Глава 26

      День давно вступил в свои права, и солнце сияло высоко на небосводе, когда Гермиона медленно открыла глаза. Сонно поморгав, она осознала, что каким-то образом провела остаток ночи в гостиной. Она лежала на узком диване, под головой — небольшая подушка, скорее декоративная, чем предназначенная для отдыха, а сверху была заботливо укрыта тонким пледом.       Шторы были плотно задернуты, скрывая от неё, сколько времени прошло. Откинув край пледа, Гермиона потянулась, ощущая приятную ломоту в теле, и едва не свалилась на пол. Её губы дрогнули в слабой улыбке: как бы странно это ни звучало, но где бы она ни засыпала в этом доме, ей удавалось выспаться куда лучше, чем она могла ожидать.       Поднявшись с дивана, она прошла к окну, чтобы впустить в комнату немного света. Ухватившись за края плотной ткани, Гермиона отдёрнула шторы и тут же зажмурилась от яркого солнечного света, который залил комнату, заставляя её на миг заслонить глаза рукой.       Последнее, что она помнила, — это голос Малфоя. Он что-то говорил ей, его слова словно эхом затихали в её голове, уступая место приятной пустоте. Гермиона медленно оглядела комнату, её взгляд задерживался на мелочах, будто она что-то искала, сама не понимая, что именно.       «Что ты надеешься найти? — едва слышно прошептал внутренний голос вкрадчиво и насмешливо. — Думаешь, он всё ещё здесь? Разве у него есть причина быть рядом?»       — Кажется, я схожу с ума, — пробормотала Гермиона, проводя рукой по спутанным волосам и направляясь в сторону коридора.       Её мысли были беспорядочными, но удивительно лёгкими. Никаких двусмысленных снов, никаких тревожных образов… Смущало только это странное, необъяснимое чувство покоя, которое окутывало её, как неизменный спутник после ночных грёз, связанных с Малфоем.       Заглянув в кухню, Гермиона обнаружила, что там не осталось ни единого намёка на то, что она действительно была здесь вместе с Малфоем. Всё было аккуратно прибрано, посуда на своих местах, словно ночь, проведённая за готовкой и разговором, была всего лишь игрой её воображения. Однако лёгкая пульсирующая боль в пальце от вчерашней царапины казалась немым подтверждением реальности: это было на самом деле.       Она нахмурилась, ощущая странное беспокойство, и направилась в коридор, ступая чуть быстрее. Лестница казалась бесконечной, но, оказавшись наверху, Гермиона с удивлением обнаружила, что детская пуста. В комнате была только Нана, которая заботливо перестилала колыбель.       — Добрый день, мисс, — повернулась к ней эльфийка и с привычным почтением поклонилась. — Малышка с хозяином на заднем дворе.       Гермиона замерла, не сразу осознавая смысл её слов.       — На заднем дворе? — переспросила она, удивление отразилось на её лице.       Нана кивнула, возвращаясь к своей работе. Гермиона невольно улыбнулась — кажется, эльфийка начинала понимать её без слов. Значит, Малфой с дочерью отправился на прогулку. Удивительный факт. Образы начали складываться в её голове, но она никак не могла представить, как это выглядело: Драко Малфой, который держит малышку на руках, под ярким солнцем, вдали от тягостных стен дома.       Она сделала шаг к лестнице, чтобы пойти посмотреть, но тут же остановилась. Взгляд скользнул по её халату и пижаме, а волосы, видимо, ещё больше напоминали воронье гнездо. Внешний вид явно оставлял желать лучшего.       — Нет, сначала порядок, — пробормотала она себе под нос, разворачиваясь и направляясь в свою комнату.       Как только она вошла, телефон, лежащий на столе, завибрировал. Гермиона нахмурилась, протянув руку к аппарату и нажала на кнопку ответа.       — Алло?       — Привет, — раздался знакомый голос Эрики. — У меня есть свободное время через пару часов. Может, выпьем кофе? Поболтаем немного.       Гермиона задумалась, машинально отводя взгляд в сторону. Мысль о том, чтобы встретиться с Эрикой, не вызывала ни энтузиазма, ни раздражения — скорее лёгкую усталость.       — Я не обещаю, но думаю, мы можем встретиться, — ответила она, вспоминая, что ей всё равно нужно было попасть в банк. — Давай я отправлю тебе адрес кафе? Оно совсем недалеко.       — Отлично, — отозвалась Эрика. — Тогда жду сообщения.       Эрика отключилась, а Гермиона задумчиво отложила телефон. Она быстро вспомнила одну из кафешек, которую заметила, когда они с Малфоем были на прогулке. Это место казалось ей идеальным — не слишком людное и, главное, близкое к дому. Определившись с выбором, она набрала адрес и отправила его Эрике.       Однако мысли о встрече оставили в душе странное чувство. Её взгляд на мгновение остановился на зеркале, где отразились её собственные уставшие глаза. Почему ей не хотелось, чтобы Эрика приходила в этот дом? Ответа не было, но странный осадок оставался.       Гермиона вспомнила предыдущие визиты Эрики. Сначала тот раз, когда Гермиона чуть не умерла. Потом её визит, когда случился разговор, который привёл её к мысли, что девочка всё ещё без имени.        Конечно, это были совпадения, но всё равно они оставили свой след. Как будто с каждым появлением Эрики открывалась новая дверь в её мысли, которая заставляла Гермиону сталкиваться с чем-то неудобным.       — Ничего страшного, — пробормотала она себе. — Это просто встреча.       Она отложила телефон, решив, что сначала приведёт себя в порядок, а потом уже будет готова к любым неожиданностям.

