Часть 10

Гермиона вошла в дом, а вышедшая ей на встречу Джинни сразу же обняла её. — Ты не знаешь, у Рона всё нормально? — обеспокоенность сквозила в голосе женщины. — Я позвонила Розе, она была расстроена, но не сказала причины. Джинни нахмурилась, сразу поменявшись в лице. — Альбус сказал, что разговаривал с ней вечером, она поругалась с дочкой Бэгшот. Гермиона выгнула бровь, многозначительно взглянув на подругу. Что-то было не так. — Ты сможешь завтра забрать детей от него? — уточнила Грейнджер. — На ночь заберу их к себе, а днём пусть побудут у вас. Я постараюсь пораньше уйти с работы. — Конечно, — безоговорочно проговорила Джинни, проходя вместе с Гермионой в сторону столовой. — Расскажи, как всё прошло. Ещё не отпустившее напряжение било по нервам. Она рассказала о произошедшем и поделилась тем, что происходило между ней и Малфоем последние четыре дня. — Ты сама чего хочешь? Ты же знаешь точное решение, — сказала Джинни с уверенностью в голосе. — Ты меня подталкиваешь к нему, Джинни, — устало проговорила Грейнджер, делая глоток чая. — Да перестань, Гермиона, — отмахнулась от неё Поттер. — Если ты мне сейчас скажешь, что не хочешь с ним иметь ничего общего, я больше никогда не заикнусь о нём. Но я всё-таки хочу услышать правду от тебя, наконец, — хитрая рыжая хотела признания. Гермиона понимала это. Но у неё были причины забивать это всё поглубже, не выпуская чувства наружу. — Я хочу быть с ним, — спустя пару долгих мгновений произнесла Грейнджер. — Меня тянет к нему, но я боюсь снова обжечься. — Я это и хотела услышать, — даже не скрывая своего довольства, сказала Джинни. — И что делать, я не знаю… — она опустила глаза и обвела пальцем ободок кружки с уже остывшим чаем. Поттер поднялась с места, чтобы открыть верхний шкафчик. Она достала оттуда два бокала и бутылку красного вина, охладила его магией и вскрыла бутылку. — Во-первых, поговорить, — разливая в два бокала жидкость. — Вам нужно сесть и поговорить, как двум взрослым людям. Это как раз то, что вы не делали ни в первый, ни во второй раз. И сейчас вы снова наступаете на те же грабли, — знающе проговорила рыжая. — Во-вторых, дать волю чувствам. Хочешь целовать — целуй. Гермиона посмотрела в окно, что выходило в сад их двора, засаженный плодовыми деревьями. — Знаешь, что меня останавливает? — продолжила вынимать из себя всё, что копилось в ней. — Что, пока я была с Роном, пока просто проживала свою не особо-то и счастливую жизнь, он купался в любви и заботе своей жены. Я знаю, что Астория тоже была повязана по рукам и ногам, но он был счастлив с ней. А я жила «из его лучших побуждений». Джинни нахмурилась, осознавая правдивость слов, которые никто так остро не воспримет, не сможет воспринять. — Ты живёшь прошлым или настоящим? — поинтересовалась Джинни. — Сама не знаю, — Гермиона поставила локти на стол и засунула руки в растрепавшиеся на ветру волосы. — Просто поговорите, — тихо сказала Джинни. В этот момент Гарри вошёл на кухню, и обе женщины подскочили, не слыша до этого, как открылась и закрылась дверь. — Ну что? — в унисон спросили они. Поттер устало осел напротив них, вытянув ноги, и трансфигурировал себе бокал, в который сам же, потянувшись, и налил вина. — Это шестёрка. Он не имеет никакого веса, но он согласен отвести нас к их главарю с условием, что ты пойдёшь с нами, — он поднял тяжёлый взгляд, в котором плескалась злость, так непривычная для Поттера. — Гарри, это западня, — Джинни подняла руки, словно призывая кого-то услышать её. — Я знаю, — он устало снял очки, отложив их на стол, и грубо потёр руками лицо. — Гарри, почему ты постоянно выставляешь меня слабой? Мы с тобой сражались с Пожирателями, уничтожали крестражи, а в последние годы ты запираешь меня в кабинете, как куклу. — Гермиона! — он вскрикнул так, что они с Джинни дёрнулись. — Давай не будем про слабость? Ты министр магии, в конце концов! Джинни подняла свою палочку, направляя её на верхний этаж, чтобы наложить заглушающие чары. — Сколько раз Кингсли выходил с вами на дело? — стояла на своём Грейнджер. — Он бывший аврор, участник битвы и при любой сложности, он... — Гермиона, он мужчина! — отрезал Поттер, не желая больше ничего слышать. — О, Гарри, да ладно? С каких это пор ты стал всех делить по половому признаку? Он с недовольством вернул на место очки и уставился на неё. — Ладно, что ты от меня сейчас хочешь? — Если дело требует моего присутствия, неважно, насколько оно опасное, я в деле! Не в моём стиле отсиживаться в своей конуре, пока другие страдают! — выплеснула эмоции Грейнджер. — Что?! — он повернулся к Джинни, которая молча смотрела на него. — Поттер, ты ничего не перепутал?! Я вообще-то молчу! — Джинни сложила руки на груди, выгнув в недовольстве бровь. — О, Мерлин, вы сведёте меня с ума! — Гарри встал и устало поплёлся в сторону ванной. — Ой, погоди, — он вернулся к столу и вытащил из пиджака пару чужих телефонов и повербанк. Джинни удивлённо подняла брови. — Заряди, пожалуйста, всё. Малфой купил себе и сыну телефоны. Даже в каком-то месте Мэнора сняли часть защиты, но с зарядкой проблемы. Джинни рассмеялась, смотря на новенькие устройства. — Вот они, проблемы волшебников двадцать первого века! Негде телефон зарядить, — она, подойдя к мужу, поцеловала его в щёку. — Я всё сделаю, иди спать. Гарри вышел, а Джинни села напротив Гермионы и улыбнулась. — Интересно, зачем вдруг он ему понадобился? — Поставь на зарядку и не вздумай включать их, — сразу же пресекла подругу Грейнджер. Джинни хихикнула, махнув рукой. — Я тебя умоляю, даже и не думала. Я говорю о том, что он из-за тебя даже магловскую технику купил. Люциус, наверное, в гробу перевернулся. — Джинни! — Гермиона приложила руку к лицу, улыбаясь её дерзости. *** Рано проснувшись, Гермиона сидела на кухне и пила кофе, пока чета Поттеров спала на верхнем этаже. Гарри спустился первым, сразу же заметив сидящую у окна подругу. — Не спится? — тихо спросил он. — Не то слово, — уклончиво