Вата

Как бы солнечно, но как бы так холодно и тоскливо, – кошки на душе скребутся, – и кажется, что сейчас пойдёт ливень. Как бы есть Макима, но как бы Резе остаётся в памяти самым ярким пятном, радужным снегом и в груди – вата. Как бы. Для Денджи всё запутанно и сложно. Хочется сжать горячими руками Резе, а вроде хочется с криками бежать от неё куда подальше. Как бы. Морская соль бирюзовой пеной разъедает кожу, Резе щурится как-то хитро, улыбается по-злодейски. Дьяволица. Сердце глухо бьётся. Мечты Денджи летят по пыльному асфальту, как и полиэтиленовые пакеты. Пластик вместо вечера. Колючки волос окрашиваются в алый. И грубые пальцы на белом фарфоре смотрятся чертовски неправильно. Резе – сигареты, которые никогда не курил Денджи. Сигареты, от которых тянется алая нить вишнёвого аромата. Дым, похожий на голубой закат. Летний ливень. Тёплый, пьянящий. До ваты в лёгких. И крови на губах. Багровые цветы засохли под рёбрами. Резе осталась мертвым летом в памяти.