Глава третья. Звезда

       Поздно вечером позвонила мама. Её уставший голос говорил только об одном — день выдался тяжёлым, и этот звонок — обычная галочка в списке дел.

— Привет, как у тебя дела? — спросила она.

       Я обернулась и посмотрела на Аню, которая доставала постельное бельё, потом на эльфов, ждущих на креслах. Ну, что сказать? «Мама, у меня в доме завелись эльфы? Ты не переживай, они поживут тут некоторое время, а потом уйдут. Наверное». — Всё в порядке, — ответила я. — Сегодня целый день смотрели фильмы с Аней.

— Еда ещё не кончилась? Не всё ещё съели?

— Если ты про свой огород — мы несозревшее не едим. А так да, завтра поеду за продуктами. Ты как?

— Не очень, сегодня много клиентов. Жду отпуск.

— Тогда… до завтра?

— До завтра.

       Я нажала на красную кнопочку, и звонок завершился. Вздохнув, присела на уже расстеленный для сна диван, напротив которого стояли эльфы, а в кресле рядом сидела Аня. Все смотрели на меня, видимо, ожидая, что я скажу плохие новости. — Это просто дежурный разговор, прошу вас, — усмехнулась я. — Завтра поеду в город за едой и вам, — я перевела взгляд на мужчин, — за одеждой. Мне смешно от вашего вида в этих штанах. Вставайте, я сниму мерки и попробую подобрать размер. — Это будет затратно… — Зато вы не будете выглядеть как шуты. Вставайте.        Когда мерки были сняты и записаны, ужин съеден и приправлен очередным разговором из разряда: «Почему?», мы с Аней наконец-то смогли, убрав посуду и пожелав доброй ночи, подняться наверх в спальню.        Уже лёжа в постели и ворочаясь, пытаясь уснуть, я услышала тихий вопрос подруги из-за плеча: — Женя-я, Жень, — позвала она шёпотом. — Ты можешь рассказать мне о них? Ты же знаешь больше меня.        Так, понятно, я одна не могу уснуть и не сделаю этого, пока не удовлетворю любопытство. — Ну, что тебе рассказать? — спросила я, поворачиваясь к ней лицом. — Они — принцы нолдор, сыновья самого прославленного из их расы — Феанора и Мудрейшей — Нерданель. Родились ещё тогда, когда ни Солнца, ни Луны не существовало на небосводе Арды, а Средиземье не было таким известным местом. Да и место их рождения — Аман — лежит далеко-далеко на западе, собственно, туда-то и направили лыжи, а точнее, корабли, эльфы, которых ты видела в фильме. Наши гости жили во времена, далёкие от создания колец, хотя род их связан с ними, далёкие от Войны Кольца и даже событий, описанных в «Хоббите». Это были времена, когда не Саурон, но Мелькор был воплощением того, что называют злом. Однажды их отец создал главное творение своей жизни — Сильмарили, Мелькор украл их, и Мастер поднял нолдор в поход за сокровищем. К тому же земли Белерианда были интересны многим к тому моменту. Тогда случилась Первая Резня — Альквалондэ. Эльфы Валинора впервые подняли оружие против сородичей… — Гражданская война? — Называй как хочешь, — не стала спорить я. — Потом Лосгар. Феанор предал своего брата и родню, которым пришлось идти через вздыбленный лёд Хелькараксэ. Потом погиб. Маэдрос — ещё одно имя рыжеволосого — поехал на переговоры, но Враг обманул, и он попал в плен, где его пытали, а потом подвесили на скале за правую руку. — У него нет правой кисти… — Потому что спасти его можно было только отрубив кисть, что Фингон, его кузен и друг, и сделал. Затем череда событий, битв и смертей. Резня в Дориате и в Гаванях Сириона. После последней Резни в живых из семерых феанорингов осталось двое — наши непрошеные гости. — Всё ради камней? — переспросила подруга, изумлённо приподнимаясь на локтях. — Не камней, а Камней. И Клятвы. Я не сказала тебе про неё? Они поклялись преследовать любого, кто захочет заполучить, либо же заполучит Сильмарили. — Я не понимаю… — Это дело чести, Аня, для них это важно, — я помолчала несколько секунд, вспоминая, на чём остановилась. — Ах, да. Так вот, потом стало известно, что два Сильмариля находятся у Эонвэ, одного из глашатаев богов (не буду вдаваться в подробности). Братья решили выкрасть их, и под покровом ночи сделали это, только Камни обожгли им руки, их обнаружили. Насколько известно, Макалаурэ прыгнул в Море с Камнем, похоронив его на дне, а Майтимо упал в расщелину в земле. Оба они погибли. — Но они же тут, — возразила подруга. — Тут, верно. Вот это-то меня и смущает. Точнее сказать, я уже узнала, что они точно погибли в своём мире, история для них завершена, — я вздохнула и поменяла положение, растирая затёкшую руку. — И теперь они оказались здесь, хотя их души должны были отправиться в Чертоги Мандоса, Чертоги Ожидания, после которых они могли бы возродиться. Ну, как тебе история? — Пипец, — коротко и ясно ответила Аня, потирая глаза. — Значит, они дали Клятву, устроили Три Резни, убили бессчётное количество эльфов, и ты пустила их в дом? Господи, да я же с ними наедине была! — Не драматизируй, ты же не посягала на Камни, а значит, не их враг. К тому же они иногда проявляли признаки альтруизма. — Так, ладно, хорошо, — девушка залезла под одеяло полностью, только оставив торчать голову. — Я принимаю эти факты их биографии, тем более меня они не касаются ни коим образом. Но кто может дать гарантию, что не прибьют нас, если ужин подгорит? — Никто, но я уверена, что ничего подобного не будет. Хотя бы потому, что ещё ни разу они не проявили нетерпимость. Не пойман — не вор. Так что спи, утро вечера мудренее.

