Драббл -2-

В целом это можно было считать приемлемым. Ренесми потерла руки и осмотрелась. Неделя, проведенная без гаджетов, обеспечила некоторый диджитал-детокс и вернула ее внимание к книгам и прочей печатной продукции. Аро позаботился о том, чтобы ее кормили, просовывая ей пакеты с кровью через небольшое тюремное окно в двери, однако Ренесми с завидным упрямством вышвыривала пакеты обратно. Ей не нужны его подачки! Это была капля свободы, которую она упрямо хотела сохранить. Уборная примыкала к ее незамысловатым апартаментам, поэтому принимать душ стало одним из немногих доступных развлечений, а солнечный свет... Ну что ж, в Форксе она уже привыкла, что это редкое зрелищем. В общем да, свои плюсы несомненно имелись. Книги, к примеру, были на редкость приятными наощупь. И даже, пожалуй, не уступали в занимательности облюбованным ею соцсетям. На небольшом стеллаже с книгами нашлись альбомы по искусству, немного поэзии и научных журналов. Но всему есть разумные пределы. Почему Аро кроме прочего подсунул ей какую-то бредятину про подростков, вроде “управления гневом для чайников”? Не такая уж она и нервная. Ренесми лежала на кушетке и ковыряла ногтем штукатурку. Дверь с резким хлопком распахнулась. Она подскочила от неожиданности, инстинктивно выбрасывая вперед руку. — Мисс Каллен, — в дверях стоял не кто иной, как Аро Вольтури в черном костюме с гладко уложенной прической, — и снова здравствуйте! Опустите руку, вы не на митинге. Ренесми фыркнула. Она заметила, что жевачка не нанесла его внешности существенного ущерба. Либо он уже успел восстановиться. Сколько там вампиры отращивают волосы? Мгновенно? Годами? Приклеивают отвалившиеся пряди и ждут? Такие подробности физиологии бессмертных она не изучала, хоть и жила среди них примерно всегда. — Я думаю, что стоит начать с чистого листа. — Аро шагнул через порог, улыбаясь подчеркнуто любезно. — Уверен, вы все осознали, сделали выводы и больше не будете смущать клан своим непотребным, — он чуть ухмыльнулся, — поведением. В принципе, она была почти согласна. Неделя в подвале, хоть и комфортабельном, была мало похожа на приятные каникулы в Италии. Наверное, с жевачкой она все же переборщила. Просто эта его напыщенность буквально сбивала с ног, особенно принимая во внимание тот факт, что в прошлый раз они виделись на поле боя, когда он пришел ее убивать. Теперь при встрече он даже не попытался извиниться или сгладить тот неловкий момент, а сразу перешел к каким-то правилам... Вот она и не сдержалась. Все это было почти безумной затеей. Каллены отправили ее, любимую дочь, в логово опаснейших и коварнейших вампиров? Без сопровождения? Одну? Просто потому, что она вела себя излишне эксцентрично? Ренесми нахмурила брови. Какой-то слабенький обоснуй, прямо скажем. Карлайл отчего-то был уверен, что теперь в Вольтерре едва ли не самое подходящее место для нее. Временно. По крайней мере до тех пор, пока она не “перебесится”, как заключил дядя Эммет. Ренесми неторопливо перевела взгляд на Аро. — Я могу быть свободна? — Для начала встаньте, — ответил он ей в тон, подражая равнодушным интонациям. — Чтобы что? — Если я велел вам что-то сделать, вы должны выполнять это незамедлительно, — без тени раздражения произнес Аро, — это ключевое звено нашей летней программы. — Программы? — Ренесми села на постели, изумленно моргая. — Реабилитации. Вас. После того, что с вами сделали эти недоумки, — Аро потер виски и попытался перефразировать, — эти не вполне интеллектуально одаренные бессмертные, которые решили, что достаточно просто любить и принимать вас любой, а вы сами собой вырастете в приличное и хорошо воспитанное создание. — Вообще-то это называется “уважение к детям”, чтобы они выросли уравновешенными и уверенными в себе взрослыми, уважающими не только себя, но и других, — выплюнула Ренеси, — вот у вас явно в детстве были проблемы... — Молчать! — прошипел Аро. Ренесми даже показалось, что он произнес “мелкая козявка”, но она не была уверена. — Вам в любом случае придется подчиняться мне! Здесь все решаю я! Только я! Это ясно? — Кажется, у кого-то пунктик. — Чего?! — если бы бессмертные могли покрываться пятнами, Аро бы несомненно это сделал. Возможно, он бы даже поймал микроинсульт. Прямо сейчас. В этой комнате. — Окей, я поняла концепцию, — примирительно произнесла Ренесми и встала на ноги, — я подчиняюсь вам, вы тешите свое самолюбие, а я переезжаю в более приличные апартаменты, мне бы хотелось красивый вид из окна, на город, возможно я могла бы позвать кого-то из друзей погостить у меня... Почему-то пол под ней зашатался, а комната начала невнятно менять очертания. Черт. Вероятно, все же надо было время от времени принимать пищу, так как сейчас ее организм был истощен. Не успев как следует сгруппироваться, она осела на пол, безуспешно пытаясь уцепиться за обрывки мыслей и не потерять сознание. Увы, ей это не удалось. Из забытья ее вырвала звонкая пощечина, отвешенная ей чьей-то рукой в кожаной перчатке. — С возвращением, мисс Каллен, — произнес Аро даже чересчур заботливо, — вы остановились на том, что описывали свои несбыточные мечты. Поэтому рекомендую вам прийти в себя, поесть и через четверть часа почтить своим присутствием Совет. Аро швырнул в нее откуда ни возьмись появившимся мешком с донорской кровью и скривил губы в нечитаемой усмешке. — Да что вы себе... Она не успела договорить. Дверь захлопнулась так же оглушительно, как и отворилась, однако Ренесми успела заметить, что теперь замок не запирали. Ну конечно. Явно снаружи ее ждет кто-то из клана, чтобы проводить ее в чуть более комфортабельную камеру. Под ложечкой засосало. Голод действительно был достаточно сильным. Ренесми покосилась на пакет и вздохнула. В конце концов, пошло все к черту! Донорская кровь — это даже гуманнее, чем охотиться на животных, тут вообще никто никого не убивает. Эта мысль окрыляла. Она зубами рванула пакет и сделала несколько больших глотков. Чудесно, просто чудесно: ощущения были похожи на те, что испытывает человек, погружающийся в пенную ванну после долгой прогулки по морозу.

