Часть 6

- Иди к черту! В маленькой комнатке накурено, душно и темно. Единственное окно зачем-то закрыто пожелтевшими газетами. Одинокая лампочка в треснувшем пластиковом плафоне едва освещает центр помещения. Вдоль стен короба, оклеенные старыми, наполовину затертыми стикерами. Возможно, остатки товара. Возможно, где-то, в одном из них, под слоями упаковочной пленки россыпь кулонов с уродливыми красными глазами. Как раз таких, как был у Рин… Достать бы ордер на обыск! Но это маловероятно. Свидетелей не обыскивают. - Я сказал, иди к черту! Не буду с тобой ни о чем разговаривать! – пожилой мужчина в старой линялой юкате раздраженно хлопает по столу сморщенной ладонью. Пара пустых бутылок жалобно звенят, чуть подскакивая от удара. - Прошу вас, это очень важно. Постарайтесь вспомнить, - настаивает Какаши, теребя лацкан полицейского пиджака, - посмотрите еще раз на фото. Куда вы поставляли такие украшения? Возможно, осталась какая-то финансовая отчетность? Старик переводит мутный взгляд на экран телефона, морщится, в глазах на мгновение скользит удивление, затем, будто бы, испуг, недоверие и, наконец, панический ужас… Это что, первые симптомы алкогольного делирия? - Иди к черту! – вопит он, брызгая слюной из щербатого рта. –Иди к черту! Иди к черту! Голос хриплый, пьяный, скрипучий звенит в ушах. Злит. Но терять терпение нельзя. Это свидетель, какой бы он ни был… - Данзо-сама, - Какаши старается говорить максимально уважительно, хотя на скулах от злости скачут желваки, - от ваших показаний многое зависит. Пропала девушка, и кулон… - Срать я хотел на вашу девушку, вместе с кулонами! Проваливай! Вот так просто обрывается единственная ниточка в расследовании. Он никогда не сможет найти её. Выяснить, что случилось в ту злополучную ночь… Из-за какого-то спившегося придурка! Злость топит изнутри, срывает последние сдерживающие заслоны, проходит контрольные точки… Удар. Еще один. Под тяжелыми кулаками трещит чужая челюсть, на рукава голубой форменной рубашки брызжет кровь и слюна. Пьяница падает на пол, хрипит, безумно улыбается. - Что-о-о? Достал меня, божий глаз? - несет околесицу, шамкая разбитым ртом. Ноют ободранные костяшки пальцев. Ноет нехорошее предчувствие где-то в груди. Это конец. Все, к чему так долго шел - обнулилось. Исчезло с легкомысленным «пуф», как в шоу фокусника исчезает колода карт из рук. Комната сужается. Дышать становится все тяжелее, сердце бьется о ребра, отдаваясь рваным ритмом в висках. Короба, кругом короба, теснят, давят, нависают. Нужно бежать! Срочно! Где же чертов выход?! *** Какаши открыл глаза и резко сел в кровати, от чего голова моментально закружилась, а очертания спальни мелькнули резкими яркими линиями, поплыли. Привычный кошмар-воспоминание оказался ярче и подробнее, чем раньше. Обычно во сне приходили лишь обрывки фраз, короткие вспышки ударов и смазанные детали. Сегодня же подсознание решило собрать весь пазл целиком. Подсунуло полную картину, с подробностями. Присыпало щепоткой сонного паралича, или как это дерьмо называется, когда просыпаешься, задыхаясь от ужаса? Откинувшись обратно на подушки, он потянулся, попытался восстановить дыхание. Думать о сне не хотелось. Какаши и так вспоминал и прокручивал это событие уже миллион раз! Но мысли сами утекали в грязную полуподвальную мастерскую, давно заброшенную, наполовину жилую, если учитывать дырявый футон в углу, да потрепанный стол с россыпью кофейных чашек и пустых бутылок. Ряды рассохшихся коробов, запах плесени, пьяный вдрызг хозяин в начальной стадии личностного разрушения… Почему он не стал разговаривать? Да и знал ли он хоть что-то, что помогло бы в расследовании? Этими вопросами можно было задаваться до бесконечности, до исступления терзать память, пытаясь выцепить малейшие детали, но так ни к чему и не прийти. Какаши закрыл лицо ладонями, зарычал. Нужно было прочистить голову, собраться. Сколько он проспал? Мужчина стянул с прикроватной тумбочки телефон и взглянул на вспыхнувший в сумраке экран – четыре утра. - Замечательно, - недовольно проворчал он, - проспал почти сутки… Вчера, попрощавшись с Сакурой у ворот поместья, он двинулся прямиком к гостевому домику – небольшому одноэтажному зданию, уютно утопленному вглубь сада. Днем раньше веселая пожилая служанка (кажется, она представилась Момоко-сан) вручила ему ключи и сообщила, что там «есть все необходимое для комфортного проживания». Что ж, Момоко не соврала. В домике имелась небольшая, прекрасно оборудованная кухня, душ, туалет и спальня с кроватью какого-то аномально огромного размера. Впрочем, привыкшему спать на футоне, Какаши кровать показалась слишком мягкой и широкой. С непривычки тело затекло и противно ныло. Надо бы в следующий раз устроиться на полу. Разминая шею, мужчина поднялся с постели, зажег свет и направился в душ, шаркая босыми ногами по полу. Включил воду, встал под прохладные струи. Задрав голову, попытался вымыть неприятные воспоминания. Заиндевевшие мышцы потихоньку оживали, обретали подвижность. Когда мозг все же отключился от ночного наваждения, прорезалась вторая проблема – Сакура. По-хорошему, девчонка проблемой, конечно, не была, если не считать её вчерашнего упертого желания сбежать от своего телохранителя. Ну а чего еще он ожидал от взбалмошного семнадцатилетнего подростка? Какаши набрал в рот воды, прополоскал, выплюнул. Хотелось бы верить, что вид убитой (между прочим, практически её ровесницы) немного отрезвит мисс Харуно. Заставит задуматься о собственной безопасности. Обернувшись белоснежным гостевым полотенцем, Какаши вышел в спальню и, обсыхая, полистал новостную ленту в телефоне. Затем бросил горестный взгляд на темневший в углу пустой шкаф. За прошедшие сутки события так быстро сменяли друг друга, что он даже не успел вернуться в квартиру за вещами. Пришлось снова влезать в мятые вчерашние шмотки. Он еще раз проверил время. Вряд ли Сакура встанет так рано. Возможно, у него есть час-другой – все уладить, а заодно покопаться в обрывках архивных документов. Просто чтобы доказать себе в очередной раз – он сделал все, что мог, улик больше нет. Иначе дело Рин никогда не отпустит… В дверь тихо постучали. - Какаши-сан, - позвал знакомый девичий голос, - вы не спите? Сакура? Вот тебе и спокойное утро… Незваная гостья предстала перед ним растрепанной, слегка опухшей, а еще почему-то смущенной. В пушистых домашних тапочках и смешной розовой пижаме-кигуруми с длинными заячьими ушами Харуно смотрелась совершенным ребенком. В отличие от вчерашнего провокационного наряда, этот явно больше подходил ей по возрасту. Сакура прошла в комнату, бесцеремонно плюхнулась на не застеленную кровать, уже знакомым жестом подтягивая под себя ноги. - Простите, что так рано, - начала она, встречаясь с ним взглядом и тут же отводя в сторону. – Я проснулась в два, с тех пор не могу уснуть. А сейчас вышла в сад и увидела свет в вашем окне… - Что-то случилось? Зачем ты пришла? – Какаши растерянно похлопал по карманам в поисках пачки сигарет. - Хм, странно… - она покачала головой в такт каким-то своим мыслям. - Что странно? Да где же, черт возьми, сигареты! - Вы перестали мне «выкать». Я еще вчера в машине заметила. - Оу, прости, могу снова начать, - он, наконец, отыскал пачку, та завалилась под кровать. - Нет-нет! Мне больше нравится так, - запротестовала Сакура. – В конце концов, вы намного старше, это логично. Я вот о чем подумала… Сегодня воскресенье, и, кроме тренировки по йоге, у меня в расписании ничего нет. Если хотите, можем вместе порасследовать ваше дело… - Сакура, - оборвал её Какаши, - я не коп, и не расследую никакое дело. А ты и подавно. - Но мы могли бы просто… - Нет. Не могли бы. Что там у тебя, говоришь? Йога? Вот и отлично – посвяти выходной спорту, - он сунул в карман телефон и ключи от машины. – Это где-то в фитнес-клубе? Когда понадобится мое сопровождение, позвони, я буду на месте. А сейчас мне нужно забрать кое-какие вещи из дома. Он жестом пригласил девушку к выходу. - Вы такой упрямый баран! – Сакура раздраженно соскочила на пол, накинув капюшон, от чего розовые уши смешно подпрыгнули. Если она и пыталась выглядеть сурово, то с треском провалилась. - Уж поверь, в этой дисциплине тебе меня не переплюнуть, - улыбнулся Какаши. – Ну так что? Во сколько тренировка? - В три. И не опаздывайте, а то нажалуюсь папе! – она грозно протопала в коридор и громко хлопнула дверью. *** Сакура соврала телохранителю. Она проснулась еще до полуночи и, беспокойно покрутившись в постели, осознала, что уснуть уже не сможет. Встала, выпила кофе, натянула