***

            Дин откупоривает вторую бутылку виски, оставаясь всё ещё отвратительно трезвым. Словно алкоголь утратил свою силу в гибнущем мире. Какая ирония. Они спасали мир от ангелов, демонов, монстров, богов, а в итоге умрут от каменной глыбы, которая пролетает непозволительно близко от их «дома». Дин усмехается.       Астероид, красиво названный «Пенелопой», разорванный на тысячу осколков, отказался лететь мимо или сгорать эффектно в атмосфере — он, словно обладая разумом, начал «бросаться камнями» в их мир.       Европе не повезло первой.       Дин до хруста стискивает стакан в руке, он не может точно определить какая мысль ему по душе: что Сэм и Эйлин погибли в тот же момент, как и, почти, половина Италии, или что они живы и безрезультатно (и безнадёжно) пытаются найти путь домой.       Они были так воодушевлены этой поездкой. Их первым путешествием, свадебным, если быть точнее. Сэм был так взволнован и счастлив, словно щенок, Эйлин была в предвкушении показать ему после Италии свою родину. Они говорили с Дином за несколько часов до того, как мощные взрывы сотрясли Пенелопу, разорвав её на, как оказалось, недостаточно мелкие осколки, и рассказывали о чудесном маленьком городке с винодельней где-то на юге Италии. Больше звонков не было, сколько бы Дин не висел на телефоне — его преследовали длинные гудки. Осколки дождём пролились на Италию спустя сутки. Старший Винчестер не был экспертом и не знал, насколько это быстро, но после планету начало бомбить.       Дин прислушался — где-то в глубине бункера раздался полный боли и отчаяния крик, пока в стакане грелся виски.       Они не думали, что Пенелопа действительно принесёт разрушения. Учёные были уверены, что она пролетит красиво мимо, на границе притяжения Земли, Винчестеры были уверены в Джеке. Ошиблись все. Астероид столкнулся с космическим мусором и непостижимым образом слегка развернулся, что позволило ему сменить направление движения. Никто не думал, что это возможно. Дин размышлял, не был ли это последний привет Чака, когда всё уже случилось, когда бомбы не сработали, а страны превращались в пепел. Они молились Джеку столько, сколько могли, все, кого знал Дин, денно и нощно молили его помочь планете. Но Джека больше не было. Как и Амары. Пустота забрала их, в сражении за Кастиэля.       Джек приснился Дину из того места, где он теперь был, и выглядел маленьким рыдающим мальчиком, растирающим слёзы по лицу и повторяющим «простите меня, простите меня, простите меня». Дин простил. Дин простил всех, кого думал не сможет, о ком давно не вспоминал, по кому нестерпимо скучал.       Он съездил в Лебанон, заехал в хозяйственный магазин, который, как ни странно, работал, и Джо, пожилой хозяин лавки, был вежлив и добродушен. Винчестер хотел спросить, как ему не страшно, а потом понял, что городок жил как и раньше, никто не боялся, не бегал и не кричал. На детской площадке галдели дети, в кафе была толпа народа, весь город собрался вместе в последний раз. Дин сел в Импалу и разрыдался.       После возвращения в бункер, он запер дверь, достал покупку, бутылки с виски, включил радио и голос диджея, прерываемый помехами зазвучал в тишине:       «Самый крупный кусок астероида «Пенелопа» достигнет Земли, предположительно, в течении десяти часов и поставит точку в нашем существовании. Похоже, это наш последний эфир. Что ж друзья, надеюсь вы не обидитесь, если я буду ставить только свои любимые песни сегодня. Мне некуда и не к кому ехать, но если у вас есть кто-то — проведите последние часы в любви. Только любовь имеет смысл».       Снова изнутри коридоров до Дина донесся раздирающий душу крик боли. Кастиэль оказался на его пороге пять часов назад. Пять часов назад Дин стал счастливее и несчастнее в миллион раз. Крылья Каса материализовались в этой плоскости и они были… Они были мертвы, сожжены, изъедены, сгнившие до остова, покрытые чёрной плесенью, Дин видел, как она расползалась по остатком того, что должно было быть чистым, сильным, великим. Кас упал в объятья Дина, когда тот открыл дверь в бункер, и почти сразу же потерял сознание. Винчестер сидел на пороге, нежно гладя ангела по голове и в ужасе разглядывая его спину, потом собрался с силами и затащил его в свою комнату, где оставил и теперь сидел за столом с картой, допивая виски.       — Только любовь имеет смысл, — Дин вздрогнул от звука собственного голоса. У диджея оказался отвратный вкус в музыке, но слова были отличными. — Только любовь. Имеет смысл.       Винчестер взял в руки кухонный топорик, который купил в магазинчике — ангельского клинка при Касе не было и Винчестер не понятно кому молился, чтобы это сработало. Возможно, ангел станет человеком от потери крыльев. Возможно, он выживет. Возможно, последние восемь часов жизни будут самыми счастливыми. Возможно, Дин скажет то, что должен. Возможно, всё это будет.       Дин встаёт и идёт.