***

      Драко сидел на скамейке в тени деревьев, его взгляд был прикован к малышке, лежавшей у него на руках. Её белоснежные волосики отливали серебром, причудливо завиваясь на концах. Эти вьющиеся локоны были единственной чертой, которую она унаследовала от матери. Во всём остальном она была его отражением, полной копией.       Ему бы хотелось, чтобы она больше походила на Асторию. Возможно, тогда эта схожесть приносила бы утешение, напоминая о том, что было утрачено. Но даже несмотря на это, Амели была их связью, их продолжением. Она объединила в себе частицы двух столь разных людей.       И Грейнджер… Её след в жизни Амели был таким же неизгладимым. Она всегда будет рядом, вплетённая в её отпечаток, отражением её волшебной сути. Удивительная игра судьбы.       Амели, забавляясь, вновь материализовала вокруг себя маленькое облако из сияющих бабочек. Их мерцающие крылья отражали солнечный свет, наполняя сад мягким волшебным сиянием. Драко замер, наблюдая, как её крошечные пальчики неуклюже пытаются поймать хоть одну. Но после нескольких попыток бабочки растворились в воздухе, оставив за собой лишь лёгкий след света.       Лицо малышки тут же приобрело выражение недовольства — она нахмурила светлые бровки и бросила на отца почти обвиняющий взгляд. Драко не смог сдержать улыбку.       — Знаешь, Амели, — тихо начал он, проводя рукой по её мягким белоснежным волосикам, — иногда мне кажется, что ты слишком серьёзно смотришь на вещи для своего возраста.       Она издала тихий, почти капризный звук, её губы сложились в смешную гримасу, а глаза снова начали следить за остатками света.       — Ты так смотришь на этот мир, будто уже пытаешься его понять, — продолжил Драко, его голос звучал задумчиво. — Но не спеши. У тебя впереди целая жизнь, чтобы это сделать.       Малышка вздохнула, её ручка неуверенно дёрнулась в его сторону, как будто она хотела коснуться его лица.       — Ах, так ты хочешь поспорить? — с       лёгкой усмешкой спросил он, чуть склоняясь ближе. — Знаешь, мне кажется, спорить у тебя в крови. Это, должно быть, наследственное.       Её мелодичный лепет был почти как ответ.       — Совсем крошка, а уже задаёшь мне тон, — хмыкнул Драко, поднимая её чуть выше, чтобы она могла лучше видеть окружающую их зелень сада.       Её взгляд остановился на большом дереве с густой раскидистой кроной. Драко, заметив её интерес, указал пальцем.       — Видишь то дерево? Вот там, — он сделал короткую паузу, словно представляя картину, — мы с тобой повесим качели. Ты будешь на них качаться и смеяться, а я буду стоять рядом и следить, чтобы ты не упала.       Амели издала тихий, согласный звук, и её ручки снова дёрнулись, словно подтверждая его слова.       — Конечно, ты будешь требовать качаться выше, быстрее, и я уверен, что ты будешь спорить со мной, — он улыбнулся, его тон стал мягче, полным едва скрываемой нежности. — Но это хорошо. Не нужно быть слишком послушной. Знаешь, по секрету… я и сам был не самым примерным ребёнком.       Драко на мгновение замолчал, позволяя своим словам раствориться в тёплом воздухе сада. Её глаза снова встретились с его, огромные, ясные, полные беззаботного любопытства. И в этот момент он почувствовал то, что невозможно было выразить словами — странное и одновременно пугающе настоящее ощущение, будто она уже стала смыслом всего его существования.       — Я люблю тебя, — прошептал он почти неслышно, касаясь губами её пушистых волосиков. — И, наверное, ты должна это знать.       Слова, которые сорвались с его губ, казались одновременно простыми и величественными. Это признание, облечённое в самые тихие звуки, наполнило его грудь странным теплом, почти электрическим. Драко на мгновение закрыл глаза, и ему вдруг показалось, что за его спиной раскрываются огромные невидимые крылья, словно предназначенные, чтобы укрыть и защитить эту кроху у него на руках.       