prologue - летний бриз

Всё вокруг было в этих чертовых опадших листьях. Ветер уносил их дальше, к морю, тем самым превращая песочный берег в смесь грязи и надломанных веток. Ранняя осень. Море начало волноваться. Там, где они жили, не было выхода к большой воде, только несколько маленьких речек и озёр, поэтому видеть бескрайние просторы было в новинку. Ступать босыми ногами на прохладную липкую гладь — тоже. В целом, ей предстояло проделать огромную работу, и эта минута, оставленная на берегу, была так необходима. Погода начинает портиться. Окна общежития выходят на воду, поэтому находится под взглядом кучи людей становится неприятно. Жалко, что вид из её комнаты не такой красочный, как у некоторых везунчиков. Она целый год будет видеть лишь кампус. Сегодня начинается новый, самый главный этап в жизни, загубить который она не может. — Тебе не холодно? — раздаётся за спиной и девушка оборачивается. Другая девушка, с книгой и пледом в руках, обеспокоенно обращается к ней. — Нет, все в порядке. Она присаживается рядом и укрывается пледом. Люмин старается не смотреть на неё и максимально абстрагироваться. Ей стоит вернуться и начать разбирать свои вещи. — В прошлом году погода была лучше, — бурчит про себя соседка, пряча ноги в шерстяную ткань. Она училась здесь в прошлом году? — Люмин, — и этот факт является поводом для знакомства. — Барбара. Приятно познакомиться, — но руку ей не протягивают. Она все понимает — сама не хочет вытаскивать их из карманов толстовки, особенно в такую холодрыгу. И они затихают. Любуются морем молча, пока сзади, в кампусе, все ещё суетятся приезжие студенты. Приехать раньше было правильным решением. — Я живу на третьем этаже, — говорит Барбара, сильнее укутываясь в плед, — я так рада, а то до этого жила на первом. Тихий ад. Именно на первом этаже и жил её брат. Он писал об этом в письме, которое отправил в ей в самом начале учебного года. — Здорово, а я на четвёртом. Как жаль, что в общежитии нет лифта — таскать коробки было сложно, — девушка потирает свой нос, уже покрасневший от холода, — помог парень. Беннет, вроде. — Он милый, — вставляет свои пять копеек Барбара, — но странный. На этом их диалог заканчивается, девушка берёт в руки свою книгу, открывает нужную страницу с помощью закладки и начинает читать. Люмин, накинув капюшон на голову, наконец-то встаёт со влажного песка, отряхивается, и засовывает грязные ноги в кеды. Обо всем она позаботится позже — сейчас нужно вернуться. Это был обычный университетский городок, занимающий приличную часть территории. Каждый проживающий здесь напрямую относится или к обслуживающему персоналу, например к профессорам, или к студентам. До крупного города минут двадцать езды — совсем немного, но в студгородке и так есть всё нужное для комфортного проживания. Кафе, магазины, даже парочка ночных клубов — все отлично функционирует, оплачивается напрямую из университетской казны. А самое главное — прямо в пешей доступности есть море. Теперь она понимает, почему брат настоял на том, чтобы учиться здесь. Настал и её шанс насладиться той атмосферой, в которой он присутствовал до своего исчезновения. На входе в общежитие стояли толпы коробок, Беннет, тот самый парень, до сих пор помогал оставшимся студентам заселиться. Откуда в нём столько энергии — она не понимала, но, кивнув ему, вошла внутрь. Подниматься на четвёртый этаж было катастрофически сложно, но скорее с непривычки. Её комната находится в самом начале, рядом с лестницей, стоит только повернуть налево. Около двери табличка с нарисованной звёздочкой, которую, видимо, оставил прошлый жилец. Маркер всё ещё был на месте. Люмин достала руку из кармана, одним движением стёрла злополучный рисунок и зашла к себе. У неё не было много вещей, поэтому она приехала практически налегке. В эти три небольшие коробки влезла вся её жизнь, весь накопленный опыт, который надо бы уже разобрать и расставить по местам. Начала она с коробки поменьше — там хранилась одежда. Стук в дверь прервал её. Разговаривать с людьми не хотелось. — Привет! — энергичная девчонка на пороге помахала рукой, — я Паймон! Живу напротив! Её настрою можно было только позавидовать. — Приятно познакомиться, Люмин. — Так вот, Люмин! — девчонка поставила руки по бокам, — я с просьбой. Тряпки не найдётся? В моей комнате такая свинья жила, ужас. Это все убрать надо. Девушка отрицательно мотает головой. — Ах, ну ладно. Если нужна моя помощь — только позови! И дверь закрывается, вновь оставляя Люмин в одиночестве. Только вот, на этот раз она была предусмотрительнее — оставила краткое «не беспокоить» на табличке и провернула замок на несколько раз. С вещами покончила быстро — не прошло и десяти минут. Правда, она их поскидала в шкаф как попало. Девушка никогда не отличалась собой чистоплотностью. Следом пошла другая коробка, побольше, со всякой ерундой в виде канцелярии, книг и прочих безделушек, которые она не хотела брать с собой. Часть из них принадлежала её брату, поэтому она не могла поступить иначе. Внезапно девушка вздрагивает. Под окном раздались крики, которые просто так проигнорировать не получилось. Они были слишком шумными. Блондинка аккуратно высунула моську, решая сперва оценить ситуацию. Их там было двое — на вид молодая парочка. Рослый парень, рыжеволосый, и статная женщина, не выглядящая как типичная студентка университета. Она преподаватель, может быть? — Я и так этим занимаюсь! Не все сразу, Синьора! — он рычал, и казалось, скоро дойдёт до драки, — не лезь туда, куда тебя не просят! Женщина громко усмехнулась. Их вообще не интересует, услышат ли диалог третьи лица? — Я не лезла, если бы ты не накосячил. Тебе напомнить, что случилось в прошлом году, Тарталья? — она проводит рукой по его щеке и Люмин кажется, что она видит что-то интимное. Но они сами же кричат как ненормальные, правда? Лишь дело времени, когда кто-нибудь из студентов высунется, чтобы посмотреть, что случилось. Девушка бегло оглянула все окна — подслушивала только она одна. Неужели больше никто ничего не замечает? Парень морщится от прикосновения и задирает голову. В один момент он замечает её, Люмин только и успевает, что нырнуть обратно в комнату. Сердце бьётся, как ненормальное. Осталась ещё одна коробка. К окну она больше не лезет — страшно вновь оказаться пойманной. Их ругань прекратилась, а за окном уже начало темнеть — вещи уже разобраны и расставлены по местам, поэтому девушка берёт в руки небольшую яркую папку, в которой хранилось нечто другое. Письма от её потерянного брата, Итера.