***

       А утром разбудил лязг на нижнем этаже и крик (наверняка трёхэтажный мат на эльфийском), после всё затихло, будто ничего и не было. Аня потянулась и начала вставать, перелезая через меня, но упала где-то на середине, оставшись поперёк кровати. — Доброе утро, — сказала я с улыбкой и подпинывая её под рёбра, чтобы слезла. — Доброе, — ответила подруга и продолжила действие, после которого наконец-то встала на обе ноги. — Нужно посмотреть, что там случилось, и не подожги ли они чего-нибудь. — Или кого-нибудь, — пробурчала я из-под одеяла. — Пусть сами разбираются, не десять лет. — Но они в этом мире второй день. Вставай! После вчерашних страшилок мне боязно идти!        Оказалось, что эльфы решили отблагодарить нас завтраком, даже нашли крупу, но что-то пошло не так на этапе поиска кастрюли. Нет, кастрюля нашлась, но только под многочисленными другими предметами бытового характера, например, под эмалированными тарелками, которые выпали на пол, когда рыжеволосый попытался достать её.        Зайдя в комнату, мы увидели картину: Маглор, обнимающий пакетик с манкой, и Маэдрос, собирающий металлическую посуду. Аня улыбнулась и постучала в косяк, заявляя о нашем присутствии, и эльфы обернулись. — Неужели вы уже научились пользоваться плитой? — спросила я, когда рыжий поставил тарелки на место и вынул кастрюлю. — Я им вчера показывала, — ответила Аня. — Макалаурэ немного помогал мне. — Очень мило с его стороны, — пройдя дальше, я встала рядом с Маэдросом, которому едва доставала до ключиц. — Господин эльф, позвольте, я сама приготовлю завтрак.        Не отрывая взгляда, мужчина будто машинально отдал посуду, но, когда его брат тронул за плечо, обернулся и стал привычно бесстрастным. Аня присела на стул и, как все, стала наблюдать за мной. — Расскажите что-нибудь, — сказала я, не выдержав тишины, которая длилась слишком долго. — А то молчите. — Я сегодня сниму швы, — произнёс Маглор, задумчиво разглядывая открывающуюся из-под бинтов зашитую рану. — Брат уже сейчас свободно двигается. — Прекрасно! — воскликнула, помешивая кашу. — Тогда через два дня вы приступите к работе по участку. — Серьёзно? — спросила Аня, поворачивая голову ко мне. — Ты хочешь их припахать? Да и что скажешь маме, когда она приедет и обнаружит, что у нас тут двое нелегалов с… сомнительной репутацией? — Что труд облагораживает человека, — я криво улыбнулась и выключила плиту. — Придумаю что-нибудь, но потом. Сейчас нужно собираться в город. Я хочу индейку. Товарищи эльфы будут есть индейку?        Братья переглянулись и, будто это очевидно, ответили: — Да. — Просто по квартире слух прошёл, что кто-то мясо не ест. Я рада, что это не про вас.