Амели вздохнула, её маленькая головка уютно устроилась у его груди. Её пальчики, такие крошечные и хрупкие, сжали край его футболки, будто она знала, что он всегда будет рядом. Драко сидел неподвижно, слушая её ровное дыхание и ощущая, как вместе с каждым вдохом и выдохом в нём самом что-то меняется.       — Мы с тобой засиделись… Пора идти кушать и спатки, — тихо сказал он, поднимаясь со скамейки.       Крепче прижав дочь к себе, он направился к дому. Амели, почувствовав знакомый запах и уютный ритм его шагов, ещё ближе прижалась к нему, а её веки медленно начали закрываться. Поднявшись на второй этаж, он столкнулся с Гермионой, которая шла им навстречу. Дневной свет, льющийся из окна, озарял её силуэт, отчего волосы казались золотыми. Она была в лёгком летнем сарафане, и Драко на мгновение замер, наблюдая, как она улыбается, встречаясь с ним глазами.       — Как ваша прогулка? — негромко спросила она.       — Отлично. Надеюсь, что ей нравится моё общество, — ответил Драко, останавливаясь перед дверью детской.       — Ты мне нравишься… — неожиданно выпалила Гермиона, глядя ему прямо в глаза.       — Что? — переспросил он, растерянно нахмурив брови.       — Это то, что она чувствует рядом с тобой, — пояснила Гермиона, улыбнувшись. — Помнишь? У меня с ней связь.       Драко перевёл взгляд на её смущённое лицо, а затем снова на малышку, которая доверчиво жалась к его груди. На его лице появилась едва заметная, почти неуверенная улыбка.       — Если ты не против, — сказала Гермиона, осторожно открывая дверь детской, — я сейчас проведу с ней положенный час, а потом отлучусь по делам.       — Хорошо, — согласился он, пропуская её вперёд и заходя следом.       Гермиона прошла к креслу и села, с ожиданием протянув руки, чтобы принять малышку. Её лицо стало задумчивым, а пальцы нервно сжали подлокотники кресла. Драко заметил это и нахмурился.       — Грейнджер? — позвал он. — Что-то случилось?       — Я просто задумалась… — тихо ответила она, избегая его взгляда. — Что случится, если вдруг меня не будет рядом слишком долго?       Драко подошёл ближе и осторожно передал ей девочку. Он внимательно посмотрел на Гермиону, словно пытаясь понять, что именно её тревожит.       — Странно, что ты не задала этот вопрос Джаносу, — с лёгкой насмешкой заметил он, уголки его губ дрогнули. — Я думал, что это в твоём характере — донимать всех расспросами, когда ты чего-то не знаешь.       Гермиона с нежностью смотрела на малышку, но вдруг подняла на него глаза, в которых мелькнуло раздражение.       — Очень смешно… — пробормотала она.       Драко вздохнул, его лицо стало серьёзным.       — Если тебя не будет слишком долго, твоя магия, что успела вернуться к тебе, уйдёт обратно к девочке. Она будет защищать тот росток магии, что формируется в ней. Но ты потеряешь с ней связь, — он сделал паузу, следя за её реакцией. — Если ты вернёшься, магия и связь восстановятся, но возвращение магии для тебя будет резким. Поток может быть слишком сильным, и тебя начнёт лихорадить. Это дестабилизирует твоё состояние на некоторое время.       Гермиона напряглась, её пальцы крепче обхватили малышку. В её глазах застыл вопрос, но она всё же решилась его произнести.       — А если так случится, что я не вернусь вовсе?.. — её голос едва дрожал.       Драко отвёл взгляд, его лицо стало холодным.       — Ты потеряешь связь и магию безвозвратно… — тихо сказал он, его голос был почти лишён эмоций. — А Амели… она не сможет справиться с твоей магией в полном объёме. Со временем это разрушит её.       Гермиона смотрела на малышку, чувствуя, как тревога, словно волны, поднимается из её груди.       «А если я действительно однажды не смогу вернуться?» — думала она, глядя на крошечные пальчики Амели. Эта мысль была как нож, проникающий в самое сердце. Потерять связь с ней казалось чем-то немыслимым.       Драко отвернулся, чувствуя, как внутри всё сжимается. Ему хотелось сказать, что он никогда не допустит этого, что всегда найдёт способ защитить их обеих. Но он знал, что жизнь не давала гарантий. И говорить такие вещи вслух казалось слишком самонадеянным.        