ответила Гермиона. Поттер сел напротив, налив себе чай. — Джинни сказала, что ты хочешь сегодня забрать детей? — Гарри положил сахар в кружку, неспешно помешивая, не касаясь стенок кружки. — Да, мне не нравится поведение Рона в последнее время. Эти его попойки... Учитывая, что он вообще не пил, ему хватит и стакана, — рассуждала Гермиона. — Что там у него с этой Бэгшот случилось, пусть разберётся, чтобы дети это всё не видели. Поттер задумался, допил оставшийся чай и посмотрел на подругу. — Тогда давай так. Джинни заберёт детей, и побудьте пока у нас. Не ходи сегодня на работу. Если что появится срочное, я подпишу за тебя. Плановых встреч не назначено. А я подготовлю нашу вылазку на завтра. Это, конечно, кое-кому не понравится, — намекнул Гарри, — но он сказал, что в любом случае в деле. Она угрюмо кивнула, соглашаясь выделить себе выходной. День так и пролетел. Джинни забрала детей от Рона, который до сих пор не разговаривал с сестрой. Роза рассказала, что поругалась с дочерью Бэгшот, потому что та заступалась за права своей матери, а Роза отстаивала Гермиону. День пролетел как на одном дыхании. Мыслями Гермиона была не здесь. Она возвращалась к прошедшему вечеру, анализируя ту информацию, которую предоставил аврорат. Поздно вечером вернулся Гарри, уведомив, что на завтра всё готово. Гермиона пожалела, что не вернулась домой, чтобы взять зелье без сновидений. Вторую ночь у Поттеров она почти не спала, прокручивая то, что им предстояло сделать. Джинни приготовила для подруги чистые вещи и под удивлённый взгляд Грейнджер прокомментировала: — На шпильках и в классическом костюме особо не повоюешь. Они с Гарри трансгрессировали к Министерству и разошлись по кабинетам. Спустя несколько минут в дверь её кабинета постучали, и Гермиона подняла голову, отрываясь от бумаг. Малфой вошёл внутрь, и от его заряженной энергетики хотелось спрятаться, испариться. Натянутые скулы, тонкие губы. Мужчина был явно зол и раздражён. — Привет, — она взглянула на наручные часы. — Уже время? Я сейчас приду, только переоденусь, — она повернулась к сумке, которую дала ей Джинни, увеличивая ту в размерах. — Гермиона, мы можем поговорить? «Как ты меня назвал?» Она обернулась, удивлённо смотря на него. — Что-то случилось? — сердце забилось сильнее, и будто её состояние стало выдавать эмоции с потрохами. Малфой прикрыл глаза и сжал челюсть. — Это дело — самоубийство. Никто не знает, сколько их там и что они хотят. Это может быть логово, неожиданное перемещение, как с волками в Албании. Гермиона набрала полную грудь воздуха, шумно вдыхая. — У нас нет выбора. Слишком много жертв. Слишком много угроз. Я иду с вами, раз им это так необходимо. Он молча смотрел на неё, не говоря и слова. — Ты что-то ещё хотел? — пытаясь прервать это долгое мгновение тишины, уточнила Грейнджер. Было заметно, как он дёрнулся, но остался стоять на месте. — Я хочу поговорить с тобой о нас. Прозвучало так, будто это было последней просьбой. Казалось, что сама мысль произнести эти слова была настолько щепетильной и осторожной, что на его лбу залегло несколько вертикальных полосок. Гермиона сглотнула вязкость во рту, ночью приняв для себя одно из решений. — Я тоже хотела с тобой поговорить об этом, — что-то промелькнуло в его глазах, и Грейнджер показалось, что всегда уверенный в себе мужчина только что вздрогнул от её слов. — Но давай всё обсудим когда вернёмся? Могло показаться, что Малфой не дышал. Не знал, что сказать, удивлённый её словами. Около минуты Драко молчал, смотря в её глаза. И казалось, что мир замер. Не было никаких проблем, прожитых друг без друга лет, ничего вокруг, кроме их двоих, не отводящих друг от друга глаз. — Хорошо. Ждём тебя внизу, в малом зале, — всё же отступил Драко, оставляя её наедине. Гермионе казалось, что внутри у неё запорхали бабочки. Целый рой бабочек, которых она не ощущала очень много лет. Джинни права, им нужно поговорить, понять, что они хотят друг от друга и что делать дальше. Она быстро переоделась и спустилась в тренировочный зал. В коридоре аврората стояли четыре мракоборца, внимательно провожая её взглядом, удивлённые видом магловской одежды на министре, которая всегда была исключительно в классических брючных или юбочных костюмах. Отдельную любовь к спортивной магловской моде с ней разделяла Джинни. — Добрый день, министр, — поздоровались с ней авроры. — Добрый день всем, — бегло пробежавшись по ним взглядом, прошла она в зал, где все присутствующие, включая Малфоя, были одеты в чёрные аврорские мантии. Одна Грейнджер выделялась на их фоне. «Почему у Гарри нет женщин в команде? После Тонкс я не помню ни одну девушку мракоборца». В середине зала, привязанный к стулу, сидел тот самый преследователь. Она подошла к столу, над которым склонились Гарри, Малфой, Дин, Симус и ещё три аврора и два мракоборца. Все, кроме Гарри, осмотрели её с ног до головы. В Министерстве она впервые в подобном виде. — На шпильках не воюется, Гермиона? — Дин в открытую улыбнулся ей. — Не тот случай, — она с настороженностью, взглянув на сидящего в центре мужчину, ответила Томасу. — Гермиона, ты должна быть в середине, в нашем кругу, — Гарри показывал схему и их точку перемещения, куда ему им указал наводчик. — В центре с тобой будет три человека. Ты должна быть между ними. Недосягаема для окружающих. Ещё десять человек разместятся во внешнем круге. Она внимательно рассмотрела план и выпрямилась, мельком встречаясь взглядом с Малфоем. Толпа собралась вокруг неё. Внутри круга, бок о бок с ней стали Дин, Симус и Малфой. Гарри, шесть мракоборцев и три аврора во внешнем. Гарри и Дэвис взяли с двух сторон за локти их преследователя, на руках которого были надеты волшебные наручники. Все положили руки друг другу на плечи, и Гарри дотронулся до портала. Мгновенное перемещение, и они оказались на лесной опушке. Солнце закрывали кроны деревьев, и сердце в груди Грейнджер бешено забилось. Она сжала палочку в руке, осматриваясь