Распределяющая Шляпа

Гермиону выписали из Больничного крыла спустя два дня. За это время Дамблдор приказал эльфу накупить ей вещей, учебников и прочего. Как выяснилось, девушка в этом времени знала ещё и профессора Слизнорта. Поэтому фамилию Грейнджер было решено укоротить до Грей. Слизеринцы поклялись не рассказывать о гостье, ведь самим было интересно узнать больше о будущем. На завтрак пятницы было решено привести и Гермиону, которая встала возле Дамблдора, державшего Распределяющую Шляпу. — Внимание! У нас с вами появилась новая ученица седьмого курса из Шармбатона. Её родители решили вернуться на родину, чему наша школа несказанно рада, — Том и Долохов переглянулись и улыбнулись, профессор умел врать, когда этого требовала ситуация. Эйлин и Орион вопросительно посмотрели на Эйвери, который просто двинул плечами. Шестикурсники помнили, что девушка взялась из ниоткуда, но решили вопросов не задавать. — Профессор Дамблдор, я столько видела на войне. Шляпа может отправить меня на другой факультет? — Есть такая вероятность, мисс Грей, но, если так произойдёт, ищите выгоду. — Мисс Гермиона Грей, прошу! — закончив речь, попросил Директор. Гермиона опустилась на стул, и Дамблдор надел на голову шляпу, которая начала рассуждать почему-то не в голове ведьмы, а вслух. – Какая отвага! Бесстрашие! Ум! Рассудительность! Если бы Вам было одиннадцать, я бы подумала над Когтевраном и Гриффиндором, но теперь ни один из этих факультетов Вам не подходит. Что-то надломилось внутри Вас, мисс. И это что-то заставило стать Вас расчётливой и хладнокровной. Несомненно — Слизерин! — Что? — спросила в ужасе девушка и посмотрела на Дамблдора, который снял с неё шляпу. — Они уничтожат меня, я магглорождённая. — Они об этом не знают, кроме шестерых ребят. Им интересно, они будут молчать. Том ликовал, так благосклонно судьба давно к нему не поворачивалась. Девушка встала со стула и на ватных ногах пошла к слизеринскому столу. — Гермиона, садись! — Том позвал к себе, и ей ничего не оставалось, как ответить улыбкой на улыбку, садясь между Томом и Антонином. — Видимо, моя заслуга в том, что ты попала на Слизерин? — Скорее, его чокнутой невестки! — она кивнула в сторону Лестрейнджа. — Ты чистокровная или полукровка? — спросила Эйлин. — Чистокровная! — заявил Том. — Чего пристала? — А где твой французский акцент? — спросил Орион. Гермиона ответила ему по-французски, и Лестрейдж подавился со смеху вместе с Ноттом, Эйвери и Розье. — Красиво послала, — произнёс Розье. — Это Орион Блэк, — Гермиона сразу поняла, на кого был похож Сириус. — А это Эйлин Принц, — вот тут у девушки лицо стало серьёзнее, и она вспомнила Снейпа, убившего Дамблдора. — Ты их знаешь? — спросил Том. — Их детей, — коротко ответила девушка и принялась есть. — Ты ничего больше не узнаешь от меня, и Василиском попрошу не пугать, была в оцепенении от него и пережила. Мой друг в двенадцать лет убил твою зверюшку. — Врёшь! — возмутился Реддл, но Гермиона только победно улыбнулась и принялась есть. Том смотрел на Гермиону и, если бы не знал, не сказал, что ведьма магглорождённая. Он видел, что она сильна, видел, что бесстрашна. Вначале слизеринец созерцал страх в её глазах, но сейчас видел решительность. Гостья из будущего собралась его убить, но сможет ли поднять руку? — Давай я покажу тебе спальню? — предложила Эйлин. — Да, у него явно не её характер, — пробубнила себе под нос, но Том услышал. — С удовольствием. Когда Гермиона вошла в слизеринскую гостиную, почувствовала холод. И это был не холод подземелья, она была чужой на этом факультете, но Шляпа сказала, что внутри что-то сломалось. Наверное, наивность и вера в светлое будущее. — Вот твоя спальня. Кстати, это была раньше кровать Вальбурги Блэк. Она выпустилась пару лет назад. — А тебе кто-то нравится в школе? — Вообще-то, да. Ты видела, какой красавчик Долохов? — Красавчик? Да он опаснее кобры! — возмутилась бывшая гриффиндорка. — Согласна, но