Дальние родственники все же недостаточно далеки

Никто уже не помнил, почему эту комнату называли архитекторской. Может быть потому, что когда строилась военная гавань, именно здесь находился строительный штаб, а может причина была другой, но название прижилось и гордо было пронесено сквозь века, хотя само помещение уже давно заняли офицеры причем как морские, так и сухопутные. С салонами в достаточно чопорном Хексберге было туго, и военная молодежь оккупировала одну из комнат, а, судя по размерам, даже и зал, комендантского дома. Здесь начинали праздновать повышение по службе, здесь объявляли о помолвках и рождении детей, здесь запивали неудачи, здесь были друзья в конце концов, именно поэтому Вальдес с охапкой бумаг в этот день пришел именно сюда. - Альмиранте! - с надеждой воззрился он на сидящее в кресле начальство. - А у вас случайно нету для меня какого-нибудь задания? - Какого задания? - удивленно посмотрел на него Альмейда. - Ну хоть какого-нибудь??? - жалобно и умоляюще поинтересовался Вальдес. - На Марикьяру там сходить или в Алвасете??? А еще лучше в Багряные земли! - Вальдес, ты окончательно рехнулся? У нас отношения с Дриксен обострены до предела. Война на носу, а ты в Багряные собрался, тебе что тут холодно? - Жаль... - трагично вздохнул Вальдес и, перехватив бумаги поудобнее, поплелся к столу. Внизу стукнула входная дверь, прозвучали торопливые шаги по лестнице и в архитекторской появился Дитрих фок Лаузен с не менее объемной папкой в руках. Мужчины понимающе посмотрели друг на друга, после чего Вальдес приглашающе махнул Дитриху рукой и достал из-за пазухи бутылку касеры. фок Лаузен выудил из шкафа с посудой два относительно чистых стакана и пристроился напротив кузена. Разлили по первой, выпили залпом и углубились в разбор бумаг. Альмейда подошел. заглянул через вице-адмиральское плечо и обалдел: - Ротгер, ты точно рехнулся, тут половина - абсолютно секретная документация, какого Леворукого ты ее вообще из дома выносил??!!! Заинтересовавшиеся господа офицеры подошли поближе. Альмейда, развернувшись, так чтобы широкой спиной прикрыть от любопытных товарищей большинство военных тайн, недоумевающе-укоризненно воззрился на вице-адмирала. Вальдес поднял на Альмейду глубоко печальные глаза и соизволил пояснить: - Весна. - Ну и что? - не понял Альмейда. - Весна, - она каждый год бывает. - Дороги просохли. - не менее меланхолично добавил Лаузен Вокруг уже начали похохатывать. Хексбергские старожилы наоборот, поглядели на кузенов с сочувствием. - Ладно. - Первый адмирал Талига вспомнил, что разговаривать с помешанными надо терпеливо и ласково. - Весна, птички поют, цветочки расцветают, дороги просохли, и что? Троюродные кузены вздохнули, переглянулись и начали рассказывать: Юлианна Вейзель, относилась к явлениям стихийным, ну как шторм, то есть была абсолютно так же сезонна и непредсказуема. По весне, как только сообщению между Хексберг и Бергмарк переставала мешать распутица, мужу заявлялось, что "мальчики одни пропадут" и, подхватив в охапку младших чад, которые еще не были распиханы в армию или замуж, баронеса Вейзель отбывала "на помощь" родному и троюродному племянникам. Причем в оказании этой самой помощи жена генерала проявляла все добродетели, присущие народу Бергмарка, как-то методичность, пунктуальность и дотошность. Пересмотру подвергалось буквально все: дом, гардероб, питание, а также служба и личная жизнь. Вальдесу доставалось вдвойне, Лаузен мало того что являлся несколько более дальней родней, хотя такие мелочи, тетушку мало смущали, но еще и не имел в Хексберге своего угла, живя в казенной квартире, поэтому