Близко к цели

      Крохотная ладошка, сжимающая ухо такого знакомого игрушечного кролика; бархатистая нежность детской кожи, которую ощущаешь даже через глянец фотокарточки; уголок розового одеяла, обжигающий измученную память посильнее самого мощного паучьего яда; пух каштановых волос. А главное…       — Вот результаты экспертизы. Если помнишь, в последний раз ты давал мне в машине воды попить, да так мы бутылку и забыли в кабине. Это невероятно, но…       Какая экспертиза? Доказательства смотрели на него. Леголас на всю свою вечность запомнил тот миг, когда впервые увидел дочь на руках Фанес. И этот кролик, которого сшил в подарок племяннице Кирион.       — Это для полной гарантии. Я не хотел тебя зря обнадеживать, — сидящий напротив Пенгон вздохнул.       — Как ее сейчас зовут? — впервые за последние полчаса отозвался Леголас.       — Ариэль, — задумчиво покатав на языке имя, усмехнулся Пенгон.       Леголас вздрогнул. Ариэль… Малиэль… Имена были так похожи. Леголас с усилием растер лицо предательски задрожавшей рукой и прикрыл глаза.       Когда стало понятно, что и Валинор медленно, но уверенно становится историей, Леголас вдруг запротестовал, отчаянно не желая расставаться с семьей. Да, они возродятся, но кто знает — встретятся ли вновь? За прожитые на благословенной земле эпохи Леголас вновь обрел веру в Валар и решился на что-то впервые для себя. Манвэ выслушал бесстрастно — ни единой эмоции на прекрасном лице — и отпустил Леголаса, так ничего не ответив, но принц отчего-то заметно успокоился. Магия Валар рассеивалась медленно, и последнее, что Леголас почувствовал, прежде чем глаза закрылись против воли, были вцепившиеся в его плечи пальцы Фанес. Ту же хватку он ощутил, когда сознание вернулось. Вокруг был незнакомый мир, но на него смотрели знакомый взгляд карих глаз, и Леголас улыбнулся. Несмотря на то, что на поиски остальных ушло потом не одно десятилетие, и до сих пор еще не всех нашли, бывший лихолесский принц чувствовал, что Владыка Манвэ удовлетворил его мольбу. Сложности? А когда в его жизни было просто?..       — Фанес я пока ничего не сказал, — голос Пенгона вырвал из воспоминаний. — Девочка рождена в самой обычной семье, и я не представляю, капитан, как мы ее заберем.       Леголас снова растер лицо руками. Как… Он не сомневался, что это возможно, но каким будет новый путь дочери к нему, не знал. Вводило в растерянность ее младенчество. Очередное испытание Валар, что он готов пройти, лишь бы воссоединиться с семьей? Даже если так — он все выдержит. Зацепиться, казалось, было не за что, но, пересилив себя наконец, Леголас прочитал то, что смог собрать Пенгон, и взгляд зацепился за строчку «религия». Мормоны…       — За ними следят? — Леголас поднял на Пенгона сосредоточенный взгляд.       — Амас устроился в их общину садовником, — тут же кивнул Пенгон. — Он постарается найти способ приблизиться к ребенку.       — Фанес я сам скажу, а ты собери остальных у меня в пятницу вечером.       Леголас залпом допил холодный кофе со дна бумажного стаканчика и поднялся, увидев, как таймер на спортивном браслете дал понять о завершении рандеву. Надо было ехать на следующую встречу — Леголаса и в современном мире угораздило также иметь непосредственное отношение к армии. Он стал командиром независимой группы военных специалистов — проще говоря, наемников. Впрочем, найденным соратникам из его старой команды было все равно, как называться, главное — снова быть вместе. Удалось найти всех, кроме братьев. Ну, и еще одного из отряда… Леголас не терял надежды обрести свою семью полностью вновь. Он так и не смог смириться с потерей Аэвона.       Леголас передал официанту оплаченный счет и вновь посмотрел на Пенгона.       — Подвезти?       