День 31. Часть 1

После выходки в офисе Саида Жади ещё долго не могла поверить в то, что она действительно это сделала, хоть изначально и не планировала. Ранья, выслушивая впечатления Жади, лишь одобрительно хихикала, потому что прекрасно понимала её чувства. Однако, вернувшись домой, Жади не застала мужа, и это показалось ей странным, ведь было очевидно, что Саид серьёзно настроен максимально быстро завершить дела и вернуться домой, чтобы продолжить “распространять разврат” вместе с женой. Попытки Жади дозвониться до него не увенчались успехом – в телефонной трубке раздавались протяжные гудки. Она предположила, что переговоры могли затянуться. В конце концов, она повлияла на его способность концентрироваться на делах не самым лучшим образом. С другой стороны, она подумала о том, что Саид получил, что хотел, и потому не спешил домой. Эти мысли очень быстро заполнили её разум. Жади стала себя накручивать, думала о том, что на Саида это непохоже и что в любом случае он мог хотя бы позвонить. В конце концов, утомлённая всеми этими переживаниями, Жади как была в одежде, уснула на диване в гостиной. Назира с Хадижей по обыкновению остались ночевать у дяди Али, чтобы подольше пообщаться с Латифой и Самирой, так что, казалось, ничто не сможет разбудить Жади до самого утра. Однако звонок стационарного телефона заставил женщину пробудиться в одночасье. - Слушаю? - Доброй ночи, это дом Саида Рашида? – услышала Жади вежливый мужской голос. - Да, всё верно, - голос Жади звучал хрипло после сна, однако человека на другом конце провода это, кажется, ничуть не смутило, так что он продолжил: - Позвольте узнать, с кем я сейчас говорю? - Я его жена, а что случилось? - Меня зовут Фарид Атия, я дежурный нейрохирург городской больницы. Вы только не волнуйтесь, но Ваш муж попал в автомобильную аварию… Услышав такие шокирующие новости, Жади резко поднесла руку ко рту, чтобы не закричать. - Он жив, - предугадал незаданный вопрос доктор, - только у него черепно-мозговая травма лёгкой степени. Ему провели обследование и взяли анализы… - Спасибо, я сейчас приеду! Она бросила трубку и поэтому не слышала возражений врача о том, что приезжать не имеет смысла, ведь Саиду дали снотворное, чтобы он мог поспать. Жади не помнила, как села в машину, как огни ночного Феса проносились мимо, как страх окутал всё её тело с ног до головы. Врач ведь мог и не рассказать всего по телефону, чтобы не волновать её… - Это здесь, мы приехали, - сообщил водитель. Коротко кивнув, Жади опрометью бросилась в приёмный покой, чтобы выяснить в какой палате сейчас находится её муж. Это была единственная информация, которая её волновала в этот момент, так что она даже не обратила внимание на то, что в одной из смотровых комнат, дверь в которую была открыта, врач осматривал Леонидаса Ферраса. Поднявшись на нужный этаж, Жади подошла к постовой медсестре, чтобы уточнить, где находится Саид. Вначале её не хотели пускать, однако, узнав, что она его жена, тут же перестали возражать. - Ему провели обследование и дали обезболивающие и снотворное, так что до утра Вам не удастся с ним поговорить, - на всякий случай предупредила медсестра. - Ничего страшного, я подожду до утра, спасибо, - ответила Жади. «Для меня главное убедиться, что он всё ещё дышит…» Когда она открыла дверь в палату, то увидела, что Саид спит. То, что его не подключали ни к каким аппаратам, немного её успокоило, однако гематомы и ссадины на его лице заставили её сердце болезненно сжаться. Жади знала Саида уже много лет, и он для неё всегда был надёжной защитой и опорой. Какие бы ссоры и скандалы между ними не вспыхивали, Жади знала, что на Саида можно положиться в трудную минуту. Даже если она всю жизнь предпочитала избегать ситуаций, в которых ей пришлось бы просить его о любого рода покровительстве. Поэтому мысль о том, что Саид мог погибнуть стала неё шокирующей. - Саид? – на всякий случай шепнула она, непонятно на что надеясь. Мужчина продолжал