Не отпускай меня

После визита в общежитие и общения с Шейном вопросов осталось больше, чем ответов. Я стояла в коридоре, уставившись на закрытую дверь, которую явно мне больше никто не откроет. Настроение испортилось; вся в растрепанных чувствах, я не знала, что мне делать дальше, как на мой телефон позвонили. На экране высветилось имя «Маршалл», и я ответила на вызов. — Ты что-то хотел? Я думала, ты в отпуске, — сухо и даже немного грубо сказала я, поразившись своему тону, но, видимо, сказалось общее раздражение. — Я… да. Я звоню сказать, что ты можешь вернуться к себе в квартиру, — явно обескураженный моим холодным тоном в его адрес, ответил Маршалл. — Я тебя поняла. Спасибо, что сообщил. — Андреа, я бы хотел ещё раз там всё осмотреть, комнату Тома по-прежнему трогать нельзя, но в остальном всё уже в порядке. — Хорошо, как освобожусь — напишу тебе, и встретимся у квартиры, — сказала я и, не дождавшись ответа, завершила вызов. «Наконец-то скоро я буду дома», — подумала я и направилась к выходу из общежития. Мне нужно было заехать к Эдриану и забрать свои вещи. Я вызвала такси. По дороге я прокручивала диалог с Шейном, и тревожные мысли снова вернулись. Что он имел в виду, говоря, что записи в дневнике брата — это большой секрет и что все, кто обладает этими знаниями, в большой опасности? Всё это мне ещё предстояло выяснить, прочитав записи брата, и я крепче прижала его дневник к груди. Погруженная в свои мысли, я не заметила, как пролетели полчаса и такси остановилось у дома Эдриана. Я расплатилась с водителем, зашла внутрь дома, отметив тишину, подумав, что никого ещё нет, и направилась прямиком в свою временную комнату, так любезно выделенную мне Эдрианом, чтобы собраться. Достав спортивную сумку, я начала складывать свои немногочисленные вещи. Когда я уже почти закончила, за моей спиной раздался голос. — Андреа, ты куда-то собираешься? От неожиданности я вздрогнула и еле сдержала крик, слабо пискнув, медленно оборачиваясь, ведь была полностью уверенна, что нахожусь в доме одна. Увидев мое состояние, Эдриан обеспокоенно сказал: — Эй, ты чего? Это всего лишь я. Что-то случилось? — Всё в порядке, просто ты немного напугал меня. Я думала, что одна тут, — пробормотала я. — Я был в душе, поэтому ты меня и не заметила, — чуть улыбнувшись, сказал Эдриан. И только сейчас я обратила внимание на то, что он стоит в дверях моей комнаты в одном полотенце. Капли воды стекают по его густым тёмным волосам, попадая на идеальный торс, скользя по мужественной груди вниз и дальше — по идеальному прессу, теряясь в ткани белоснежного махрового полотенца, низко посаженного на бедрах. От этой картины мои щёки сразу залил румянец, и я отвела свой смущенный взгляд от его идеального тела. От глаз Эдриана не скрылось моё смущение, и он сказал: — Я тоже думал, что один, и позволил себе пройтись по дому в таком виде. — Ничего страшного, это же твой дом, и ты можешь ходить тут как тебе угодно, — всё ещё не поднимая глаз, ответила я. — Так куда ты собираешься? — повторил свой вопрос Эдриан, переводя тему, чтобы снизить градус неловкости. — Мне позвонил Маршалл и сказал, что я могу вернуться в свою квартиру. — А там тебе не будет одиноко? – с лёгким беспокойством в голосе поинтересовался Эдриан. — Не переживай, я справлюсь, и стеснять вас мне неудобно. — Ты никак не стесняешь ни меня, ни мать. — Зато Коре я явно не нравлюсь. — Ты о том случае на кухне? Она просто была не в настроении. — Эдриан, я всё слышала, и там явно что-то большее, поэтому мне лучше уехать, раз подвернулась такая возможность. Я правда благодарна тебе за то, что не оставил одну. — Ты же знаешь, что я никогда не оставлю тебя, и неважно, какой статус у наших отношений. Я посмотрела в пронзительные серые глаза Эдриана, в которых так отчётливо читались забота, трепет и искреннее беспокойство за меня. От этого взгляда моё сердце пропустило удар. Я подошла к нему и коснулась рукой щеки, не прерывая зрительный контакт. — Знаю и благодарна тебе за это, — прошептала я. От моего прикосновения он зажмурился как довольный кот на солнце, а на лице заиграла милая улыбка. Когда я убрала руку, он открыл глаза и серьёзно сказал: — Я не хочу, чтобы ты уезжала. — Почему? — вырвалось у меня. — Я не хочу снова потерять тебя. Всего одно предложение, несколько слов, но сколько в них было вложено. Однажды мы уже отпустили друг друга, отдалились, стали словно чужие; но за это короткое время, что я пробыла у него в гостях, я вспомнила все тёплые моменты, что мы пережили вместе. Снова ощутила его заботу. Снова захотела видеть его рядом с собой и не как друга. Старые чувства всколыхнулись во мне, к ним добавились новые, и, перестав отрицать очевидное, я прошептала: — Так не отпускай меня больше. Доля секунды — и я тону в его объятиях, а наши губы встречаются в нежном и долгом поцелуе. Он целует меня так чувственно и нежно, будто боясь, что я вот-вот растаю в его сильных руках. Когда воздуха в лёгких почти не остаётся, мы прерываем поцелуй. Его серые глаза, потемневшие от желания, неотрывно смотрят на меня, пока мы