он такой интересный. Другой. — А среди магглов? — Ты что? — Эйлин покраснела, и Гермиона поняла, что отца Снейпа слизеринка точно уже знает, только гостья из будущего не могла понять, почему Принц выбрала Снейпа, а не Долохова. — Нам, чистокровным, нельзя мешать кровь с магглами! — девушки вышли из спальни и направились к камину. – А у тебя были парни? — Один болгарский Чемпион по квиддичу — ловец! — гордилась Гермиона, вспоминая Виктора. — Но встречаться начала с другим. С рыжим. — Как Уизли? — спросил Эйвери, усаживаясь в кресло у камина. — Да. — У тебя ужасный вкус на мужчин! — ответил Том. — Ты знаешь Уизли? — удивилась Эйлин. — Да их рыжие макушки и во Франции знают, — Гермиона поняла, что чуть не спалилась. — Ладно, я пойду на занятия. Ребята тебя проведут. — Что у тебя сейчас, грязнокровка? — спросил Нотт, ухмыльнувшись. — Меня Малфой столько обзывал этим словом, что я уже не реагирую. Закалил. ЗоТИ, трансфигурация, нумерология и зелья. — Всё со мной, — заявил Том, улыбнувшись. — И со мной, — добавил Долохов. — Блестяще, — и пару матов добавила на французском, что вызвало улыбку всех шестерых слизеринцев. — Том, а как приняли полукровку на факультете? — Со страхом, — ответил парень. — Ты парселтангом всех запугивал? Том удивлённо изогнул бровь, а Гермиона взяла учебники и направилась к выходу. Реддл улыбнулся, и в глазах появился огонёк озорства. Все девушки обходили его холодную душу стороной, ведь змееуст и сам никого к себе не любил подпускать больше чем на одну ночь, но гостья из будущего заинтриговала. Гермиона вошла на нумерологию с Томом и Долоховым, села за парту, и ребята обсели её с двух сторон. Она тяжело вздохнула и опустила взгляд на руку Тома. Гарри рассказывал о фамильном кольце Мраксов, которого уже не было. Значит, его отец и все родственники по обе стороны мертвы. Слизеринец не спешил её отрезвлять от мыслей. — Что-то ищешь? — Кольцо твоей матери, — коротко ответила девушка, встретившись с тёмным взглядом. — Не пытайся меня запугать. Ради победы я стёрла родителям память и отправила прочь с континента. Мне нечего терять, Том. Я осталась одна. — А твой Уизли и парень, убивший мою змею? — У Рона всегда есть запасной вариант по имени Лаванда, а Г… второй влюблён в сестру Рона. — Думаю, ты заблуждаешься, или он хорошо врёт. — Мы больше брат и сестра, нежели потенциальная пара… — Гермиона задумалась. Гарри всегда вёл себя с ней по-братски, но вспоминая их танец, побег от Нагайны в Сочельник, лёгкие поцелуи в щёку, ведьма в ужасе уставилась на Тома, который победно улыбнулся. — Если он мой враг, то отобрать тебя — означает победить. — Уважаемый Лорд Волдеморт, я Вам не по зубам. Долохов прыснул от её обращения. Реддл не ответил, а только ухмыльнулся. Гермиона почувствовала на себе чужой взгляд и обернулась. — Кто это? — Уизли и Пруэтт — лучшие друзья и гриффиндорцы, — ответил Долохов. — Серьёзно? Я их уже не застала. А чего они так на меня пялятся? — Они насилуют всех, кто за себя постоять не может, у них крыша над головой — Дамблдор! — ответил Антонин. — Враньё! — Ты веришь Дамблдору напрасно, — произнёс Том, сжимая кулаки. — Я, конечно, бессердечный, но над убийствами задумался впервые здесь на втором курсе, — больше Реддл ничего не сказал. — Что он скрывает? — Он никому не сообщает, – ответил Антонин. Он лгал, и чародейка поверила. Девушка посмотрела на гриффиндорцев ещё раз, и те улыбнулись ей. Поспешно отвела взгляд и перевела дыхание. До конца урока Том сидел молча, но Гермиона не верила его игре. Следующим уроком была трансфигурация с Дамблдором, и Реддл весь урок провёл как ни иголках. Гермиона не понимала его ненависти, но когда Альбус остановился возле Тома и положил руку на плечо парня, у Реддла затряслись руки. Долохов, сидевший возле Гермионы, удивлённо вскинул бровь, а Гермиона не понимала происходящего. После урока Лорд молнией оставил класс, чему удивились даже друзья. — Давно