Глава 8. Банкетный конфуз

      Все это показательное выступление закончилось через пару минут, и люди потянулись кто во дворец, кто обратно в город согласно своему положение. Пока аристократия неторопливой гурьбой плыла внутрь, Хирию незаметно сжал мою руку, от чего я дернулась, но ладони не вырвала. Взгляд его был уставшим, и я вовремя прикусила язык, избавляя его от надобности слушать мои возмущения по поводу него и его способов общения.       — Вы можете посетить сегодняшний банкет, — еле разлепив губы предложил Король, но я лишь мотнула головой. — Тогда я пошлю за Вами ближе к ужину для обсуждения кое-каких деталей.       — Как пожелаете, — процедила я, исподлобья глянув на драконов, что ждали позади. Сигун тоже стоял поодаль, терпеливо и покорно, как и полагается телохранителю будущей королевы. Хирию сломал мужику жизнь, каков подлец. — Вам же необходимо мое присутствие на банкете, зачем Вы спросили?       — Вы имеете право выбирать, принцесса Хоа Лан.       — Ха! Какое смелое заявление. Помнится, только вчера меня лишили этого права Вы лично.       Я отняла руку, сверкнув голубыми глазами. Мы еще долго не найдем общий язык, любые ниточки взаимопонимания я буду рвать на кусочки своей грубостью и едкостью. Мама называла это гордыней. От этого мерзко, но одновременно я чувствую себя сильной, будто бы имела власть, имела возможность сбежать от всего этого. Дать бой местным устоям и победить. Только вот все это глупости, и мудрый драконий взгляд говорил об этом напрямую — я слабачка, тщетно пытающаяся содрать руки в кровь, но настоять на своем. Если бы мне кто-нибудь сказал, что это ничего все равно не даст, я бы и тогда не опустила головы.       — Я принесу свои извинения позже, — с толикой раздражения напомнил Хирию. Губы его устало кривились, было видно, что он торопился от меня отделаться. Какая ирония, ведь и я жажду того же самого. Гнев вдруг подкатил к горлу, но краем глаза я заметила Гуэна и мигом остыла — вспомнила, что старший дракон обещался сводить меня в конюшни. Интересно, король дал добро?       — Они бессмысленны, — я снова мотнула головой, будто разъяренная лошадь, которая начала приходить в себя. Но от ехидства в голосе все-таки не удержалась: — Так я могу или должна быть на банкете?       — Должны, — лаконично и предсказуемо отозвался Хирию, а я болезненно улыбнулась — кто бы сомневался.       — Вот и отлично.

***

      Мы вошли под руку, и это было до того нелепо, что даже злость перестала во мне клокотать. Я просто шла рядом с ним, вцепившись в рукав черного парадного кимоно и смотрела строго перед собой, прикрывая лицо веером. Хирию больше со мной не говорил, шел прямо, уверенно глядя на собравшихся аристократов. Я сдавала обществознание и неплохо разбиралась в истории, поэтому прекрасно понимала, что для молодой страны они — важная составляющая. Они и их капитал, если быть точнее, который, конечно же, уходил на нужды войны. Пока страна слаба, король работает на людей, это само собой разумеющееся. Я тихо вздохнула, невольно кривя губы — если со мной начнут говорить, я притворюсь немой. Почти что беспомощно оглянулась на следующего за нами Сигуна, словно бы он мог избавить меня от нужды участвовать в очередном спектакле, но новоиспеченный телохранитель только удивленно вскинул брови, явно не понимая моего намека.       — Если Вас начнут о чем-то спрашивать — отвечайте односложно, — вдруг начал поучать король, слегка склонившись ко мне. Красные волосы защекотали щеку. Я отпрянула от неожиданности, а он нахмурился, видимо, сочтя это за брезгливость, и продолжил: — А лучше держитесь рядом со мной, принцесса Хоа Лан.       — Так будет разумнее, — согласно кивнула я, остервенело оглядываясь по сторонам. К нам шли как минимум пять человек. — Если я буду угрюмо молчать, они же не поднимут восстание?       — Думаю, за этим прекрасным веером Вашего недовольства будет не видно, — этого я ожидала меньше всего — Хирию улыбнулся, но не насмешливо и едко, напротив, словно успокаивая. Я опешила, но когда пришла в себя, времени на ответную реакцию не осталось — король переключился на своих гостей, а мне оставалось лишь крепче сжать его руку сквозь мягкие ткани парадного кимоно.       Первым, с кем я встретилась лицом к лицу на этом банкете, стал глава семьи Линь, что владела фермами на севере страны. Статный, но уже пожилой мужчина учтиво склонился перед королем, смерив меня заинтересованным взглядом. Я поежилась — глаза изучающие, черные, бездонные, радужка почти что затопила все пространство, даже зрачка было не различить. Отчего-то сразу создалось впечатление, что я пришлась ему не по вкусу, но вопреки этому, господин Линь рассыпался в любезностях и приветствиях. Меня даже передернуло, когда он прочитал воодушевленную тираду о том, как помолвка со мной важна для благополучия обоих государств.       — И пусть солнце сияет над Коукой и нашим королем, — отрапортовал старик, заискивающе взглянув на Хирию.       — Благодарю за Ваши пожелания, — так же нарочито-торжественно отозвался тот, а у меня затекла рука. Нужно ли и мне что-то сказать, я не знала, поэтому только вежливо кивнула, следя за тем, как господин Линь уходит в гущу толпы, уступая место другим желающим поздравить правителя с помолвкой. Нашли, конечно, повод. Я тихо фыркнула, зачем-то склонившись к Хирию и прошептав:       — Ну и лицемеры же вы здесь все.       — Зато семья Линь поддерживает армию, — хмыкнул тот, двинувшись дальше. — Не стоит принимать все близко к сердцу, это политика, а не человеческие взаимоотношения.       — От человека слышу, — снова качнула головой, крепче вцепляясь в его руку.       — Куда делось все Ваше смирение? — проворчал Король, явно уставший от моего общества, но вырваться не попытался, напротив, мимолетно коснулся моей ладони, словно моля расслабиться.       — Туда же, куда и Ваша церемонность, — отрапортовала я, успевая до того, как подошел очередной аристократ.       — Приветствую Вас, Ваше Величество, — совсем молодой парень согнулся в поклоне, а потом глянул на меня, повторив жест: — Госпожа Хоа Лан.       Я кивнула, не отцепляясь от Хирию. Унизительно, но почему-то даже на мгновение отпускать его я не хотела, словно бы в тот же момент могла затеряться среди всех этих людей. Мое мнение о короле Коуки не изменилось до сих пор, но я должна признать, что из всех присутствующих здесь ему я доверяла больше всех. Беседы потекли официально и сахарно, словно молочные реки, заключенные в кисельные берега. Буквально на четвертом однотипном приветствии я начала скучать, лениво обмахиваясь веером и хаотично раздавая чопорные кивки. Зачем я здесь понадобилась Хирию — загадка, хотя, не такая уж и не решаемая. Аристократы, те, кто постарше, предсказуемо проглядели все свои глаза, с презрением и ненавистью глядя на меня. Локти кусали от того, что не одна из их избалованных дочурок стала невестой короля. Я про себя улыбнулась — пусть не расстраиваются, этот маскарад ненадолго. Пока Хирию принимал поздравления и таскал меня за собой, словно ридикюль, я впитывала в себя здешнюю атмосферу, попутно анализируя тот факт, что явно все эти аристократичные семьи не за пять лет пригрели себе места. До Коуки здесь были какие-то намеки на государство, может, общины, племена? Пока Алый дракон не снизошел на землю и не решил создать мир на всем мире, должна же была быть хоть какая-то структура? Вот… Рюрик.       Эта мысль меня позабавила, и я не удержалась — фыркнула, не сразу сообразив, что сделала это посреди разговора, из которого давно успела выпасть. И Хирию, и один из множества гостей обратили на меня свои удивленные взгляды, причем последнему это явно пришлось не по нраву, и он надменно поднял голову, процедив сквозь зубы:       — Вас что-то рассмешило в моей речи, госпожа Хоа Лан из Золотого Ханства? — зачем было уточнение я не поняла, а вот от презрительного взгляда передернулась, внутренне дав себе подзатыльник и пометив галочкой больше не фыркать, а если и фыркать, то перед этим оценивать ситуацию.       — Здесь так пыльно, — быстро соврала я, теснее прижавшись к Хирию и судорожно соображая, что еще можно предпринять. Извиниться? — Прошу…       — Если Вы не уважаете дела этой страны, — перебил меня мужчина с толстой косой светлых волос, — то и короля этой страны Вы не уважаете. Чужачке никогда не понять трудности другого народа.       Стало слишком тихо, и я услышала грохот собственного сердца. Опять — чужачка, опять — не уважаю. В том-то и дело, что уважаю! Где-то шелохнулись драконы, краем глаза я увидела Сигуна, но перед собой видела только надменное скуластое лицо, пытаясь выдержать суровый взгляд нисколько не раскаивающихся глаз. Кто это человек? Не иначе, как первый министр или главный спонсор армии. Очень хотелось возмутиться, мол, что он себе позволяет, но я только сглотнула, понимая, что он бесконечно прав. Вокруг нас начали сгущаться люди, и я пожалела о том, что вообще родилась. Как там говорил Таэ-Джун? «Мама, роди меня обратно»? Как я его теперь понимаю.       — Господин Цянь, — голос был холодным и бесстрастным, я его даже не узнала, вздрогнув от неожиданности. — Принцесса Хоа Лан утомилась за сегодняшний день, не нужно списывать ее поведение на неуважение. Вы прекрасно понимаете, что хан Хулан и его семья не заслуживают такого отношения. Даже побежденный правитель — правитель.       — Прошу прощение за свои поспешные выводы и неприемлемую грубость, — ответ не заставил себя ждать, и мужчина с косой поклонился, при этом ничуть не изменившись в лице — все тот же суровый острый взгляд пронзал меня насквозь. — Возможно, госпожа Хоа Лан еще сможет проникнуться любовью к нашему народу, — и был таков, только, словно хлыст, вздрогнула его коса.       — Этот человек — глава семьи, что поддерживают королевский дом с самого основания Коуки. Справедливо то, что он много себе позволяет, — совсем тихо произнес Хирию, и его голос снова стал мягким, как и был. Толпа начала рассасываться, вновь принимаясь за разговоры. — У него три дочери, и все они были претендентками на роль королевы. Как это утомительно, — вдруг признался он, тяжело вздохнув.       — Зачем Вы его одернули, если господин Цянь так важен для дворца? — пробурчала я скорее для порядка, чем от желания узнать ответ. Почему-то стало не по себе от того, что за меня заступились. Да еще кто! — Хирию.       — Неуместный вопрос. Я обязан Вас защитить, и от своих людей тоже, — он выпрямился, аккуратно поправляя мою руку, и снова двинулся вперед, вогнав меня в полнейшее замешательство. Защитить, какое же прекрасное слово.       Больше мы не разговаривали. Я ежилась от слишком огромного количества изучающих взглядов, иногда узнавая в толпе цветные головы драконов или черный вихор Сигуна. Утомилась страшно, хотелось отпустить руку короля и сбежать отсюда куда-нибудь на край света, но вопреки желаниям, стискивала его локоть, щетинясь на каждого подходившего. Чувствовала его ладонь на своих пальцах, щекотящие алые волосы — на щеках, и успокаивалась, проходя этот круг раз за разом, пока Хирию не обошел всех своих лицемерных гостей. Насколько я поняла из многочисленных разговоров, то структура власти древней Коуки напоминала ту, что будет во времена Йоны: во главе стоял Король, но по обе стороны от него высились главы влиятельных семей, словно генералы Кланов. Хирию не мог принять важное решение вроде объявление войны или заключения мира без их согласия. Для этого проводились собрания Домов, одно из них, кстати, планировалось после торжественной части, которая уже подходила к концу.       — Принцесса Хоа Лан, капитан Сигун проводит Вас в Ваши покои. Вам необязательно присутствовать на собрании Домов, — Хирию, наконец, позволил себе опустить на меня уставший взгляд, а где-то на дне моего сердца затрепыхалась жалость. Я помню конец заключающей арки о драконах Алого короля, когда он умирал от болезни, которая, как впоследствии выяснилось, была драконьей хворью. Даже нарисованный он выглядел слабым и бессильным, не то, что сейчас. А сколько до этого осталось? Я знать не хотела.       — Не нужно так завуалировано меня выпроваживать, — пробурчала я, глядя куда-то в сторону. — Я не должна присутствовать там, и я это понимаю.       — Тогда приятного Вам дня. Ближе к ужину капитан Сигун отведет Вас в залу.       — И Вам удачи на собрании, — зачем-то сказала я, наконец отцепляясь от него и глядя, как аристократы чинно потекли в залу для совещаний. — Постойте, Ваше Величество, — я запнулась, припоминая, что Вэл пригрозил убить незнакомую мне Эрдэнэ, если я хоть словом обмолвлюсь об его угрозе.       — Я Вас слушаю, — кивнул король, внимательно глянув на меня сливовым взглядом, от которого тут же стало не по себе. Я замешкалась и выдала совсем не то, что собиралась:       — Я могу посещать дворцовые конюшни?       — Гуэн уже обращался по этому поводу, — расслабленно кивнул король, поморщившись, когда заметил, что банкетный зал опустел и ему пора было за «стол переговоров». — Я дал ему свое согласие. Отныне, принцесса Хоа Лан, для Вас открыты все двери этого дворца.       — Как пафосно, — я заулыбалась под веером, зябко поведя плечами. — Я благодарна Вам. Разрешите откланяться, — я учтиво кивнула, тоскливым взглядом провожая его до дверей. Хотелось рассказать обо всем и услышать, что я не должна беспокоиться о таких мелочах. Мне хотелось чувствовать себя в безопасности, и только.       Я вздохнула, а копна алых волос исчезла за тяжелыми дверьми, одними из немногих, ведь в большей степени разделениями между комнатами служили седзи. Там же скрылся и Белый дракон. Я качнула головой, замечая, что кроме меня в зале остались остальные трое воинов и Сигун. Впервые за минувший месяц я чувствовала себя такой опустошенной, даже после обеда с Хирию ощущения были не такими плачевными. А сейчас — будто всю радость высосали, не иначе. Но мне пришлось расправить плечи, не обращая внимание на затекшую руку, прикрыть веером лицо и двинуться в сторону телохранителя. Но кое-что все же радовало: один из трех этапов, считай, пройден. А Вэл, кажется, блефовал.       Первая стрела вонзилась в косяк, будто предупреждение.       — Принцесса Хоа Лан!       — Твою ж мать!       Я по инерции обернулась, увидав тень, успела подумать о том, что лучник слишком смелый, раз решил напасть на меня в присутствии драконов, а потом увидала сверкнувший наконечник; в долю секунды одеревенели ноги, прохрустела натягиваемая тетива, а время казалось киселем. Нужно было бежать, но я думала лишь о том, почему мангака не написала о первой жене короля — а потому что ее не было, потому что ее убили в день объявления о помолвке.       — Госпожа! — я услышала голос Зэно и отмерла, мигом приходя в себя. Тень шелохнулась, а мальчишка заслонил меня, реагируя быстрее всех. Нет, дружок, не сейчас ты должен узнать о своем проклятом даре — только это и било в сознание, словно жилка. Я отбросила веер, оборачиваясь вокруг Орю, словно орлица вокруг птенца, и зажмурилась, громко выдыхая. Один. Я чувствую боль, пронзившую левое плечо. Два. Знаю по урокам анатомии, что именно там находится сердце. Три. Почему-то пожалела о том, что была так груба с Хирию, ведь он практически этого не заслуживал. Четыре. Зэно и правда был теплым и желтым, словно птенец. Глупый дракончик, не сегодня ты все узнаешь.       — Дурная женщина! — это голосил Сю-тэн, который уже метнулся в сторону стрелка, но от страха и боли я мало что отображала, только и чувствовала под своими руками мягкие желтые волосы, а перед собой — лазурные глаза на мокром месте. Все-таки Вэл не блефовал.