ровно и глубоко дышать, погружённый в медикаментозный сон. Глядя на него, Жади вдруг почувствовала себя беспомощной. В один миг она чуть не потеряла своего мужа, с которым только-только начали налаживаться их отношения. «Аллах! О чём я только думаю?» - мысленно стала корить себя Жади за то, что даже в такую минуту её заботит лишь собственное благополучие. Поэтому она решила, что всю ночь, которую она вознамерилась провести в палате рядом с ним, она будет молиться о его выздоровлении. Расположившись на неудобном кресле, стоявшем возле кровати и грозившем в любой момент сломаться, Жади взяла Саида за руку и крепко её сжала. В эту самую секунду в её голове словно щёлкнул выключатель, который позволил ей принять для себя чёткое решение: «Я никогда не отпущу тебя! Ведь любимых не отпускают…» Женщина не задумалась о том, почему для того, чтобы она смогла, наконец, разобраться в своих чувствах к мужу, должна была случиться эта злосчастная авария. Сейчас она ощутила то спокойствие, которого она уже и не надеялась когда-либо испытать. Она любит Саида, действительно любит… *** -… Отец, не стоит нам сейчас заходить! – знакомый женский голос ворвался в сон Жади. Ей казалось, что она только на секунду прикрыла глаза, однако, взглянув на часы, Жади увидела, что сейчас уже половина восьмого утра. Жади по-прежнему держала в своей руке ладонь мужа, однако платок небрежно сполз ей на плечи. - Врач сказал, что мы можем навестить его, - возразил мужской голос. – Тем более, что в произошедшем отчасти есть и моя вина… Услышав, что голоса в коридоре завели разговор о причине аварии, Жади моментально проснулась и стала прислушиваться к разговору. - Я ведь предупреждала тебя, отец… - женский голос показался ей до боли знакомым, и через секунду она утвердилась в своих предположениях, ведь властный мужской голос продолжил диалог: - Ранья, не говори глупостей! Эти партнёры из Дубая не такие надёжные, как Феррасы. Ещё неизвестно, как всё обернётся! - Но… - А ты имеешь полное право навестить своего будущего мужа! Услышав это, Жади испытала искреннее возмущение: - Что? Будущего мужа? Вероятно, на её лице застыла несвойственная ей гримаса, поскольку Ранья, войдя в палату Саида вместе со своим отцом, резко побледнела: - О, нет, Жади, ты всё слышала! Женщина взглянула на девушку, к которой успела привязаться. Неужели она оказалась обманщицей?.. - Это правда, Ранья? Ты и есть та самая невеста Саида? - Лара Жади, - вмешался в беседу Асеф. – Я не понимаю такого Вашего настроения. Насколько мне известно, вы с Саидом разводитесь и ожидаете окончания идата… - Не хочу показаться грубой, но это не ваше дело! – Жади чувствовала, что с каждой минутой ей всё труднее сдерживать свой гнев. – Этот срок даётся для того, чтобы муж и жена смогли хорошо всё обдумать и, возможно, изменить решение. - Идат нужен для того, чтобы убедиться, что женщина не забеременела. Ведь в этом случае ребёнок должен остаться с отцом… - О, Аллах, Вы такой же, как дядя Абдул! – злобно процедила Жади сквозь зубы и, чтобы хоть как-то вернуть себе душевное равновесие, провела руками по волосам. Ранья, которая стояла к Жади ближе, чем её отец, услышала это замечание и подумала о том, что, если бы ситуация не была столь напряжённой, она позволила бы себе рассмеяться. - Не беспокойтесь, лара Жади, - словно специально над ней издеваясь, продолжил Асеф, - после развода Саид женится на моей дочери. Их брак будет гораздо счастливее, к тому же, это позволит нашим семьям обогатиться… - Ну всё! Я не собираюсь больше это выслушивать! – Жади стремительно направилась к выходу из палаты и захлопнула дверь с такой силой, что картинка в рамочке, висевшая на прикроватной тумбочке, с громким стуком упала на пол. Однако даже этот шум не разбудил Саида. - Отец, тебе не следовало так говорить с Жади, - упрекнула его Ранья. - Ничего страшного, ведь Саид и так не намерен сохранять этот брак, - Асеф сел в кресло, на котором ещё совсем недавно сидела