Вверх в воздух

— Тридцать семь К. Тридцать семь К, — пробормотала Маринетт себе под нос. Она переводила взгляд с посадочного талона на номера мест, выбитые на полках над головой, пока шла к задней части самолета, который должен был отвезти ее домой в Париж. Было похоже, что место 37К должно было стать средним сиденьем над крыльями. Это было не совсем идеально, но… «Могло быть и хуже», — подумала она. Она могла бы сидеть в секции кресел в середине самолета, где она ничего не могла бы увидеть в течение семи часов после того, как они вылетели из Нью-Йорка. По крайней мере, таким образом, возможно, ей повезет, и она сможет украдкой заглянуть в окно мимо своей соседки. Наконец она добралась до своего ряда и остановилась, взглянув на молодого человека, уже сидевшего у окна. Он выглядел примерно ее возраста — двадцать пять лет — со светлыми волосами песочного цвета и небрежной элегантностью. На нем были джинсы и футболка, но каким-то образом они выглядили идеально. У него был вид человека, который проснулся и сказочно встал с постели. Когда он посмотрел на нее поверх темных очков знакомыми глазами цвета изумруда, она замерла и резко втянула воздух. — Маринетт? — Он смотрел на нее с недоверием, — радость освещала его лицо. — Кот Нуар? — ответила она дрожащим от волнения голосом, потому что нашла его. После пяти бесконечных лет она наконец нашла его. Он моргнул, ошеломленный на мгновение, прежде чем застенчивая улыбка медленно скользнула на его губы. — Эм… Адриан, вообще-то. Адриан де Лебедь*. Что-то треснуло у нее в груди, но она не успела ощутить разочарования или боли, как бросилась устранять повреждения. —Боже мой! Мне так жаль. Насколько я тупая? Как будто я вижу его повсюду. — Она рассмеялась над собой, бессознательно проведя пальцами по серьге. Он нахмурился, услышав ее слова, задаваясь вопросом, по какой причине Маринетт так часто думает о Коте Нуаре после стольких лет. — Все в порядке, — заверил он, вставая, чтобы помочь ей положить багаж на верхнюю полку, до которой у нее не было возможности добраться самостоятельно. — Это ни в коем случае не оскорбление, если тебя принимают за Кота Нуара. …Могу я? Он указал на ее сумку с мягкой улыбкой, которая вызвала в ней ностальгические струны. Она посмотрела на свой багаж, а затем на мусорное ведро, пытаясь понять, справится ли она. Когда до нее дошло, что она не в себе, она сдалась и позволила ему помочь с извиняющимся: —Извини. Спасибо. —Рад помочь, — ответил он, подмигивая, без особых усилий поднимая и убирая ее сумку. Она нервно улыбнулась ему, пока они усаживались на свои места. — …Итак… Адриан…. Ух ты. Давненько не виделись, — усмехнулась она, мысленно пытаясь придумать, что сказать. — Как дела? Что ты делаешь в Нью-Йорке? Он пожал плечами с легкой улыбкой, которая напомнила ей, как сильно она любила его когда-то. — Вообще-то я проездом. У меня были различные актерские выступления в Чикаго, но я готов вернуться в Париж… Пора домой, — добавил он со смесью трепета и решимости в глазах… но через секунду они исчезли, сменившись легкомыслием, когда к нему вернулась улыбка, и он спросил: — А как насчет тебя? —Я в Нью-Йорке на срочной примерке клиента, — объяснила она. — Я работаю в Dior, но я являюсь подающим надежды модным дизайнером на стороне. —Я знаю. — Он тепло усмехнулся, признаваясь: — Я поклонник твоих работ. У меня есть газетные и журнальные вырезки, подтверждающие это. Горячий румянец залил ее щеки, когда она задумалась, говорил ли он такие милые вещи всем девушкам или она действительно была для него достаточно важна, чтобы он следил за ее карьерой. Однако у нее не было возможности спросить, так как стюардессы начали демонстрацию безопасности и подготовку к взлету. Когда они были в воздухе, Маринетт повернулась к Адриану и попыталась говорить небрежно, когда спросила: — Итак… ты сказал, что теперь твоя фамилия «де Лебедь»? …Ты женат? Она заметила кольцо на его правой руке — то самое, которое он всегда носил. Он застенчиво рассмеялся, качая головой. —Нет. Я… не женат. Он сделал паузу, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить с мрачным выражением лица. — Это фамилия моего дедушки по отцовской линии. Они с отцом не ладили, поэтому отец взял фамилию матери, чтобы дистанцироваться от отца. Лицо Адриана скривилось в гримасе. — Теперь, я думаю, я делаю то же самое, беру фамилию моего деда, чтобы дистанцироваться от собственного отца. Маринетт вздрогнула, когда чувство вины скрутило ее внутри. — Мне жаль твоего отца. Слова казались ей неправильными и неадекватными, но она не знала, что еще сказать. — Прости, — повторила она. — Я так и не успела тебе сказать, потому что ты сразу ушел, но… Он сжалился над ней и ответил: —Все в порядке. Я имею в виду… — Его хмурый взгляд усилился. — …не в порядке. Это было не в порядке в течение долгого времени. Потребовалось пару лет, чтобы хотя бы начать справляться с этим, но… Внезапно он изобразил улыбку, которую они оба знали, что она фальшивая, и сменил тему. —Ты замужем? Наверняка в твоей жизни есть кто-то особенный. Она покачала головой и застенчиво призналась: — Честно говоря, я слишком занята работой, чтобы встречаться. — Это… позор, — пробормотал он. — Ты действительно потрясающая, Маринетт, и ты заслуживаешь, чтобы