Глава 1. Рождение.

Я люблю процесс излечения от болезни. В эти моменты ты понимаешь насколько прекрасно то, что у тебя есть, но иногда мы не можем излечиться от некоторых болезней. Я оказался в коридоре, слышал крики, но не придавал этому никакого значения. Недалеко от меня стояла дверь, и я решил войти в неё. Когда я вошёл, то увидел ещё один коридор, но все его стены были облеплены глазами, которые следили за мной, куда бы я ни пошёл. Подумал, что можно осмотреть всё, а если ничего не будет - пойду обратно. Как только я вошёл, дверь сразу закрылась. Стало очень страшно, я начал громко кричать и оказался здесь. Это была комната. Каждый раз, когда я пытался уйти из комнаты, меня возвращало обратно. Прыгнул из окна и снова оказался в коридоре. И никуда кроме двери не пойдёшь. Можно, конечно, остаться там. Но смысл? Хотя смысла в комнате тоже было не особо много, но остаться в коридоре я не мог. Сидишь на месте, а сверху тебя схватывает большая рука и тянет к коридору. Сделать я ничего не смог. Потому смирился. Развлекать мне себя было нечем. Абсолютно ничего, только белая комната. А в ней матрац. Я не был похож на своих соседей. Хоть их никогда и не видел. Но я с ними часто разговаривал. Они говорили мне, как оказались здесь. Кто-то из них просто читал книгу, второй кушал, а третий только проснулся и оказался тут. Они рассказывали про жизнь на свободе и что там происходит. Я с ними подружился. Они удивлялись тому, что я всегда был в этой комнате, не понимали, чем я развлекаю себя. С третьей стеной у меня случился такой вот диалог: До сих пор не понимаю. Как ты себя развлекаешь? — Сам не знаю. Это происходит само по себе, но я несчастен от того, что нет ничего, что бы делать, а с другой стороны всё и так пусто. Мы пытаемся заполнить пространство нашего времени делами. Так что жизнь сама по себе бессмысленна. Раньше я пытался её закончить, но окон больше нет. И у меня появился новый друг. Четвертая стена. В моём мире, который лишь иногда просыпается в уголках моего разума, проявляются воспоминания. И сейчас я вспомнил, что отшельники и мудрецы уходили на горы, чтобы обрести свой дзен. Но у них был смысл это делать, они прожили достаточно чтобы это переварить. А я даже при всем желании, даже близко не приближусь к твоему сознанию. -А кто сказал, что к моему сознанию надо стремиться? В нем ничего нет, кроме бесконечных коридоров и глаз. Это единственного, что я видел в жизни, кроме этой комнаты. Первая стена перестал отвечать, стало страшно. Обычно, она была самым общительной, а сегодня от нее ни одного стука. Мы с ней общались стуками как и с другими, но стало тихо. Настолько, что в голове началась вибрация. Не уверен, что это с этим связано, но появилось ощущение, что я не существую. Что всё ненастоящее и я расплылся, как вода. Это было интересное ощущение. Что ещё создатель решит испробовать на моём сознании? Наверное я уже готов ко всему. Из-за того, что я стал жидким, я увидел под своей кроватью вентиляцию, а потом обратно стал твердым. Проснулся я в холодном поту, и понял, что я не старался найти выход под кроватью. Я и не думал об этом. Она была низкой и заглянуть под неё не удавалось, но в состоянии воды на меня снизошло озарение. Я схватил края кровати в предвкушении свободы, я знал что через пару секунд узнаю всю правду бытия. Увижу жизнь за этими стенами, увижу своих соседей, всех кроме первой стены, наверное он уже помер, раз так долго не отвечал. Адреналин в крови увеличился, я сделал рывок, настолько сильный, что перестал чувствовать руки и упал. Я переоценил свои силы и не достаточно надёжно схватил края кровати. Я ударился головой о стену и в моих глазах потемнело. Было странно, что я не оказался в коридоре сразу, что рука сверху не потянулась ко мне и не забросила в коридор глаз. Я был в той же комнате, хотя чувствовал, что умер. Я знал это чувство прекрасно, потому что помнил свою смерть и моё нынешнее состояние было чертовски на него похоже. Я не умный, не пафосный, я такой какой я есть, без прикрас. Мне неприятно представлять, что на свете есть существа, которые считали бы себя правильными. Когда существо уверено, оно не бдительно, его концентрация снижается. Моя концентрация тоже снижается, я так думаю. Слишком пробирочное естество для такого разума. Раз я думаю о себе в таком роде, значит я есть, не хочу вдруг взять и исчезнуть. А может это произойдёт медленно и незаметно. Страшно представить кем я тогда буду. Но сейчас я мыслю и на этом спасибо. Я найду выход, чего бы мне это не стоило. Все стены исчезли. По коже пробежали неприятные мурашки. Разве я такой плохой собеседник? Раз так, тогда не буду больше ни с кем заводить отношения. Зачем мне лишний раз кому то делать больно Эгоист. — Третий? Четвёртый. — И где ты был? Меня мама позвала. — Куда тебя может позвать мама? Кушать. А куда ещё? — Кто ты такой? Четвертая стена был другим. Я в твоей голове… шучу. Было как-то противно. Живот болел, кажется создатель решил запихнуть мне в живот глаза, чтобы следить за мной изнутри. Зачем ему это? Я же никуда не уйду. Я бы хотел с ним встретиться вживую и поговорить. Правда, он может говорит на другом языке, видимо мне придётся учить новый язык. Или пусть он учит точки и тире, которые повешены у меня на стене. А если создатель - мой отец? Тогда кто моя мать? А может она тоже позовёт меня кушать? Хотя я не голоден, я не понимаю что это. Голод - это такое условное понятие, что те, кто его испытывал не нуждаются в объяснении, а те кто не испытывал уже не интересуются.