Часть 12

*** Перешучиваясь и подтрунивая друг над другом компания добралась до дома. Пока взрослые раздевались, примчались близнецы, позади них нерешительно топтался Илья. Вадим протянул ему руку. — Привет малыш! Как дела? Где твой кот? — Все же дедушка из него будет отличный. Неплотно прикрытая дверь открылась пошире — нахальная зверюга был тут как тут, Глеб проводил его восхищенным взглядом. — Его зовут Оле-Лукойе. — Да ладно? Почему-то это имя вызвало оживление у Глеба, он даже крутанулся восхищенно. — Вадька, только не говори, что наш друг Ольгерд выветрился из твоей памяти? — Нет. — Голос был сжатый, заглушенный свитером, из которого он выпутывался. Потом с взлохмаченной головы глянули очень серьезные глаза. — Я все помню. Переглядки карих и голубых глаз продлились несколько мгновений, Вадим принялся приглаживать волосы, Глеб заулыбался и подтолкнул его к дивану. — Фуу, какой ты мокрый! — Ничего, высохну. Не тыкай в меня пальцами! Алена смотрела на них, вслушиваясь в каждый звук, не слишком вникая в смысл, а руки делали свое дело — включали чайник, доставали тарелки, чашки, ложки, вилки и прочее, раскладывая все это на столе. Элия чуть отвлеклась на близнецов, взаимодействие сводилось к обмену взглядами, касаниями — они умчались, прихватив с собой Илью. — Девчонки, вы детей кормите, на нас не смотрите. Вадик, скажи — мы уже не такие прожорливые! — Элия, правда, мы не голодные. Попить бы только… — Выпить… Ой! — Не слушайте его, — Со стороны дивана доносился приглушенный шум борьбы и не совсем цензурные звуки. В голове Алены беспорядочно крутилась информация об этих двоих, вычитанная, собранная из всех возможных и невозможных источников. Едва ли это могло пригодиться в нынешней ситуации. Может быть, на родине Элии девушке не принято оставаться с мужчинами наедине и поэтому она пригласила подругу? Хотя тут же еще дети… Из детей самым звонким оказался Илья — и кто бы мог подумать на него некоторое время назад? Может на фоне совсем не шумных близнецов? Вся эта мафия деловито заявилась в комнату — свежеумытые, переодевшиеся — даже Илья — и набросились на братьев. Глебу досталось меньше — с него только сняли свитер. С Вадима стянули влажную футболку, промокшие носки и явно покушались на штаны, но тут он стоял насмерть — все под смешочки и подначивание младшего брата. — Ты что, опять забыл надеть трусы? Алена спрятала лицо за тарелкой, не зная смеяться, смущаться, или все вместе. Вадим только повел взглядом на замечание, ему было некогда разбираться подробнее — мальчишки растирали его полотенцем, Салли пальчиками расчесывала волосы, и Глеб потешался в своей безнаказанности. Либо он знал наверняка, либо читал те же самые сайты, что и некоторые поклонницы. Салли, которая устроилась для удобства на спинке дивана, уже приготовила сухую одежду — как для ребенка присобрала и надела аккуратно через голову, оставалось только продеть руки в рукава. Вадим выкручивался, чтобы расправить и обтянуть футболку, улыбался довольно и чуть смущенно от детских помогалок, отмахивался от Глеба, который все норовил ткнуть в мягкий бочок и пощекотать. Неугомонный Вадим попытался встать, неожиданно охнул и рухнул обратно на диван. Расслабленный, усмехающийся Глеб тотчас подобрался. — Что с тобой? Где болит? — Провел ладонью по ноге, потянул за штанину. — Вроде бы щиколотка опухла. — Ерунда, ногу подвернул, наверное, чуток мышцы потянул. — Вадим мягко отвел руку брата, он снова улыбался, но покусывал губы. Девушки переглянулись. — Надо холод и тугая повязка. — Обе кивнули одновременно. Элия в несколько шагов оказалась у дивана, опустилась на пол. Поставила босую ногу Вадима себе на колени. — Лучше не сопротивляться. На совет Ильи оба синхронно закатили глаза, явно сами были в курсе. Ничего не спрашивая, Элия пробежалась пальчиками по ступне и щиколотке, вызвав чуть напряженную улыбку. Вадим прикрыл глаза, Глеб накрыл своей рукой его сжатый кулак. — Ничего страшного. Сейчас будет немножко холодно. Еще