1.

      Мирабель не может определиться со своим отношением к Марли. С одной стороны, Марли — её дальняя родственница, которая своим добрым отношением ни единожды помогала ей разобраться в себе после очередного непонимания в глазах бабушки, хотя сама сталкивалась с таким же. Марли — Мадригаль, опекаемая попеременно Джульеттой и Пепой, которые, особенно первая, всё ещё ощущают себя в какой-то мере виноватыми, ведь не смогли как-то повлиять на решения ни родного брата, ни троюродной сестры.       Но… Марли не стремится помогать людям также, как семья. Марли развлекает детей, вертится на кухне рядом с Джульеттой и находит время на саму Мирабель, на Антонио…       Марли не любит свой день рождения и всегда уходит на сутки, так что адуэла почти каждый час спрашивает у Долорес, как она. После ответа, что жива, здорова, в порядке, успокаивается, но ненадолго. Словно надеется на что-то иное, на дополнение к этим словам. Впрочем, из-за этого большинство забывают эту дату полностью — всё же девушка пропадает так не только раз в году.       Их обеих, и Марли, и Мирабель, отделяет от остальной семьи словно невидимая стена, вот только оказались они по эту сторону по разным причинам.       Мирабель не получила дара. Дверь растворилась перед ней, словно и не существовала.       Марли с криками во всю свою пятилетнюю тогда мощь отказалась идти, и даже Касита не смогла её переубедить, понимая, что насильный дар хуже никакого.

***

      — Мира, тебя тётя Джульетта просила зайти!       Марли машет девушке рукой, другой придерживая сумку на поясе. Проследив взглядом, как Мирабель уходит, договорившись о чём-то — наверняка о покраске ниток — с семьей, занимающейся ткачеством, она идёт дальше, ища нужный дом.       — Изабела, бабушка сказала что-то про новые дома и живую изгородь у них, а потом идти украшать Каситу, тетя Пепа что-то там сдула. — Иса смеряет её на секунду раздражённым взглядом и всё же кивает, принимая к сведению.       Не то чтобы сейчас сильно располагало к общению, но всё же было обидно. В конце концов, ничего же такого не делала, чтобы заслужить подобное отношение от неё в данный момент. Разве что не восхищалась бездумно, но за дело вполне себе. Мирабель вышивает красиво, у Исы цветы вон…       — Чем маешься?       Сосед, недавно переехавший с женой чуть дальше от центра, становится Камило, которого Марли тут же затыкает печеньем.       — Жуй, чудовище. — поправляет плечом лезующие в глаза пряди, копаясь в сумке. — Просили помочь с мелочью на время церемонии, иду вот.       — Злая Ли-ли… — юноша шуточно дуется, но идёт рядом, чуть подпрыгивая. — Долорес не видела? Я забрал по её просьбе у Риозов украшения, а саму её найти не могу.       — Так ты ей скажи, куда идёшь, в чем проблема? Долорес, я сейчас к Ариано насчёт близнецов, со мной тащится твой младший брат, можешь тоже поиграть роль няньки?       — Эй! — Марли уворачивается от его рук и смеётся тихо.       — Я согласна. — Долорес кладет руку ему на плечо. — Кстати, как себя чувствуешь?       — Прости, Долли, но я присутствовать не буду. Скажи Антонио, что я в него верю, хорошо?       Марли улыбается горько, склонив голову. Она не присутствовала ни на одной церемонии, начиная с её собственной. Дело было даже не в том, что она чувствовала себя отличной от Мадригаль… Она… Боялась сорваться, взять в руки свечу… Чтобы что? Увидеть, как перед ней появляется дверь? Дверь, которая досталась ей от её матери? Или она уже у кого-то другого, ведь пропала насовсем, а не потускнела, как у дяди Бруно. Значит, дядя жив или дар его уникален и сохранен для будущего, а вот матушка…       Долорес осторожно тычет её в щёку, уже успев пнуть Камило в направлении дома.       — Там же не только близнецы Ариано, да?       — Ещё двухгодовалая Риоз и семилетний Силва. Риозы хотят повеселиться без дочери, а Ирис просто не хочет двоюродных братьев оставлять.       — Удачи. — Лора обнимает её, погладив по голове, как ещё одну близкую родственницу. — Я скажу Антонио… И Мирабель поддержу, ты же и за неё попросить хотела?       Марли только кивает. Ей самой выделили место на этом празднике жизни, но для неё оно равно добровольному надеванию петли. Что его отсутствие для Мирабель, которая несмотря на все слова Лоры и самой Марли до сих пор хочет получить дверь — а ведь дар не всегда от этого зависит, — девушка даже не представляет.