любимую кигуруми. Сделала зарядку, хотя это оказалось весьма непривычно – делать зарядку среди ночи. Прошлась по темным комнатам спящего дома и, наконец, уселась за ноутбук. История Какаши не выходила из головы. Все было так странно. Почему он не хотел копать дальше? Только ли из-за увольнения? Интуиция подсказывала, что не только. Впрочем, плевать. Даже если Хатаке уперся, она могла бы попытаться выяснить что-то самостоятельно. Теперь дело не замыкалось на его пропавшей подруге. В конце концов, убили Хинату и еще одну ни в чем ни повинную молодую девушку. Вдруг она заметит то, чего не замечали другие! Обито-сенсей всегда хвалил её за выдающиеся логические способности… Харуно открыла окно браузера. С чего начать? Как звали ту девчонку? Кажется, Рин. Двадцать лет назад она, должно быть, еще училась в школе. «Убийство школьницы в две тысячи восьмом» - набрала Сакура. Поисковик рассыпался ворохом ссылок на преступления со всех концов света. Нет, так не пойдет. Надо более специфично. «Убийство школьницы Рин в Йокогаме в две тысячи восьмом» - ничего. Пустые бессмысленные линки на какой-то фильм, на производителя орешков и пару сайтов со списками победителей чемпионата по бейсболу лохматого года. Даже гугл предположил, что она ошиблась, исправив имя жертвы на Рил. Стоп! Какаши сказал, что девушка пропала, а не погибла. - Ну конечно! Идиотка! – Сакура хлопнула себя по лбу. «Исчезновение школьницы Рин, Йокогама, две тысячи восьмой» - теперь поисковик, кажется, понял, что от него хотят. По крайней мере, две первые ссылки вели на местные новостные порталы. Харуно пробежала глазами маленькие заметки и разочарованно выдохнула. Черт бы побрал скрытную японскую полицию – никакой новой информации! Разве что фамилия – Нохара. Пришло время для второй ниточки. Сакура бесконечно перебирала варианты. «Кулон, красный глаз» - страницы сетевых ювелирных магазинов. «Что значит красный глаз?» - список медицинских сайтов с симптомами катаракты, глаукомы и прочих заболеваний. «Кулон, улика, Йокогама» - какой-то детектив неизвестного автора. Через пару часов она раздраженно замычала, откидываясь в кресле. Бесполезно. Все было бесполезно! Слишком мало вводных данных. Если бы только Хатаке согласился рассказать больше. У него ведь наверняка остались материалы дела… и свидетель! Он упоминал какого-то свидетеля. Девушка перевела рассеянный взгляд на окно, выходившее в сад, и тут же выпрямилась от неожиданности. В гостевом домике горел свет. Неужели, телохранитель уже проснулся? Так рано? Хотя неудивительно, учитывая, во сколько проснулась она сама. Нужно было попытаться ещё раз натолкнуть его на мысль о расследовании, предложить помощь… Скользнув ногами в тапочки, Сакура быстро выскочила из комнаты и, спустившись на первый этаж, уверенно направилась в сад. Пробежала по ухоженной, обрамленной кустами рододендрона, дорожке и в нерешительности остановилась у дверей домика. Не слишком ли фамильярно заявляться к нему ранним утром практически в пижаме? Она запоздало осознала, что Какаши все-таки мужчина. Взрослый мужчина. Мужчина, которого она знает всего пару дней. Пусть после разговора в машине и казалось, что намного дольше. Для начала надо бы заглянуть в окно, разведать диспозицию, решила Сакура. Она медленно обошла домик по кругу, перепрыгнула через аккуратную клумбу и подобралась к окну спальни, наполовину прикрытому короткой рулонной шторой. В комнате никого не было. На смятой постели одиноко валялись джинсы с водолазкой, в углу горел желтым ночник. Внезапно, боковая дверь, ведущая в ванную, открылась, и оттуда в облаке водяного пара показался полуобнаженный Какаши. Наготу скрывало разве что обернутое вокруг бедер полотенце. Мужчина прошелся по комнате, взял телефон, с минуту полистал что-то на экране. Сакура оцепенела. Правильным было бы отвернуться от окна, или хотя бы обозначить свое присутствие, но взгляд будто прилип к его фигуре. Она следила за стекавшими с мокрых волос на фарфорово-белые плечи каплями воды, за перекатами мышц на гладкой мускулистой груди, за игрой мягкого света на линиях и изгибах его тела. Если раньше любого мужчину старше тридцати девушка без разбору записывала в старики, то теперь вынуждена была признать, что пора пересмотреть свой возрастной ценз. Хатаке