Он отвернулся, его плечи напряглись, Гермиона заметила на его лице тень безысходности, когда он отворачивался. Она понимала, что, скорее всего, ему пришлось прокрутить в своей голове худший сценарий из всех возможных.       — Я всегда буду возвращаться… — прошептала Гермиона. — Пока я нужна ей, я не оставлю её.       Драко вздрогнул и стремительно вышел из комнаты. Гермиона, стараясь унять волнение, оттолкнулась, покачивая кресло, но это было лишним. Кажется, малышка уснула, слушая разговор двух взрослых.       Оставшись наедине с малышкой, Гермиона крепче прижала её к себе, стараясь унять дрожь в руках. Её мысли блуждали вокруг слов Драко. «Я нужна ей. Пока она со мной, она будет в безопасности. Я никогда не оставлю её». Эта клятва звучала в её голове, как молитва, и, казалось, малышке тоже был слышен этот безмолвный обет.

***

      Стоя в прихожей, Гермиона проверяла, всё ли она взяла с собой, чтобы исключить возможность оказаться в банке без документов или банковской карточки. Её пальцы нащупали папку с бумагами, но даже привычный порядок не помог унять тревогу, поселившуюся под кожей после разговора с Драко. Она убедила себя, что всё хорошо. Не нужно снова бояться выходить за стены дома.        Последняя вечерняя прогулка прошла без происшествий. Всё, что ей нужно сделать, — дойти до банка, снять наличные, встретиться с Эрикой за чашечкой кофе и вернуться обратно. Это же не страшно.       Она глубоко вздохнула, готовая открыть дверь и сделать первый шаг. Но стоило ей потянуться к ручке, как за её спиной раздался голос.       — Грейнджер. Подожди.       Гермиона обернулась. В дверях кабинета стоял Драко, держа что-то в руке. Его серебристые глаза были сосредоточенными, а выражение лица — серьёзным.       Она нервно пригладила волосы, чувствуя, как её сердце немного учащает ритм.       «Он же не собирается пойти со мной?» — пронеслось в голове, и, на удивление, эта мысль принесла одновременно беспокойство и странное облегчение. Она не могла не признать, что рядом с ним ей было бы спокойнее.       Драко медленно подошёл к ней, его шаги были мягкими, но уверенными. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, он холодным, требовательным тоном сказал:       — Протяни руку.       Гермиона нахмурилась, её взгляд метнулся к его ладони, но она послушно подняла руку. Её пальцы неуверенно дотронулись до его кожи, и на мгновение она ощутила тепло, исходившее от него.       — Что ты делаешь? — резко спросил он.       Драко тут же одёрнул руку, словно от ожога. На его лице мелькнула едва заметная тень замешательства, но уже через секунду он снова выглядел невозмутимо. Как будто этого момента вовсе не было.       — Протягиваю руку, как ты попросил, — недоумённо ответила она.       Драко издал короткий смешок, полный насмешки, и, слегка покачав головой, быстро застегнул на её запястье тонкий кожаный браслет. Гермиона ощутила лёгкое покалывание, словно магия прошла по коже тонкой струйкой тепла.       — Не снимай его, пока ты связана с Амели, — сухо пояснил он, убирая руки. — Я не собираюсь следить за тобой или ограничивать твою свободу. Но если вдруг тебя долго не будет, этот браслет поможет мне тебя найти.       Гермиона опустила взгляд на браслет. Тёмная кожа была мягкой, на ощупь как бархат. Она провела пальцами по нему, чувствуя, как от браслета исходят лёгкие волны магической энергии.       — Насколько точно он работает? — начала было она, но её голос повис в воздухе.       Драко уже развернулся и исчез за дверью своего кабинета, не дав ей времени на уточняющие вопросы.       Гермиона осталась стоять в прихожей, глядя на браслет и размышляя о том, что только что произошло.       Она хотела бы сказать, что это просто практичный магический предмет. Что этот жест ничего не значит. Но что-то в груди неприятно сжалось при мысли о том, как резко он отдёрнул руку, как быстро ушёл, оставив её без ответа.       Гермиона провела пальцами по браслету. Ей не хотелось признавать, но это ощущение нравилось ей. Как будто в этом предмете скрывалось нечто большее, чем просто средство для поиска.