по сторонам. Мужчины сканировали местность, стоя на своих позициях точно так же, как было нарисовано на схеме. — Куда? — Гарри зло взглянул на повязанного, а тот лишь зло усмехнулся. — Туда, — он кивнул вглубь чащи леса. Гарри немного повернул голову назад, бегло посмотрев на Малфоя. Тот почти незаметно кивнул, бегая глазами по сторонам. Они прошли всего несколько метров, когда вокруг стали раздаваться звуки хлопков, а заливистый смех разнёсся по чаще. Защитники обступили Гермиону, замыкая круг. Она стояла за спиной Малфоя, замечая, как он расправил плечи. Дин повернулся к ней, спина к спине, а Симус с её левого плеча, встал спиной к ней. Внешний круг стоял плечом к плечу, друг к другу. — Ну, наконец-то! — выходящий из тени деревьев мужчина одиноко хлопал в ладоши. — Наконец мы можем наблюдать в наших краях нашего милого министра. Малфой сделал полшага назад, и от потерянного расстояния Гермиона воткнулась носом в его спину. Она на мгновение прикрыла глаза, набрав полную грудь воздуха, ощущая знакомый запах хвои. Весь мандраж, который неосознанно испытывала она, когда оказалась здесь, в момент испарился. И она, не осознавая, положила левую руку ему на спину. Без шпилек она доставала макушкой до его плеча, полностью скрытая от чужих глаз. Её действие мало кто заметил за его широкой спиной, и Гермиона в момент почувствовала, как напряглось всё его тело. «Словно дракон, расправивший крылья для защиты». — Что вам нужно? — голос Гарри гулким эхом отдавался вдоль лесной чащи. — Нам? Ну, нам нужна свобода, — раскинул руки в стороны мужчина. — И хотелось бы министра на десерт. А то что-то она засиделась на своём месте дольше положенного. Дин тоже сделал шаг назад, коснувшись её спины. — О какой свободе вы говорите? — не скрывая презрения, задал вопрос Гарри. — Оставим ненужные разговоры на потом, — ответил один из мужчин, вышедших меж деревьев. — К нам любезно пожаловала та, которую мы давно ждали. Не будем терять времени зря. За их спинами показалось движение, и из тени деревьев, окружая со всех сторон, стали выходить маги, около тридцати человек. Первое заклятие неожиданно вылетело из палочки мракоборца, стоящего слева от Гермионы, и она услышала возмущённое недовольство от Симуса. Смех сразу от нескольких мужчин раздался эхом. — Я повторю свой вопрос. Что вам нужно? — повысил голос Гарри. — Вернуть свои права и свободу, Поттер!— выплюнул кто-то из мужчин, невербально отправляя в сторону защитников проклятье, которое Гарри моментально отбил. — Какая-то грязнокровка не может лишать нас того, что наши семьи чтили веками! — несколько десятков заклятий полетели в авроров. Искры от магии отлетали в чащу леса и растворялись между деревьев. Гермиона заметила на отшибе, вдали от всех, чёрную фигуру. Она не вышла, а словно выплыла из-за широкого дерева и остановилась возле него, наблюдая за тем, что начало происходить на опушке. «Наблюдатель или альфа?» Малфой схватил её за левую руку, что лежала на его плече, и тихо шепнул развернуться. Она повернулась и стала с ним спина к спине, а Дин сделал полшага вперёд и влево, давая ей возможность для манипуляций. Круг сузился. Один из мракоборцев был оглушён. Нападающие пытались разделить защитников на части. Малфой, если не ощущал её спиной, сразу искал её свободной рукой и притягивал к себе, назад. Дин оступился, пропустив боковое заклинание, летящее в них, и осел на землю. Заклятие подпалило ему мантию, повредив ногу. Гермиона рванула к нему вперёд, помогая потушить мантию, а Симус вышел вперёд, прикрывая их обоих. — Твою мать, Грейнджер, куда тебя понесло! — рыкнул Драко, потеряв тепло её тела. — А он ревнивый, да, Гермиона? — Симус отшучивался, отбивая летящие в них заклятия. Гермиона поставила щит, прерывая летящий в них красный луч, когда Дин поднялся на ноги. До Малфоя было несколько шагов, и Гермиона стала спиной к Дину и Симусу, образовав с ними треугольник, но тут же прикрывая спину Драко. Она не знала, сколько прошло времени с их прибытия сюда. Не могла повернуться, чтобы понять, сколько повержено своих, а сколько нападавших. Она отбивала летящую в них магию, отключив голову и мысли. Во внешнем круге, немного правее от неё, упал сокрушённый Аврор. И в том месте образовалось окно. Гермиона кидала заклятия, которые были отбиты со смехом. Она видела боковым зрением Гарри, который зацепил сразу троих врагов подряд. Оборона тоже несла потери: двух мракоборцев и одного Аврора. Атакующих же уже лежало больше дюжины. Кто скорчившись от боли, кто без сознания. Один из противников пустил искристое заклятие, которое Гермиона пропустила под рукой, и оно пробило её по рёбрам. Но адреналин бил так, что не было сил думать о том, что она чувствует, как футболка становится мокрой от крови. Крики, шум и взрывы заполняли всё вокруг. Авроры кружили, отбивая мощнейшие заклятия, а фигура в высоком капюшоне, что стояла на отшибе и наблюдала за битвой, ни разу не дёрнулась, даже когда в его сторону летело отбитое заклятье. — Их слишком много, — Дин, который еле стоял на ногах, с дымящейся мантией, из последних сил уворачивался от летящих в него одно за другим заклятий. У Гарри была рассечена рука, и кровь стекала тонкой струйкой, капая на зелёную траву. — Гарри, нам нужно уходить, — чуть ли не хрипя, сказал отбивающий заклинание Симус. И в этот момент, как в замедленной съёмке, фигура в капюшоне оказалась в тридцати метрах от Гермионы. Шум утих, а в ушах был полнейший штиль. Она замерла, не в силах отвести взгляд от красных глаз. Грейнджер была словно под гипнозом, заворожённая. Она стояла и смотрела, как медленно поднимается рука с палочкой, а ухмылка — единственная часть лица, которую было видно в тени высокого капюшона, произносит заклинание, направив палочку ей в грудь. Как в землю вкопанная, она всматривалась в зловещие красные глаза, и эта ухмылка выбивала дыхание от внутреннего страха. Гермиона видела, как вылетел сноп красно-чёрных искр, а её тело было