он таким не был, — произнёс Лестрейндж. — А когда последний раз? — На четвёртом курсе. Всё длилось три года, а потом Василиск, и всё такое — успокоился, — прошептал Розье по-французски, чтобы меньше кто понимал. — Мисс Грей, задержитесь, — радушно попросил Дамблдор, и девушка улыбнулась профессору, а слизеринцы недовольно оставили кабинет. — Я нашёл книгу о Временных петлях. Вот. Может, найдёте ответы на свои вопросы. — Благодарю, профессор. А Том Вас боится, чему я радуюсь! — Как и я. Он слишком опасный, и я заметил это ещё… — В приюте! — перебила его девушка. — Знаю. Если я не смогу его убить, я сделаю всё, чтобы спутать его планы и досадить ему. — Я верю Вам. Как у Вас на личном фронте в будущем? — Я и Рон Уизли… — Уизли? — спросил рыжий за её спиной, и она удивлённо обернулась. — Я не мог оставить Вас без присмотра, дорогая. Когда Вы заикнулись об Уизли, я подумал, что двое лучших учеников Гриффиндора могут Вас защитить. — Спасибо, — девушка сияла и улыбнулась парням. — Теперь понятно, почему вы на меня так пялились, а Долохов заявил, что вы насильники. — Долохов? — спросил второй рыжеволосый. — Нашла кого слушать. — Я не верю им. Они скажут что угодно, чтобы узнать будущее и победить. Не допущу. Так как вас зовут? — Я Игнотус Пруэтт. Гермиона тяжело вздохнула. Она помнила о дяде Молли Уизли, который остался рано вдовцом и никогда больше не женился. — Ты уже встречаешься с…? — она запнулась. — Я холост, но ты, видимо, знаешь, кто моя будущая супруга, верно? — Да. Мерлин обошелся с вами жестоко. — Может, мы где-то провинились, — радушно улыбнулся парень. — Но мне нравится Лукреция Блэк, она закончила учёбу с Вальбургой. Ждёт меня. Гермиона просияла от этого ответа, и парень понял, что попал в точку. — Так, а я Билиус Уизли. — А Септимус? — Уже выпустился из школы и женат на Седрелле Блэк. — Рон — внук твоего брата. — Хороший выбор, — Билиус был доволен. — Значит, моя семья — твои друзья? — Ну семья Игнотуса тоже мои друзья. — Чудно! Не переживай, мы дали Непреложный Обет и никому никогда ничего не расскажем, — заверил девушку Пруэтт. — Мы оберегаем своих. — Я слизеринка. — Гриффиндорка, а то, что твоя душа потемнела, виновата война, — произнёс Билиус Уизли. Гермиона была счастлива и обняла Дамблдора, который ответил девушке объятиями. — Вы не одна. Я помогу, даже если покину страну. — Болгария, — прошептала девушка и отступила от профессора, который понял, что именно там он одолеет Грин-де-Вальда. — Спасибо. Бегите на зелья. Тем более что профессор Слизнорт в будущем Вас будет знать, постарайтесь не бросаться ему в глаза. — Пойдём, мы тоже сейчас на зелья идём, а после — на Защиту, — произнёс Билиус. Гриффиндорцы увели слизеринку в класс профессора Слизнорта. Там её уже заждались слизеринцы. Когда перед девушкой открыл дверь Игнотус, то Том не поверил своим глазам: Гермиона оживлённо болтала с ними, а парни отвечали улыбками. — Гермиона, они не лучшая для тебя компания! — заявил испуганно Розье. — Кто бы говорил! — ответил Уизли. — Я дружу с их семьями, — произнесла девушка, становясь возле котла. — Тогда тебя используют! — шикнул Лестрейндж. — Мы её защита от вас, — пропел Игнотус. — Тем более не нужно, чтобы Слизнорт её запомнил. Пусть стоит возле нас. — Они правы, — ответила гостья. — Ему можно подправить память, и Дамблдор в этом специалист, — фыркал Нотт. — Слизеринцы — это как клеймо для Гриффиндора. Тебе не место среди них, даже Шляпа так сказала, — подметил Эйвери. — Я думаю… Гермиона запнулась, увидев взгляд Тома. Гнев, ненависть, презрение — всё смешалось, когда он глядел на Уизли и Пруэтта. Долохов что-то прошептал Реддлу на ухо, и тот отвернулся. — Гермиона, не глупи! — рыкнул Антонин. — Не связывайся с плохой компанией. — Я это и делаю. Вы — Пожиратели, они — будущее света, — девушка подошла к гриффиндорцам, а Долохов тяжело вздохнул. — Доброе утро, класс! Очень рад всех вас видеть. Том, Вы сегодня серьёзны