Часть, в которой Элин желает умереть.

      Беллатриса вернулась в темные подземелья Малфой-Мэнора после длительного отсутствия. Немолодая, но все еще привлекательная и по-настоящему красивая женщина спешила к предпоследней клетке. Там не раздавалось криков. На полу лежала девушка, которую сложно было бы сейчас узнать – лицо ее было опухшим и синюшным. Глаз почти не было видно. А метка Пожирателя на руке была перекрыта мелкими несвежими надрезами. Светлые джинсы перепачканы алой кровью, и какой-то желто-зеленой слизью и грязью. Под рваной футболкой виднелись красные следы на коже. Волосы слиплись в одну паклю и лежали в какой-то противно пахнущей луже. Каждый бы подумал, что тело не оживить, оно выглядело как у настоящего мертвеца. Но грудь равномерно понемногу вздымалась от дыхания.       Безумная Белла открыла дверь и зашла внутрь, брезгливо поморщив нос. Запах мочи и рвоты, перемешанный с летающей пылью ударил в нос. Неприятно. Однако ничто не может помешать наслаждению Пожирательницы, которого она так жаждала. Палочка пойманной волшебницы была сломана. Всего два дня ничего не решали, но, к счастью, пытать здесь можно было хоть вечность. Беллатриса склонилась над своей жертвой, театрально нахмурив брови и состроив страдальную гримасу, изображая девушку. – Мне так жаль тебя, – прохрипела лежащая девушка, почувствовав прикосновение чужих волос, – ты чувствуешь себя живой, только если ты в крови...       В ответ лишь дикий неуемный смех. Гогот. Белла достала из ножен свой кинжал и воткнула в первое попавшееся живое место на теле ее - бедро. Лезвие вошло по самую рукоятку. Темная кровь хлынула потоком, стекая с места раны, впитываясь в джинсовую ткань. Нога гудела. Однозначно был задет нерв. Истошные крики девушки были слышны всему подземелью. Беллатриса только смотрела на плоды своих стараний и смеялась. Лежащее тело трясло от боли и агонии. Скрежет зубов. Хруст суставов. Мелодия. – Элин, я так мечтала убить тебя, – прошипела дама в черном платье из кусочков кожи, – Я всегда знала, что кроме меня рядом с Темным Лордом никого не будет.       От злости девушка попыталась плюнуть в ненавистную Беллу, но слюны не было - обезвоживание давало о себе знать. Острая боль в бедре перекрывала другую. Повезло. От вчерашнего круциатуса ужасно болела голова. Привкус крови во рту приводил к тошноте - вчера во время пыток Элин закусила язык. До сих пор он кровил и болел от каждого соприкосновения с зубами. Говорить было трудно. — Ох... Как же ты никчемна, ты думала, что ты правда для Тёмного Лорда как дочь? – женщина пыталась поборить гогот, который так и рвался наружи с доверчивости Элин. – Глупенькая девушка, которая считает что для самого Тёмного Лорда...– Блэк вытянула ноту на словах, выражая что она ни во что не стоит по сравнению с Волдемортом. – Ты дочь? – один лишь истерический смех, заполнял перерывы слов в предложений. — Он просто использует тебя... Проникает в твое доверчивое сознание. И дергает твои ниточки марионетки, прям так, – женщина ухватилась за грязную прядь волос Элин, резко дернув, в руке виднелся комок темно-рыжих волос подопытной. Очередной визг, стены уже впитывали в себя каждый крик, каждую боль. Этот немного ледяной и пронзительный шепот пробирался в душу Элин, словно ночной нежданный визитер. — Ты! Марионетка! – женщина разозлилась и грубым движением достала кинжал. Из открытой раны с еще большим усилием потекла темная кровь. Элин стошнило от вида свежей раны. Сознание покидало ее. Сил не было. Веки закрывались. По полу дул ветер, показавшийся ей ледяным.

