Глава десятая.

— Нет, нет, нет! Только не это! Не заставляйте меня трогать это пожалуйста! Северус! — взмолилась Катарина. Снейпу было уже наплевать, что Маршалл называла его по имени, однако сам себе такого привольства пока не позволял. — Вы сами говорили, что поможете мне с поиском ингредиентов. И сами перевели тот рецепт, поэтому отнекиваться больше не получится. С момета начала их сплоченной работы прошло уже больше двух месяцев. Профессор по древним рунам успела перевести около тридцати страниц книги, а зельевар смог воссоздать уже порядка десяти зелий и одиннадцатое было на подходе. — Я целый месяц искал у кого можно перекупить Яд Крильмара и отдал за это кучу денег, а вы даже не можете сделать то, о чем я Вас прошу. — Оно выглядит склизко и мерзко и, кажется, оно смотрит на меня, — жаловалась девушка в одном из школьных подвалов, куда ее привел Снейп — Вам всего-то нужно до него дотронуться. Это обычный Бундимун, мисс Маршалл! — еле выносил этот разговор профессор зельеварения. — Вот через месяц можете беспокоиться, когда мы будем срезать с Вас бородавку, полученную от него. Катарина готова была удариться в слезы, пока Северус самолично не схватил девушку за левую руку и не прикоснулся ей к зеленому существу, распластавшемуся на каменной плите. — Видите, ничего страшного. — Виите ничего страшнага, — с издевкой повторила Маршалл. — Это было мерзко. Однако Северус ничего не ответил, как на пародию девушки, так и на ее комментарий. А она, по пути обратно к оживленным местам школы проклинала тот день, когда перевела строчку «срезанная месячная бородавка, полученная от Бундимуна». Пока что их дела с зельем шли прекрасно. Не попалось ни одного ингредиента, который бы оказался более редким, чем яд плавучих то ли кальмаров, то ли медуз. Студенты Катарины и вовсе оказались солнышками. Только услышав о том, что их преподаватель собирается подаваться на степень Магистра, да еще и ради этого три дня в неделю целиком и полностью отдает работе с Ужасом Подземелий, дети либо пожалели ее, либо стали относиться к ней более уважительно. Однако, беспрекословно выполняли все домашние задания, которых она старалась задавать меньше, и вели себя на уроках тише обычного. Даже Малькольм Пирс отстал от девушки, но не стоит исключать вариант того, что парень просто нашел новый предмет воздыханий. Да и тройка гриффиндорцев начала стабильно наведываться к ней в кабинет по воскресным утрам. Они рассказывали ей последние сплетни, ходившие среди учеников и о своих небольших приключениях. В последнее воскресенье перед Хэллоуином они пришли к ней с очень странным вопросом. — Мисс Маршалл, как думаете, что стоит подарить приведению на юбилей смерти? — глаза Гермионы Грейнджер горели, будто она уже крутит вальс с каким-нибудь симпатичным и не так давно умершим призраком. — Юбилей Смерти? Ох, точно! Юбилей смерти Сэра Николаса. Ему ведь в этом году пятьсот лет, — схватилась за голову Маршалл. — Свечи и испорченная еда. Рон поморщился. — Звучит не очень. — Так они смогут почувствовать ее вкус, пока еда была еще в хорошем состоянии, — включила внутреннюю когтевранку Катарина. — Поторопитесь, у вас есть немного времени, чтобы что-то вкусное успело знатно испортиться. — И советую не дышать носом на празднике! — крикнула им вдогонку профессор, собираясь на завтрак. Им с Северусом тоже будет не до ужина в Большом зале. На пороге праздника всех святых или в «304 день года», как было указано в книге, им предстояло найти в Запретном лесу Заунывник. Обычно это растение собирают зимой, пока на небе сияет луна. А отчего автор рецепта решил сделать это именно осенью ни Снейпу, ни, тем более, Катарине известно не было. — Советую Вам есть быстрее, мы выходим через десять минут, — за столом говорил зельевар. Гомон в Большом зале стоял несусветный. Кто-то смеялся, а кто-то говорил громче обычного, чтобы перекричать образовавшийся шум. Полюбившиеся летучие мышки снова летали под потолком и Катарина уже второй год подряд не могла понять — настоящие они или странсфигурированы кем-то из профессоров. Троих гриффиндорцев и в правду не было за факультетским столом. Видимо, они предпочли общество призраков, веселью со сверстниками. — Пойдемте. Захватив с собой кусок тыквенного пирога, Катарина вышла с Северусом в боковую дверь, заранее извинившись перед Директором за столь ранний уход. Голоса детей с каждым шагом становились все тише, пока не сменились на завывания осеннего ветра, тихую поступь Северуса Снейпа и звук, съедаемого пирога с оранжевой начинкой. — Северус, а как выглядят