Дорогая Люмин,

Я знаю, что ты обожаешь письма, написанные от руки, поэтому не могу тебя лишить возможности их читать. Разговоры по телефону, это, конечно, классно, но ничего не сравниться с бумагой, правда? Представим, что у нас нет мобильных?

Это письмо самое первое. За весь год их скопилось десять штук — он писал ей почти каждые две недели. Ему, как и ей, было сложно находиться без своего близнеца.

Я только заселился, разложил вещи по местам. Боже, моя звёздочка, меня поселили на первом этаже, рядом с туалетом, и я постоянно чувствую этот удушающий туалетный запах. Я всегда был неудачником, даже сейчас это не изменилось.

На первый этаж она не заходила. Она боится туда идти, хотя это сделать стоит. До банального — найти его комнату. Люмин не уверена, что получится проникнуть внутрь, но стоит хотя бы попытаться.

Я уже познакомился с некоторыми людьми. Есть очень милая девушка, только её имени я не спросил. У нас будет ещё возможность поговорить.

Блондинка подозревает, что это Барбара. Она же тоже жила на первом, возможно, им и удалось пересечься в самый первый день?

А ещё был парень. Высокий такой, его имя сложное, я не запомнил, хе-хе. Но он классный! Именно он помог мне отыскать эту комнату, иначе бы я так и продолжал плутать между коридоров.

