15 часть

      Реджина стояла в стороне, смотря на Свон, которая сидела у бара и ждала её. Глаза опустились на бутылку мартини, которую девушка держала в руке. Она мысленно простонала, понимая, что простым молчанием она не отделается, ведь Эмма захочет узнать о всех подробностях.       Всё-таки собравшись с духом, девушка направилась в сторону подруги. Она молча подошла, поставила перед Эммой бутылку, тем самым пугая блондинку, и села рядом на стул. Свон удивлённо посмотрела на то, что стояло перед ней, а потом медленно перевела взгляд на подругу.       – Что это? – с недоумением спросила она, косо поглядывая на мартини.       – Свон, у тебя память отшибло? – пробурчала Реджина. Ей не нравилось проигрывать споры, но она сама виновата. Сама согласилась, и сама с большим удовольствием переспала с Робином. Даже если бы того разговора с Эммой не было, в любом случае итог был бы один. Она не жалеет о сексе с Локсли, её с самого начала тянуло к нему, а девушка продолжала это упорно игнорировать. Да и страх быть обманутой был с ней абсолютно всегда. Она уже давно никому не доверяла, но этот мужчина пробудил в ней что-то странное. Что-то вроде бабочек, трепет в груди от каждого его прикосновения, взгляда, поцелуя.       – Боже! Вы переспали! – завизжала Эмма, подрываясь со стула. От радости девушка чуть не упала, заставляя Реджину улыбнуться. Свон была её лучшей подругой ещё с того момента, как только она переехала в Нью-Йорк. Немногие знали, что эта холодная блондинка на самом деле в душе ребёнок, который радуется любым мелочам, безумно любит животных и детей.       – Я хочу знать подробности! – успокоившись, Эмма села обратно на стул. Она облокотилась рукой о барную стойку и подпёрла ладонью подбородок, готовясь слушать рассказ.       – Какие подробности, Свон? – закатив глаза, спросила Реджина. Ей не хотелось рассказывать о своей личной жизни.       – Ну, Миллс, давай-ка, – блондинка пихнула подругу плечом, желая получить ответы.       – Это произошло после вечеринки, – неохотно начала девушка. – Мы поехали в пентхаус, там всё и случилось, – от неловкости разговора Реджина закусила губу. От воспоминаний по её телу прошла волна дрожи, а в основании позвоночника чувствовалось покалывание.       – И? Как грозный и жуткий Робин Локсли в постели? – хихикнула Свон.       – Соответствует своему статусу, – с улыбкой ответила Миллс, чувствуя, как горят её щёки.       – В жизни бы не поверила, что самый страшный из людей Голда может соблазнить тебя…       – Свон! – прикрикнула девушка. – Ты извращенка, вот что я тебе скажу. Я ведь не напоминаю тебе о том, что вы с Джонсом делали в нашем доме.       – И что же они делали в нашем доме? – раздался голос позади, и девушки обернулись на звук. Обе пары глаз уставились на Робина, что стоял у одной из колонн, сунув руки в карманы брюк.       – Ох, лучше тебе не знать. Твой друг,и моя подруга – извращенцы. На этом у меня всё, – ответила Реджина, смотря на мужа. Локсли ухмыльнулся и подошёл к ней. Мужчина наклонился, целуя жену. Миллс тут же растаяла, кладя руку на его щетинистую щёку.       – Голубки, избавьте меня от этой слащавой сцены, – пробурчала Эмма, наблюдая за ними. Миллс рассмеялась, поворачиваясь к ней.       – Так значит ты считаешь меня страшным? – спросил мужчина, обращаясь к Свон, которая от удивления широко раскрыла глаза.       – Как много ты слышал? – спросила Реджина, запрокидывая голову на плечо мужу и смотря в голубые глаза.       – Достаточно, – улыбнулся он.       – Ну, я не скажу, что ты страшный, – подумав, сказала Эмма. – Ты скорее внушаешь страх, – подытожила она.       – Это он может, – подала голос Миллс, получая улыбку мужа в ответ. – А что ты, кстати, здесь делаешь? Разве у вас с отцом нет дел?       – Пришёл за тобой, – ответил Локсли, опуская глаза на девушку. – Ты мне нужна.       – Нужна? – удивилась она. – Как воздух? – Реджина придала этому вопросу шуточный тон, совсем не рассчитывая на ответ.       – Да, Реджина, как воздух, а теперь идём, – вдруг серьёзно ответил Робин, целуя жену в макушку и помогая ей встать со стула.       Они покинули зал, направляясь на второй этаж по винтовой лестнице, в кабинет Голда. Девушка шла молча, рассматривая со стороны своего мужа. Робин, будто почувствовав её взгляд, посмотрел на неё. Голубизна его глаз согревала душу, хотя холод был бы логичнее, но в его взгляде она видела лишь теплоту и заботу. Локсли сильнее сжал руку жены, приподнимая уголки губ, Реджина улыбнулась в ответ.       Они вошли в кабинет, чувствуя запах табака. Роберт сидел за столом, выкуривая сигару и стуча пальцами по деревянной поверхности. Он поднял глаза, когда пара вошла. Миллс тут же заприметила ещё одного мужчину, стоящего по другую сторону стола. Он обернулся и девушка узнала в нём одного из самых преданных солдат её отца.       – Что происходит? – спросила Реджина, когда Локсли закрыл дверь и встал позади неё.       – Джон сказал, что у него есть для нас информация, – потушив сигару, сказал Голд. Мужчина пригласил гостей сесть и сложил руки на столе в замок, готовясь слушать.       – Как вы меня и просили, я стал внимательней по отношению к Хантеру, – начал Литтл, обращаясь к Робину. Миллс перевела взгляд на мужа, однако ничего не сказала. Она ещё помнила о том случае в коридоре.       – И? Произошло что-то подозрительное? – спросил Роберт, обращая внимание солдата на себя.       – К Грэму каждую пятницу приходит одна и та же девушка. Уже около трёх недель, они проводят в комнате около двух часов, что и подозрительно, – изъяснился мужчина, а затем вставал и передал Капо флешку. – Вот, здесь всё видно.       Голд взял устройство, включил компьютер и вставил его. Перед ним тут же появилось окно с видео. Робин с Реджиной встали позади Капо, также смотря на экран. Роберт нажал на кнопку "play" и видео начало воспроизводиться. Все трое внимательно смотрели на экран, не желая упустить деталей. Взгляд Миллс был прикован ко входу, в котором вскоре появилась довольно знакомая фигура. Лицо девушки не было видно на камере, однако Реджина с лёгкостью смогла узнать эту шатенку.       – Мэриан, – хмыкнула она. – Ну конечно.       – Значит, Хантер – это та самая крыса, которая сливает всю информацию, – процедил сквозь зубы Голд. – Ты был прав, Робин, а я тебе не верил, – Капо перевёл взгляд на своего зятя.       – Грэм никогда не нравился мне, уж слишком он подозрительный, – ответил Локсли, выпрямляясь во весь рост. Реджина смотрела на мужа и понимала, что его неприязнь заключается не только в том, что Хантер вызывал подозрения, он ещё и положил глаз на Миллс. Робин был собственником, и она это знала.       – Джон, продолжай следить, – кивнул Голд, пряча флешку в ящик стола. – Пока можешь идти.       Солдат вышел из комнаты, закрывая за собой двери. Роберт ещё несколько секунд молча сидел, а затем встал со стула, направляясь к шкафу, откуда взял пальто.       – У меня есть дела, увидимся завтра, – сказав это, мужчина вышел из кабинета, оставляя супругов наедине.       Миллс развернулась лицом к мужу, опираясь о стол поясницей. Сложив руки на груди, она спросила:       – Ты ведь не просто так попросил Джона следить за Грэмом, не так ли? – прищурившись, спросила девушка.       – Может быть, – увернулся от ответа Робин, присаживаясь в кресло Голда. Мужчина поднял глаза на жену, которая с серьёзным видом смотрела на него сверху вниз. По её глазам было понятно, что она всё прекрасно видит. Его ревность и собственничество.       – Знаешь, я почему-то не удивлена такому исходу, – наконец сказала Миллс, переводя тему. – Грэму всегда было мало того, что он имел.       – Это точно, – подтвердил Робин почёсывая двухдневную щетину. – Давай не будем говорить о плохом, вся эта ситуация уже выводит меня из себя, – обратился мужчина, беря жену за руку и усаживая её к себе на колени. Реджина положила руки на его шею, устраиваясь поудобнее.       – Кто-то, кажется, вообще говорить не намерен, – хихикнула Миллс, бедром чувствуя выпуклость брюк.       – Не стали бы вы, миссис Локсли, носить такие сексуальные платья, разговоров, может быть, было бы и больше, – ответил Робин, проводя кончиками пальцев по коже оголённого бедра, чуть выше капроновых чулок.       – Миссис Локсли? – удивилась девушка, прежде чем мужчина вовлёк её в страстный поцелуй. Миллс пробормотала что-то невнятное в губы мужа, на что он лишь сильнее прижал её к себе. Реджина привстала, перекидывая одну из ног через бёдра Локсли, но не разрывая поцелуй. Робин положил руки на её талию, проводя тёплыми ладонями вниз, к оголённым участкам кожи, и вверх. Миллс же спустилась к пряжке ремня, пытаясь её расстегнуть. Она никак не поддавалась, и Реджина даже простонала от досады, на что Локсли лишь усмехнулся. Вместо того, чтобы помочь жене, он схватил подол короткого чёрного платья и потянул вверх, оголяя стройные ноги и кружевные чёрные стринги. Руки легли на аппетитные полушария и сжали их, получая в ответ неконтролируемый стон. Локсли оторвался от соблазнительных губ и припал к шее, покусывая кожу и нежно зализывая красные отметины. Реджина же, не желая уступать, всё-таки расправилась с пряжкой и расстегнула брюки. Просунув ладошку, девушка слегка сжала уже эрегированный член, получая в ответ негромкий рык.       Робин оторвался от шеи жены, где уже успел оставить несколько красных засосов, и побудил девушку встать. Он прижал её к столу, продолжая смотреть в шоколадные глаза напротив. Всё так же не отрывая взгляда, мужчина присел на одно колено, сдвинул вниз намокшую ткань и провёл ладонью по горячим складочкам. От этого ощущения Миллс буквально задохнулась, от удовольствия запрокидывая голову назад.       – Робин, м-м-м, – она схватилась крепкой хваткой за край стола, стараясь оставаться в реальности. Её попытка была провалена, когда мужчина погрузил палец во влажное лоно, начиная двигать им внутри. От этого ощущения Реджина всхлипнула, а затем протяжно застонала, когда Локсли подключил второй палец и начал двигать ими с большей интенсивностью. Миллс двинула бёдрами, желая, чтобы Робин ускорился, но мужчина лишь сильнее прижал её ближе к столу, лишая возможности двигаться, а затем сказал:       – Не так быстро, крошка, – от этих слов она широко распахнула глаза, опуская их на мужа. Локсли лишь ухмыльнулся, перед тем как наклониться вперёд и припасть к клитору, жадно посасывая его. Реджина зарылась руками в волосы цвета пшеницы, оттягивая их и постанывая. Девушка почувствовала, как Робин ввёл третий палец и громко застонала, когда он начал двигать ими быстрее, чем прежде, доводя девушку до экстаза. Ещё несколько умелых толчков, движений его языка вокруг клитора, и Миллс кончила, выкрикивая имя мужа. Ноги дрожали так, что ей пришлось держаться руками за стол, когда Локсли встал с коленей и поцеловал её.       – Ты дьявол, – сказала девушка, отрываясь от губ мужа.       – Это только начало, дорогая, – хищно улыбнувшись, Робин потянул жену на себя, а затем развернул спиной. – Руки на стол, Ангел, – раздался над ухом баритонный голос, и отчего-то она подчинилась. Локсли раздвинул её ноги шире, вновь проводя рукой по мокрым складкам. Миллс тихо простонала, прежде чем посмотреть на мужа через плечо. Она наблюдала, как Робин спустил брюки и вытащил кровью налитый член, проводя ладонью по всей его длине. Их взгляды встретились, и мужчина увидел, насколько сильно расширены зрачки у Реджины. С ухмылкой на лице, Локсли сделал шаг, оказываясь прямо позади жены, он видел, как у неё перехватило дыхание, когда одна из его рук легла ей на поясницу. Робин потёрся головкой о её вход и Миллс простонала, отворачиваясь от него, крепко цепляясь руками за стол. Мужчина наклонился и засосал кожу ягодицы, оставляя там красный след. Он видел, знал, что Реджина в предвкушении, ему не терпелось ещё больше.       – Робин, – хриплый голос выдавал, насколько сильно Миллс жаждала почувствовать его внутри себя. Не церемонясь, Локсли сжал ягодицы девушки и резко вошёл в неё, тут же услышав в ответ неконтролируемый стон, который вырвался из женского горла. Он не дал ей времени привыкнуть, сразу начал двигаться, набирая и сбавляя темп, доводя её до края. Реджина держалась за край стола, но была готова вот-вот упасть, пока Робин вколачивался резкими и грубыми движениями. Его большие руки держали её за талию, помогая не двигаться и стоять на месте. Она чувствовала боль, и знала, что завтра на её бёдрах будут синяки. Но эта боль была ничем по сравнению с удовольствием, которое ей приносил этот мужчина. Локсли провёл рукой по её спине, перечитывая позвонки, и обратно, останавливаясь на ягодицах и слегка сжимая их. Робин развёл ноги девушки шире и немного сменил угол, давая ей лучшее ощущение.       – Чёрт, Локсли, – задыхаясь, прошипела она, в то время как мужчина продолжал входить в неё. – Мерзавец, – с вызовом добавила она, смотря на него через плечо и облизывая пересохшие губы. Робин шлёпнул её по ягодицам, получая в ответ удовлетворённый стон. Пока одна рука крепко держала женскую талию, другая прошла между двумя разгорячёнными телами и нашла клитор, начиная выводить круги. От всех этих ощущений Миллс и не поняла, как стенки влагалища сжали мужскую плоть, и она кончила с протяжным стоном. Перед глазами потемнело, но Робин продолжал двигаться, также желая достигнуть своего пика наслаждения, который, к слову, не заставил себя долго ждать. Ещё несколько неконтролируемых движений и Реджина почувствовала, как тёплая сперма наполнила её, а по комнате эхом раздался мужской рык.       Обессиленно упав на согнутые руки, девушка глубоко дышала, восстанавливая дыхание, а затем шёпотом сказала:       – Ты... Дьявол, Локсли, – тихий голос донёсся до ушей мужчины.       – Ты уже говорила, Angelo, – с улыбкой ответил Робин и, поцеловав её поясницу, вышел из жены. Миллс выпрямилась, стараясь не упасть на ватных ногах. Поправив одежду, девушка посмотрела на мужа, что застёгивал пряжку ремня.       – И не стыдно тебе? – привлекая внимание мужчины, спросила Реджина.       – За что?       – Отымел дочь Капо прямо в его кабинете, – с усмешкой ответила она, когда мужчина подошёл ближе.       – И сделал бы это снова, – ответил Локсли, оставляя поцелуй на сладких губах. – Поехали домой, – добавил он, отрываясь от её губ и беря девушку за руку.       – Собираешься продолжить? – с вызовом спросила Миллс, когда они оказались у самых дверей.       – Посмотрим на ваше поведение, миссис Локсли, – ответил Робин через плечо, отправляя ей одну из своих очаровательных улыбок. От того, как он её называет, в животе запорхали бабочки.       Он с такой теплотой и заботой укрывал её той ночью, что девушка невольно задавалась вопросом: а надолго ли это? Как долго всё будет хорошо, без проблем? Что-то внутри не давало ей покоя до того самого момента, пока Робин не поцеловал её в макушку и не пожелал спокойной ночи, заставляя забыть обо всём и заснуть в объятиях любимого мужчины.