Заунывники? — кое-как проглотив большой кусок, спросила девушка. — Иногда у меня создается ощущение, будто вы совсем не учились в школе, — едко заметил мужчина, вышагивая в сторону деревьев, выстроившихся непроходимой стеной. — После написания проверочных я сразу же избавлялась от ненужной информации. А вы дальше своих котлов и ингредиентов к ним ничего не видите, — обиженно заявила Катарина. — Все наши разговоры сводятся к этому чертовому рецепту. Неужели вы больше ничем не увлекаетесь? — Кажется вы в чем-то ошиблись, мисс Маршалл, — развернулся к девушке зельевар и посмотрел на нее в упор. — Я не набивался к Вам в друзья, чтобы болтать о платьишках, мальчиках и сплетнях! Я предложил Вам работу и возможность получения степени Магистра — не больше. Развейте свои воздушные замки и помогите мне искать Заунывник. — Голубые листья и тонкий хоботок вместо сердцевины, — успокоившись, добавил спустя время он. А Катарина была очень рада тому, что сейчас два преподавателя шли в кромешной тьме и совсем не смотрели друг на друга. С одной стороны он был прав. Но с другой, два месяца общения только что пошли фестралу под копчик. Как бы усиленно Маршалл не строила мост со своей стороны, с другого конца берега ей никто не помогал. Даже изредка не кричал: “ Молодец!» От этого хотелось все бросить и остановиться на полпути, в надежде, что человек с того берега снимет с себя проклятый черный сюртук и начнет возводить свою сторону моста! Но он так и сидел, не шелохнувшись. А только что вообще стер с лица земли треть ее постройки, заставляя начинать все в очередной раз. Но девушка решила не сдаваться! Да, ей обидно. Да, она допустила грубую ошибку при разговоре, пуская свои эмоции и неконтролируемую речь в очередной раз на самотек. Но в следующий раз она точно этого не сделает! По крайней мере, будет стараться. Девушка и не заметила как ее тело начало трясти от холода, а заветного Заунывника все не было на их пути. Только темный лес и звуки зверей, доносившиеся из-за деревьев. И вот он. — Профессор, — тихо обратилась Катарина. Она склонилась над странным растением, еле доходившим ей до щиколотки. На конце тонкого зеленого стебля расположилось пять, словно сияющих, голубых лепестков, а из середины торчал фиолетовый хоботок. — Он еще не созрел, — констатировал зельевар. — Вы верно перевели тот рецепт? — Абсолютно. Однако, это подтвердится только когда настойка станет розовой. Северус бережно срезал цветок и убрал его во внутренний карман своей мантии. Теперь им можно было возвращаться в замок. — Может быть и к десерту успеем! — радостно произнесла Катарина и пустилась вперед Снейпа. И до входа в Большой зал, действительно, оставалось не так много времени, если бы пару преподавателей не привлек девичий вскрик, доносившийся со стороны лестничного пролета. — Дайте угадаю, кто там, — угрюмо говорил Северус Снейп, уже поднимаясь вместе с Катариной по школьным лестницам. И, нужно признать, его опасения оправдались полностью. Трое второкурсников Гриффиндора стояли напротив стены в коридоре и с ужасом смотрели на нее. — Что вы опять натворили? — словно шипящая змея, произнес профессор зельеварения, но как и дети остановился возле стены. «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!» Увидела Катарина, стоило ей только подойти к детям ближе. Надпись была написана чем-то красным и преподаватель по древним рунам надеялась, что это была не кровь. — А это что такое… что это висит под надписью? — спросил Рон дрогнувшим голосом, привлекая внимание всех собравшихся. Опасливо преподаватели подошли ближе. Гарри тоже хотел присоединиться, но поскользнулся. На пол откуда-то натекла большая лужа воды. Рон и Гермиона подхватили его, не дав упасть. Катарина и Северус взглянули на висевший под зловещими словами предмет, казавшийся издали мрачной тенью, и обомлели — это была Миссис Норрис, кошка школьного завхоза, они сразу узнали ее. Окоченевший питомец был подвешен за хвост на скобу для факела. Выпученные глаза были широко раскрыты. — Ребята, возвращайтесь в свою гостиную. Если увидите кого-либо из преподавателей, зовите их сюда, поняли? — обратилась к детям Катарина. Трое гриффиндорцев лишь мотнули головой и собирались сделать так, как им велели, однако нарастающий топот со всех сторон, а затем и огромная толпа школьников не дали им этого сделать. И, как только первые подошедшие увидели висящую кошку, в коридоре сразу же воцарилась тишина. Сзади строя напирали любопытные, всем хотелось узнать, что тут случилось. — Трепещите, враги наследника! — громко крикнул знакомый Северусу мальчишеский