Был ли это человек под окном? Хотя, тут учится очень много людей, и, скорее всего, она просто пытается ухватиться хоть за что-то. Так брата не вернёшь. Всё случилось весной. Оставалось совсем чуть-чуть перед тем, как он приедет домой, закончив учебный год. В один момент она пришла на почту и не получила письмо. Тогда она и не думала, что могло случится что-то плохое. Возможно, его просто загрузили преподаватели, и, когда он Итер освободится, он обязательно напишет. Но и звонки, которыми парень постоянно одаривал родителей, пропали. Он словно в один момент оборвал абсолютно все нити с ними и исчез. А потом был звонок. Её звали Джин, она была следователем. Разговаривали с ней родители — несколько студентов академии обратились в полицию, заметив пропажу Итера. Это была самая долгая весна в её жизни. Подняли на уши весь университетский городок, но так и не удалось найти даже причину исчезновения брата. Ей сказали не ждать — всё указывало на то, что живым его уже не найти. Родители быстро смирились, хоть это и далось им нелегко, сразу приняли его гипотетическую смерть. Только вот Люмин верит, что это не правда. Он жив, и она чувствует это. Между ними крепкая связь, нерушимая. Единственно правильный вариант, пришедший к ней — поехать следом за ним, хоть родители и были категорически против. Для них отъезд дочери в это злополучное место — вторая семейная трагедия. Они не могли потерять своего последнего ребёнка. Забросив учёбу в местном университете, Люмин подала документы сюда, поступив, как и Итер, на археолога.

Мне очень хотелось бы написать больше, но я устал, как собака. Я бы сейчас поспал. Обещаю, что следующее моё письмо будет просто огромное! Читать устанешь, вот увидишь!

С любовью, Итер.