совсем чуть-чуть немного поболит… Этой серебристой коробочки рядом с ней только что не было, Алена могла бы поклясться. Элия достала оттуда флакон, встряхнула, повела струйкой из распылителя от пятки и выше, вокруг лодыжки — пена ложилась тонким слоем и быстро оседала в виде пудры. Вадим зябко передернул плечами, Элия подняла голову. — Потерпи, Вадик-сан. Взгляд на Тима и Салли — дети моментально сорвались со своих мест, а Элия продолжила. Серебристая лента больше походил на скотч, но тянулась, как эластичный бинт; повязку она наложила по всем правилам. Сверху бережно натянула носочек, второй уже менее осторожно надела на другую ступню Салли. Тим принес плед, в который Глеб вместе с детьми завернули ухмыляющегося пострадавшего, его уложили на диване, подложив подушку под спину и под ногу — эта милая возня под шутки и бурчание всем доставляла явное удовольствие. Элия усадила детей обедать, взрослые устроились вокруг журнального столика рядом с диваном. Чай, хлеб, сыр — простая еда удовлетворила всех. Вадим пил теплое молоко с медом и говорил, что больше ему ничего не надо. Глеб развлекал всех рассказами, дирижируя себе то чашкой, то бутербродом. Наверное, это было интересно и занимательно, потому что они смеялись, но Алена не смогла бы вспомнить ничего конкретно — видеть этих людей, слышать волнующие душу голоса было подобно сказочному сну. Не совсем такие, как представлялось, точнее, это больше касалось младшего брата. Глеб сейчас не походил на пожилого алкоголика с отсутствующим взглядом и помятой физиономией со снимков в сети. Красивый четкий профиль, высокий лоб, упрямый подбородок и чуть припухшие, нереальные, неземные глазищи. Сеточка морщинок вокруг них проявлялись, когда он улыбался — а он даже смеялся, часто и охотно. Крутые кудряшки коротко стриженных волос, без всякой укладки, выпрямителей и лака, такие мягкие на вид — Салли и туда запускала свои пальчики, а он терпел и жмурился от удовольствия как кот. Вадим уже давно перестал быть злодеем в ее глазах, считать его другом было слишком самонадеянно — за внешней открытостью и доброжелательностью чувствовалась стена, дверь в которой открывалась не многим и не часто. Отблески какой страсти и боли мелькали в его глазах? Это могли знать только самые близкие. Было невероятным везением, счастьем видеть обоих легендарных братьев вместе, рядом друг с другом, на диване, как когда-то, очень давно в роликах интернета. Как будто не было всех этих лет; они все так же переглядывались, касались друг друга, договаривали фразы, такие расслабленные и безмятежные, как дома, в кругу семьи. Немножко кокетливые — так на это они все же артисты. Может быть из-за детей? Мелкие втиснулись во все свободные места между мужчинами на диване, Илья разве что чуть стеснялся совершенно незнакомого Глеба и нашел надежную защиту под рукой Вадима. Тим пристроился с другой стороны — они втроем листали большую книжку со сказками. Салли играла с котом, потом забралась с ним повыше, на широкий подлокотник дивана и заглядывала в книжку оттуда. Как обычно, с задержкой Алене пришла в голову мысль, что надо было прихватить сюда часть привезенных вкусных подарков — наверное, это она сказала вслух, незаметно для самой себя, потому что все обернулись на нее. — Точно, как я мог забыть, ведь приготовил специально! — Глеб почти подпрыгнул на своем месте, с некоторым сомнением посмотрел на Алену. — Элия, ты можешь мне помочь? — Что ты там придумал? — Вадим вопросительно поднял бровь. — Сиди, тебе понравится. — Голубой глаз подмигнул Алене. — Девочка, проследи, чтобы он не дергался. «Он» и не думал, только проводил брата ироничным взглядом темных глаз, пожал плечами и вернулся к детям и книге. У них хорошо получалось — листали страницы, показывали что-то друг другу. Разговаривал больше Илья, близнецы иногда вставляли слово, но в основном смотрели и слушали молча. Вадим благодушествовал в детской компании, Салли обнимали его сзади, Тим время от времени терся