***

       Довольно быстро добравшись до города на автобусе, я первым делом решила заглянуть домой, после чего отправилась в небольшие магазины за одеждой для эльфов.       Стоит ли говорить о том, насколько сложно найти качественную вещь на нужный размер? Думаю, нет.        Через часа два скитаний и уйму потраченных нервов и денег, всё было готово в лучшем виде, чего должно было хватить на первое время. Хвала богам, есть знакомые, у которых можно достать всё.        Дела с продуктами обстояли легче. Филе индейки было свежим и имело розоватый оттенок, к нему я взяла бутылочку соевого соуса для маринада. И свинина не подвела, отчего я рискнула взять больше, чем было нужно на один раз, чтобы не готовить потом.        Уже шагая в сторону остановки, я увидела родственников, которые только заходили на рынок, а они увидели меня. — Женя, ты чего здесь? — спросила бабушка, обнимая. — Покупала некоторые продукты, — я подняла пакеты, демонстрируя для убедительности. — Пару вещей взяла из дома. — Что ж, ты на дачу? Мы подвезём тебя.        Запаниковав от такого внезапного предложения, я попыталась найти причины поскорее уйти. Но с другой стороны — пакеты были больше меня, и перспектива везти их на своём горбу не выглядела радужной. — Что вы, я сейчас сама доеду, — для приличия настояла я. — Давай — давай, нам не сложно, — настаивала бабушка. — Вон сколько пакетов, и наверняка тяжёлые. — Ну, если только до перекрёстка, — неуверенно проговорила я. — Дальше наши пути должны разойтись. — Что с тобой? — спросил подозрительно дедушка, смотря будто прямо в душу. — Раньше ты бы с радостью согласилась, завиляла хвостом и настояла на том, чтобы мы тебя довезли прямо до дома, прямо к веранде. Лень наконец-то ушла?        Я нервно рассмеялась. Эти люди слишком хорошо меня знают. — Можно и так сказать, — я прикусила губу. — Аня меня встретит, она сейчас там. — Могли бы и вместе съездить. — Да ну, она ещё спала, а я не хотела её будить. Вчера долго смотрели сериал. — Ну, ладно. Тогда подожди пару минут, я посмотрю рыбу.

***

       Заходя на веранду и ставя пакеты на табуретки, я услышала подозрительный шум. Женский голос едва ли не визжал от радости, а потом к нему подключился мужской смех. Стало немного обидно, что я пропускаю всё веселье.        Войдя в дом, я увидела довольно странную картину: Аня, прикрывая ладонями лицо, смеялась, едва не сваливаясь на пол, в то время как эльфы, менее эмоционально, посмеивались. Между ними троими лежала настольная игра. — Во что играете? — В «Экивоки» — ответила подруга.        Я кивнула, усмехнувшись мыслям, и вернулась за пакетами. — Аня, помоги мне, пожалуйста, — крикнула я, но после секундного раздумья добавила: — И Маглор.        Когда продукты были разложены по местам, я раскрыла пакет с одеждой. Осталось теперь только молиться, чтобы всё подошло. — Я брала немного больше, надеюсь, подойдёт, — сказала я, протягивая комплекты из нескольких вещей: пара футболок, тапочки двух видов, фланелевая рубашка, спортивные штаны, джинсы, свитер и несколько необходимых мелочей. Всё это, конечно же, влетело мне в копеечку со стипендии и небольшой зарплаты, но делать нечего. Придётся побыть благотворительным фондом. — Что это? — спросил Маэдрос, раскрывая пакетик с нижним бельём и демонстрируя на публику чёрные труселя.        Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться, но Аня решила не брать с меня пример. — А на что это похоже? — я слегка наклонила голову и посмотрела на эльфа. Он покрутил вещь в руках, залез внутрь, и тут до него дошло, отчего глаза стали по пять копеек. — Вот видишь. Не спрашивай, как я выбирала — сгорела от стыда, объясняя женщине то, что оценить не успела. Пока она, более догадливая, чем я, не посмотрела на мерки талии.        Аня присела на край кресла, чтобы не свалиться на пол от смеха. Маглор поджал губы и улыбался, смотря на брата, который в это время покраснел, в особенности острые кончики ушей.

