***

      Когда вместо стражника Лютик сталкивается с Геральтом, ему кажется, что полутёмная тюремная камера залита светом. Это смешно: прошли месяцы, а он всё так же, как идиот, скучает по Геральту.       Рядом с Ведьмаком правильно и так привычно, что Лютик отчаянно желает, чтобы короткое мгновение продлилось чуть дольше. Геральт ощущает себя виноватым, это приятно, можно даже немного позлорадствовать. У Лютика слишком много претензий к этому ублюдку, но высказать гадости просто не получается. Он соглашается помочь, не спрашивая, что случилось. Лютик немного презирает себя: после всего он вновь, как собачонка, готов следовать за Ведьмаком навстречу любой авантюре.       Ему кажется, что эти месяцы он не жил. Существовал кое-как в полусне. Напивался, сочинял оскорбляющие Геральта баллады, умудрился почти подружиться с Чародейкой. Которая с первого взгляда поняла, как сильна обида на Геральта.       Геральт немногословен, ему неловко и некомфортно. Лютик слушает, как неуклюже Ведьмак рассказывает о Цири. В его словах, в каждом взгляде - огромная привязанность к Ребёнку-Неожиданности, отчего сердце Лютика замирает. Он знает, что Геральт привык быть один. Но, наконец-то, есть кто-то, кого Ведьмак с его скверным характером не сможет оттолкнуть, как бы ни пытался. Геральт достоин обрести семью, он заслуживает любви.       После битвы с монстрами в Каэр-Морхене Лютик не сразу находит Геральта. А когда находит, чувствует во рту привкус горечи и презрение к себе. За то, что посмел на что-то надеяться. Надеяться на дружбу, семью и понимание.       Геральт Лютика воспринимает, как назойливого спутника, в лучшем случае - приятеля.       Геральт, Йен и Цири сидят рядом, прижавшись друг к другу под стылыми ветрами Каэр-Морхена. Ведьмак, Чародейка и чудесный ребёнок, обладающий врождённой магией и упрямством, доставшимся от приёмного отца. Семья, в которой Лютику нет места.       А потом он слышит, как Геральт говорит, что само Предназначение свело их троих вместе.       Лютик хочет оказаться в другом месте. Где угодно, хоть в тюрьме, хоть в плену мага-психопата. Лишь бы не пришлось вновь натягивать маску беспечного шута и играть роль. Он так чертовски устал. Устал везде чувствовать себя лишним, слишком шумным, чересчур навязчивым. Устал притворяться, что всё в порядке.       В комнате, которую ему выделили Ведьмаки, Лютик швыряет пожитки в мешок, отыскивает лютню под ворохом тряпок. Надо бы уточнить у Весемира или Ламберта путь в долину. Не хватало только впотьмах свалиться в пропасть. Пусть за годы странствий с Геральтом он не раз бывал в Каэр-Морхене, местность всё такая же неприветливая и сложная. Как обитатели Каэр-Морхена.       - Куда-то собираешься? - Негромкий хриплый голос заставляет вздрогнуть. Лютик прикрывает глаза, а после разворачивается с беззаботной улыбкой:       - Думаю, пора мне отчаливать. Львёнок в безопасности, ты снова с Йен, так что...       - Мы с Йен не вместе, - перебивает Геральт. Лютик усмехается - эти встречи и расставания у Ведьмака и Чародейки уже не первый год.       - Как обычно. Думаю, завтра уже снова помиритесь. Только не забудь прикрывать дверь комнаты, у тебя теперь ребёнок, - подмигивает Лютик.       - Я не смогу больше доверять Йен.       - Однако ты считаешь, что вас свело Предназначение... - тихо произносит Лютик. Боги, какой же он жалкий. Даже уйти, сохранив остатки достоинства, и то не выходит. Подслушивать чужие разговоры, а после высказывать претензии, что его не принимают в семью. Впору писать балладу о собственной непроходимой глупости.       - Да, Цири необходим наставник. Тот, кто не боится её магии и не думает, что она разрушит мироздание.       - А я вам зачем? Я могу обучить принцессу лишь песням и танцам, которые она, без сомнения, уже и так знает.       - Ты нужен не Цири. Ты нужен мне. - Геральт не отводит взгляда. Пронзительного, горящего золотистым огнём. Кто-то считает взгляд Ведьмака омерзительным. Лютик воспевает это золото с первой минуты знакомства.       - Зачем, Геральт? - Даже такой эмоциональный чурбан, как Геральт не может не замечать, что вся бравада и напускное безразличие Лютика - лишь маска. Призванная скрыть одиночество, что ничуть не меньше, чем у Геральта, Йен или Цириллы.       - Рядом с тобой я вспоминаю, что значит быть человеком. Я могу полностью доверять тебе. Ты никогда не предавал меня и не уходил, пока я сам не прогнал тебя. Ты мой лучший друг. И мне жаль, что я только теперь начинаю понимать тебя. И самого себя.       - Вероятно, сказывается влияние Цири, тебе на пользу быть отцом, - преувеличенно бодро заявляет Лютик.       - Я скучал по твоей болтовне, - усмехается Геральт. Тепло и так открыто.       Лютик мельком думает, что Геральт похож на грозу в весеннем лесу. Или на штормящее бескрайнее море.       Лютик улыбается в ответ, забывая все цветастые метафоры и, наконец, ощущает себя на своём месте.