кто-то напоминал тебе об этом. — О, — выдохнула она, и ее щеки снова вспыхнули, когда она вспомнила, что именно в Адриане заставляло ее так часто падать в обморок в подростковом возрасте. — Это мило с твоей стороны. — Это правда, — настаивал он с лихой ухмылкой… но затем выражение его лица посерьезнело. — …Ты упомянула Кота Нуара. …Вы были близки? Она отвела взгляд, ее руки потянулись к серьгам. Его бровь нахмурилась, когда он заметил, что они похожи на те, что она носила всю школу. Он всегда думал, что они немного простоваты и не очень подходят такой моднице, как Маринетт. — …Кот Нуар был моей второй половинкой, — медленно ответила она мечтательным голосом. — Я никогда в полной мере не осознавала, как много он для меня значил, пока он внезапно не ушел, и я не смогла попрощаться, — печально прошептала она. У Адриана отвисла челюсть. Он понятия не имел, что Маринетт так сильно относится к его альтер-эго. Они довольно много общались на протяжении многих лет, но он никогда бы не догадался, что она заботилась о нем настолько, чтобы не думать о нем. Она посмотрела на него и самодовольно улыбнулась. —Я знаю, что это совершенно нелогично, но я все еще надеюсь, что где-нибудь наткнусь на него. Я не могу не думать о том, что если Вселенная поместит кого-то столь важного в вашу жизнь, она не сможет просто забрать его и никогда не дать вам шанса найти выход. — …Что бы ты хотела ему сказать, если бы встретил его снова? —Адриан не мог не спросить, задаваясь вопросом, что нужно было от него Маринетт. —Что я люблю его, и мне жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы понять это, — она горько рассмеялась, и это признание чуть не заставило Адриана опрокинуться на своем месте. —Я бы сказала ему, что сожалею, что так долго отказывала ему в пользу того другого парня, — продолжила она, совершенно не обращая внимания на то, как она переворачивает мир Адриана с ног на голову, потому что была только одна девушка, которая отвергла Кота Нуара из-за другого парня. — Я была безумно, глупо влюблена в тебя, когда мы вместе учились в школе, — наконец призналась Маринетт, — и из-за этого я отвергла Кота Нуара, но теперь… Теперь я знаю, что люблю его, и я бы отдала все, что угодно чтобы он вернулся в мою жизнь, даже если все, чего он хотел бы, это дружба. Адриан медленно кивнул, изо всех сил пытаясь сохранить самообладание перед лицом своей Леди, пока он паниковал и пытался придумать лучший способ сказать ей. —… Я на самом деле ищу того, с кем потерял связь. — Он глубоко вздохнул. — Леди Баг. Она подпрыгнула, глядя на него с испуганным выражением лица. — Что тебе нужно от Ледибаг? Он сглотнул, успокаивая нервы, когда встретился с ней взглядом. —Мне нужно сказать ей, что я сожалею, что ушел так внезапно и не потрудился объяснить… — Он вздрогнул. — …Что я действительно не был в том месте, где мог бы объяснить. Ее глаза сузились, когда она попыталась понять, что он имеет в виду, и понять, почему он думал, что должен извиниться перед Леди Баг. — Мне нужно сказать ей, — решительно продолжил Адриан, — что это нормально, что она отказала мне в пользу другого парня. Челюсть Маринетт опустилась на несколько сантиметров, когда кусочки медленно сложились в ее сознании. — Не знаю, остались ли мы теми же людьми, что и были, — признался он с застенчивой улыбкой, — но я не могу себе представить, что то, что я люблю в ней, слишком сильно изменилось. Руки Маринетт прикрыли ей рот, когда она начала задыхатся. — Я тоже хочу, чтобы она вернулась в мою жизнь, — заявил Адриан, мягкий румянец цвета пиона залил его щеки. — Думаешь, она простит меня… Букашечка? — Нечего прощать, Котик, — выдавила Маринетт, отодвигая подлокотник между ними так, чтобы она могла обнять его. Он крепко сжал ее, снова и снова шепча ее имя ей в волосы, когда они оба ослабили хватку, которую держали в своих эмоциях, и позволили своим слезам течь. Они так и сидели обнимая друг друга в течение нескольких минут, пока все обдумывали, реальность того, что они снова нашли друг друга спустя столько времени. Когда они, наконец, оторвались, Маринетт подняла голову, вытирая остатки слез с глаз, и неуверенно спросила: — Не хочешь выпить кофе как-нибудь, когда мы вернемся в Париж? Может быть, мы могли бы увидеть, сохраним ли мы такую ​​же совместимость, как в былые времена, и посмотреть, что будет дальше?— с надеждой предложила она. Адриан расплылся в широкой улыбке и с готовностью кивнул. —Мне больше ничего не нужно. — Хорошо, — хихикнула она, переполненная облегчением, когда он прижался к ней, как будто это было самой естественной вещью в мире, как будто он был ее Котиком, а она его Леди, и они прижимались друг к другу на крыше после патрулирования, как будто ничего не изменилось, не прошло столько времени, и ничто не стояло между ними. — …Итак, расскажи мне обо всем, что я пропустил за последние пять лет, — подсказал он, его глаза мерцали от волнения и любви. — Я совершенно не в курсе, и я хочу знать о тебе все. — Только если ты тоже расскажешь мне все о себе, — поторговалась она, пытаясь совладать с собственным рвением. — Конечно, — легко согласился он, ласково уткнувшись носом в ее волосы. — Это долгий перелет. У нас достаточно времени, чтобы наверстать упущенное. Конец <3