talking about your feelings is okay

Изуку сидел на лавочке возле леса, ожидая, пока придёт Шинсо. Он был одет в простую белую футболку с надписью "I am here" и светло-зелёные штаны, а так же в свои постоянные красные кроссовки. В прошлый раз они с Шинсо посидели где-то час, после чего Хитоши пришлось идти домой, ведь он не хотел заставлять своих родителей волноваться. Подростки обменялись номерами и переписывались два дня, пока у них не было возможности встретиться. Хитоши тренировался с отцами в эти дни, а Изуку просто сидел дома и занимался анализом. Он придумал несколько идей для костюма Шинсо, но не уверен, хватит ли ему смелости показать это. Мидория всё это время гадал, кем могут быть родители Шинсо. Это было сложно угадать. Он знал сотни героев, как дневных, так и подземных. В один из дней, задумавшись об этом, он врезался в Каччана на перемене. Лучше не вспоминать. Конечно, в любом случае не приятно, когда тебя избивают, но больше всего Изуку ненавидел, когда это было публично. Когда на тебя все смотрят и смеются, улыбаются, снимают на камеру и подбадривают хулиганов. Учителя проходят мимо, просто смотря на всё это, некоторые даже говорят, чтобы Мидория просто не мешался под ногами. В такие дни Каччан выкладывался на полную, чтобы похвастаться своей причудой и силой — остальным такое нравилось. Они ещё больше смеялись и насмехались, нависая над ним. Он ненавидел это чувство. Теперь у него есть пара ожогов, один большой на бедре, и следы пальцев на шее от удушья. Каччан и парень с длинными пальцами постарались. Ожоги не очень болели, так что всё было хорошо, за столько лет у него стала более низкая чувствительность к боли. Плюс хорошие болеутоляющее, дорогие, на пачку которых он копил пол месяца, собирая деньги с обеда на них. Зато он не будет мучаться от боли при каждом движении. Вскоре пришёл Хитоши, но Изуку его сначала не заметил, погрузившись в свои мысли. Мидория вздрогнул всем телом, когда рука Шинсо на плече не вывела его из транса. Он был одет в пурпурную футболку, в цвет волосам, чёрные шорты по колено и чёрные кеды, под которыми виднелись серые носки с котиками. — П-привет, Шинсо! — Мидория обернулся к другу и весело улыбнулся, — Пойдём? — Конечно, — Шинсо улыбнулся и потряс пакетами в руке, — я принёс закуски и напитки. — Т-тебе не стоило! — пискнул Мидория, покраснев. Шинсо на это лишь фыркнул, после чего они направились в лес, пробираясь сквозь заросли и просто болтая. Мидория давно так ни с кем не разговаривал, просто, не переживая ни о чём. Мама много времени проводила на работе, а друзей не было. Он был так рад общению. — У меня дома есть четыре кошки, — небрежно кинул Хитоши, даже не подумав, как это могло удивить Изуку. — Ч-четыре!? — Мидория остановился, — о мой бог, д-да это же так круто! Мне н-никогда не разрешали заводить кошку, д-даже хомяка, ведь на их с-содержание нужны были деньги, а у тебя их ч-четыре? Это же в ч-четыре раза б-больше милоты! К-как их зовут? — Ублюдок, Солнышко, Грязь и Твикс, — Шинсо усмехнулся, — а ещё у нас есть какаду Радио, в честь одного из моих отцов. — Какаду!? — Мидория в шоке уставился на Хитоши. — Я так з-завидую! Иногда хочется п-просто прийти д-домой и обнять кого-то, особенно к-котика. А у тебя т-такой выбор! — Похоже, ты любишь животных. Особенно котов. — Д-да! Они ведь такие м-милые. А ещё, когда мы с К-каччаном были маленькие, б-бабушка Каччана оставляла у н-него котика Тоо на две н-недели, поэтому я п-приходил к ним и мы в-вместе играли с Тоо! — Если хочешь, мы бы могли в следующий раз сходить в кошачье кафе недалеко от моего дома. Оно недавно открылось, но я всё время сижу там со своими отцами. Они тоже очень любят кошек. Ну, похоже, ты и так понял это. Болтая, вскоре они прибыли к домику на дереве и залезли в него. Обоим не было очень легко это сделать, ведь Мидория случайно зацепил ожог на бедре, а у Шинсо всё ещё болела рука, ещё и пакет с едой мешал, но они это сделали. Устроившись на одеяле, подростки взяли чипсы и колу, после чего начали просто разговаривать и есть. Спокойный разговор продолжался всего две минуты, пока эту спокойную атмосферу не прервал Шинсо. — Мидория, — тихо начал Хитоши, смотря на ногу Изуку, — у тебя кровь. Зеленоволосый подросток вздрогнул всем телом, широко открытыми глазами уставившись штаны, которые уже пропитались красной жидкостью. Мидория судорожно коснулся бедра, на его