Жади. - Откуда ты знаешь? - Мне кажется, это очевидно, - пожал плечами Асеф. – Если бы у них в браке всё было хорошо, стал бы он требовать развода? - Ладно, мне нужно поговорить с Жади, я пойду её догоню, - сказала Ранья, после чего вышла из палаты. *** Жади сидела на лавочке во дворе больницы и смотрела в одну точку. Ранья могла лишь догадываться о том, какой сумбур сейчас царит в её голове. Ещё вчера она рассказывала ей о своём безумном поступке, а сегодня переживает, какими могут оказаться последствия аварии для Саида. Да ещё и Ранья, которая строила из себя подругу, намеревавшуюся помирить Саида и Жади, оказалась на деле его невестой. Постояв минутку, Ранья собралась с духом и села на скамейку рядом с Жади. - Как ты? – Ранье очень хотелось обнять подругу, но она пока не решалась это сделать. - А я ведь сразу подумала, что ты и есть та невеста Саида, - Жади нервно рассмеялась. – Ведь тебя зовут Ранья, и ты психолог. Это всё, что я о тебе знала. Но ты мне сказала, что твоим женихом является другой человек, и я поверила… - Но это же правда, Жади! – воскликнула Ранья. – Неужели ты думала, что я выдумала моего Ахмеда? Я же тебе рассказала всё в самом начале, неужели ты забыла? - Однако твой отец, кажется, не осведомлён об этом, - с горечью заметила Жади. - Это очень сложно объяснить в двух словах, но ведь я уже рассказывала тебе обо всём. - Да, ты говорила, что вы с отцом наконец-то поняли друг друга, - сказала Жади. - Поверь, я тоже была уверена в этом! – стала искренне заверять подругу Ранья. – Но, когда дело коснулось расторжения соглашения с Феррасами, отец как будто с ума сошёл. Кто такие эти Феррасы вообще? Жади внимательно смотрела на Ранью в попытке разобраться, говорит она искренне или просто хочет отвлечь внимание: - Ранья, почему твой отец сказал, что в произошедшей аварии есть его вина? - Что? – девушка почувствовала, что её застали врасплох, и этот тут же отразилось на её лице. - Говори всё, что знаешь! – решительно потребовала Жади. – И не обманывай меня! Ранья опустила глаза и стала внимательно изучать асфальт. - Ранья! – Жади говорила очень тихо, но девушка отчего-то испытала нечто похожее на ужас. – Или ты сейчас начнёшь говорить, или поднимешься и уйдёшь навсегда! - Я не хочу строить догадки, Жади, и клеветать на незнакомых мне людей, - Ранья вздохнула. – Это мне не свойственно. - А что тебе свойственно? Разрушать чужие семьи? - Жади, ну зачем ты так говоришь? – Ранья спрятала лицо в ладонях, чтобы Жади не заметила, как слёзы катятся из её глаз. Умом она понимала, что в Жади сейчас говорит обида и непонимание того, что будет дальше. Возможно, позже, когда они во всём разберутся, она пожалеет об этом и извинится. - А ещё семейный психолог, - «добила лежачего» Жади. - Я сделаю вид, что не слышала этого, - через некоторое время ответила Ранья. – Я понимаю твои чувства, но мне тоже непросто! Мой отец плетёт интриги за моей спиной и даже не интересуется тем, какие могут быть последствия! Услышав, как изменился голос её подруги, Жади наконец-то взглянула на неё. Ранья выглядела сейчас намного более потерянной. Жади вздохнула. Ранья может себе позволить вести себя как девочка, однако Жади гораздо старше. Ей следовало бы проявить хоть немного мудрости. - Прости меня, Ранья. Ты сама видишь, что происходит. Я немного утратила самообладание. Но, пожалуйста, расскажи мне хоть что-то! Меня разбудили посреди ночи и сказали, что мой муж, которого я видела утром, попал в аварию. Я провела здесь всю ночь и не знаю, чего ожидать. Когда Саид проснётся, он вряд ли станет посвящать меня в подробности произошедшего. - Честное слово, Жади, я знаю очень мало. Вчера днём мне удалось подслушать, как отец говорил с кем-то по телефону. Судя по тому, как он начал злиться, говорил он с Саидом. - К Саиду прилетела делегация из Дубая, - припомнила Жади. - Да! Отец что-то стал говорить про Дубай, - Ранья стала вспоминать. – Что-то про отсутствие перспектив… Жади внимательно