вовсе не выглядел старым, или дряхлым. На самом деле он выглядел так, словно только сошел со страниц учебника по истории с изображениями античных скульптур. Высокий, широкоплечий, с идеально прорисованным рельефом пресса, крепкой длинной шеей, острыми скулами – весь правильный и симметричный. Черт, Сакура могла дать руку на отсечение, Ино именно это имела ввиду, говоря: «зрелые мужчины могут быть интересными». Харуно и сама не заметила, как подошла ближе, упираясь коленями в мокрый от росы куст, разросшийся у стены дома. И тут произошло ровно то, что, собственно, должно было произойти. Какаши отбросил телефон на подушку и лениво, точно в замедленной съемке, стянул с себя полотенце. Сакура зажмурилась и присела, прижав ладони к пылающим щекам. К такому зрелищу она явно не готовилась, хотя прекрасно понимала, рано или поздно ему нужно будет переодеться. Девушку прострелило стыдом за собственные глупые действия. Ну вот зачем её понесло к этому окну? И как теперь с ним разговаривать, постоянно представляя… Нет! Лучше ничего не представлять! Лучше перевести мысли в более безопасное русло. Посмотреть на ситуацию отрешенно, со стороны. Пускай у него и тело греческого бога, но это всего лишь результат тренировок. Сакура не раз видела в фитнес-клубе подобных мужчин – ничего особенного. Хатаке явно не понаслышке знаком с кросс-фитом. А у неё, Сакуры, между прочим, сегодня по расписанию йога. Бинго! Надо предложить ему совместную тренировку! И вовсе даже не для того, чтобы поглазеть на потеющего под спортивными снарядами телохранителя. А после можно и до расследования добраться, обсудить версии. - Отлично, хорошая тактика, - шепотом похвалила себя Сакура. Кровь, наконец, отлила от лица, а пульс в висках немного успокоился. И чего она вообще разнервничалась? Будто голых мужчин никогда не видела! На полусогнутых ногах, чтобы ненароком не попасться, Харуно засеменила обратно к двери. - Какаши-сан, вы не спите? *** - Все с самого начала пошло не по плану, - раздосадовано буркнула Сакура, возвратившись спустя каких-то пятнадцать минут в собственную комнату. «Все с самого начала пошло не по плану» - подумал Какаши, угрюмо заводя мотор Акуры. Он даже толком не успел собрать вещи, и уж тем более притронуться к архивным коробам. Лишь схватил с верхнего из них пару папок на удачу, решив, что за остальными вернется позже. Противная девчонка позвонила почти сразу, стоило только ступить на порог собственного дома. Интересно, какой придурок переносит тренировку на семь утра в воскресенье? Разве фитнес-клубы работают в такую рань? Не покидало стойкое ощущение того, что Сакура сделала это нарочно. Обиделась из-за его отказа обсуждать дело? И что это значит – захватите спортивную форму? Уж не вознамерилась ли она и его записать в йоги? В подобных неприятных размышлениях Какаши провел почти весь путь назад в поместье. Искрящаяся бодростью Харуно в кислотных розовых лосинах с большой спортивной сумкой наперевес встретила его на подъездной дорожке. - Вы быстро! – Сакура плюхнулась на заднее пассажирское сиденье, устраивая сумку рядом с его сваленными в кучу пожитками. – Форму взяли? - В мои обязанности не входит стоять в позе павлина под расслабляющую музыку, - с ходу огрызнулся Какаши, выруливая обратно на дорогу. - А вам бы пошло, - усмехнулась девушка, но тут же смешалась, затараторила. – Вообще-то Гай-сенсей давно искал себе спарринг-партнера. И так вышло, что он сегодня в зале… Ну я и подумала… вы же чем-то занимались. В смысле, каким-то спортом… Я знаю, что в полиции практикуют самбо и дзюдо… Возможно, вам было бы интересно… - Ты можешь не так бессвязно? – скривился Хатаке. – Какой сенсей? Какой спарринг? Кто будет торчать в зале с семи утра? - О, вы поймете, когда увидите его, - загадочно протянула Сакура. – Гай-сенсей в некотором роде уникальный человек. Так вы не против тренировки? - Если это не что-то на коврике для йоги… - Нет-нет, только суровые тестостероновые единоборства! - Ну хорошо, - сдался Какаши. В принципе, разогреть мышцы не помешало бы. Он и так преступно долго отлынивал от физических нагрузок в последние месяцы. - Отлично! Сейчас напишу сенсею! - девушка вытащила из кармана сумки телефон. Как легко, черт возьми, у этой девчонки получилось его уговорить!