Хлынувший дождь побудил штатного медика группы «Мирквуд» согласиться. По дороге они обсудили не относящиеся к злободневной теме вопросы, и Леголас высадил Пенгона у Королевского медицинского колледжа, попрощавшись до оговоренного вечера пятницы. Принц четко видел цель — по максимуму ограничивать мормонскую одержимость новоявленных родственников Малиэль. Вздрогнув даже от мысленного упоминания родного имени, Леголас затормозил и бросил взгляд на оставленную ему Пенгоном флешку с тем, что Амас успел записать за время своей недолгой шпионской деятельности. Опыт веками и перерождением не перечеркнешь. Леголас мрачно улыбнулся при воспоминании о предыдущем опыте Амаса и о том, как он не скрывал слез облегчения, когда нашел его в этом мире. Почему-то именно перед ним и Майером Леголас чувствовал больше всего свою вину. Воспоминание о старшем из братьев вернуло Леголаса к цели своего следующего визита, к очередной возможной зацепке. А пока он едет, можно послушать записать и подумать, как все преподнести Фанес.       — Сегодня у меня репетиция воскресной службы,  — раздался незнакомый сухой тон, и Леголаса передернуло. — Соседская девочка присмотрит за Ариэль, накормит ее смесью и уложит спать.       — Ты не кормишь сама? — поинтересовался другой женский голос.       — Это может повлиять на фигуру.       В голосе отчетливо слышалось снисхождение, и Леголаса снова передернуло, больно кольнув в сердце воспоминанием, как он любил смотреть на кормившую Малиэль Фанес.       К моменту, когда Леголас затормозил у своего дома, ничего существенного он так и не услышал, поняв лишь то, что биологическая «мать» Малиэль служит в церковном хоре своей общины и ребенок у нее от почившего ещё во время беременности мужа. Да и сам брак был скорее договорным. Но хоть в чем-то нашлась причина поблагодарить мормонские устои — те запрещали делать аборт. Леголас подумал, что надо будет попробовать подойти с этого края, осторожно подведя «мать» к отказу от дочери, но так, чтобы усыновителями стали они с Фанес.       Леголас достал телефон.       — Ты уже или еще не? — вопросил он, в который раз подумав, как спокойно принял современную привычку отца расслабляться в каком-нибудь из стрип-клубов. Всегда сдержанный «Владыка» и там оставался холодно невозмутимым, чем не на шутку заводил девушек. Хотя профессией последних предполагалось наоборот.       — Вышел, — ровно ответил отец. Леголас невольно усмехнулся двузначности фразы, но уточнять — из кого-то или просто покурить — не стал.       — Скотч, скотч, скотч…       — Девять вечера, сын. Дерьмово? — понял отец.       — Дерьмовенько, — уточнил Леголас, с окончательными масштабами произошедшего он еще не определился.       — Только за минералкой заскочу. Больше не рискну тебя водой из-под крана отпаивать. Она у тебя каждый раз идет разного цвета.       — Я фильтр поставлю, — клятвенно пообещал Леголас, зная, что вот в этот момент отец закатил глаза.

***

      Жизнь потекла дальше, старательно пытаясь выбить у Леголаса почву из-под ног. Фанес после новости промолчала всю ночь, лишь изредка рвано вздыхая, а утром предложила Леголасу попытаться устроить ее в общину няней. Эту идею обсудили на пятничном собрании и признали ее наиболее удачной из всех, что в головы пришли. Амас взялся подготовить почву, и второе внедрение прошло так же гладко. Постепенно няне стали доверять, даже позволяли брать малышку к себе на выходные. Впрочем, «мать» не особо переживала, почти не скрывая, что ребенок ей в тягость, да и на руках у няни малышка моментально переставала капризничать.       Как и в Средиземье, Малиэль сразила наповал всех разом. Десять брутальных мужчин расплывались лужицей под пристальным взглядом кристальных медовых глазенок. Постепенно полдня-день в гостях у «няни» перешли сначала в уик-энды, на которые Фанес забирала дочку к себе, а потом и целые недели. Отец Леголаса перебрался к невестке помогать с делами, пока сын с командой отсутствовали на заданиях. Парни же преданно смотрели своему принцу в глаза и никогда не признавались, за каким рауко кто-то из них всегда маячит рядом, готовый в случае чего прикрыть.       Так прошло почти четыре года.