голос. — Сначала кошка — следующими будут те, в чьих жилах течет нечистая кровь! Это был Драко Малфой. Он протиснулся сквозь толпу, его всегда холодные глаза ожили, на бледном лице заиграл румянец. Глядя на застывшую кошку, он криво ухмыльнулся. — Все по своим гостиным! — громко воскликнул Декан Слизерина, игнорируя слова ученика со своего факультета. Дети в разноцветных мантиях тут же разбрелись в стороны и со временем топот шагов прекратился. Маршалл тоже хотелось бы так уметь. Один раз повысил голос и все. Однако, она понимала, что с ее методами обучения такого не добиться. Стоило только ученикам скрыться с места преступления, как в коридор на третьем этаже сбежались профессора. — Вы обнаружили это? — с серьезным лицом спрашивал Дамблдор. — Да и еще Гарри Поттер, Рональд Уизли и Гермиона Грейнджер, — сказал правду Северус, так как лгать Директору в этом замке было плохой идеей. — Это все они! — кричал Аргус Филч. — Я уверен! Эти мелкие… — Они были на юбилее смерти Безголового Ника, Аргус, — встала на защиту детей Катарина. — Призраки подтвердят. — Кто станет слушать призраков? — не унимался Филч. В этот момент в голове Катарины переклинило, кажется, все переживания, которые она копила целый вечер после тирады Северуса, вырвались на свободу. Она буквально чувствовала как огненная ярость поднималась от легких к горлу. — Да в Хогвартсе привидение преподает Историю Магии! Вы что, шутите? И после этого вы говорите, что их не… Однако, к ней на плечо приземлилась твердая рука и сжала плечо. Кажется, только из-за Снейпа она могла довести себя до такого состояния и только благодаря ему вернуться обратно. — Простите, мистер Филч. — Она жива, — перебивая всех произнес Альбус. — Просто в оцепенении. У профессора Стебель созревают прекрасные мандрагоры, так что, мы сможем вернуть ее к жизни. — Жива, — еле слышно повторил школьный завхоз, будто убеждая себя в том, что эти слова являются правдой. — И это явно сделали не школьники, — расставил все по местам Директор. — Темная магия, не подвластна второкурсникам, насколько умны они бы ни были. Несколько дней после нападения на Миссис Норрис, все только и говорили, что об этом инциденте. А Филч и вовсе не отходил от места преступления. Может быть надеялся поймать с поличным преступника, когда тот будет подвешивать очередную кошку за хвост. И тщетно пытался стереть надпись, которая не хотела отходить ни одним заклинанием и ни одним чистящим средством. Проще было только разобрать замок и построить его заново без этой стены. Даже несмотря на такой страшный переполох, работа профессора по зельеварению и преподавателя древних рун не закончилась. Цветок, который они собрали накануне уже плавал в спирте, а Катарина плавала среди словарей и пергаментов за первой партой, в очередную среду. Некоторые ингредиенты рецептов повторялись, а потому девушка завела небольшой блокнотик, в котором каждый из них был написан с переводом. «Патока ипопаточника» вывела на очередной странице Катарина и показала надпись Северусу во время третьего урока. Она всегда сверялась с ним. Обычно он лишь смотрел на надпись и кивал головой, как и в этот раз. Перевод теперь шел быстрее и рецепты, которые до этого могли занимать два дня, разбирались Катариной менее чем за день. Тюркские руны хоть и отличались от привычного футарка, однако так же поддавались девушке. После уроков Северус принес им по бокалу огневиски и принялся готовить один из компонентов. Еще спустя час пришли ученики, отбывающие наказания. Северус лишь поставил их возле большой каменной раковины и указал на грязные котлы в углу комнаты. — Здравствуйте, профессор Маршалл! — прозвучал радостный голос за спиной Катарины. Либо Гарри Поттер очень любил школьные наказания, либо действительно был рад видеть преподавателя. — Здравствуй, Гарри. Мальчик поглядел за ее плечо. Куча раскрытых книг, множество листов пергамента, пара сломанных перьев, бокал с огневиски и чернильница — Это то самое, чем вы занимаетесь здесь? — Пожалуй, да, — улыбнулась Катарина. — Выглядит очень сложно. Кстати, нам стало стало очень интересно что же такое «Тайная Комната». Вы не знаете? — Даже никогда не интересовалась, — призналась Маршалл. — Боюсь с этой работой мне вообще не приходится ни о чем думать. Но я попробую что-нибудь узнать. — Поттер, немедленно прекратите отвлекать профессора и приступите к своему наказанию, — поднял голову от своего нового зелья Северус Снейп и сурово посмотрел на мальчика. — Простите, профессор, — произнес мальчик и, взяв в руки пару котлов, ушел в другой конец класса.