***

      Скорее всего Сигун теперь даже спать со мной в одной комнате будет. Я лежала на своем же футоне, обмотанная бинтами, полунагая, но донельзя счастливая, потому что наблюдать за перепалкой между моими служанкой и телохранителя было забавно. Нума только пару минут назад выпроводила придворных лекарей, которые заверили, что со мной все будет прекрасно, и лучник не задел ничего жизненно важного. Лишь шрам останется, да и только. Сбила мужика с цели, пока вертелась, насмешливо подумала я, силясь оглянуться на ругающихся на пороге Нуму и Сигуна. Ну, возмущалась только она, капитан же понуро молчал. Такое чувство, будто они прекрасно друг друга знали. «Дружат не первый год, а вы — новички» — вспомнились слова Хеймитча, и ситуация стала еще расслабленнее.       — Принцесса Хоа Лан подверглась нападению, — в миллионный раз напомнила Нума. — А Ваша обязанность проще простого. Я думала, что когда Вы займете эту должность, ей ничего не будет угрожать.       — Да ладно тебе, капитан еще просто не освоился, — весело вставила я, непростительно довольная своей везучестью.       — А Вы так вообще поступили неразумно, — тут же взъелась служанка. — Так рисковать своей жизнью… А Вы, — снова к Сигуну, — должны были проверить все, прежде чем… Ох, — перебила она сама себя, явно уставшая отчитывать несчастного телохранителя. — Вы сообщили королю Хирию?       — Он приказал в спешном порядке завершить собрание, и скоро будет здесь, — отчеканил гвардеец, обрадованный, что разъяренная служанка сменила тему. И все-таки отношения у них поразительно раскрепощенные. Не из одной ли они семьи пришли служить во дворец Хирию?       — Не надо, — опешила я, громко сглотнув. — Зачем же? Не нужно его сюда.       Я поежилась не то от холода, не то от не слишком приятного известия. Уж кого-кого, а Хирию я сейчас хотела видеть меньше всего, вдруг начнет расспрашивать о стрелке, о моей причастности ко всему этого. Мало хорошего. Но моих тихих слов, само собой, никто не услышал, и Нума переключилась на уборку, спеша вынести из комнаты использованную воду и окровавленную марлю. Лекари сказали, что восстановление займет не больше месяца, но до тех пор руку лучше будет не напрягать. Это влекло за собой отложение помолвки. Как это могло отобразиться на ситуации в Коуке, я не знала, но вот крепко задуматься об этом не мешало. Если мы будем медлить, то Хулан взбеленится раньше времени, это само собой, поэтому было критически необходимо увидеть Акила. Я повела плечами, чувствуя за своей спиной Сигуна и его виновато-растерянный взгляд. Хотелось его утешить, но мысль, невероятно интересная и важная, не дала это сделать. Мы не должны откладывать помолвку и, более того, обязаны пригласить на нее Акила.       — Иди вон, — короткий приказ заставил меня вздрогнуть и едва не последовать ему, но вовремя сообразила, что он скорее для Сигуна, чем для раненной королевской невесты.       — Есть, Ваше Величество.       Прошуршали чьи-то шаги, и передо мной рухнул Хирию, уставший, растрепанный, все в том же черном кимоно. Видно, роспуск собрания прошел не очень гладко. Ну и сидел бы там до посинения, нашим легче. Я поежилась от его взгляда полного ужаса и чего-то еще, печального и совершенно неуместного.       — Вот мы снова и встретились, — пробурчала я, смотря на него снизу вверх. — Если Вы сейчас начнете читать мне нотации, я слушать не буду, сразу предупреждаю. Нума уже сказала все, что обо мне думает. Вам не приходило в голову, что врываться в покои полуобнаженной дамы не самый вежливый поступок? Но не суть важно, — перебила я саму себя, наблюдая за тем, как медленно вытягивалось лицо короля. — Я вот, что хотела сказать. Помолвка — ведь отличный повод пригласить принца Акила, не находите? Если он заручится поддержкой Коуки уже сейчас, то его восхождение на престол произойдет еще раньше. А так как это в приоритете у нас обоих, Ваше Величество, то не стоит откладывать это событие.       