пальцах осталось немного крови. — Хей, ты в порядке? — Шинсо обеспокоено спросил, — когда ты поранился? Тебе стоит обработать рану. — В-всё в порядке, п-правда! — Мидория натянуто улыбнулся, повернув голову к Хитоши. — Просто п-поранился, к-когда залезал с-сюда! Н-ничего, со мной в-всё хорошо. П-просто царапина. — Мидория, — более твёрдо сказал Шинсо, но всё ещё мягко, чтобы не напугать Изуку, — ты ведь не сейчас поранился? Из глаз Изуку рекой начали течь слёзы, который он пытался остановить, закрыв глаза руками, но не получалось. Он еле разборчиво шептал извинения между всхлипами, отвернувшись от друга. — П-прости, я не х-хотел, чтобы ты считал м-меня слабым и б-бесполезным. Я н-не хотел доставлять т-тебе проблем или з-заставлять тебя в-волноваться. Я т-такой жалкий, раз н-не могу сам со всем р-разобраться. Т-ты, наверное, д-думаешь что я жалкий, д-да? П-прости, в следующий р-раз я буду лучше, я-я исправлюсь. Я т-такой эгоист. Шинсо осторожно положил руку на плечо Изуку, немного пересев и нагнувшись, чтобы быть прямо на уровне глаз Мидории. — Хэй, Мидория, всё в порядке, посмотри на меня, — Изуку поднял голову и посмотрел а глаза Хитоши. — Нормально говорить о своих чувствах. Когда я только начал жить с отцами, я тоже часто скрывал свою боль. Да и сейчас иногда так делаю. Но в тот день, когда ты помог мне, я рассказал им обо всём и они помогли мне. Я не правильно делал, что держал всё в себе. Ты тоже. Говорить о своих чувствах хорошо и я всегда готов выслушать. Нормально переживать за себя, это не эгоистично. Я всегда буду готов помочь тебе. Поэтому ты можешь доверять мне, хорошо, Мидория? Изуку несколько раз шмыгнул носом, вытирая слёзы, после чего кивнул и улыбнулся. — П-прости, я н-не должен был так реагировать. — Нет, всё в порядке, — заверил Шинсо, — тем более, что я тоже иногда бываю в таком состоянии. Это абсолютно нормально. Несколько секунд подростки сидели в неловкой тишине. Шинсо сел опять сбоку от Мидории, неловко поглядывая на друга. — Так... — Хитоши пытался придумать тему для разговора, чтобы отвлечь Изуку и поднять ему настроение, — почему ты решил выучить язык жестов? Где учил? Мидория выглядел ещё больше не в своей тарелке после этого вопроса. Черт, ну и нужно было ему это спрашивать? Конечно, у Мидории были причины выучить язык жестов, возможно, очень личные. Шинсо казалось, что сейчас он заставит Мидорию чувствовать себя ещё хуже. — Прости, я не хотел задавать такой личный вопрос, тебе не обязательно отвечать, — Шинсо неуверенно потёр затылок. — Д-да нет, всё н-нормально. Просто, ну, я н-не знаю, какая б-будет твоя р-реакция, в-вот... Мидория убрал волосы с ушей, на которых была пара черных слуховых аппаратов, которых Шинсо раньше даже не замечал за кудрями. Изуку неуверенно посмотрел на Хитоши, но заметив, что ему почти всё ровно, немного расслабился и грустно улыбнулся. — К-каччан часто использовал свою п-причуду близко к моему л-лицу, особенно ушам, п-поэтому, за долгие годы, я п-почти полностью потерял слух. У Каччана уши б-более стойкие к г-громким звукам, о-особенно ко взрывам, п-поэтому с ним всё х-хорошо. Ну, а вот с-со мной не очень. А язык ж-жестов я учил в интернете, у м-моей мамы нету денег на с-специальные курсы. — Я собираюсь убить твоего Каччана, — Шинсо заговорил самым спокойным и устрашающим тоном которым только мог. — Ч-что? В-всё в порядке, Шинсо! — Мидория немного хихикнул. — Тебе н-не нужно никого убивать! Тем более, К-каччан станет отличным героем. Д-да, он немного п-придурок, но у него с-сильная причуда и большой п-потенциал. П-подожди. Я только что назвал К-каччана придурком!? О мой бог, я т-такой плохой друг! Шинсо фыркнул, прикрыв рот рукой, чтобы не рассмеяться. Хоть теперь Изуку понял, что "Каччан" тот ещё гремлин. — А если серьёзно, засранцы, вроде твоего Каччана, не должны быть героями, по крайней мере, не пройдя терапию по управлению гневом. Иначе получиться второй Индевор — много силы, ноль мозгов. Будет крушить и убивать, не волнуясь о последствиях. А тебе не нужно оправдывать его. — Н-наверное, ты прав, — Изуку вздохнул. — А п-почему ты выучил язык ж-жестов? П-прости, если это л-личное, тебе н-не обязательно отвечать. — Один из моих отцов тоже почти не слышит и иногда он дома без слуховых аппаратов, чтобы отдохнуть. Тогда мы общаемся на языке жестов. Да и это полезно для работы героя, особенно подземного. Мои отцы научили меня