полностью неподвластно ей самой. Всё в той же замедленной съёмке искры заклинания летели в неё, а битва вокруг всё не прекращалась. И в одно из мгновений перед глазами возник Малфой. Зрительный контакт прервался, а глухую тишину в её голове оборвал шум битвы и крики защитников. Сильнейшее заклятие попало в спину Малфою, и он весом всего тела сбил Гермиону с ног, падая вперёд и полностью накрывая её собой. Авроры во главе с Гарри обступили их вокруг. Гермиона попыталась перевернуть тяжёлого Малфоя с себя и, встав на колени, поняла, что произошло нечто ужасное. Вены на его теле стали выделяться — на руках, лице, шее — и проявлять чёрный оттенок. Он весь покрывался паутиной из тёмных вен. На корке подсознания, навеяная паникой от вида перед собой, Гермиона услышала голос Гарри и почувствовала толчок трансгрессии. Последний её взгляд зацепился за фигуру в капюшоне, которая снова стояла на опушке. В Мунго в приёмнике как всегда находилась толпа волшебников, ожидающих осмотр. Увидевшая их медсестра быстро, без всяких слов открыла дверь в коридор для тяжёлых больных. Все оглядывались на бегущую толпу авроров, которые тянули на себе Малфоя, ноги которого оступались на каждом шагу. Каждый из них был с ушибами, ссадинами, заляпанный в грязи и подтёках крови. У Томаса до сих пор дымилась мантия. Он остановился, не в силах больше хромать на явно поломанной лодыжке. Навстречу выскочил Голдстейн. Глава больницы открыл первую дверь в палату и пропустил их внутрь. Гарри с аврором дотащили Малфоя до кровати, и все присутствующие ужаснулись той картине, что предстала перед ними. За те минуты, что они бежали, вены на бледном теле ещё больше приобрели жуткий чёрный оттенок, и было ощущение, что виднелась тёмная кровь, текущая по ним. Гермиона ахнула, прикрыв рот рукой. У неё была рассечена губа и неглубокий порез под рёбрами, который ещё больше проявлялся алым пятном через футболку. С Гарри всё так же капала кровь, и он обернулся, когда в палату вбежала медсестра. Она взглянула на Голдстейна, который попросил всех раненых проследовать за ней. Гарри и Гермиона не сдвинулись с места, наблюдая за манипуляциями, которые совершал над телом Драко колдомедик. — Энтони, что это? — спросила стоящая ближе к Малфою Гермиона. Голдстейн осматривал Малфоя и произносил какие-то заклинания, но через какое-то время опустил палочку, повернувшись к друзьям. — Боюсь, что тут я бессилен, — выносил он страшный вердикт. — Это чёрная магия, а я не владею средствами и даже не знаю способа вывести это из него, — заключил он. У Гермионы потекли слёзы. Она сделала пару шагов и взяла Малфоя за руку. Он, ещё на грани сознания, медленно открыл глаза. — Не плачь, — тихим, охрипшим голосом прозвучало от него. Было видно, что он говорит из последних сил и заставляет веки открываться на мгновение. — Не плачь, всё хорошо... главное, что ты жива… Альфи? В этот момент в палате раздался хлопок, и рядом с ними появился домовик, глаза которого округлились в ещё большие шары, а уши опустились, как у нашкодившего щенка. Эльф подбежал к кровати, внимательно всматриваясь в Малфоя. — Мистер Малфой, мастер, мастер, что произошло? — затараторил испуганный домовик. — Альфи, послушай меня, — прозвучало ещё более хрипло, и домовик со слезами на глазах уставился на своего друга. — Альфи, скажи Скорпиусу, что… — Нет, нет, мастер, вы же знаете заклинание, и вы можете снять… — домовик взахлёб перебирал пальцами простыню на кровати, топчась на месте. — Я не могу, Альфи… — Но, может, может… — он крутил головой, смотря на волшебников, в поиске хоть какой-то подсказки от них. — Альфи, объясни нам, — ворвалась в их диалог взявшая себя в руки Гермиона. Эльф с долей вины взглянул на хозяина, чьи веки были полностью прикрыты. — Это чёрная магия. Очень сильная. А наложить контрзаклятие, которое свернёт и запечатает эту гадость, сможет только волшебник, владеющий этой магией, — Голдстейн огласил мысли вслух, — к сожалению, ни я, ни вы, — он обращался к Гарри с Гермионой, — не владеем этим, а Малфой не в состоянии, чтобы самостоятельно начертить такую сложную руну… Рука Драко слабела в ладонях Гермионы, и было видно, что последние силы он отдаёт на то, чтобы открыть закрывающиеся веки, уже не в силах произнести и слова. — Но есть выход, — тихо сказал домовик и виновато посмотрел на хозяина. Все трое волшебников развернулись к маленькому эльфу. — Говори, Альфи, какой выход, — Гермиона снова не могла сдержать слёз, они медленно катились дорожкой по щекам. О своих свежих ранах она не думала, не ощущая физической боли, только душевную, которая давила и разрывала сердце на куски. — У мастера есть зелье, которое вытянет душу… и я мог бы... Альфи мог бы с ним в паре выпить его… — Даже не думай, — Гермиона подскочила от скрежета хриплого голоса. Малфой был не в силах открывать глаза, но он был на грани сознания, говоря из последних сил. — Твоей магии не хватит, и ты погибнешь, я ни за что не дам тебе так рисковать, — с каждым словом его голос становился всё тише, а речь всё медленнее. — И это чересчур опасно для любого, ты прекрасно это знаешь… Услышав последние слова, Гермиона моментально почувствовала, что его рука перестала сжимать её ладонь. Она наклонилась к нему, начиная звать по имени. Драко еле дышал и совершенно не слышал её зов. — Альфи, я правильно понял? Нужно выпить зелье, которое вытянет душу. А дальше что? — уточнил Гарри, нервно поправляя очки на переносице и переводя взгляд с кровати на домовика, на Голдстейна и обратно. — Да, да, два зелья выпивают два волшебника, — быстро закивал эльф, — их души выходят из тел и меняются местами, — удивляло то, что домовик говорил об этом, как об обыденном, зная подобные тонкости такого рода проклятий, зелий и результата от них. — И тогда мастер, находясь в другом теле, сможет произнести заклинание. Но главное, всё успеть вовремя, потому что… — Душа, оставившая тело больше, чем на полминуты, не сможет вернуться обратно, — закончил Голдстейн мысль домовика, к которому сразу же подскочила Гермиона.  — Ты знаешь, где он хранит эти зелья? У нас ещё есть время? — она оглянулась на Малфоя, затем посмотрела на Энтони. — Да, да, мисс, Альфи знает, Альфи может принести, — затараторил домовик. — Тогда, не теряй времени, мы ждём тебя, — нервно дёргая домовика за плечо, отрапортовала Гермиона. Бросив убитый взгляд на хозяина, Альфи исчез с хлопком. — Что мне нужно делать, Энтони, как выйти и войти в тело? — спросил Гарри, сняв очки и с силой потирая их о подол рубашки. — Ты выпьешь зелье и… — Стойте, нет, — выставила перед собой руку Грейнджер, — это сделаю я, — на возмущённое выражение лица Поттера она сразу возразила. — Он спас меня, прикрыв собой, если бы я не была глупа и не отвлеклась, возможно, ничего бы не произошло. Это должна сделать я, — на более громкой ноте прозвучало от неё. — Гермиона, это сильная тёмная магия, тут не место для делёжек, — парировал Поттер. — Гарри, я всё сказала. Если бы не он, я бы уже не дышала и… — Вот тут только я с тобой соглашусь, — вступил в дискуссию Голдстейн. — Только от того, что Малфой физически сильнее, он ещё с нами. Если бы такая магия попала в тебя или в того, кто не настолько крепок, тот был бы уже мёртв. Потому что внутри всё разрывает от огня и боли, которая льётся по венам, как адское пламя. Ровно минуту не было домовика. Он появился с громким хлопком, держа в руках две колбочки зелий. Гермиона подошла к нему, смотря на изумрудную жидкость, которая завораживала. Блеск, исходящий от зелья, будто сам просил его выпить и освободить душу. Гарри ещё раз попытался отговорить Гермиону и сделать это вместо неё. Но она будто не слышала его. На счёт три она должна была выпить зелье, а Энтони залить второе Малфою, который уже практически не дышал. — Раз, два, три, — услышала счёт Гермиона. Она осушила колбочку и почувствовала резкий рывок где-то в районе рёбер. Её тело взлетело, и, оглянувшись, она увидела, как её бездыханное тело начало падать, после того как её душа выпорхнула из него. Видела, как Гарри сорвался с места, чтобы подхватить её и уложить на ближайшую кушетку. Сконцентрировавшись, она наблюдала, как душа Малфоя возвышается над его телом, и он нервно смотрит по сторонам, замечая её перед собой. — Что ты творишь?! Это очень опасно! Я говорил, чтобы вы не делали этого, — серебристым свечением Малфой подлетел к ней и взял её за мерцающие руки. — Нет времени на выяснения, Малфой, меняйтесь местами и черти руну, бегом, — вмешался громким басом Голдстейн. Гермиона порхнула к телу Малфоя, душа тянула её, знала, что нужно делать, затянувшись в его сознание. Грейнджер резко ощутила адскую боль проклятия. Каждая вена, что так выделялась на бледной коже, горела огнём. Ощущалось, что по венам течёт раскалённая лава. И Гермиона чувствовала каждый миллиметр этой зудящей боли, от которой хотелось кричать. Но тело, полностью обессиленное, не могло выполнить ни одного малейшего движения. Сознание ускользало, и единственное, что была в состоянии сделать Гермиона, так это молча терпеть ужасающую боль. В этот момент Малфой в её теле уже поднимался с соседней кровати, куда её уложил Гарри. Затуманенное сознание представляло картинки, воспоминания, которых она не знала. Мелькал Хогвартс, Малфой-мэнор, её лицо, Скорпиус. И Грейнджер поняла, что всё это она видела глазами Малфоя, она была в его голове, в его памяти, она видела, как держит себя за руку, гуляя по Хогсмиду, видела, как он вершит «правосудие» и, по его мнению, «искупление» во Франции. Картинка сменилась, и она увидела себя, входящую вместе с Гарри в кабинет министра в обтягивающем чёрном платье с глубоким вырезом на спине. Потом боль ударила где-то под рёбрами, картинка сменилась, и она увидела, как отошла от самой себя, спящей на своей кровати в квартире на Даунинг-стрит, чувствуя ту боль, что сжимала сердце, когда закрылась дверь. Далее был алкоголь. Много. Комната с разбросанными по ней газетами, на которых она улыбалась с колдографий, стоя в белом платье под руку с Уизли. Малфой в её теле подошёл к кровати и сел на неё, чтобы тело Гермионы не упало, когда его душа выйдет из неё. — Гермиона, давай, — послышался голос Энтони, но она была не в силах уйти. Не могла остановиться, чтобы не досмотреть каждую новую серию из жизни человека, который так сильно её любил… Душа Малфоя уже вытеснилась из тела, и, оглянувшись, он подлетел к своему, но её не было. Душа Гермионы будто запечаталась в нём. — Восемнадцать секунд, торопитесь, — ответил Голдстейн, смотря на секундомер. Малфой снова обернулся на её тело, посмотрел на своё и потянулся серебристого свечения руками к своим бледным, почти безжизненным, с чёрной паутиной вместо вен рукам. Он звал её, и в какой-то момент, когда она в сериале жизненных картинок увидела их поцелуй, их страсть, сквозь какую-то призму она услышала его зовущий голос. Гермиона почувствовала, что её тянут за руки. Душа вытягивала душу, и её вырвало из оков этого сериала. Она посмотрела Драко в глаза в тот момент, когда Гарри взревел:  — Пять секунд!!! Грейнджер рванула к своему телу и почувствовала болезненный вдох. Гарри, подбежав к ней, слегка затряс за плечи. Он так нервничал, что пот стекал у него по вискам. — Как ты? Как ты? Гермиона, скажи хоть слово… Она была не в состоянии поднять голову, но, еле приоткрыв глаза, прошептала: — Всё в порядке, просто ощущение, что сил в теле совсем не осталось. Гарри обнял её со всей своей братской любовью, крепко прижимая к себе. — Это всё тёмная руна, — к ним подошёл Голдстейн и присел рядом, взяв Грейнджер за руку, чтобы измерить пульс. — Магия высосала из тебя много сил, поэтому ты сегодня тоже останешься здесь под моим присмотром, — безоговорочно проговорил колдомедик. — А сейчас ложись, я посмотрю, что у тебя с рёбрами. — А что с Малфоем? — она приподняла голову и увидела всё то же безжизненное тело с ярко выраженными паутинками вен. Изменений не