как никогда. — Расту, профессор, — Гермиона закатывала глаза от игры Реддла. — Сегодня мы будем готовить Веритасерум. Кто расскажет мне о составе? Гермиона и Том одновременно подняли руки. — Том, я хотел бы познакомиться с новой ученицей. Прошу, мисс…? — Грей, сэр. Том не слушал Гермиону, а глядел на плотоядные взгляды гриффиндорцев в адрес девушки. — Сама будет виновата, — заявил Нотт. — Согласен, но представьте, как одурачил всех Дамблдор в будущем, а я ему, по всей видимости, хорошо подыграл. Девчонку нужно раскрутить на откровенный разговор, вот только как… — Блестяще, мисс Грэй. Пять очков Слизерину. Том, попрошу Вас рассказать о свойствах зелья. — Конечно, профессор. После урока Гермиона шла вниз, в подземелье, когда кто-то сильный припечатал её к стене. — Пусти меня, змей! — шипела волшебница. — Ты не тем доверилась. Как только Дамблдор уедет, тебя трахнут и сотрут память. Уизел и Пруэтт не прощают смены флагов. — Как будто тебе можно верить! Ты стольких погубил, из-за тебя так много людей погибло. Мой друг даже не помнит своих родителей, а твоя чокнутая Беллатриса, — Гермиона снова показала шрам, — с сыновьями Лестрейнджа и Крауча довела до безумия родителей второго моего друга! Ты истребил весь род Блэков! А Седрик — вообще невинная жертва. Я слишком многого насмотрелась, чтобы верить бессердечной твари, убившей собственную семью! Том слушал, не пропуская ни словечка. Пока он переваривал услышанное, девушка вырвалась и пошла в гостиную Слизерина. Гермиона вошла в спальню и зарычала от злости. Эйлин тихо вошла и закрыла за собой дверь. — Ты что-то хотела? — Что между тобой и Томом? Вы знакомы, верно? — Можно и так сказать. Я его ненавижу. — Мне так не показалось. Ты разговариваешь с ним, и твои глаза светятся. — Ага, от жажды убийства. К чему ты клонишь, Эйлин? — устало спросила гриффиндорка. — Просто хочу предупредить, что все девушки для него — только способ снять напряжение. Он никогда не повторяется. Стоит затащить к себе в койку — интерес к тебе пропадёт. — Хорошая новость, может… — Гермиона! Я не шучу! — взгляд Эйлин напомнил Грейнджер Снейпа, и она невольно улыбнулась. — С этой шестёркой никто не хочет иметь дело. Они слишком опасны. — А гриффиндорцы? — Ты об Уизли и Пруэтте? — гостья кивнула головой. — Лично я не знаю, но говорят, они хорошие парни. На Гриффиндоре пользуются авторитетом, Игнотус — староста. — Спасибо, а сейчас я хотела бы посетить библиотеку. — Конечно. Гермиона взяла книгу Дамблдора и отправилась в Святыню. Когда девушка села читать, то её глаза полезли на лоб, и она не заметила, что над ней стоит Том и тоже читает. — Значит, — она дёрнулась, — это временная петля, которая появляется при сильном выбросе магии. Ты исчезнешь в тот день и час, который был в твоём времени. — Да. Терпеть меня придётся до апреля. — Ты могущественная. — Но ты истребляешь таких, как я. Егеря убили отца Доры, ведь он, как я. — Наверное, я много совершу ошибок и совсем не буду каяться. — В точку, как и сейчас. — Послушай меня, Грейнджер… — Грей! — Грейнджер, — девушка закипала, а Реддл улыбался. — Без меня ты умрёшь в этих стенах. Я предлагаю тебе дружбу и защиту. — У меня это есть. — Я умею ждать. Когда окажется, что ты игрушка в руках гриффиндорцев, не успеешь меня позвать. — Я и в твоих руках игрушка. — Скорее, ты для меня очень ценный и редкий экземпляр книги. Но я не буду принуждать тебя к чему-то, я хочу, чтобы ты была в моих рядах. — Я — грязнокровка, Реддл! Девушка встала и ушла, а Том рассержено постукивал пальцами по столешнице. Он знал, что девушка прибежит, но когда? У неё и так психика расшатана. Не желая себя нагружать, парень пошёл в башню, под дверью которой стоял Дамблдор. Слизеринец затормозил и вытащил палочку. — Я не драться пришёл, Том. — Зато я с радостью запущу в Вас Круциатусом. Вы в будущем хорошо устроились, профессор! — Получше тебя, — победно произнёс маг. — Я лучше стану психом и