Глава 15

***

Все девушки стояли в ряд во дворике гарема. Напротив них стояли Дайе-хатун, Нигяр-калфа и Сюмбюль-ага. Они допрошивали наложниц. — И что же, никто ничего не слышал? — спрашивала Дайе, в ответ ей стояла тишина. — Кары небесной не боитесь? Покрываете убийцу? — Я не знаю, кто это сделал, — сказала одна из рабынь, — но у Айше-хатун был враг. — И кто же этот враг? — спросила Дайе. На её вопрос опять никто не ответил. — Языки проглотили что ли, Дайе-хатун ждет, — говорила Нигяр. — Хюррем-хатун, Нигяр-калфа, вчера вы сами всё видели, она так разошлась, еле успокоили. — И что говорила Хюррем-хатун? — Угрожала, грозила, что язык отрежет. — Вот как, вы все это слышали? — девушки подтвердили. — Дайе-хатун, это вырвалось у неё в гневе, — Нигяр подошла ближе к хазнедар гарема, — разве можно обвинять мать наследников в паре неосторожных слов? Девушки начали болтотать: — Она угрожала ей. — Да, это точно она. — Я думаю, что это Хюррем. — Нужно расспросить Садыку-хатун, она жила в одной комнате с Айше. — Я уже её опросил, — ответил Сюмбюль, — эта чужестранка ничего не знает.

***

Хатидже и Джансу, переговариваясь, стояли в покоях. Хатидже последние несколько дней тревожила бессонница, она уже не знала что делать. — Ибрагим уехал, и я теперь себя плохо чувствую. Тут внезапно резко отворилась дверь, в покои вбежала Махидевран-султан. — Вы слышали, что произошло? — Что случилось, Махидевран, ты так распереживалась. — Айше-хатун убили сегодня ночью, и все подозревают Хюррем. — Какой ужас, — произнесла Хатидже. — Вот, что происходит, когда повелителя и великого визиря нет во дворце.

***

Сюмбюль-ага после слов Садыки, о том, что Назлы-хатун была с Айше вечером, решил подловить на одном из поворотов служанку Хюррем. — Сюмбюль-ага, — когда случайно увидела евнуха, произнесла девушка, — ты меня напугал. — Ты ведь знаешь уже об Айше-хатун? — Да, ага, знаю, мне её очень жаль, еще вчера мы сидели вместе, болтали о всяком. — Когда ты вернулась в покои Хюррем-хатун? — Я не возвращалась, она выгнала нас, была очень зла, поэтому я спала внизу у девушек. — От чего же она злилась? — Из-за ссоры с Айше, я просила её успокоиться, но она ещё больше разозлилась и прогнала нас. — То есть она осталась совсем одна? При ней никого не было? — Нет, она одна осталась. — Все тогда, молчи о том, что мы поговорили, никому не говори.

***

В покоях охотничьего домика служанки накрывали стол, повелитель с сыновьями уже возвращались с охоты. Айшель стояла и руководила всеми, её дочери разговаривали, сидя на тахте. — Госпожа, больше ничего не нужно? — Нет, Дениз, ничего, Эсма, Арслан ещё не проснулся? — Нет, госпожа. — Дорогу! — в покои вошли отец и двое его сыновей. — Сулейман, — Айшель подошла к мужу и обняла его, а затем сына, Мелек обняла Мустафу, — я думала вы вернётесь раньше, давайте садиться обедать. Мы точно возвращаемся завтра? — Да, точно, завтра, мальчики уже устали, да и вы я думаю, хотите назад во дворец. — Я соскучилась по Хатидже-султан, — сказала Гевхерхан, — она такая радостная последнее время, постоянно улыбается. — Отец, я тоже это заметил, — сказал Осман, — от чего у неё так настроение улучшилось в последнее время? — Я думаю, что скоро вы всё узнаете, — произнесла Айшель, — подождите немного.

***

Хатидже и Махидевран уже успели прийти к Валиде-султан, они все ждали новостей относительно убийства Айше, Садыка-хатун, только недавно начавшая служить матери султана, подавала султаншам напитки. — Убийство Айше-хатун напугало нас всех, — произнесла Махидевран, обращаясь к Валиде. — Хорошо, что детей во дворце нет, они хоть этого не слышали, — сказала Хатидже, — Валиде кто же пошёл на такое? — Злодей будет найден, в моём дворце убийца не сможет укрыться. В покои вошла Дайе-хатун, все женщины сразу де повернулись на неё. — Ну что же Дайе, говори, — говорила мать султана, — что-нибудь узнали? — Я допросила всех девушек, оказывается в гареме вчера произошла ссора. Хюррем-хатун кричала на Айше, при этом угрожала ей. Сюмбюль-ага и Нигяр-калфа были при этом разговоре. — А я тоже, когда проходила мимо слышала эту ссору, — говорила Махидевран, — а помните как она накинулась на беременную Гюльнихаль, мне кажется она могла убить Айше. — Как ещё оказалось, Хюррем всех выгнала вчера из покоев, осталась одна вместе с детьми. — Мне кажется, она не могла это сделать, — высказалась Хатидже, — я не верю в это. — Милая моя, ты привыкла видеть в людях только хорошее, — сказала Валиде и вышла из покоев. Она очень спешным шагом стала идти в покои Хюррем, сзади неё шли Дайе-хатун и Сюмбюль-ага. Хавса-султан зашла в покои и увидела Хюррем, держащую на руках сына. Она встала, приветственно улыбнулась. — Мне не нужны ни твои приветствия, ни лживое почтение, — лицо Хюррем сразу изменилось. — После того, что ты посмела сделать, я не верю тебе. — Валиде-султан, — опустив голову, проговаривала Хюррем, — что я опять сделала, в чем я провинилась? — Мне нужно объясняться? Вчера в гареме была ссора, ты угрожала Айше-хатун. — Мне не удалось сдержать свой гнев, простите. — Именно поэтому Вйше нашли утром мертвой, это ты убила её. — Я? Вы меня обвиняете? Я вам клянусь, я не убивала. — Скоро разберёмся, но пока твоя невиновность не будет доказана, ты никуда отсюда не выйдешь и детей не увидишь. Дайе, заберите у неё детей, заприте двери и поставьте стражу, — султанша вышла из покоев.