было. Энтони бегло взглянул на Драко, лежащего на противоположной кушетке. — Тут только время… Он сильный духом и физически. Ты сделала всё, что могла. Он выкарабкается, вопрос времени… В этот момент домовик, о котором все забыли, всхлипнул и подошёл к Малфою. По его лицу медленно текли слёзы. — Альфи, — позвала его Гермиона, — ты наш главный герой. Если бы не ты, ничего бы не получилось. Домовик разрыдался ещё сильнее, прикрыв большими ушами глаза. Открылась дверь в палату, и все обернулись на вошедшего в помещение Томаса. Одежда у него уже не дымилась, на лице виднелась мазь, что затягивала глубокие раны. Он наступал на ногу, почти полностью уже подлатанный медсёстрами. — Ребята, у нас проблемы… В приёмнике нас видел один из репортёров. Присутствующие переглянулись, посмотрев на свой вид. С Гарри, где он стоял и ходил, так и тянулись капли крови. Глубокий порез на щеке добавлял свою изюминку происходящего. Министр магии, у которой футболка под рёбрами пропитана кровью, джинсы, заляпанные грязью и зеленью от травы, на которую она повалилась с Малфоем, растрёпанные во все стороны волосы. И Малфой, которого они волоком притянули на себе, не говоря уже о толпе авроров, которые также нуждались в медицинской помощи. Конечно, этого никто не мог пропустить мимо. «Вот это будет громкая статья в Пророке», — с ужасом подумала Гермиона. — Я схожу к тебе домой и принесу всё необходимое, — Гарри с прежней заботой смотрел на неё. Грейнджер кивнула из последних сил, теряя сознание. — Гермиона! — Избранный подскочил с соседней кушетки и схватил её за плечи. — Энтони, что с ней? Голдстейн мгновенно достал палочку, поднял над её телом диаграмму, проверил реакцию её зрачков на свет и измерил пульс. — Побудь здесь, я сейчас принесу зелья, — быстрым шагом колдомедик вышел из палаты. Гарри сел на корточки, держа подругу за руку. Силы, нервы были на исходе. Дверь открылась, и в палату быстрым шагом вернулся Голдстейн. — Не переживай, она поправится. Я добавлю ещё зелье сна без сновидений. Так что пусть выспится хорошо, и силы к ней придут за пару дней. Гарри кивнул, переводя взгляд с Гермионы на Малфоя и обратно на Энтони. — Ты же не будешь против, если я поставлю двух мракоборцев в коридоре? — уточнил Поттер. — В палате лежит министр магии, тут даже без вопросов, — не глядя, ответил колдомедик. Поттер взглянул на стоящего в дверях Дина, который понял указание и сразу вышел из палаты, чтобы определить охрану. — Тогда я вечером зайду к ним. Мне нужно в Министерство. Им ещё что-то нужно? — озабоченно Поттер осмотрел спящих друзей. — Нет, ничего не нужно кроме чистой одежды. *** Гермиона проснулась от шума, исходящего из коридора больницы. Она открыла глаза, но веки без сил закрылись снова. Женщина лежала, прислушиваясь к разговорам, прекрасно понимая, где находится. — Мадам, я не могу вас впустить! — мужской стальной голос послышался возле самой двери. — Там мой сын! Я зайду, даже если мне придётся с вами сразиться, молодой человек, — возмущённо ответила ему женщина. — Что тут происходит?! — появившийся Энтони вернул всех к осознанию, что они находятся в больнице. — Мистер Голдстейн, мне нужно в палату, — произнесла Нарцисса Малфой тоном, не терпящим отговорок. Гермиона слышала голос Энтони, но не могла разобрать сказанного им. — Сэр, глава аврората запретил кому-либо, кроме вас, входить в палату, — раздался другой мужской голос. — А вы войдите с нами, мистер Вэнс, дабы не переживали о намерениях матери по отношению к своему сыну и министру магии, — без тени грубости сказал главврач. — А мистеру Поттеру я лично отчитаюсь за вольность с моей стороны. Дверь приоткрылась, и Гермиона услышала лёгкий стук каблуков Нарциссы, что пролетела мимо неё. Сил хватило, чтобы приоткрыть глаза, которые снова пытались закрыться. — Что с ним? Мне Альфи всё рассказал, но почему это не проходит? — нервным голосом тихо спросила мать. — Это чёрная магия, мадам. Он спас министра, прикрыв собой, но после мисс Грейнджер спасла его, обменявшись с ним душами. Кровь понемногу очищается, а вены уже начинают принимать нормальный вид и размер. Но это процесс небыстрый. Он придёт в себя в течение пары дней. Наступила тихая затянувшаяся минута. Никто не произнёс и слова, стоя в палате. Гермиона услышала, как к ней подошёл Энтони. Он взял её за руку, меряя пульс. — Я в порядке, — совсем тихо прошептала она. Гермиона почувствовала, как он дёрнулся, не ожидая, что она в сознании. — Можешь помочь мне сесть? Голова каменная, не могу двигаться. Тело словно онемело, — попросила она. — Конечно, — безоговорочно мужчина помог ей сесть, аккуратно спустив её ноги с кровати. — Гермиона... — она услышала за своей спиной голос Нарциссы. «Когда она успела подкрасться?» Грейнджер открыла глаза, а Голдстейн подал ей очередное зелье, сев рядом и придерживая её за спину. Она опустошила колбу и перевела взгляд на мракоборца, стоящего у двери, который испепелял взглядом стоявшую за спиной Гермионы Нарциссу, которая неспешно обошла кушетку и подошла к Гермионе. — Что произошло? — аккуратно спросила женщина, смотря на бледность сидящей перед ней Гермионы, которая скривилась от начавшего действовать зелья, а потом проморгалась и подняла голову на Нарциссу. — Здравствуйте, миссис Малфой. — Здравствуй, — прозвучало мягко, аккуратно. «Эта женщина сведёт меня с ума». — Я могу присесть? — Гермиона не поняла, у кого спрашивали, но она кивнула, а Энтони встал, убирая руку со спины пациентки, убедившись, что она сидит без его помощи. Мракоборец дёрнулся, подходя на шаг ближе к кушетке, стоя ровно за спиной Нарциссы, которая села на стоящий у кушетки стул и взяла Гермиону за руку. Мракоборец напрягся, сжав в руке палочку, на что Гермиона остановила его взглядом, медленно, почти незаметно, покачав головой. Энтони посмотрел на дам. Подняв бровь, он взглянул на руку Гермионы в ладонях Нарциссы и отошёл к Драко. — Спасибо, что не оставила его. «Что? В смысле?» Она перевела