошел к своему сын положив ему руку на плечо. — Главное, что ты вернулся сын мой. Все остальное позади. — Возможно. — скептически говорил Бальдр.       И Асгард начал пировать с новой силой. Возвращение всеми любимого Бальдра отмечалась не чуть не хуже чем победа над Хелой. Весь Асгард ликовал от возвращения Бальдра домой.       На праздник в Асгарде собрались все жители, чтобы отпраздновать возвращение Бальдра. Каждый хотел поздравить младшего сына Одина и выразить восхищение его красотой и стойкостью во время странствий. Особенно радовались Тор и Локи. Они любили Бальдра и были безутешны, когда считали его погибшим. Но теперь, когда он был жив, их сердца наполнились радостью.       В центре зала стоял огромные столы, ломившийся от яств. Бальдр, который уже позабыл о вкусе еды сделанная в Асгарде сейчас ел и пил до отвала наслаждаясь моментом. Музыканты играли весёлую музыку, а танцоры исполняли зажигательные танцы.       Один был вдали от всеобщего веселья. Он вновь вернулся в Хлидскьяльв, чтобы предаться размышлениям о своей жизни. Он вспоминал, как впервые увидел своих родителей, как познакомился с братьями, как участвовал в битвах во славу Асгарда и убивал во имя него. Он думал о том, как терял родных и как впервые держал на руках своих детей сначала дочь, а затем и сыновой.       Жизнь Одина была долгой и полной страданий и счастья. Она хранит множество тайн. Но сейчас его мысли были сосредоточены на одном: готов ли его сын Тор взять на себя ответственность за Асгард и стать правителем?       Но здесь и сейчас все мысли Одина исчезли, их вытеснила одна старая мысль, к которой ВсеОтец уже никогда не хотел возвращаться. Эта мысль снова появилась в его сознании.       Стоя у окна своих покоев и глядя вдаль, ВсеОтец увидел, как небеса Асгарда прорезала черно-фиолетовая молния. Но её никто не заметил, даже громовержец Тор. Потому что эта молния существует только для Одина.       И глядя в окно Хлидскьяльва, Один произнёс: — Так значит, да. Похоже, то, чего я боялся тысячелетиями, то, о чем я даже успел позабыть, возвращается вновь. Он вернулся… Змей вернулся.       Не теряя и секунды Один спустился ко всем Ассам, что пировали и веселились. И на празднества явился ВсеОтец Асгарда и прерывает все торжество. — Асгард, довольно пировать. Великое зло вернулось. И нам нужно готовиться к бою. Огун, отправляйся в Ванахейм к царю Фрейру, передай мой приказ собирать все силы, что только может. Фандрел, отправляйся на Нидавеллир и прикажи Эйтри начать ковку проекта «Огонь». Остальные воины, готовьтесь к бою, заточите оружие и ждите команды.       Услышав слова Одина, Асгард прекратил пиры и начал готовиться к битве. Никто не знал, где она произойдёт, но Ассы понимали, что если ВсеОтец так встревожен, то битва будет жестокой и унесёт много жизней. Они приступили к подготовке: воины точили мечи, кузнецы ковали новые доспехи и оружие без устали уже несколько дней.       Один и его сыновья наблюдали за происходящим. Бальдру выковали новые доспехи и мечи, достойные лучшего мечника Асгарда. Тор, лишившись Мьёльнира, вернулся к своему старому топору Ярнбьёрну. Локи лишь ждал своего часа. — Отец. — обратился Тор к Одину. — Никогда рание мы не готовились вот так к войне. Кто наш враг?       Но Один не спешил отвечать. Он предпочитал наблюдать за приготовлениями, не вступая в разговор. Однако вскоре Хеймдалль обратился к Одину и его потомкам. — ВсеОтец ты мне нужен, я должен лично сообщить тебе о случившемся. Один и его дети направились к стражу Бивреста, они оказались там быстро ибо сейчас Один дорожил каждой секундой: — Что случилось Хеймдалль? — вопрошал Один. — На Землю напали. — коротко ответил страж. — Кто?! — воскликал Тор. — Ледяные великаны, которых ведет король Старкада. Огненные демоны, которых ведет Владычица Синдр. Тролли под предводительством вождя Улика. И все это воинство возглавляют два Асса. Одна из них дева неведома мне. А вот ее напарник это Рейго изгнанный тобой ВсеОтец воин. И Тор ты должен знать. Трое двоих союзников мертвы. — Что?! — еще сильнее воскликнул Тор. — Кто? — после чего Хеймдалль прошипел име на ему на ухо. — Неееееееет! — закричал Тор. — Отец это то зло к которому мы готовимся? — Да. — ответил ему Один. — Змей Бог Страха возвратился. Сейчас он готовится для битвы с нами. Те войны Ассы, что ведут воинства наших врагов это его дети Скади и Нул. Сейчас они действует все под предводительством Змея. — Тогда нам надо идти на Землю. Асгард совместно со Мстителями, мы одолеем Змея… Но не успел Тор закончить свою речь, как Один прервал его. — Нет. Земляне обречены. Не Змей их убьет, так мы. — О чем ты? — Все эти поговорки. Мы уничтожим население Земли, чтобы лишить Змея его сил. Земляне нам тут не помощники.