***

Двери в тронный зал были открыты настежь, и оттуда ощутимо сифонило. Прямо таки сквозило по ногам, что было крайне неприятно. Ренесми повела плечами и подтянула носки. Ясное дело, она одна тут с настоящими ощущениями, поэтому никто не удосужился прикрыть форточку. Старейшины восседали на своих тронах: Маркус, впавший в отрешенную прострацию и раздраженно-скучающий Кай. Аро среди них не было. Странно, куда он мог подеваться... Ренесми задержала взгляд на Маркусе, в груди отчего-то потеплело. Он был таким... Загадочным. А его изящные длинные пальцы, сжимающие подлокотники кресла, казались очень знакомыми... Странное чувство де жа вю дополнял запах бергамота. Она с некоторым недоумением потерла глаза, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Странных и в то же время таких родных и привычных... Она огляделась, стараясь сбросить наваждение и сосредоточиться на происходящем. О нет, только не это... Хотя, почему нет, собственно говоря? Они же сами напросились и это было их решение. Точно. Ренесми сжала губы и расправила плечи. В центре зала стояли Каллены и бросали гневные взгляды то туда, то сюда, отчаянно пытаясь казаться более выдержанными. По периметру тронного зала стоял весь клан Вольтури, что, впрочем, было не удивительным. В Палаццо деи Приори, как Ренесми уже успела отметить, с развлечениями было явно так себе. — Как мы рады вас видеть! — приторный голос у нее за спиной не оставлял сомнений в его обладателе, — приехали проведать свою дочурку? Аро. Как обычно. — Неделю! — Эдвард Каллен шагнул вперед. — От нее не было никаких вестей целую неделю! Вы даже не удосужились ответить на имейл! А потом натравили на нас своих головорезов! — Головорезов? — удивление в голосе Аро было почти искренним. — О чем вы говорите, мой импульсивный друг? — Пока тебя не было, я предложил кому-нибудь изнасиловать Изабеллу, — буднично пояснил Кай и закинул ногу на ногу, — ну а как еще поступать с теми, кто заявляется сюда с претензиями? Ренесми ахнула. — И что было дальше? — Аро чуть заметно напрягся. — Никто не согласился, — пожал плечами Кай. — Дураков нет, — прошипел Феликс на ухо Деметрию, — мы все читали Познающую, и ежу понятно, что это его поляна. Все обернулись на Феликса. Аро с трудом удавалось удерживать любезно равнодушное выражение на лице. Было не понятно, что его больше удивило: “его поляна” или то, что Феликс умеет читать. Эдвард Каллен снова дернулся и зарычал. Оснований злиться у него прибавлялось с каждой минутой. Пауза явно затягивалась. Ренесми встретилась взглядом с мамой и прочитала в ее глазах немое бешенство с некоторыми нотками разочарования. Что ж, этого следовало ожидать. На фоне Аро Вольтури, который по всей видимости активно интересовался Изабеллой как женщиной, Эдвард Каллен проигрывал по всем статьям. Даже по тем, которые упоминать не принято. А Изабелла была верной женой и собиралась сохранять этот образ до самого конца. Иначе это было бы слишком out of character. — Дорогие мои, — наконец произнес Аро, внимательно глядя прямо на Изабеллу, — давайте не будем нервничать! В конце концов, сейчас вы видите, что с вашей дочерью все в порядке. К чему эти эмоциональные сцены? Пусть она и дальше побудет у нас, а вы можете быть свободны. Он сохранял нейтральное выражение лица. По мнению Ренесми, даже слегка переигрывая. Потому что, вероятно, тоже читал Познающую и не собирался пускать в свой внутренний мир всех тех, кто сейчас активно пытался в него влезть. Ренесми грустно отметила, что Вольтури действительно намного более интересные персонажи, чем ее семья. Возможно, если она хочет жить насыщенной и интересной жизнью, ей придется здесь задержаться.