взгляд на Нарциссу, в котором явно читалось непонимание. — Зелье душ. Не каждый согласится на такой шаг, — объяснила женщина. Сведя брови и закусив губу, Грейнджер уверенно произнесла: — Он спас меня, я не могла поступить иначе… Наступила недолгая пауза, в которой тишина была не напрягающей, а с примесью чего-то личного. — Ты тогда, наверное, неправильно меня поняла, во Франции. Я хочу извиниться за свой напор тогда. Я всего-лишь хотела, чтобы ты знала… — Нет, всё нормально, — остановила её Гермиона, не желая продолжать этот разговор. — Я ушла по другой причине. — Понимаю, — мягко сказала Нарцисса, опустив взгляд. Гермиона тоже взглянула на их руки, где длинные белые аристократичные пальцы держали выделяющуюся на этом фоне, слегка смуглую руку. — Хватит ли любви, чтобы пережить и переступить через всё то, что было между вами? — задумчиво произнесла Нарцисса. — Вы у меня спрашиваете? — тихо осведомилась Гермиона. — Я больше рассуждаю… Насколько крепки ваши чувства друг к другу, что столько лет вы пытаетесь вернуть всё… — Я не знаю… — честно призналась Гермиона. «Что я ей должна сказать? Что люблю её сына?» — Я хочу, чтобы ты знала, если тебе что-то понадобится, ты всегда можешь обратиться ко мне, — Нарцисса вытащила её из раздумий, словно заглянула в душу, смотря в глаза. — Отдыхай, — она мягко, почти невесомо похлопала её по руке, поднялась и снова вернулась к сыну. Гермиона потянулась за стаканом воды, что стоял на прикроватной тумбе, а потом снова легла, ощущая лёгкое головокружение. Теперь ей было видно и Голдстейна, который рассматривал диаграмму над телом Драко, и как Нарцисса держала сына за руку и мягко поглаживала по волосам. — Его состояние стабильно. Вены понемногу уменьшаются. Когда они придут к нормальным размерам, кровь начнёт принимать свой здоровый цвет. Всё под моим контролем, вам незачем быть сиделкой, миссис Малфой. Оставшись одна, Гермиона долго смотрела на лежащего с другой стороны палаты мужчину. Её силы заметно возвращались, и Гермиона неспешно встала на ноги, делая медленные шаги через всё помещение. Он мерно дышал. Вид его и правда был немного лучше, чем после прибытия сюда. «Сколько прошло времени, как мы перенеслись с опушки?» Грейнджер посмотрела в лицо Малфоя, бледное, всё в чёрной паутинке выделяющихся вен, но такое родное. Она взяла его за руку, поглаживая большим пальцем, и вспомнила слова Гарри. «Если я не смогу тебя прикрыть по какой-то причине, прикроет он. Я даже не сомневаюсь». Через некоторое время Гермиона вновь была в своей кровати, когда дверь тихо открылась и в палату вошёл Гарри. — Я думал, ты высыпаешься, — улыбнулся Поттер. — Недавно проснулась, — она приподнялась на локтях. — Как дела? Гарри выкладывал на её тумбочку принесённые фрукты и сок. Достал пакет с вещами и туалетными принадлежностями, которые собрала Джинни. — Да, нормально … — отвёл он взгляд. — Давай, говори, что случилось? — заметила Гермиона перемену в его лице. — И сколько времени, кстати? — Время — около десяти вечера. Прости, я не смог прийти раньше, — извинился Гарри. «Значит, я тут всего лишь около десяти часов…» — Я не ходил к тебе домой. Позвонил Джинни, и она собрала всё необходимое. — А дети? — сразу же уточнила Гермиона — Они у нас. Мы сказали, что тебе пришлось остаться в другой стране, потому что завтра у тебя назначена конференция с их министром. — И Роза поверила? — Гермиона неуверенно посмотрела на друга. — Ну, она спросила, почему телефон тогда весь день недоступен. Я сказал, что ты в гостинице при их Министерстве и до сих пор на совещании, — пожал он плечами, тоже осознавая, что девочка не по поверила ему. — Ладно, поддержим эту теорию. А что с нашим пленником? Гарри округлил глаза, удивлённо смотря на неё. — Откуда ты узнала?! — Я видела, как Дэвис схватил лежащего на земле нападающего, когда мы трансгрессировали. Гарри вздохнул и покачал головой. — Всё-то ты видишь! — пробурчал аврор. — Мы взяли того, кого нужно. Выйдешь на работу, тогда всё расскажу. Гермиона манерно надула губы, а Гарри усмехнулся. — Энтони сказал, что он идёт на поправку, — Поттер через всю палату взглянул на Малфоя. — Я встретил его в коридоре. Гермиона молча кивнула. *** На утро Гермиона просила Энтони выписать её, потому что работа и ответственность не позволяли отлынивать от дел. Голдстейн согласился, но только после утреннего и обеденного приёма всех зелий. За ночь чёрные вены на теле Драко уменьшились в два раза. Гермиона, держа Малфоя за руку, ждала Гарри, чтобы покинуть больницу. Она была уверена, что Драко всё слышит и знает о том, что она рядом. Энтони вывел их через запасной выход из больницы, и Гермиона, Гарри и двое сопровождающих их мракоборцев трансгрессировали к Министерству, ко входу для посетителей, дабы избежать встречи с репортёрами. Казалось, что всё Министерство о чём-то знало, но молчало. Сотрудники осматривали Гермиону, идущую в чёрном брючном костюме Джинни, который Гарри принёс ей в больницу. — В Мунго нас всё-таки видели, — шепнул ей у лифтов Поттер. — Я запретил Пророку писать об этом. Но самостоятельные личности на отдельных страницах всё же разместили свои двусмысленные догадки. Первым делом, оказавшись одной в кабинете, Гермиона переоделась в свои вещи, которые оставила вчера утром перед их отправкой. А также оформила подписку на Пророк по её адресу. Она перебирала документы, которые поступили за два дня, когда к ней постучали, и, приоткрыв дверь, с её разрешения Дин вошёл в кабинет с виноватым выражением лица. — Как ты? — обеспокоенно спросил аврор. Гермиона оторвалась от бумаг, осматривая Томаса с ног до головы. — Уже лучше. Правда, иногда словно силы покидают. Пересижу, передохну и нормально, — хмыкнула Грейнджер. — Вы все целы? — Да, всё нормально, — прозвучало от него слегка скованно. Гермиона заметила напряжение в его тоне и выражении лица. — Что-то случилось? — уточнила она, внутренне напрягаясь. — Да нет, просто устал, — Дин наклонил