предоставить родственникам приюта не мог. Плюс к тому, если верить слухам, тихая и молчаливая дома баронесса, приезжая в Хексберг, видимо, стремилась выговориться и наговориться еще на год вперед, Слушает ее при этом кто-нибудь или нет, Юлианну Вейзель не интересовало. - Альмиранте! - Ротгер закончил раскладывать бумаги на секретные и несекретные и протянул меньшую папку Альмейде, - подержите у себя, а то их больше никто никогда не увидит. - Все так серьезно? - усмехнулся Аларкон. - Не то слово, - поморщился Вальдес. - Весенняя уборка в моем доме традиционно начинается с освобождения кабинета от всего лишнего. Лишним тетушка полагает все за вычетом мебели. - А если запереть кабинет? - поинтересовался кто-то. - Вышибет дверь. - кратко ответил Ротгер. Поймав несколько уважительных взглядов пояснил - Не сама конечно.. хотя если и сама, я лично не удивлюсь. - Я тоже! - поддакнул Лаузен, разливая по второй, и вдруг замер, плеснув касеру мимо рюмки. - Ротгер!!! - приглушенно отчаянным шепотом возопил капитан порта - ты не помнишь, сколько в этом году исполняется кузине Грете? - Семнадцать... - Вальдес осознал и схватился за голову. - Это значит что каждый как минимум по разу должен будет выползать на какой нибудь благотворительный раут в ратуше и изображать там из себя блюстителя нравственности... Леворууукиииий... там же все эти старые... - он посмотрел на собственную дрожащую руку с явной надеждой подобрать какое-то мало-мальски цензурное определение, - ... эрэа! - Ротгер, это не смертельно! - попытался урезонить его кто-то из толпы. - Возможно! Но я не имею ни малейшего желания стоять на вытяжку в толпе этих пожилых и благовоспитанных матрон и слушать, как мне же перемывают кости. - Ротгер? - Вкрадчиво поинтересовался Бреве, - а твоя кузина вообще как, собой хороша? - Ага. - широко улыбнулся Бешеный - истинная дочь торкских гор, - зеленоглазая блондинка. Только если ты рассчитываешь на знакомство, сразу заготовь свою полную биографию, лучше всего в письменном виде, включая послужной список и всех родственников вплоть до восьмого колена. Ну и плюс к тому у нее четверо старших братьев, - он обрисовал в воздухе контуры чего-то среднего между медведем и буфетным шкафом. - Два полковника, майор и капитан. Антонио сник. - А еще! - уже даже с каким-то злорадством заявил Дитрих, облизывая костяшки пальцев, на которые попала касера, - приедет кузен Петер. - А, может, не приедет? - с надеждой взглянул на родственника Вальдес - ну к чему отрывать мальчика от менторов, тащить за тридевять земель?? - Общение со старшими родичами, способными подать подрастающему уму благой пример, - наставительно произнес Дитрих, - есть дело весьма полезное! - Я не хочу служить благим примером для Петера!!! - Возопил Вальдес. - Я вообще ни для кого не хочу служить благим примером, тем более что он сам для кого хочешь может этим самым примером послужить!!! - Мальчишке двенадцать лет - пояснил присутствующим Лаузен - Да, кажется уже двенадцать, и он достойный сын своего достойного отца. Короче парня зануднее и серьезнее мы еще не встречали... - Ротгер! - Альмейда пытался говорить серьезным и слегка сочувственным тоном, но губы он кусал вполне явственно - А не послать ли мне тебя в дозор, походишь недельку за Штернштайен, посмотришь что да как, а то вдруг дриксы уже на подступах а мы ни сном ни духом... - Слушаюсь, альмиранте! - просиял Вальдес и бодро вскочил из-за стола. - Предатель - грустно заявил Дитрих. Капитану порта деться из города было абсолютно некуда. За распахнутым настежь по случаю хорошей погоды окном весело шумело море и кричали чайки. В Хексберг пришла весна.