Глава 3. Девушка-одиночка.

— This is how we do it It's Friday night, and I feel all right The party is here on the Westside So I reach for my 40, and I turn it up Designated driver take the keys to my truck Hit the shore 'cause I'm faded*, — пропеваю я, одновременно готовя завтрак и танцуя.       Давненько у меня не было столько энергии с утра. Я даже встала раньше положенного. У меня в запасе еще два часа до работы. Все-таки хорошая личная жизнь хорошо сказывается на моем состоянии. Точнее ее наличие. — Я думал, что готовить завтрак должен я, — сильные руки обхватывают мою талию, а подтянутое тело прижимается к моей спине. Откидываю голову на плечо мужчины и принимаю утренний поцелуй, после чего возвращаюсь к своим панкейкам. — А я думала, что ты будешь дольше спать. — Хочу поискать следы русской мафии по делу Старка. — Уверена, Нат этим занимается. Тебе незачем заморачиваться. — Тогда я пропишусь домохозяйкой в твоей квартире. — Тогда носи сексуальный передник, — мое тело покрывается мурашками от его тихого смеха. Меня же не может возбуждать даже его голос, правда? — Во сколько ты вернешься? Я буду здесь. Мы... так и не поговорили, — выключаю плиту, убирая последний капкейк в тарелку и оборачиваюсь к своему соблазнительному мужчине. Он склоняется надо мной, прижимая меня к тумбочке и как-то загадочно улыбается. — Я говорил, что тобой можно любоваться бесконечно? — И сколько ты любовался мной? — Десять минут прежде, чем подойти. — Тебе просто нравилось глядеть на мои шаманские танцы и тихо смеяться над ними и мной заодно. — Ты так думаешь? — Баки обхватывает мое бедро и приподнимает меня, чтобы я села на тумбочку и оказалась с ним на одном уровне. Я запрокидываю свои руки на его плечи и смыкаю за его спиной, притягивая к себе ближе и раздвигая ноги. — Мне достаточно того, что я уже знаю о тебе. — Ты ничего не знаешь. — И мне этого достаточно. — Не боишься моего "темного" прошлого? — А надо? — Он неожиданно поджимает губы и опускает голову на мое плечо, обхватывая мое тело руками. — У каждого есть то, чем не так просто поделиться. Я не настаиваю на этом разговоре. Просто... оставайся рядом со мной, хорошо? — Куда я денусь? *Montell Jordan — This Is How We Do It.

***

      Просматривая утреннюю газету, я захожу в главный офис и вызываю лифт. Надо же, как тщательно контролирует всю эту ситуацию с русской мафией ЩИТ, — ни одного заголовка! А ведь такая обсуждаемая тема.       Тем не менее, уверена, что расследование быстро закончится, и дело закончится, словно не бывало вовсе. Я прикусываю губу, ощущая небольшую тревогу. Но Романофф сказала, что все будет хорошо. Я верю ей.       И все-таки... четыре смерти... — Доброе утро, — оборачиваюсь к источнику звука и замечаю Стива рядом. Я вежливо улыбаюсь ему и киваю, сворачивая газету. Мира, все просто, отпусти и забудь. Как и всегда. Роджерс заходит в лифт вместе со мной и ничего не говорит, когда я нажимаю свой этаж. — Ты на встречу с Тони? — Надо кое-что обсудить. — У него несколько встреч, которые он наверняка проигнорирует, так что можешь занять его на пару часов, чтобы неповадно было, — блондин улыбается мне и просто кивает.       Да уж, отличный диалог.       Почему гадский офис так высоко, а лифт такой медленный?! — Так... эм, вы с Баки знакомы? — Недавно познакомились, да. Нат говорила, что вы вместе служили? — Да, в сороковых. Мы... лучшие друзья. — Понятно.       Ну пиздец! Может, раньше сойти, сославшись на дела, которые я забыла? — А вы с ним..? — Да? — Как бы... вы... ну... эм, вместе?       Господи, спасите меня, пожалуйста, от этого разговора! — Я знакома с ним всего пару дней, Стив. — Вот как, — мужчина, кажется, облегченно выдыхает и снова улыбается мне, после чего с "интересом" рассматривает потолок. Вплоть до нашего прибытия. — Ну, я пойду? — М? О, да, конечно. Мне... мне тоже надо... работать. Пока. — Увидимся.       Бросаю прощальную улыбку и направляюсь в противоположную сторону от Капитана. Убиться бы об стенку где-нибудь за поворотом. Почему нельзя было вызвать другой лифт? Зачем ехать именно со мной? Мы ведь не общаемся с дня нашего неудачного свидания.       То есть он извинился и, вроде как, попытался пригласить меня на еще одно свидание, но я дала ясно понять, что нам не стоит этого делать. А потом мы как-то... тщательно избегали друг друга. Блять, точно. Было бы странно, если мы поехали бы на разных лифтах на один и тот же этаж.       Но больше меня напряг этот разговор. Лучшие друзья? Серьезно? Ох, у меня голова поедет из-за этих ребят.       Пройдя несколько метров, я оглядываюсь назад и замечаю Стива у лифта, на том же месте, где мы попрощались. Он ловит мой недоуменный взгляд и резко разворачивается, стремительно покидая коридор. Наверное, будет странно сказать, что это было... мило? Губы растягиваются в улыбке непроизвольно.

***

      После работы я на автомате забегаю в магазин, чтобы купить готовый ужин, а потом спешу домой. И только тогда вспоминаю о том, что, вроде как, Баки должен быть дома. Взгляд падает на одинокий разогревающийся ужин... Стоило ведь купить еще один? Или не покупать вовсе? У меня слишком мало энергии для того, чтобы еще и готовкой заниматься. Надеюсь, он меня простит.       Едва успеваю открыть дверь, как мужские руки обхватывают мою талию и начинают кружить по всему залу в каком-то странном танце под... о, Боже, сколько лет этой песне? Где он вообще ее откапал?       Я тихо смеюсь, но подыгрываю, скидывая прямо на ходу сумку и каблуки. Барнс останавливается и обхватывает мои ладони, уверенно ведя в танце, а потом поднимает руку и крутит меня вокруг оси. — Что на тебя нашло? — Просто захотелось потанцевать с тобой, — широко улыбается Баки, и я не могу не ответить тем же. Никогда бы не подумала, что видеть кого-то у себя дома, это не так уж и... плохо. — Если бы мы были в сороковых, я бы обязательно пригласил тебя на танцы на наше первое свидание. — Так ты у нас танцор? — Все может быть, — он склоняется надо мной и мягко целует в губы. Я обхватываю его лицо, притягивая к себе ближе и вставая на носочки, чтобы дотянуться до него. Следующий поцелуй приходится на мой нос и лоб. — Как прошел твой день? — Ничего интересного. А твой? Чем занимался? — Да так... я, эм, приготовил ужин для нас. — Правда? Ты умеешь готовить? — Я всю жизнь учился для того, чтобы готовить специально для тебя. — Льстец.