шею, хрустнув позвонками. — Гарри рвёт и мечет. Пока нас отпустил по кабинетам, чтобы не попадались на глаза, думаю, зайду к тебе. «Рвёт и мечет? По нему не скажешь». — А что с Гарри? — поинтересовалась Гермиона новостью. — Он всех мракоборцев чуть не выпотрошил после того, как вернулся из Мунго. Нам тоже, конечно, досталось, но те попали… — потянул Томас. — Не понимаю, Дин… — свела брови Гермиона — Да за плохую подготовку, — уточнил аврор. — Он вчера сказал, что подумывает убрать главу мракоборцев, потому что старый хрыч ничего не делает. Мы, конечно, с аврорами тоже облажались, но у нас хотя бы в одного попали. А те, каждый второй, отчего было много места, чтобы мы не уследили за тобой… Гермиона свела брови, слегка сжимая ручку в руке при воспоминании произошедшего. — Дин, вы не виноваты. Если бы я не зациклилась на той фигуре, ничего бы не случилось. — Ты бы не смогла не зациклиться, — возмутился Дин, отмахиваясь. — Это была их тактика. Этот маг делал с собой какие-то манипуляции, чтобы никто не смог уйти от зрительного контакта с ним. — Что?! — опешила Гермиона, вскочив с места, а Дин в мгновение понял, что наговорил лишнего. — Тебе что, Гарри не говорил? — он схватился за голову. — Он меня уволит. Грейнджер закусила губу, отмахиваясь от него также, как и он минуту назад. — Перестань, никто никого не уволит. Он за вас с Симусом держится. Расскажи мне, что вы узнали, это останется между нами, обещаю. Дин вкратце проинформировал её о том нападавшем, которого они прихватили с собой после битвы. И после его допроса с сывороткой и легиллименцией они поняли, что это оказался правая рука того монстра, которого она видела. — И что они хотят всем этим доказать? — Кроме как свержения тебя, как маглорождённой, потому что ты частью законов, — Томас показал двумя пальцами кавычки, — уравновесила права чистокровных с правами полукровок и маглорождённых. — Какой-то абсурд, — Грейнджер отложила, почти отбросила ручку, освободив руки, и с силой потёрла виски. *** Вернувшись в Годрикову впадину как положено к ужину, взрослые волшебники при детях поддерживали историю отсутствия Гермионы, как неотложную конференцию и совещание в Амстердаме. Но Роза всё равно изредка посматривала на мать. Утром они с Гарри отправились в Мунго. Малфой уже больше походил на себя прежнего. И вены на его теле за двое суток уменьшились практически до нормальных размеров. — Я надеюсь, вечером он придёт в себя, — задумчиво произнесла Гермиона. — Я даю одно из тех сильных зелий, что Драко разрабатывал для меня, о которых никто не знает. И оно явно помогает ему бороться с недугом, — уточнил Энтони. К вечеру они снова заглянули в Мунго, и Гермиона вновь стояла рядом, держа его за руку, молча слушая Голдстейна. Драко уже был без чёрных, выступающих из-под бледной кожи вен. Он лежал, иногда дёргая и поворачивая голову, словно ему снились кошмары. — Это нормально? — Гарри смотрел внимательно на дёргающееся лицо Малфоя, будто корчившееся от боли. — Я никогда не сталкивался с такой магией, — задумчиво проговорил Голдстейн. — Но в одном источнике нашёл, что эффект подобен борьбе изгнания из себя всей тьмы. Они около получаса находились в палате, обсуждая моменты поддержания Министерством больницы, когда рука Драко в её руке дёрнулась и немного сжала её пальцы. Гермиона вздрогнула и перевела взгляд с их рук на его лицо. Малфой молча смотрел на неё. Но, видимо, активно участвуя в разговоре, Грейнджер не заметила, когда он пришёл в себя. — Привет, — Драко слегка болезненно улыбнулся, потянув уголки губ. — Привет, — она провела свободной рукой по его плечу. — Как ты себя чувствуешь? — Да вы своей болтовнёй из-под земли достанете, — усмехнулся Малфой, взглянув на остальных присутствующих. Поттер поравнялся с Гермионой, шумно вздыхая, с доброй улыбкой смотря на Драко. — Рад, что ты с нами, — сказал Гарри. Малфой кивнул ему и перевёл молчаливый взгляд на Гермиону. — Всё отлично, — Энтони прокомментировал диаграммы, которые просматривал эти минуты над подопечным. — Я принесу тебе несколько зелий, а завтра, если всё будет идти так же хорошо, к вечеру можешь быть свободен. — Я могу и сейчас, — пытался приподняться на локтях Драко, но скривился от боли и откинулся обратно. — Да, конечно. Завтра, Малфой. Врач здесь я, — огрызнулся Голдстейн, выйдя из палаты. — Понял, — Драко пожал плечами, улыбаясь присутствующим. — Все целы? — уточнил он — Да, всё нормально. Потом поговорим, не здесь, — остановил его Поттер, а в это мгновение в палату вернулся Энтони, принеся несколько флаконов зелий на ночь. — Раз ты пришёл в себя, я отпущу мракоборца домой, — Гарри задумался, направившись к двери. — Меня охраняли мракоборцы? — показательно ужаснулся Малфой. — Дожили, — он усмехнулся, откидываясь на подушку. Гарри и Энтони вышли, оставив их с Гермионой вдвоём. Она присела к нему на кушетку, не выпуская его руки из своей. — Спасибо тебе… — она опустила голову, смотря на их руки, и тихо говоря то, что должна была. — Эй, перестань, — негромко ответил ей Малфой. — Ты тоже меня спасла, — он перекинул за спину её волосы, которые упали на лицо, и провёл костяшками пальцев по щеке, отчего что-то горячее и нежное потекло по её венам. — Мы поговорим? Мне кажется, ты обещала это ещё вчера, — с прорывающейся улыбкой спросил Драко. — Поговорим, — она подняла голову, повернувшись к нему. — Когда выйдешь отсюда. — Ну, начинается, — потянул Малфой. — Я и сейчас могу, — уверенно заявил он. — Не можешь, перестань, — покачала Гермиона головой. — Я обещаю тебе, мы поговорим. Но не здесь. Они смотрели несколько долгих секунд друг другу в глаза, пока Грейнджер не закусила губу. — Поужинаешь со мной? — спросил Драко тихо, не надеясь на то, что она вообще ответит. Гермиона улыбнулась, чуть заметно смущаясь. — Хорошо, — ответила она, вновь опуская взгляд в пол. Он подтянул её руку к своему лицу и поцеловал тыльную сторону ладони, заставляя место, где касались его губы, гореть огнём.