Она не может перечитать всё сейчас — только от первого письма хочется разрыдаться. Но плакать рано — она обязательно дойдёт до истины, и хоть она тоже устала, но стоит спуститься вниз, на первый этаж, и найти комнату её брата. На мгновение блондинка вновь подходит к окну, внимательно оглядывает всю территорию общежития. Замечает, что оно не плотно прилегает к оконной раме, поэтому не закрывается. Так вот почему она единственная слышала эту перепалку. Надо будет обратиться к кому-нибудь, чтобы решили эту проблему. А пока стоило пересилить себя и выйти из комнаты. В коридоре темно, напольные лампы не работали. Ориентироваться пришлось на ощупь, благо лестница рядом. Она подсматривала на другие этажи — проблема с электричеством была только у них. На первом этаже ничего странного не было, но, почему-то, ей сложно находится здесь. На один этаж приходится четыре уборных и душевых, поэтому есть как минимум восемь потенциальных комнат, в которых мог находится её брат. Нужно найти ту самую, но как? — Эй! — её окрикивают. Почему никто просто не оставит Люмин в покое сегодня? — М? — она склоняет голову вбок, тем самым демонстрируя своё недовольство. На самом деле, недовольной она не была. Скорее уставшей. — Потерялась? — девушка обратила внимание, в первую очередь, на глаза. Голубые, тусклые, такие же уставшие, как и у неё. Такие же злые, как и у человека, смотрящего на неё снизу. Это же тот, который спорил. Неловко получается, но просто убежать обратно к себе она не может. — Мне нужна помощь, — она полностью оборачивается к нему, становясь лицом к лицу. Парень внимательно оглядывает её, щуря глаза. От такого досконального взгляда становится тошно. Юноша хмурится. — Какая? Говорить о том, что Итер её брат, она не хочет. Она сможет узнать больше, если никто не признает в ней его сестру. Если её фамилия не будет всплывать в пределах этих стен, конечно. — Говорят, в общежитии есть спортзал. Где он находится? — блондинка просто придумала это на ходу. Не говорить же правду, в самом деле? Рыжеволосый насмехается. Что же ему показалось забавным? — А не много ли тебе надо? — он повторяет за ней, также склоняет голову, только этот жест несёт в себе совершенно другой подтекст, — нет здесь никакого спортзала. — Надо же, — она играет удивление, но получается так себе, — меня обманули. Глупо получилось. Он кладёт ей руку на плечо. Слишком. Близко. — Больше не подслушивай, хорошо? Она судорожно кивает головой. Откуда в ней вообще появился страх? — Да, конечно, — она замолкает на секунду, — Тарталья. Он меняется в лице, от показного веселья ничего не остаётся. Разве его не так зовут? От страха развязался язык и она совершенно не контролирует свою речь. Рука, находящаяся всё ещё на её плече, сжимается. Люмин пищит под гнётом чужой силы. Он ей сейчас руку оторвёт! — Чайльд. — Хорошо, Чайльд, — она бездумно повторяет за ним, пытаясь вырваться из этой адской хватки. И он тут же отпускает. — Ты слишком миленькая, чтобы делать тебе больно, — теперь его рука перемещается ей на голову, позволяя ей понять, насколько парень высокий, — твою комнату я знаю, поэтому больше обойдёмся без твоего носика в моих разговорах, хорошо? Он взлохмачивает ей волосы. Прямо как делал брат. — Я поняла. Прости. — Принимаю твои извинения, — он отходит на несколько шагов назад, оборачивается и начинает ступать по коридору, бросая ей вслед лишь, — ещё увидимся. Пожалуй, поиск комнаты брата нужно будет перенести на какое-то время. Сейчас самым лучшим вариантом будет пойти спать. Только вернувшись к себе, она чувствует успокоение. Чайльд очень жуткий, к разговору с ним она не была готова. Девушка снимает толстовку и ощупывает свою кожу в месте прикосновения — она покраснела, без синяка не обойдётся. Она постарается не пересекаться с ним без надобности. Ей ещё предстоит отряхнуться от остатков песка и лечь спать. Завтра первый день занятий и опоздать было бы не круто. Но из окна дует, в такую холодину не получилось нормально уснуть. Нужно что-то с этим сделать. — Ты похожа на смерть, — она встречает Паймон на выходе из комнаты. В её руках принадлежности для душа. — Приятное сравнение, — и они вместе идут к душевой. Вчера она так и не посмотрела, где им придётся приводить себя в порядок в течении года. Но хоть что-то на этаже работает нормально — душевая рядом с их комнатами выглядит не так плохо, как могло бы показаться. — В этом году ремонт получило женское общежитие, — соседка открывает занавеску душа и ставит шампунь на своеобразную полочку, — но нас поселили в общее. Вот же тоска. — А скока всго их? — Люмин чистит зубы у раковины, через зеркало наблюдая за девушкой. Паймон проходит за ширму и раздевается. — Три. Женское, мужское и общее, но все зависит от того, повезёт ли тебе, — зашумела вода, — закройся на замок! Девушке еле удалось перекричать воду, но благо Люмин слышит просьбы и выполняет её. О том, что общежитий несколько, она не знала. Если Итер жил в мужском — то всё пропало. Её же туда никто не пустит. Люмин сплёвывает зубную пасту и идёт мыться после соседки. Она