***

      В полупустом кафе негромко играла музыка, создавая фоновый уют, который Гермиона едва замечала. Она задумчиво подпирала подбородок, рассеянно водя пальцем по краю чашки. Ожидание Эрики казалось ей долгим, хотя на самом деле прошло не больше десяти минут.       Снять часть сбережений оказалось проще, чем она ожидала. Теперь оставалось только обменять их в Гринготтсе, когда они отправятся в Косой переулок. Прикидывая в уме текущий курс, Гермиона пришла к выводу, что у неё получится чуть больше 700 галлеонов — довольно внушительная сумма, если расходовать её разумно. Хотя когда она в последний раз держала в руках хотя бы пару кнатов? Последние годы её зарплата в госпитале поступала исключительно в фунтах.       Зарплаты из госпиталя едва хватало на базовые нужды, но её спасало то, что родительский дом был продан. Отец так и не вспомнил её полностью, не помнил прежней жизни в Англии. Возвращение к прошлому казалось невозможным. Мама настояла на том, чтобы дом продали, а деньги достались Гермионе — как стартовый капитал для самостоятельной жизни.       И хотя эта идея изначально не нравилась Гермионе, она не могла не признать, насколько это помогло ей позже, когда её сбережения от работы в министерстве подошли к концу. Теперь же она чувствовала себя относительно спокойно, даже несмотря на вынужденный перерыв в работе. Но ещё был факт, что, возможно, после ритуала она отправится с Джаносом в Венгрию… и тоже некоторое время будет без постоянного дохода.       Гермиона с лёгким интересом осматривала посетителей кафе, когда краем глаза заметила знакомую фигуру за стеклянными окнами. Эрика стремительно приближалась и, поймав её взгляд, радостно помахала рукой. Вскоре дверь с тихим звуком открылась, и подруга, сияя улыбкой, поспешно заняла место напротив.       — Ну привет, пропажа, — с лёгким укором протянула она, устроившись поудобнее. — Я, знаешь ли, немного расстроилась, когда вы так стремительно исчезли с Драко.       Гермиона виновато улыбнулась.       — Проснулась малышка, и мы поспешили домой, — объяснила она извиняющимся тоном.       — Ах, да… — Эрика мечтательно накручивала локон на палец. — Всегда забываю, что Драко — молодой папа…       Гермиона с лёгким удивлением отметила, как подруга задумчиво уставилась в одну точку, явно погружённая в свои мысли.       — У тебя что-то серьёзное? — осторожно спросила она, выводя Эрику из раздумий и подвигая к подруге нетронутую чашку, которую успела заказать для неё.       Эрика немного помялась, пригладила прядь волос, а затем с каким-то внутренним волнением посмотрела на Гермиону.       — Мне нравится твой друг, — призналась она наконец, слегка закусив губу. — И я не хочу действовать в лоб… Но не могла бы ты прийти в кафе, где я выступаю, и привести с собой Драко?       Эрика улыбалась, но в глазах её светилась надежда, которую было невозможно не заметить. Она сияла, её взгляд был полон восторга, но Гермиона лишь сжала ладони на чашке, задумчиво разглядывая отражение света на её поверхности.       — Я не уверена, что получится, — осторожно произнесла она. — Драко… он не из тех, кого легко уговорить. Если он чего-то не хочет, то переубедить его практически невозможно.       Эрика вздохнула, но не выглядела разочарованной. Напротив, её губы тронула хитрая улыбка.       — Значит, просто нужно, чтобы он захотел, — подытожила она, наклоняясь ближе.       Гермиона вздохнула.       — Не уверена, что это реально.       — Но ты попробуешь? — Эрика с надеждой заглянула ей в глаза.       Гермиона невольно усмехнулась, покачав головой.       — Попробую, но ничего не обещаю.       — Отлично! — Она всплеснула руками, её глаза загорелись. — Тогда постарайся привести его в последнюю среду месяца. Это особенный вечер — вечер танцев.       — Танцев? — переспросила Гермиона, подняв брови.       — Ну да, — с мечтательной улыбкой пояснила Эрика. — Будет живая музыка, люди будут танцевать… И я очень, очень надеюсь, что смогу потанцевать с твоим загадочным мистером Малфоем.       Гермиона задумчиво прикусила губу.       — Ты уверена, что он вообще согласится танцевать?       — О, да ладно тебе, Гермиона, — рассмеялась Эрика, откидываясь на спинку стула. — Ты просто приведи его. А остальное я возьму на себя.       Она подмигнула, полная уверенности, но Гермиона лишь отвела взгляд, машинально потирая край салфетки пальцами.