этому. Мидория понимающе кивнул. Внезапно, у него в голове что-то переключилось. Отец, дневной герой, у него слуховые аппараты и у них есть какаду Радио. Не может быть. — Один из т-твоих отцов Сущий Мик!? — Ого, ты угадал, — Шинсо улыбнулся, — это было сложно. — Н-нет! Я должен б-был угадать ещё когда ты сказал, ч-что у вас есть к-какаду Радио, это же б-было так очевидно. Я т-такой дурак. Я в-ведь слушаю его радио п-почти каждый день. У м-меня даже б-была его фигурка в ограниченном тираже. К-как я не понял? — Ого, ты и правда фанат, — из-за этих слов Мидория покраснел, — но ты довольно много знаешь о моём отце. — К-конечно! Я хотел б-бы столько спросить о его п-причуде! Если он будет п-просто мычать, то сможет создавать д-достаточно сильные вибрации, ч-чтобы уничтожать здания. Или он может п-повышать голос до ультра частот. — Мидория резко замолчал, осознав, что опять бормочет, из-за чего ещё больше покраснел. — А кто второй твой отец? — Ну, узнаешь это, когда встретишь его, — ухмыльнулся Шинсо. — Н-нет, Шинсо, ну п-пожалуйста, я должен знать. Иначе я н-не смогу спокойно жить! — умоляющим тоном просил Мидория. — Не-а. Интересно, узнаешь ли ты его. Хотя, думаю, ты его знаешь, ведь ты огромный фанат героев и знаешь, кажется, всех. Хочу посмотреть на твою реакцию. А даже если и не знаешь, интересно послушать твои теории о нём. Мидория застонал, упав на пол, притворившись мертвым, а Шинсо лишь громко хохотал с этого. — Хей, Мидория, прости за ещё один личный вопрос, но могу я узнать о твоих родителях? Опять же, не обязательно отвечать,— Шинсо опустил взгляд, говоря уже тише, — просто я слышал, что многие родители беспричудных плохо с ними обращаются, часто бьют, оскорбляют, ограничивают в еде. А ты слишком худой и выглядишь не на свой возраст, я волнуюсь за тебя. Ты ведь знаешь, что я всегда готов помочь? Изуку поджал губы, сжимая и разжимая руку в успокаивающем жесте. — Мой отец б-бросил нас, когда мне поставили диагноз б-беспричудный. Мама очень горевала, много п-плакала и пила. Она извинилась передо мной, хотя ни в чём не была виновата. Сначала всё б-было не очень плохо, пока мне не исполнилось шесть лет, он п-платил алименты, поэтому мы с мамой хорошо жили, — голос Мидории перешёл в шёпот, — но п-потом он пропал и мы н-никак не могли восстановить связь. После этого маме п-пришлось много работать, чтобы обеспечить нас. Из прошлой работы её в-выгнали, ведь она много пропускала, часто выпивая. П-поэтому ей пришлось искать другую работу. В-все друзья и знакомые больше не хотели с ней общаться, ведь я был б-беспричудным, а кроме этой темы они не могли ни о чём говорить. В-всё время повторяли, какая она б-бедная и как, наверное, сложно иметь бесспричудного ребёнка, ведь, скорее всего, к двадцати годам он п-покончил бы с собой. В-во всех неудачах она в-винила меня. Мама не причиняла мне вреда, просто с-словесно оскорбляла. Называла меня ошибкой, б-бесспричудным неудачником, Деку, как и остальные дети в школе. Она н-никогда не обделяла меня едой, не била, но всё равно было б-больно. На новой работе ей п-приходилось сутки работать, сутки б-быть дома и спать, она часто уезжала в командировки. П-поэтому дома я всё время был один. Несколько л-лет всё было хорошо, в холодильнике была еда, иногда она п-покупала мне разные вещи и игрушки. Но п-потом она опять начала много пить и её опять уволили с р-работы. Сейчас она п-получает деньги от правительства, как б-безработная и мать-одиночка, но этого едва хватает ч-чтобы оплачивать счета и покупать еду. Вся её жизнь п-пошла наперекосяк из-за меня. П-поэтому я не виню её. Она всё равно моя м-мать, она любит меня. На д-день рождения и рождество она даёт мне немного денег, чтобы я к-купил себе вещей. Мне повезло, что она моя мать. Д-другие бы семьи могли меня бить, н-намеренно морить голодом, отдать в приют или даже у-убить. Я люблю маму. Шинсо лишь слушал это. Он прошёл через похожее, но уже несколько лет живёт с отличными родителями, поэтому счастлив. Хитоши понимает, каково это, быть изгоем, быть тем, кого винят во всех проблемах из-за причудливого статуса. Но сейчас у него есть те, кто могут поддержать его — любящая семья. Он хочет, чтобы Мидория тоже был счастлив, имел хорошую семью. Он заслужил этого. Хитоши осторожно приподнялся и обнял Изуку. Тот лишь уткнулся головой ему в плече, закрыв глаза. Шинсо пообещал себе, что Мидория будет счастлив.