Глава 2: Распределение

31 августа 1977 г.

Дамблдор. В магическом мире буквально все наслышаны об этом удивительном волшебнике, победившего Гриндевальда. А многие дети магической Британии знают этого волшебника с пелёнок по карточкам из шоколадных жаб.

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Кто в здравом уме додумался дать ребёнку такое вычурное имя? Интересно, когда мистер директор пишет официальное письмо требующего полного имени в подписи, то он сокращает его по буквам или пишет полностью?

А. П. В. Б. Дамблдор

С ума сойти можно.

Но если серьёзно, то этот волшебник смог меня удивить. Количество разнообразных артефактов в его кабинете просто поразительно. Не то чтобы они все были полезны, но их количество просто сбивает с ног. В прямом смысле. А вот тот факт, что у него в фамильярах находиться феникс пробуждает во мне тоненький голосок зависти.

Возможно, мне не стоит столь презрительно относиться к самому могущественному волшебнику всех времён?

      Последний день лета. Многие дети и их родители прямо в этот момент по всему миру заканчивают подготовку к новому учебному году. Кто-то из родителей в спешке бежит покупать то, что в своевременно забыли купить, а кто-то даёт последние напутствия, прежде чем отправить своё чадо в магическую школу аж до зимних каникул. У учеников в такие дни, смешанные чувства. Первогодки прыгают в нетерпении, а дети постарше, уже познавшие школьную жизнь, уже не так-то и сильно рвутся в бой. Лишь некоторые оторванные от своих друзей летом с нетерпением ждут со всеми встречи.       Регулус проснулся с первыми лучами солнца. Но если быть точнее, то парень ещё не смыкал глаз. И виновата в этом его жгучая тяга к книгам и ненормальная повернутость — по словам братца, но Рег как обычно пропускал его слова мимо ушей — на различных исследованиях. Из-за своей страсти к магической науке Регулус предпочитал собирать вещи в Хогвартс самостоятельно, чтобы не забыть ненароком ничего важного и крайне нужного. Беря во внимание, что свои исследовательские работы парень ни на минуту не прекращал, выходило так, что свой багаж он собирал в сверхускоренном темпе с опасениями забыть то, что невозможно достать в Хогсмиде. А в его глазах можно сказать, что все его вещи попадали под эту категорию. И несмотря ни на что, во время того, как появился домовик с приглашением спуститься на завтрак, Рег с довольным видом запирал свой сундук.       Завтрак прошёл по заведённому порядку: приветствие, трапеза и пожелание хорошего дня домочадцам. Единственный момент, выбивался из общий колеи — глава семейства сразу после завтрака не пошёл спешно замыкаться у себя в кабинете. Мистер Орион Блэк вместе со всей семьёй, не учитывая Сириуса, стоял в дверях готовым отправляться на платформу 9¾.       Атмосфера на платформе из года в год никогда не меняется. Плачущие матери и пускающие скупую мужскую слезу отцы, которые никогда в этом не признаются. Жалобно клянчащая малышня, которая хочет ехать в Хогвартс со своими братьями и сёстрами. Маглорожденные и их родители, теряющиеся во всей неурядице. Столь привычная и родная обстановка окутывает тоской, стоит лишь осознать, что это твой последний год в качестве ученика на этой платформе. Со временем ты уже займёшь место родителей, которые с лёгкой тревогой провожают своих детей.       Вялый Регулус уже молился всем известным ему богам, чтобы поскорее занять купе в поезде. И погрузиться в такой манящий и спасительный для него сон. Он всё ещё корил себя за то, что не выпил бодрящее зелье. И теперь приходится стоять и стойко терпеть галдящих людей и ежегодную речь родителей. В его голове уже было многочисленное количество планов, которые он будет реализовывать по приезду в Хогвартс. Вздохнув, юноша повторно перечислил всех богов, на этот раз моля, чтоб родные не переборщили с нравоучениями.       Наспех попрощавшись с родителями, парень на всех парах полетел в поезд отыскивать свободное купе. К его счастью, он нашёл такое в конце вагона Слизерина. Ему лишь оставалось надеяться, чтоб к нему никто не подсядет на протяжении всего пути. С комфортом расположившись юноша вынул из кармана книгу по расширенному курсу зельеварения. Погода, чем дальше они ехали на север, становилась более неустойчивой. То по вагонным стеклам вяло брызгал дождь, то показывалось бледное солнце, которое вскоре поглощали тучи. Как всегда, продавцы навещали купе со знаменитыми тележками со сладостями. Регулус решил взять шоколадную лягушку. Однако открыв её, сразу же пожалел о своём решении: лягушка спрыгнула на пол. И есть теперь этот шоколад пропало всё желание. С карточки на него смотрел профессор Дамблдор.       «Такое ощущение, что только его и печатают на этих карточках, — глядя на изображение оппонента Тёмного Лорда, с раздражение подумал юноша. — Как не купишь лягушку, так сразу он. Никакого разнообразия».       