Привести Малфоя.

      Гермиона не была уверена, что вообще стоит это делать. Малфою едва ли нравилось, когда его куда-то тащили. Он всегда был своеволен, не поддавался чужому влиянию, да и… как он отреагирует?       Она задумчиво помешивала кофе, но движение её руки становилось всё медленнее. Гермиона невольно представила эту картину: приглушённый свет, ритм музыки, Драко, чуть склонившийся к Эрике, его рука на её талии, лёгкое движение в такт…       Что-то внутри неприятно сжалось, и она едва не пролила кофе на скатерть.       Гермиона резко отвела взгляд от подруги, делая вид, что изучает узоры на скатерти.       Какая ерунда. Это всего лишь танец.       Она мысленно попыталась отмахнуться от странного ощущения, но оно не уходило. Странное, неуютное беспокойство, которое острой иглой спускалось вниз по позвоночнику.       — Ты чего замолчала? — голос Эрики вырвал её из раздумий.       Гермиона моргнула, быстро натянув лёгкую улыбку.       — Размышляю о том, получится ли у меня его убедить, — ответила Гермиона, надеясь, что Эрику устроит её маленькая ложь.       — Мне бы хотелось думать, что да, — улыбнулась подруга. — Он ведь не настолько невыносимый, правда?       Гермиона чуть заметно скривила губы, представляя, как Малфой фыркает и категорически заявляет, что не собирается участвовать в «дурацких плясках».       — Не уверена, что он любит танцы…       Эрика, не обращая внимания на скепсис Гермионы, довольно кивнула, грея ладони о чашку.       — Знаешь, он правда мне интересен. В нём есть что-то… притягательное, волшебное и необъяснимое.       Гермиона снова посмотрела в сторону, не желая вдаваться в детали.       — Да… необъяснимое, — пробормотала она себе под нос.       И в её голове снова всплыл этот образ — Драко и Эрика на танцполе.       Тяжёлое чувство разливалось в груди, подобно ядовитой жидкости… Что? Неприятное покалывание? Лёгкое раздражение? Что за глупости…       Гермиона резко выпрямилась, напрягая плечи, и сделала глоток кофе, надеясь, что напиток вернёт ей ясность мыслей. Это всего лишь танец. Всего лишь Эрика, которой кто-то нравится. Всего лишь Малфой, который, скорее всего, даже не появится в этом кафе. Так почему же этот образ застрял у неё в голове?       И теперь он нравился ей ещё меньше.       — Да и Стив будет рад тебя видеть, — неожиданно добавила Эрика, с любопытством глядя на Гермиону.       Гермиона скептически вскинула бровь.       — Ты же знаешь, что я никогда не воспринимала всерьёз его интерес ко мне, — ответила она, возвращаясь к разговору.       — Конечно… — Эрика пожала плечами, делая вид, что не придаёт этому значения. — Но… Стив мой брат, и он всегда был довольно замкнутым. Мне нравится, каким он становится, когда ты рядом.       Гермиона усмехнулась, покачав головой.       — Я не думаю, что у него это тоже что-то серьёзное.       — Возможно, — согласилась Эрика. — Он изменчивый, легко увлекаемый… Но он хороший. Было бы здорово, если бы ты присмотрелась к нему.       Гермиона только фыркнула, а Эрика с улыбкой добавила:       — Для меня он похож на обезьянку, но, признаться, ещё со средней школы за ним упадали десятки девчонок.       — Дело вовсе не во внешности, — перебила её Гермиона. — Он очень красивый, талантливый, и у него завораживающий голос…       — Так в чём же проблема? Это из-за того, что он младше?       — Нет, конечно. Возраст здесь вообще ни при чём… Он… — Гермиона замолчала, подбирая слова. — Я не знаю. Мы слишком разные. Я даже на мгновение не могу представить нас рядом.       Эрика оценивающе посмотрела на неё, а потом ухмыльнулась.       — Да ладно, Грейнджер… Ты просто любишь мужчин пострашнее.       Гермиона едва заметно поморщилась, но ничего не ответила. Она сосредоточенно смотрела на чашку перед собой, будто надеясь найти в ней ответы на все вопросы. А затем, с трудом подавив вздох, отодвинула её в сторону.