смотрела на Ранью и молча ждала продолжения рассказа. - Потом он позвонил Леонидасу Феррасу и стал уговаривать его встретиться с ним. Он назвал место встречи, как раз недалеко от больницы. Ты ведь знаешь, что сеньор Леонидас тоже пострадал от этой аварии, и он находится здесь? - Здесь? – повторила Жади. - Да. И это немного странно, ведь после того, как отец поговорил с сеньором Феррасом, он попросил меня выйти из комнаты и стал звонить ещё кому-то. - Может быть, Саиду? – предположила Жади. - Нет, не думаю, - Ранья отвела взгляд в попытке вспомнить побольше деталей. – Я только услышала, как в конце разговора он закричал: «Делайте, что хотите, но задержите их!» Это всё, что мне удалось узнать. - Но не мог же сеньор Леонидас оказаться в Фесе так быстро, - стала рассуждать Жади. - Нет, не мог, - согласилась Ранья. На секунду она задумалась, после чего воскликнула: - Жади! Я вспомнила! Ещё перед отъездом Саида в командировку мой отец договаривался со своим другом на счёт аренды дома для сеньора Ферраса! - Ты хочешь сказать, что сеньор Леонидас здесь уже несколько дней? – поразилась Жади. – Выходит, что и Лукас тоже здесь, - предположила она. - Это ещё неизвестно. Думаешь, Лукас не попытался бы выйти с тобой на связь? - Но он же не знает, что я теперь живу в другом месте. Надо будет поговорить с Зораиде! Если Лукас здесь, я встречусь с ним и скажу, что между нами всё кончено! - Надеюсь, ты не собираешься делать это прямо сейчас? – усмехнулась Ранья. – Ты нужна Саиду. Слова Раньи в один миг остудили пыл: - Да, ты права, - Жади вздохнула. – Просто я хочу, чтобы мы во всём разобрались. До сегодняшнего дня я сомневалась, но, осознав, что я могу потерять Саида, я поняла, что действительно полюбила его. Когда он стал вести себя по-другому, стал прислушиваться ко мне, я почувствовала, что я по-настоящему важна для него. Но такие жертвы мне не нужны! Если каждый раз, когда мы будем сталкиваться с Феррасами, будет случаться нечто подобное… - Аллах убереги! – воскликнула Ранья. - … то пусть сотрудничают, мне уже всё равно! - Жади, тебе нужно успокоиться, - заметила Ранья и приобняла подругу. Жади не выдержала такого накала эмоций внутри и разрыдалась. Ранья просто молча гладила её по голове. Она понимала, что в Жади сейчас бушует гнев, в результате чего она может сделать много ненужных действий. - Поплачь, тебе станет легче, - приговаривала Ранья. Жади и Ранья довольно долго сидели на скамейке во дворе больницы. Они просто сидели молча, и каждая размышляла о своём. Ранья пыталась понять, какие мотивы двигали поведением её отца, а Жади думала о том, как ей поскорее разрешить ситуацию с Лукасом. Окончательно успокоившись, подруги решили вернуться в палату Саида. Когда они вошли, сеньора Асефа уже не было, а вот Саид проснулся и молча смотрел в потолок. Ранья поняла, что она здесь будет лишней и попрощалась с Жади: - Я найду отца, и мы уедем. Если что-нибудь узнаю, то сообщу тебе. - Спасибо, Ранья. И прости меня за грубость. - Ничего страшного. Ещё неизвестно, как бы я повела себя на твоём месте. - Ещё увидимся, - Жади улыбнулась и, когда Ранья исчезла в коридорах больницы, женщина взглянула на мужа. Она не могла понять его настроения, поэтому не придумала ничего лучше, чем спросить: - Как ты себя чувствуешь? Саид, кажется, удивился, что жена всё ещё рядом с ним, однако при попытке повернуть к ней голову, он болезненно поморщился: - Голова болит и сильно кружится. Жади почувствовала, как что-то сжалось внутри. Она не привыкла видеть Саида таким. И она понимала, что сейчас не самое лучшее время для расспросов, поэтому лишь спросила: - Я могу тебе чем-то помочь? - Попроси у медсестры обезболивающее и стакан воды. - Хорошо, сейчас принесу, - с готовностью откликнулась Жади. Когда она подошла к сестринскому посту и заговорила с медсестрой, то произошло сразу две вещи: её заметил Лукас, которого, по всей видимости, отец тоже отправил за обезболивающим, и это увидела лара Назира.