Пролетающие мимо окна пейзажи завораживали и успокаивали. Насколько бы могущественным ни был волшебник, он никогда не сможет положить к своим ногам весь мир. Людей можно заставить встать колени перед собой, но вот покорить полностью природу невозможно. Природа — одна из тех вещей, появление которой невозможно объяснить. Как и появление волшебников. Никто не может объяснить, откуда всё это взялось, и по каким законам живет мир, окружающий нас. Красота этого мира обезоруживает, не применяя никаких усилий и стараний.       «Любое живое создание, находящееся в здравом уме и умеющее анализировать выделило бы три важных вещи в свой жизни. Время, семья и красоту природы».       И погруженный в себя Регулус уснул, наблюдая за видами из окна. И примерно через минуту, по ощущениям парня, его разбудил шум от без конца снующих туда-сюда студентов. Снаружи уже стемнело, а компании подростков с оживлением высыпались из купе в коридор. Это означало лишь одно: до прибытия в Хогсмид оставались лишь жалкие минуты.       Подъезжая к перрону, парень заметил стекающие по стеклу капли воды. Они будто соревновались за первенство. Крохотные капли стремительно спускались вниз, опережая громоздкие капли. Иногда огромную каплю могла разбить малютка, которая уверенно, летела с неба за потоком ветра. А иногда, наоборот, кроху сжирала большая капля. Так и в жизни. Грязнокровки со свистом пробирались мимо чистокровных, занимая не последние места в магическом мире. А повстречавшиеся на их пути чистокровные либо признавали своё поражение, либо разбивали в пух и прах мечты и надежды грязнокровок.       Из поезда Регулус вышел последним. Размашистым шагом он шёл к картам, как внезапно он застыл в оцепенении. Прямо перед ним вольно расхаживали громадные крылатые кони. Изначально парню показалось, что это и вовсе ходячий скелет. Но присмотревшись, он уловил отблески света на крыльях этого создания. В его голове всплыла картинка из учебника по уходу за магическими существами: «Фестралы — редкие волшебные существа, относящиеся к фестрической породе крылатых коней. Главная отличительная особенность фестралов в том, что их может видеть только человек, познавший смерть; для других людей они остаются невидимыми». Он стоял, впившись взглядом в необыкновенное создание. С волос стекала вода, а одежда облепила фигуру парня. По его телу прошлась дрожь, но вовсе не от холода. Он вспомнил тот самый вечер. Те ужасающие крики снова звучали в его голове.       Фыркнув, конь прервал битву взглядов. Тряхнув головой, Регулус побежал к последней карете, а во время поездки то и дело, что возвращался взглядом к фестралу, который вёл себя в упряжке лучше любой кроткой лошадки.       Большой Зал можно было сравнить с огромным ульем. За каждым столом все разделившись на группы и пары, обсуждая предстоящий год. Регулус уселся на краю стола стараясь избегать взглядами сокурсников. Мысленно он всё ещё находился в дороге с фестралами. Теперь ему было интересно, как много учеников Хогвартса видели этих созданий? Его внимание привлёк лишь резко стихший гам. Очевидно, привели первокурсников. Но недолго тишина царила в Большом Зале. Мгновенно шепот возобновился и разросся с большей силой. Это привлекло внимание слизеринца. Он никак не мог понять, что вызвало столько обсуждений пока не обратил свой взор на первогодок. Всё было как всегда. Не считая ребёнка- переростка стоящего в этой куче. Только из-за волос, выглядывающих наружу, Регулус догадался, что под мантией была спрятана девушка. Сняв со своей головы капюшон, она окинула нечитаемым взглядом зал. Её гордая осанка и поднятый кверху подбородок создавали воинственный вид. Но, несмотря на это, вокруг неё кучей сбились дети. Те явно сильно нервничала, заламывая пальцы и пытаясь скрыться в своих мантиях или на худой конец слиться с воздухом. Присмотревшись, он заметил едва заметное движение руки девушки. Та поглаживала по спине рядом стоящего мальчика.       «Она смотрит на окружающих столь ледяным взглядом, но при этом к ней жмутся дети, считая её чуть ли не Мерлином, — размышлял про себя Регулус. — Их благовейные взгляды определённо сбивают столку. Зачем показывать себя в роли Снежной Королевы, если же очевидно, что ей не являешься?»       Регулус предположил, что девушка, несмотря на юный возраст (мало какие чудеса творит хорошо сваренное зелье) была членом педагогического коллектива. Но его предположения рухнули, когда она не отделилась от первогодок, а встала вместе с ними для прохождения церемонии распределения. Краем уха Регулус уловил из шёпотков, что это новая ученица из Дурмстранга. А ещё она иностранка из Америки. Выходя к Распределительной Шляпе, девушка запнулась и с трудом удержала равновесие, задев при этом несколько ребят. Её неуклюжесть вовсе теперь не подходила с тем образом, который Регулус уже составил у себя в голове.       «Вот тебе и Снежная Королева», — не без доли ехидства подумал Регулус.       — Миранда Лабрюн. Пуффендуй, — едва коснувшись головы девушки, пробасила шляпа на весь Большой Зал.       «Хорошо, что не Слизерин, — подумал Регулус. — Не нужны нам на факультете не пойми кто».       К окончанию торжественного ужина новая ученица полностью вылетела из головы парня. Были вещи, которые больше занимали мысли юного Блэка.