***

       Хвала всевышнему, одежда подошла. В общем виде, хотя мужские ступни в сланцах с открытой щиколоткой — то ещё… зрелище.       Пока эльфы переодевались и разбирались с незнакомыми вещами современности (я решила оставить их решать этот квест самим), мы с Аней успели нарезать и замариновать мясо к завтрашнему обеду-ужину, найти мангал и решётки. — Как думаешь, они надолго здесь останутся? — спросила Аня, запаковывая маринованную индейку. — Не знаю, — пожала я плечами, морщась от желания заплакать, вызванного уж очень ядрёным луком. — Вернуть обратно у нас не хватает ни сил, ни знаний, да и какое там — вернуть обратно. Магия для нас это либо что-то давно утраченное, либо вообще неизвестное. — А как же баба Капа? Та старушка, про которую ты рассказывала, — Аня отодвинула меня, вытирающую запястьем слёзы, и сама взялась дочищать овощ. — Нет, вряд ли она хоть как-то по-настоящему связана с магией. Скорее она из тех «ведуний», которые думают, что у них есть какие-то силы, но на самом деле их нет, — я вздохнула, наконец-то успокоив глаза. — Но морошковое варенье у неё всегда вкусное.        Ещё раз стерев слёзы с щёк, я ополоснула руки, глядя на лес и птиц, снующих между деревьями. Как никогда он был оживлённый, пернатые галдели и пели, показывая всё своё мастерство. — Что надумала по поводу эльфов?        Аня застопорилась на мгновение, а потом продолжила своё занятие. Удивительно, но таких слёз, как у меня, у неё не было. — Мы хорошо с ними поладили, пусть я поначалу боялась, но теперь мне легче. — Я рада, что вы подружились. — Значит, они останутся? — я посмотрела на неё, смотрящую огромными вопрошающими глазами, в которых ясно считывалась надежда на «да». — Ты сейчас выглядишь, как маленькая девочка, которая просит маму оставить котёнка, — улыбнулась я. — Мне всё равно, но если они хотят остаться, то стоит их научить жить в современном мире.        Тут на веранду вошел Маглор, уже в новой одежде, которая невероятно шла, хотя и было заметно, что непривычна для него. — Вы говорите о нас? — спросил он, пропуская брата.        Они стояли в проходе, высокие и стройные, с гордой осанкой и ясными глазами. Лучшие мужские модели были во сто крат хуже их сейчас. Или это неверный сумеречный свет так влияет на восприятие? — Да, думали, что можно было бы сделать дальше, — ответила я, мысленно давая себе подзатыльник, чтобы не пялиться. — Но это потом. Пока — поставьте, пожалуйста, эти кастрюли в холодильник.

***

      На следующее утро эльфы затопили баню, отчего я была в полном восторге, так как родители не разрешали даже близко подходить к дровам, а париться (не только в переносном смысле) любила.        Банные процедуры выдались действительно хорошим. Густой пар с запахом кедра проникал в легкие, температура была комфортной, заставляя тело постепенно расслабляться на верхнем полоке, лёжа на полотенце. Аня села ниже и, натянув шапочку по глаза, обмахивалась второй как веером, опустив руку в таз пока ещё прохладной воды. — Напомни мне, за что ты любишь это пекло? — спросила она, обрызгав своё лицо. — Сама не знаю, — ответила я, улыбнувшись.        Девушка затихла, тяжело дыша. — Я не думала, что эльфы умеют так хорошо топить баню. — Они старше твоего самого древнего предка, Аня. Наверняка за сотни лет научились. — В бесконечных сражениях, по твоим рассказам? Да и к тому же они эти… лорды. Что, у них слуг для этого не было? — Может и были, какая разница. Сейчас важен результат, а не то, как к нему пришли, — я села ниже, к подруге. — Ты пойдёшь в бассейн? — После такой жары в почти ледяную воду? Не-ет, — Аня замотала головой и едва не упала. — Всё, кажется, я сейчас не выдержу.