совсем по-кошачьи головой о небритую щеку. А со стороны кухни доносился мерный рокот низкого голоса — Глеб что-то спрашивал, Элия отвечала, но разобрать слова было сложно. Пара минут сосредоточенной тишины закончились восторженными восклицаниями, и они вернулись с пакетом, в котором оказалось несколько упаковок с пирожными. — Контрабанда? Где спрятал, когда успел? — Вадим отложил книгу, дети моментально слетели с него на угощение. — Пфф! Это было не сложно, пока кто-то там с продавцами трепался… Но ты не те вопросы задаешь. — Глеб смотрел с вызовом и не скрывал торжество. — Ты хочешь, чтобы я спросил, как ты достал это из машины? — Пафос чуть сбился под ироничным взглядом. — Думаю, что Элия тебе помогла. — Совсем чуть-чуть. Он сам. Все трое переглянулись. — Ты не слишком удивлен, даже обидно. — Оттопыренная губа Глеба была один в один похожа на капризную губу брата. — Лео говорил про влияние пространства… — Что, и ты тоже?.. — Да, иногда, немножко. Я тебе потом покажу. Для Алены музыкой звучали эти голоса, и неважно, что говорили они о странном и непонятном. Глеб такой оживленный и улыбчивый, у Вадима длинными локонами рассыпались обычно приглаженные волосы. Элия принесла еще чаю к сладкому десерту. — Приманить думал? — Вадим кивнул на пирожные тирамису. — Чо бы и нет? В прошлый раз у Левчика получилось… Он не успел договорить — в дверь постучали, кто-то зашел. Братья переглянулись со странным, почти одинаковым выражением то ли испуга, то ли надежды. Пришли всего лишь Юра с Толиком с вестью, что все готово и можно валить в баню. Пока одни братья собирались, другие неловко топтались у входа. — Парни, что-то спросить хотите? — Вадим как чувствовал. Юрка заулыбался, А Толик покраснел, прочистил горло и решился, наконец. — Ааа, эээ, может быть… вы не могли бы спеть нам немножко? Мы можем заплатить… — Он покраснел еще больше, потому что Глеб уставился на него невыносимым призрачным взглядом. — Мы не поем за деньги для друзей. — Увидел отчаянный взгляд и смягчился. — Посмотрим, по настроению. Алена подозревала, что это неожиданная просьба была тем самым проигранным на спор желанием. Мысль хорошая, но не совсем вовремя, люди приехали отдохнуть, расслабиться, а не выступать в бане! Юрка перестал улыбаться и попятился, когда наткнулся на ее красноречивый взгляд, Толик вообще угас. Что-то внезапно изменилось, как будто время на мгновение остановилось и снова помчалось дальше, но по-другому. Спокойно сидевшие до этого близнецы встрепенулись и сорвались со своих мест, Элия расцвела ослепительной, радостной улыбкой, остальные переглянулись недоуменно. Входная дверь снова хлопнула — пришел еще кто-то. Быстрыми легкими шагами в комнату ворвалась девочка лет семи, из-под сорванной шапочки рассыпались каштановые кудряшки. — Hello! Привет! Глеб расслабленно опустился на табурет у двери. — При-ма-ни-ли… Гостья моментально попала в объятия Салли и Тима — ненадолго, они торопливо обулись, накинули курточки и вылетели за дверь. Следующей была Элия — такие же стремительно быстрые обнимашки и поцелуи, и девочка обернулась. — Вадик-сан, Глеб-сан, рада вас видеть! — Сдержанное, чуть церемонное приветствие контрастировало со смеющимися зелеными глазищами на лукавой физиономии. Очень знакомо она их звала, как и кое-кто другой… — А уж мы-то как рады! — Глеб светился счастливой детской улыбкой — он тотчас получил звонкий поцелуй в щеку. Вадим опустился рядом на колено и глаза у него подозрительно блестели, пока он в свою очередь обнимался с гостьей. Алена поспешила к окну, надеясь увидеть того, кто приехал, пока остальные одевались и выходили. Как раз вовремя — убежавшие раньше всех близнецы уже запрыгнули в объятия мужчины, и он кружился вместе с ними, а радостный визг был слышен на пол деревни. Зимнее закатное солнышко, бьющее с той стороны не позволило рассмотреть сразу еще одну фигуру, к которой приближалась Элия — женскую, судя по очертаниям; они обнялись. Это значило, что Лео приехал не один.