переводим дыхание, а затем — новый поцелуй, но уже не такой робкий. Его руки скользят по моему телу, снимая рубашку и откидывая её куда-то в сторону. Эдриан подхватывает меня на руки, несёт к кровати, не прерывая поцелуи, мягко опуская на неё, и уже сам хочет опуститься следом, но я останавливаю его. Я смотрю на него снизу вверх, облизывая свои губы, и он всё понимает, оставшись стоять на месте, позволяя сделать то, что я хочу. Мои руки тянутся к узлу полотенца: одно ловкое движение — и оно падает на пол, оставляя Эдриана полностью обнаженным передо мной. Я непроизвольно закусываю нижнюю губу, видя, как он уже возбуждён, и в нежном прикосновении прохожусь своей ручкой несколько раз по члену от головки до основания, заставляя его шумно выдохнуть и прикрыть глаза. Сделав ещё несколько движений рукой, я обхватываю головку губами и по кругу прохожусь языком по чувствительной коже. Эдриан не сдерживается и приглушенно стонет, запустив пальцы мне в волосы, нежно поглаживая кожу на затылке, и я полностью погружаю его член в рот. Я ритмично двигаю головой, периодически ненадолго прерываясь, чтобы пройтись языком от головки до основания, а затем снова полностью погружаю его в свой рот. Спустя время Эдриан мягко тянет меня за волосы, призывая отстраниться, и я прерываю свою ласку, посмотрев на него. Смотря мне прямо в глаза, он мягко опускает меня на кровать, перехватив мои запястья одной рукой и заведя их над головой, и начинает осыпать кожу дразнящими поцелуями. Я чувствую их везде: шея, ключицы, плечи. Дойдя до груди, он проходится языком по ареоле соска, а затем полностью погружает его в рот, нежно прикусив. По телу пробегает волна мурашек, и я прогибаюсь в пояснице, застонав. Эдриан продолжает спускаться поцелуями вниз по моему телу, руками освободив меня от джинс и белья. Ласково разведя мои ноги чуть шире, припадает губами к моему клитору, ритмично задвигав языком. Я выгибаюсь, подаваясь ему навстречу, сминая простыни в ладонях, и громкий стон срывается с моих губ. С каждым новым движением его языка внизу живота возрастает тягучее удовольствие. Я шепчу его имя пересохшими от частого дыхания губами, умоляя не останавливаться. Мои ножки начинают подрагивать, и Эдриан понимает, что я близка к оргазму, и плавно вводит в меня два пальца, начав ритмично двигать ими внутри, продолжая массировать клитор языком. Это становится последней каплей, и, сильно прогнувшись в пояснице, я содрогаюсь всем телом, громко простонав его имя в оргазме, обессиленно падаю на влажные простыни, тяжело дыша. Эдриан заканчивает свою ласку и наклоняется надо мной — любуется. В его потемневших от желания глазах цвета мокрого асфальта я вижу не только страсть, но ещё и восхищение с нежностью, и сама тянусь к его губам. Мы сливаемся в чувственном и долгом поцелуе. Одно уверенное движение Эдриана — и все границы между нами стираются. Мы становимся одним целым, двигаясь в унисон. Плавно, глубоко, трепетно. Я полностью растворяюсь в нём, а он — во мне. Стоны губы в губы. Нежные прикосновения, сплетение тел, единение душ и нарастающее наслаждение, с каждым новым движением готовое полностью поглотить. Я не выдерживаю первой и, выкрикнув его имя, содрогаюсь всем телом, отдаваясь во власть оргазма, обрушившегося на меня. Мои мышцы сокращаются, плотно сжимая внутри член Эдриана, и он тоже кончает, на выдохе произнося моё имя. Мы замираем на мгновение, пытаясь отдышаться, а затем разрываем контакт, падая рядом на кровать. Немного придя в себя, Эдриан заключается меня в объятия, целуя у виска, я прижимаюсь к нему ближе, и мы лежим так, пока наши сердца не начинают биться с привычной скоростью. Мой телефон начинает пищать, оповещая о новом смс. Эдриан отпускает меня, позволяя дотянуться до телефона, и я снова падаю в его объятия, открывая сообщение. «Андреа, уже вечер, мы встречаемся у твоей квартиры сегодня?» «Упс», — проносится в моей голове, и я непроизвольно закусываю нижнюю губу. Эдриан внимательно смотрит на меня, немного хмуря брови. — Что Маршаллу от тебя нужно? — А откуда ты знаешь, что смс от него? — приподнимая бровь, интересуюсь я. — Случайно увидел отправителя, когда ты открывала смс, — недовольно отвечает Эдриан. И тут я всё понимаю: он ревнует и не может скрыть это, — и непроизвольно начинаю улыбаться. — Не ревнуй, прошу. Маршалл просто помогает в расследовании, и мы должны были встретится у меня на квартире, чтобы он ещё раз осмотрел комнату Тома, вот и всё, — говорю я и щелкаю его по носу. Он сразу перестаёт хмуриться и улыбается мне. — Тогда напиши ему, что сегодня ты занята и мы встретимся с ним завтра. — Мы? — Да, мы, Андреа, потому что больше я никогда не отпущу тебя, — говорит Эдриан, смотря на меня глазами, полными любви и нежности. Я быстро набираю ответ, отбросив телефон в сторону, нахожу его губы своими и прерываюсь лишь на мгновение, чтобы прошептать Эдриану в губы: — Я тоже больше не отпущу тебя. Больше мы не разговаривали и уснули совсем нескоро, но на лицах обоих играла улыбка. Мы снова вместе, и, хоть не произнесли это вслух, каждый из нас понимал это.