***

       Убрав волосы в высокий хвост, я принялась нарезать овощи для салата. Рядом суетившаяся подруга напевала популярный мотив, изредка посматривая на меня хитрыми глазами. Не выдержав, я спросила: — Что-то случилось? — Да нет, нет, просто, наконец-то будет шашлык, — она улыбнулась и потёрла ладони друг о друга. — Ты, кстати, уже придумала, что будешь говорить маме?        Придумала ли я? Конечно нет! Подобное так просто не скажешь!        Я посмотрела через стекло веранды на две фигуры эльфов, стоящие над мангалом. Они изредка переворачивали зажаривающееся мясо и снова говорили на своём непонятном языке. Пора заканчивать им это делать, иначе я не вытерплю и лопну от любопытства! Но всё-таки они выглядели чужеродно в этой одежде среди этого облачного неба и зелёных кустов ивняка. Будто неправильно.        Рыжеволосый нолдо нахмурился, смотря на огонь, и перевернул решётку, полной сочного шипящего мяса. Рядом стоящий Маглор обернулся на нас и слегка улыбнулся, показывая, что всё в порядке. — Наверное, скажу, что знакомые друзья из… клуба по интересам. Они выглядят уже лет на тридцать, скажем, прошли Афганскую войну… — И назовешь ты одного из них Ибрагимом? Какая Афганская война? — Та самая, которую я желаю пройти всем мужчинам, — улыбнулась я, а после расхохоталась. — Нет, ну представь такой ответ на вопрос, чем вы занимаетесь: «Ну, как вам сказать… я прожил долгую жизнь. Имя Маэдрос вам что-нибудь говорит? Прекрасное имя. Я прошёл три Резни, и я желаю всем мужчинам пройти их. Мужчина определяется делом, а не словом. И если у меня длинные волосы — это не значит, что я женщина или балерина».        Дверь на веранду открылась, и Макалаурэ внёс первую готовую партию жареного мяса. Аня тут же приготовила нож и вилку, которыми можно будет снять его прямо в огромную миску. — Осторожно, она горячая, — сказал он, положив решётку сверху кастрюли. — У вас всё хорошо? — Да, в полном порядке, — я отвернулась от него, пытаясь скрыть красные от смеха щёки, но тут же увидела тихо подошедшего Маэдроса и чуть не уронила нож. — Чёрт! Предупреждать надо! — недовольно сказала я, возвращаясь к занятию с трясущимися руками. — Кто вообще рядом с мангалом?        Эльф и не думал отходить, стоя слишком близко в зоне моего комфорта. — Канафинвэ уже там, — спокойно сказал он, наблюдая за тем, как порезанный огурец отправляется к помидорам. — Зачем ты здесь? — спросила, не глядя.        Аня наблюдала за нами, не решаясь вмешиваться, а потом совсем зашла в дом, чтобы вымыть посуду. — Мы хотели спросить, как можем отплатить вам за щедрость и доброту. — Благодарность вы уже выразили, к чему снова об этом говорить? — спросила я. — К тому, что нам, возможно, ещё понадобится ваша помощь, — сказал рыжеволосый и попытался посмотреть на моё лицо, но я отвернулась, чтобы взять листья салата. — Нам нужно вернуться домой, в свой мир. Нам некому помочь в этом, никого, кроме вас, мы не знаем. — Вы хотите разобраться в этом и вернуть всё на круги своя? — переспросила я. — Хорошо, только я пыталась найти логику — не нашла, а связей с кем-то, кто может хоть что-то прояснить, не имею. — Но судьба не просто так проложила тропу до вашего дома. — Это может быть простым совпадением, — предположила, всё-таки повернувшись лицом к мужчине и глядя снизу-вверх в его серые глаза. Он был действительно встревожен фактом нахождения не просто в неизвестном месте, но в неизвестном мире. — Вы точно так же могли прийти к соседям.        Он ничего не ответил. Только кивнул, переведя взгляд на брата и подругу, что-то обсуждающих между собой. — Почему это вообще произошло с нами? — спросил он, не обращаясь ни к кому. — Почему смерть никак не хочет забрать нас? Ты же знаешь, Макалаурэ рассказал мне, что знаешь.        Значит, вопрос был всё же ко мне. Выдержав минутную паузу, ответила: — Я не знаю. У меня нет ответов, которые тебе нужны сейчас, но у меня есть дом, в котором вы можете жить пару месяцев. Если ничего не изменится — есть вариант остаться в этом мире и жить, как живут все. — Пара месяцев? — Во время которых вы как раз и будете отдавать долг за кров и еду. Натурально, разумеется.       Как-то двусмысленно прозвучало. — Будете помогать с огородом и прочим, что скажет мама. С ней я скоро поговорю, но не сейчас — проблем у неё и без меня хватает. Следует выждать подходящий момент.