всё ещё ощущает себя грязной после вчерашней прогулки на берегу. Выходит из здания общежития тоже с Паймон. Соседка прицепилась к ней, как клещ, отказывая покидать хоть на минуту. Притащила свои вещи в комнату Люмин — переодевались они вместе. И даже сейчас, она неугомонно трещит о чем-то своём, тыркает подругу за локоть той самой руки, которую вчера невольно покромсали. Синяк всё-таки остался. — Как здорово! Первый учебный день! — они идут по аллее вдоль студенческих зданий. Люмин внимательно вглядывается в опознавательные знаки, боясь пропустить нужный корпус. — Эй, смотри! — но что-то интересное всё равно замечает подруга, тыча куда-то на фонарный столб. И видя плакат бело-красных тонов, блондинка понимает что это. — Пропал, — низкорослой Паймон пришлось задирать голову, чтобы прочесть написанное, — совсем молоденький. Интересно, что случилось? Люмин демонстративно не смотрит. Не может снова смотреть на его лицо. — Без понятия. Нам нужно идти. Паймон хмыкает и позволяет себя вести. Но в учебном корпусе оказалось всё намного хуже — эти плакаты о исчезновении весят абсолютно на каждом углу. — Переводят деревья зазря, — цинично говорит блондинка, взглядом выискивая свой шкафчик. — Не будь такой! — возражает Паймон, — человек пропал, люди переживают, для кого-то, эти плакаты — последняя надежда! Всех, кого нужно, уже опросили. Плакаты давно уже просто висят и раздражают взгляд. Сняли бы. Люмин обнаруживает такую же листовку и на своём шкафчике и сдирает её без зазрения совести. — Ты такая бессердечная! — над ухом пищит подруга, но продолжает милостиво ждать, пока она положит свои вещи. Знала бы она, как сердце кровью обливается, когда Люмин везде видит лицо своего самого родного человека. Паймон училась вместе на одном направлении с ней, правда более углублённо изучая геологию. — Тебе интересно собирать разные камешки? — блондинка взглядом выискивает нужные им аудитории в расписании, но ориентироваться между огромным количеством текста становится сложновато. — А тебе интересно в грязи копаться? — легко парирует Паймон, так и не пытаясь что-то найти на огромном табле. Ей рост не позволяет разглядеть что-то там, поэтому она просит свою соседку сфотографировать расписание ей на телефон. Все куда-то спешили. Коридоры были заполнены снующими везде студентами, протиснуться через которых было довольно-таки непросто. С каждой секунды их становилось все больше и больше, поэтому нужно было уже занять место в кабинете и не участвовать в этой толкучке. Сперва они нашли кабинет Паймон — он находился совсем рядом со входом — а вот Люмин пришлось постараться. Она выцепила из толпы девушку, когда уже совсем отчаялась. — Мона Магестус, — ей пафосно протягивают руку, немного брезгливо оглядывая, — тебе нужно на третий этаж, поищи лестницу. Люмин руку принимает, но ей кажется, что она этого не достойна. От Моны прямо веет какой-то напыщенностью и хвастаством. Странно было находится рядом с ней. Но как бы то не было, новые знакомства — это классно. Лестница нашлась, а там — и нужный кабинет, где проходило самое первое занятие в этом году — история. Один из самых главный предметов для археолога. Жалко, что в ней она не заинтересована — это главный интерес брата. В аудитории не было практически никого, поэтому можно было спокойно выбрать место для себя. Она села около окна, чтобы во время занятий периодически залипать на него. Сейчас же на улице вновь всё заползало тучами — погода портится. — Давно не было такого. Прямо за ней стоял кто-то, но она решила не оборачиваться. Всё её внимание заволокли тучи. — Здесь случается непогода. Всё-таки, морской регион, — голос останавливается на секунду, обдумывая дальнейшие слова, — но такое я вижу впервые. Природа злиться. И она поворачивает голову. Перед ней мужчина, в самом расцвете лет. Она не дала бы ему больше сорока — он одет по моде, в костюм тройку черно-коричневого цвета. Преподаватель? — Почему она злиться? — спрашивает Люмин, наконец поворачиваясь к человеку корпусом. Он обдумывает каждое свое слово, прежде чем сказать — признак интеллекта. Мужчина осознает значимость своих слов. — Она видит, что происходит на этих землях. Девушка не понимает, хочет переспросить, но мужчина уходит за преподавательскую стойку. Студенты уже понабежали за время их короткого диалога, Люмин включается в работу и открывает блокнот для записей. — Здравствуйте, — мужчина облокачивается о трибуну, — меня зовут Чжун Ли и я буду преподавать вам курс истории на протяжении всего учебного процесса, поэтому не думайте, что сможете быстро избавиться от меня. В кабинете раздаются смешки, хотя не понятно, зачем. Ничего из сказанного не вызывало смеха. «О чём он говорил?» И вместо конспекта первой лекции, девушка пишет в блокноте краткое:

Все знают, что случилось с Итером

Чжун Ли знает, что случилось с Итером

И смотрит в лицо преподавателя, узнавшего её. Это был немой диалог, сотканный лишь из переглядок, но уже понятный для обоих. Он единственный заметил сходство между Люмин и Итером.

Чжун Ли способен помочь мне