фанатиком, но убью тебя, тварь! — В одиночку тебе не победить. Девушка намерена если не устранить тебя, то узнать все твои секреты. Это моя ученица. Я её наставник. Мои корни слишком глубоко вошли в неё, Гермиона не усомнится во мне, а вот тебя она знает только как убийцу. — Плевать. Я открою ей правду. — Ты столько лет молчал, мальчик, — Альбус подошёл вплотную, и палочка упёрлась в его горло, — и будешь молчать. Ты боишься прошлого. Боишься вспоминать, — Дамблдор очертил скулы юноши, и тот ступил шаг назад, начав тяжело дышать. — Я не умру и не успокоюсь, пока ты и твои последователи будете живы. Я уничтожу тебя, Альбус Дамблдор! — Ты погибнешь в своём гневе, в своём одиночестве. Ты не способен любить, и тебя никто никогда не полюбит. Ты никому не нужная вещь, Том. Ты рождён, чтобы не править, а умирать в агонии подо мной. — Теперь я понимаю, почему тебя бросил Грин-де-Вальд. Он, наверное, был в шоке, когда ты сестру убил, а после перепихнуться предложил! — Не перегибай палку, Том! — Я не боюсь говорить правду! — А отвечать как будешь? На спине или животе? — ледяной взгляд профессора заставлял сердце слизеринца стучать сильнее, но Том хорошо держал ментальные щиты и сохранил прежнее выражение лица. Будущий Тёмный Лорд снова сделал шаг назад, а Дамблдор улыбнулся. — Будешь настраивать Гермиону против меня, и мои ребята с ней разберутся, — Реддл сглотнул. — Если не хочешь, чтобы её постигла участь похлеще твоей, молчи. — Однажды я тебя убью, насильник хренов! Дамблдор расплылся в улыбке, взмахом руки выбил палочку из рук Тома и прижал парня к стене, яростно целуя в губы. Реддл зашипел, и стихийная магия ветра отбросила профессора. — Моя сила растёт! Я наследник Салазара Слизерина, наследник Певерелов и Мраксов, ты больше не можешь насиловать меня, когда захочешь! — Я и так два года тебя не трогал. Думал, ты одумаешься, а ты… — Не ври! Если бы не Гиллерт, ты бы трахал меня и дальше! Его двойной побег заставил тебя бояться! — Я выиграю эту битву, так сказала мисс Грейнджер. — Пусть! Но войну со мной ты проиграешь! Её лучший друг — сирота, как ты его не трахнул? — Видимо, её друг должен убить тебя, Том. Я создал тебя такого могущественного, ты принадлежишь мне, мальчик. А будешь противиться — я тебя уничтожу. — Посмотрим, профессор! Дамблдор снова подошёл, но Том уже призвал палочку. — Поговорим, когда я вернусь. Тебе от меня не сбежать. Ты только мой, Том! А насчёт Гермионы запомни: она будет изнасилована и убита, если ты откроешь свой горячий ротик, который хорошо умеет отсасывать! — Пошёл вон! — крикнул Том, и его глаза заискрились магией. — Клянусь, я снова открою Тайную комнату! — Пустые угрозы, — вздохнул профессор. — Твой змей так и не смог одолеть меня, лишь случайно убил магглорождённую девочку, и ты не рискнёшь школой ради мести. Если Хогвартс закроют, ты вернёшься в приют! — Лучше смерть! Хотя я уже бессмертен! Я не успокоюсь, пока последний твой прихвостень не будет спать в земле. — Не разбрасывайся обещаниями, мой сладкий мальчик. — Я не твой и не сладкий! — Ты всегда будешь моим, а не захочешь — пожалеешь. Спокойной ночи, Том. Реддл не сводил взгляд с Дамблдора и не опускал палочку, пока тот не ушёл. Подойдя к портрету спиной, произнёс пароль «Крестраж» и быстро закрыл за собой. Выдыхая, он вспомнил, что Альбус поцеловал его. Побежав в уборную, начал с остервенением полоскать рот, а затем сполз вниз по стене, давая волю всего одной слезинке. — Она узнает. Я должен ей рассказать правду. Всё будет хорошо, и мы свергнем этого козла с его войском, пусть и через пятьдесят лет. Я умею ждать. Ты никогда больше не получишь меня, Дамблдор! Никогда! Реддл прикрыл глаза и попытался закрыть свой разум ментальным щитом. Уизли и Пруэтт — верные псы Дамблдора, поэтому нужно вести себя ещё аккуратней. Если он станет Тёмным, то создаст себе под стать Королеву. Гермиона должна помочь ему выиграть битву, а знает девушка очень много.