***

      Ближе к вечеру, когда пришел прохладный ветер с севера, мы вчетвером расположились за большим столом на веранде. Эльфы помогли расставить деревянные кресла, Аня принесла из дома подушки, я зажгла уличную гирлянду из лампочек. На столе были многочисленные закуски, пара салатов, фрукты, компот и сок, а также главное блюдо — нежное жареное мясо. А рядом — припрятанная бутылка «Егермейстера». — Может, кто-нибудь что-нибудь скажет? — спросила я, обводя присутствующих взглядом. — Ну что ж, тогда у меня есть тост. За прибытие новых гостей в этот полный крысятничества мир! — Женя, — подруга закатила глаза, но я только пожала плечами.        Эльфы отсалютировали, но, прежде чем пить, принюхались, и, видимо, не найдя в напитке ничего подозрительного, выпили его. Даже не поморщившись всю стопку.        Я начала с салата, аккуратно разрезая ножом крупные кусочки овощей и накалывая их на вилку. Начинать какой-либо разговор пока не хотелось — алкоголь слишком расслабил сознание. Вместо меня начала Аня: — Как вам этот мир? — спросила она, из-под ресниц смотря сначала на одного, потом на другого. — Очень интересен, — задумчиво ответил Нельяфинвэ, положив себе в тарелку кусок индейки. — Он кажется похожим на наш, но одновременно совсем другой. Эта… техника… я правильно произнёс слово? Мы не хотим показаться глупыми, но это не знакомо нам по большей части. Наши мастера создают много прекрасных и удивительных вещей, но подобное — нет. Да и со стороны устройства общества вы другие. — Пусть так, — я скромно улыбнулась. — А Вы, Маглор? Как Вам этот мир? — Я соглашусь с братом, — ответил черноволосый. — Но добавлю, что и музыка здесь также бывает разной. Евгения, Анна вчера включала несколько произведений. Они все разные, и, простите, чужеродные дня нас. — Может, тогда вы споёте для нас свои песни? — я отпила воды из стакана и прямо посмотрела на эльфа, даже с вызовом. Аня зрительно поддержала меня. — Нет, — покачал он головой. — Не сегодня. — Хорошо, — не стала настаивать я. — Тогда может вы что-нибудь расскажете? Не все же ваши воспоминания отдаются болью в груди? Должно быть что-то светлое?

***

— И вот, так вот весело и с песнями закончилось наше приключение по жаркой стране, — Аня завершила свой рассказ про наше путешествие годовалой давности. — Ага, весело в обнимку с унитазом. Ни ногой больше туда. Ни ногой, — добавила я, подливая воды в стакан. — Я понимаю, со всеми бывает, но желания повторять точно нет. Теперь только в санаторий куда-нибудь в горы. Или на Север.        И всё-таки это, несмотря на всё, были приятные воспоминания, которые никогда не хотелось забыть. Потому мы и улыбались им.        На западе догорел закат, и за пределами дома вовсе стало темно. Тишина природы прерывалась стрекотанием кузнечиков и цикад, пением диких птиц и даже редкими криками речных чаек. — Я помню, как мы летели обратно на самолёте — было классно. — Точно, это был первый полёт для тебя, — я улыбнулась. — Полёт? — спросил Маэдрос, явно не понимая, о чём мы говорим.        Вдруг зазвонил телефон, и я, извинившись, вышла из-за стола. На экране горело: «Мама». — У аппарата, — ответила я на звонок.        На той стороне мама закончила что-то говорить и обратилась уже ко мне:

— Привет, слушай, у меня есть новости, — и как назло по привычке затихла.