Выпалив все это на одном дыхании, я подняла торжествующий взгляд на Хирию. Его побледневшее лицо заставило меня сглотнуть и едва ли не отшатнуться. Такой страшной физиономии я никогда не видела, разве что у брата, когда он проворонил меня, и я чуть ли не потонула в реке. Но то когда было, в прошлой жизни. А вот король вполне настоящий, сидит, молчит, глядит остекленевшими глазами. Захотелось махнуть перед ним рукой и протянуть: «Ау-у!», да вот вряд ли он отреагирует.       — Ваше Величество, Ваши лекари сказали, что ранение незначительное, и стрелок промахнулся, — на всякий случай уточнила я, здоровой рукой дергая его за подол кимоно. — Будете сидеть как истукан, я уйду, — с самым серьезным видом заявила я, надеясь, что хоть эта глупость приведет его в чувства.       И он наконец пошевелился — согнулся в поклоне, прижавшись лбом к моей ладони. Снаружи сновали слуги, жил дворец обычной шумной жизнью, но лишь для меня время словно остановилось. Я терпеть не могла, когда передо мной извинялись, не выносила клинически, физически, фактически и как там еще бывает. Поэтому, не властвуя над эмоциями, выдернула руку слишком грубо, чем могла бы, и скривила губы, глядя в удивленные сливовые глаза. Тут же пожалела о содеянном, но язык опередил мысли:       — Не вздумайте что-либо говорить по этому поводу, — голос звенел от злости и то скорее к самой себе. — Ваше Величество, подумайте над моими словами и сделайте все, чтобы помолвка прошла как можно раньше.       — Ваша рана…       — Моя рана, — перебила я, испытующе глядя ему в лицо. — Вас она не касается. Ни Вас, ни одного из Драконов. И если Зэно хоть как-то это упомянет, разговаривать я не буду с Вами. Я сделала это потому что должна, а не ради вас.       А ради кого? Конечно, ради Драконов, ради Орю, который не должен был прознать о своем проклятии так рано. Но Хирию об этом было знать необязательно. Как и всем этим аристократам, к слову.       — Пресеките любые слухи, — продолжила я, совсем распаленная. — Известия не должны выйти за пределы дворца, иначе для моего отца это станет новым поводом для объявления войны. Да почему я словно со стенкой разговариваю? — взбеленилась я, устав смотреть в пустые глаза, тут же напомнив себе маму.       — Прошу прощения, — прошептал Хирию, а потом кашлянул, приходя в себя. — Вы правы, нет повода откладывать помолвку. Я пошлю приглашение Вашему брату.       Значит, он меня слушал. Я расслабилась, проследив за тем, как он тяжело поднялся с колен, как сделал пару шагов к выходу, остановился. Мое сердце билось быстро и громко от осознания, что Вэл не с проста направил стрелка именно в тот момент, когда рядом были Драконы. Он не глуп, и я, и Цэрэн это знаем. Но для чего? Для чего ему нужно было увидеть, как Зэно бросился меня защищать? Мысли путались, а Хирию тихо говорил о том, что теперь он передо мной в долгу:       — …Вы можете отказаться от помолвки, и я поддержу Ваше решение.       — Нет, — выпалила я так быстро, словно опять пытаясь опередить собственные мысли.       У меня остались вопросы, а если я брошу все на полпути, то в опасности будут они все, не только я. Еще и Цэрэн не уставала напоминать о том, что в далеком Золотом Ханстве осталась беззащитная Эрдэнэ. Как паршиво, хоть разорвись. Но кое-что Хирию все-таки мог сделать.       — Оставьте Сигуна в качестве моего телохранителя и не смейте его наказывать.       Как говорится, «оставьте моей сестре кота».