***

Прошли сутки, повелитель вместе с детьми и женой возвратился назад во дворец. — Валиде-султан, — произнесла Айшель, войдя в покои, — доброе утро. Мустафа сразу побежал обнимать мать, остальные шехзаде и султанши обнимали бабушку и тётку. — Что-то у вас лица не сильно радостные, — заметила Хасеки. — Дети, — обратилась к ним Валиде, — идите к себе в покои, а я пойду к сыну. Валиде с детьми вышли из покоев. — Что случилось? — задала вопрос жена султана. — Садись, Айшель, — позвала Хатидже, — здесь случилось кое-что серьёзное.

***

Валиде-султан зашла в покои сына, тот поцеловал её руку и обнял мать. — Валиде, я сам к вам собирался зайти чуть позже, вы наверное хотите поговорить о помолвке. — Нет, нет, не об этом, с Хюррем-хатун произошла недопустимая ситуация. — А что с Хюррем? — В гареме вчера утром был обнаружен труп, это твоя наложница — Айше-хатун. Ей перерезали горло. — А Хюррем здесь при чём? — Да вот, есть подозрение, что это сделала она, все улики на неё указывают.

***

Айшель была в шоке от новостей. Она сидела не могла поверить в это. — И вы думаете, это Хюррем? — Всё указывает на неё, госпожа, — сказала Махидевран, — я уверена, что это она. — Не могла она такого сделать, не способна она на это, сколько таких ссор было, она могла это и раньше сделать. Я не верю. — Я тоже не верю, Хюррем не ангел, но и не убийца, — произнесла Хатидже.

***

Хюррем сидела около окна и верила в то, что придет её султан и спасет её. Звук открытия дверей отвлек её. В покои вошел султан, Хюррем поклонилась и подбежала обнять. Но тот стал убирать её руки. — Хюррем, ты мать моих детей, — произнёс Сулейман, — ты была моим счастьем, моей радостью, что случилось, Хюррем? Ты стала убийцей? Как же я могу делить с тобой ложе? Сулейман уже отвернулся к выходу и собирался уходить. — Я не убийца, кто-то меня здесь оклеветал, меня оговорили, я не способна на это, пойми же, это грех, поверь мне, Сулейман. Он только хотел постучать в дверь, как девушка бросилась на колени. — Повелитель, меня заперли в этой комнате, я молилась, чтобы вы пришли и спасли меня. Я говорю своему султану, что я невиновна, а он не верит. Я клянусь, я этого не делала. Падишах, не взглянув на наложницу, постучал три раза в дверь и вышел из покоев.

***

Прошел еще один месяц, наступил апрель. Во дворце было тихо и спокойно. Ибрагим-паша с родными прибыл из Парги только недавно. Хюррем-хатун уже почти месяц жила в Старом дворце без детей, ей так и не удалось убедить повелителя в своей невиновности. Ежедневно рыжеволосая наложница засыпала со слезами, её дети находились у Айшель-султан, именно её Хюррем просила следить за ними. Айшель и Хатидже были единственными, кто не верил в виновность девушки. Хасеки чуть не поругалась с мужем из-за этого, девушка может иногда и раздражала её, но она не заслуживала разлуки с детьми.

***

Ибрагим стоял в саду и ожидал свою будущую невесту. На улице моросил небольшой дождь, шуршала листва на деревьях и кустах. Из поворота вышла Джансу-хатун, она кивнула паше, и тот кивнул ей в ответ. Вышла Хатидже в розовом плаще, на котором держалась бабочка. — Госпожа моя, когда я ехал сюда, как я мечтал словно эта бабочка прижаться к вашему сердцу, умереть у ваших ног, только коснуться вас. — Я, я много молилась, как я была расстроена, когда вы уехали. Я боялась, что не увижу вас больше, эта мысль печалила мое сердце. — Пусть такие мысли больше не мучают вас, они должны остаться в прошлом. До конца своих дней я буду рядом с вами. Ваши руки, как и сейчас будут находиться в моих. — Это похоже на сон, правда? Если это так, я не хочу больше просыпаться. Наверное, ваша семья обрадовалась, когда увидела вас. — Они здесь, рядом со мной, за воротами дворца, они захотели дождаться меня. — Они нашли вас и больше не хотят отпускать. А что сказала ваша матушка? — Её уже нет с нами. — Мне жаль. Я уверена, она на небесах. — Она видит нас и радуется за нас.

***