— Так…

— Звонила сестра Антона, есть пара горящих туров в Турцию на три недели, мы согласились. Поэтому завтра ночью едем в Москву, в аэропорт, — она говорила таким тоном, будто извинялась.

       Я пару секунд повисела, обдумывая информацию, пытаясь просчитать всё наперёд. — Отлично! — воскликнула слишком громко, отчего даже сидевшие за столом обернулись. — Значит, вы приедете только через три недели?

— Да, верно. Женя, прости, что не берём тебя с собой…

— Да ничего, мне и тут аттракционов и веселья хватает, так что…

— Так? Какого веселья? — её голос вмиг стал серьёзным.

      Чёрт. — Дак ведь Аня приехала, — принялась я быстро пояснять, пока не пришлось оправдываться. — Вот, мы разлагаемся потихоньку, отдыхаем. И, конечно, я не забываю о твоём огороде. Вчера всё поливала.

— Отлично, — кажется, ответ устроил. — Я заеду завтра взять некоторые вещи, спусти, пожалуйста, со второго этажа синий пакет, лежащий в шкафу в нашей спальне — там мои купальники. А остальное я сама возьму. Сегодня уже поздно — не поеду.

— Хорошо. Во сколько приедешь?

— После работы, часа в четыре, я отпрошусь пораньше.

— Отлично, до завтра.

— До завтра.

       Повернувшись обратно к сидящим, я широко улыбнулась. — К нам едет ревизор.

***

       Утро начинается не с кофе. Оно начинается с уборки.        Встав в семь часов, перебудив всех в доме, Аня первым делом выясняла у сонной меня, где находятся швабры и тряпки. — Такое чувство, что тебе нужно это больше, чем мне, — проворчала я, указывая на шкаф под лестницей. — Там же, где и ведро.        Эльфы были бодрее меня, уже морально со вчерашней ночи и физически с сегодняшнего утра, готовые помогать и не мешать. Мужчины минут пятнадцать рассматривали синие резиновые перчатки, удивляясь им, пока я не отобрала игрушку. Вывернув на правую сторону и расправив пальчики воздухом, надела.        Следовало вылизать всё — от входной двери на веранду до кухни — настолько тщательно, чтобы мама даже не заподозрила, что кто-то кроме нас с Аней жил в доме.        Да, сказать правду и обрадовать я не могла — кто такие вещи говорит перед дорогой? Она с ума сойдёт от переживаний, или вообще хуже — никуда не полетит. Так что лучше после, когда она, отдохнувшая и счастливая, в хорошем настроении прибудет обратно.        Весь мусор, оставшийся с предыдущих дней был сложен в три огромных синих пакета, кресла и табуретки расставлены по местам, пыль и пол начисто протёрты, а новые и старые вещи эльфов убраны в мою комнату, в которую никто в семье не заходил. Разве что развесить чеснок по осени, пока меня нет, но сейчас такого не предвидится.        Когда время подошло к трём часам, то есть после сытного обеда, мужчины, одетые для жаркой погоды и стоящие рядом с мешками для мусора, дожидались Аню, которой я давала чёткие указания. — Смотри, вы сейчас пойдёте до леса — там тропинка. Она приведёт сквозь лес прямиком к главной дороге. Выкиньте мусор в баки. Старайтесь особо никому на глаза не попадаться — эти две горы вызовут подозрения у непривыкших людей. — Да, я поняла. — Дальше пойдёте по дороге до реки. Выберите местечко потише и ждите, пока я не напишу тебе в СМС, что она уехала и можно идти. Только потом! Ты меня слышишь? Только потом идите, и если увидишь знакомую машину — притворяйся стеной, бревном, кирпичом — мне неважно. По легенде ты дома в городе. Поняла? — Да, да, Женя. Не волнуйся, всё будет чики-пуки.        Аня соскочила с крыльца и позвала за собой гостей, которые, взяв мешки, пошли по просёлочной дороге. Маэдрос обернулся, посмотрел на меня нечитаемым взглядом, а я только улыбнулась и помахала ему рукой. Что ж.