***

      Профессор Снейп, предчувствуя надвигающиеся неприятности, решил переходить к активным действиям. Он пригласил несколько преподавателей и Минерву Макгонагалл в директорский кабинет. Больше находиться в замке нельзя - дорога вела его к смерти. Снейп собрал свои фолианты и пробирки с зельями и заставил двух третьекурсников перенести все это в его кабинет в подземелье. Через несколько минут пришла глава факультета Гриффиндор. В ее глазах отражались усталость и печаль. Эта страница их жизни и жизни школы унесла и унесет еще не одну жизнь. - Профессор Макгонагалл, я вынужден покинуть школу в ближайшее время, - Снейп снова стоял у окна и направил свой тяжелый взгляд на серые пушистые облака, - и вы... единственный кандидат на пост директора. - Конечно. Вы можете на меня рассчитывать, - понимающе кивнула Минерва, - но надеюсь, вы еще вернетесь. - Вашей задачей будет защита школы, - профессор развернулся и взглянул на пожилую женщину в остроугольной шляпе, - защита учеников. Я прошу вас, приложите все силы к этому.       Макгонагалл заметила тревожность в дерганных движениях Снейпа. Его черные глаза впервые за долгое время стали влажными от невыступивших слез. Должно быть, это действительно было важно - Хогвартс и его ученики. - Я сделаю все, что в моих силах, - негромко ответила декан Гриффиндора.       В кабинет постучались - пришли другие профессора. Оставалось озвучить принятое решение. Собравшись с силами, настоящий директор школы Хогвартс прошел к столу решительным шагом и сел на кресло. Глубоко вздохнув, он начал свою короткую, но содержательную речь.

***

      Элин пришла в себя от ужасного ощущения, сродни электрическому току, на коже. На нее вылили целое ведро ледяной воды. Рассудок девушки помутнен, но инстинкты все еще брали свое - медленно ладошкой она зачерпнула ледяной воды. Она уже была с соринками и пылью, но хотя бы без привкуса крови и желудочного сока. Этот глоток ничего не дал. Рядом стояла все та же Беллатриса. - Волдеморт приказал меня так долго пытать? - вдруг спросила Элин, глядя в пол. - Как ты смеешь так неуважительно к нему обращаться? - Взорвалась Белла, - впрочем, это была моя инициатива. Темный Лорд не хотел терять такую удобную подручную ...мышку, но я настояла.       Дальше - только отчаяние. Тьма. Душа невыразимо больно разрывается. Элин больше ничего не слышала. Волдеморт просто отдал ее, словно игрушку. Он не вынес никакого наказания! То, что сейчас испытывала Пожирательница - было бессмысленно. Бессмысленная боль. Девушка была согласна на пытки, или изгнание, или смерть - если это имело бы смысл. Однако Волдеморт - ее Бог, ее спаситель, ее смысл - оказался простой фикцией. - А ты думала, - послышался высокий удивленный голос, - что что-то можешь значить для Темного Лорда? - Я думала, - начала говорить Элин, придерживая горло, - моя преданность и моя жизнь что-то да значат.       Дальнейшие часы Беллатриса пытала несчастную девушку круциатусом. В порыве невыносимой боли, да еще будучи наконец сломленным, сознание Элин покинуло ее. Наступила долгожданная тишина и покой. Элин хотела своей смерти. Она жаждала ее. Боль прекратила терзать своими импульсами тело. Мысли растворились. Голоса стали неразличимы. Вонь перестала ощущаться. Только холод и пустота.       Удовлетворенная Пожирательница опустила свою палочку, и левитированное тело безвольно рухнуло на каменный пол. Она не подавала признаков жизни. Но это только потеря сознания - какая жалость. Надо будет попросить эльфа облить ее снова. Привести в чувство. Веселье только начинается.       Элин под воздействием непростительного заклятия в конец изорвала свою футболку. А до этого куртку и рубашку. Но оголенное тело было синюшного и красного цвета - никто из Пожирателей на нее не засматривался. Ногти ее сломаны, а некоторые вырваны с мясом. В обоих руках виднелись вырванные клоки грязных волос.