***

      Небо окрашивалось лучами заходящего солнца, когда Гермиона наконец вернулась в комплекс. Аллея у домиков тонула в мягком свете, воздух был наполнен ароматом нагретых за день трав и лёгким дуновением свежего ветерка. Недалеко от ворот виднелся жёлтый домик с красными ставнями — вероятно, тот самый, о котором рассказывала Пэнси. Значит, здесь живёт Забини с супругой. В отличие от дома Малфоя, он выглядел вычурным, помпезным, но каким-то… живым. Им это подходило.       Она не стала задерживаться, направляясь прямиком к дому Драко. Мысли крутились вокруг завтрашнего визита в Косую аллею — предстояло впервые за долгое время вновь окунуться в магический мир. Но, кроме того, была ещё Эрика.       Гермиона понимала, что у неё нет никакого права вмешиваться, но почему-то мысль о том, что Эрика испытывает интерес к Малфою, вызывала у неё странное отторжение.       Она раздражённо отмахнулась от мыслей, поднялась по ступеням, вошла в дом и замерла, вслушиваясь в тишину первого этажа.       Как бы странно это ни звучало, но она привыкла быть здесь. Вечерний полумрак, мягкий запах деревянных панелей, едва слышное потрескивание половиц в определённых местах, нестандартное расположение светильников — всё это уже не казалось чужеродным.       Поспешно сменив одежду и освежив лицо после дневного зноя, она направилась в столовую.       Драко уже сидел за столом, скрывшись за газетой. Её уголки были аккуратно загнуты, а тонкие пальцы легко удерживали хрустящие страницы.       — Я вернулась, — сказала Гермиона, занимая место напротив. — Всё хорошо?       Малфой мельком взглянул на неё, будто оценивая что-то про себя, а потом снова уткнулся в газету, словно её возвращение ничего не значило.       — Славно, — раздался его преувеличенно равнодушный голос. — Ты успела к ужину. Приятного аппетита.       Она придвинула тарелку, но пальцы сами собой начали постукивать по краю стола.       Драко молча сложил газету и поднял на неё взгляд.       — Твоё поведение за столом неэтично, — заметил он, криво усмехнувшись.       Гермиона вскинула бровь:       — Это говорит мне человек, который читает во время ужина?       — Мне нужно было чем-то занять себя, пока я ждал тебя. Невежливо начинать ужин в одиночестве, — лениво ответил он. — Что же заставляет тебя портить мой стол?       Она глубоко вдохнула.       — Я сегодня встречалась с Эрикой, — начала она, разрезая ножом стейк.       Драко ничего не сказал, но его взгляд чуть сузился — это был немой вопрос.       Гермиона сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями.       — Кажется, ты ей нравишься, — наконец выпалила она.       Драко хотел взять в руки вилку с ножом, но замер и сцепил пальцы перед собой, изучающе глядя на неё.       — Вот как, — сказал он, протягивая слова.       — Она хочет, чтобы мы пошли в кафе, где она выступает, — продолжила Гермиона, стараясь не выдать лёгкую нервозность в голосе. — Там иногда устраивают вечера танцев.       Между ними повисла пауза.       — Танцев? — переспросил Малфой, его губы чуть дёрнулись в усмешке.       — Да, — Гермиона отвела взгляд, сосредоточившись на тарелке.       — И что же, Грейнджер, — его голос стал низким и насмешливым, — ты пришла ко мне с приглашением на танец?       Она фыркнула, качнув головой.       — Нет, конечно. Она просила меня привести тебя.       Драко откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.       — И что я получу взамен?       Гермиона моргнула.       — Взамен?       — Ну да, — он слегка наклонил голову, наблюдая за её реакцией. — Ты же понимаешь, что я не из тех, кто просто так соглашается на просьбы, особенно если они включают в себя танцы.       Гермиона стиснула зубы.       — Я не знаю… Ты получишь хороший вечер? Развлечение?       — Развлечение? — Драко усмехнулся, качнув головой. — Я правильно понимаю, что у тебя нет для меня ни одного весомого аргумента?       Она сжала губы, осознав, что действительно не может предложить ничего, что могло бы его заинтересовать.       — Отлично, — продолжил он, возвращаясь к началу трапезы. — Тогда я подумаю и дам ответ позже.       — Ты просто хочешь потянуть время, — пробормотала Гермиона.       — Может быть, — спокойно согласился он. — Но тебе, как человеку, который плохо умеет уговаривать, стоит поработать над аргументацией.       Гермиона раздражённо отвела взгляд, сжав пальцы на приборах. Она заметила в его взгляде тень довольства, когда он опускал голову ниже.       Прожевав кусок мяса, Драко протянул руку к бокалу, на дне которого плескалось немного вина. Он задумчиво вращал бокал в руках, лениво наблюдая за тем, как в отблеске света по стеклу скользят алые блики.       — Так ты хочешь, чтобы я осчастливил твою подругу? — внезапно спросил он, не отрывая взгляда от напитка.       Гермиона замерла с вилкой на полпути ко рту. Она не ответила. Только её плечи чуть напряглись, а в глазах мелькнуло что-то, что выдаёт её с головой. Но Драко и не ждал слов. Он медленно поднял глаза, всматриваясь в её лицо, как хищник перед нападением на жертву, и едва заметно ухмыльнулся.       Всё в её позе говорило о том, что этот разговор ей не нравится. И уж точно её ответ не был бы утвердительным.       — Молчание — знак согласия? — протянул он, смакуя её реакцию.       Гермиона опустила вилку на тарелку и, сцепив пальцы, опустила взгляд.       — Я просто… — начала она, но запнулась.       Просто что? Просто не хочет видеть его с Эрикой? Просто не уверена, что это хорошая идея? Просто раздражена, что этот разговор вообще зашёл в скользкую сторону?       Она не могла подобрать объяснение.       Драко с лёгким интересом приподнял бровь.       — Что ж, Грейнджер, боюсь, ты не умеешь врать даже молча.       Он чуть подался вперёд, сложив руки на столе.       — Не пойми меня неправильно, но твоя подруга мне не кажется… неприятной. Она милая. Весёлая. В ней есть лёгкость и безбашенность, которой так не хватает многим.       Гермиона стиснула зубы, но промолчала.       — Вопрос только в том, — продолжил он, слегка покачивая бокал, — действительно ли ты хочешь, чтобы я пошёл туда?       Гермиона подняла на него взгляд, и Драко заметил, как её пальцы сжались в кулак.       Она всё ещё хранила молчание.       Но её поза, сжатые губы, едва заметный блеск в глазах… Всё выдавало её с головой.       — Нет, — тихо усмехнулся он, продолжая невозмутимо есть.       Словно последствие бессонных ночей, все его эмоции были на взводе, а опека над маленькой так выматывала, что у него просто не было достаточно сил, чтобы воздвигать привычные ментальные стены.       В те моменты, когда он не смотрел в тарелку, он прожигал взглядом Грейнджер, которая неловко пыталась справиться с куском мяса. Её щёки полыхали красным, и он с удивлением отметил, что в таком виде находит Грейнджер очаровательной. Было не совсем понятно — она выскочит из-за стола и сбежит или запустит в него чем-нибудь тяжёлым.       «У тебя есть отличный шанс оспорить мои выводы! Ну же, Грейнджер, не заставляй меня ждать», — мысленно обращался к ней Драко.       Но она не сказала ни слова.       Драко не был уверен, что хочет разбираться в этом глубже. Но, чёрт возьми, он видел слишком многое.       Ему вспомнилась прошлая ночь.       Они стояли на кухне, готовя яичницу, и между ними не было ни острого напряжения, ни глупых словесных дуэлей. Только редкие шутки, тихий смех и её лёгкие движения в приглушённом свете.       Грейнджер смотрела на него по-другому.       Без осуждения. Без предвзятости.       Это сбивало с толку, но и заставляло думать и анализировать в ускоренном темпе.       И теперь, когда он видел, как она раздражается из-за простой мысли, что он может оказаться рядом с её подругой, ему не нужно было быть гением, чтобы понять: ситуация — дрянь, и всё гораздо сложнее.       Но был ли он готов копаться в этом?       Драко стиснул челюсти.       — Я подумаю, — бросил он, разрывая оглушительное молчание между ними.       Гермиона подняла на него взгляд и нахмурилась.       — О чём?       — О том, что ты так и не смогла сказать вслух, — лениво ответил он, скрывая в голосе удовлетворение.       Гермиона молча смотрела на него, но Драко больше не обращал на неё никакого внимания. Она последовала его примеру и принялась за ужин, пытаясь сохранить остатки самообладания.       Но внутри неё всё клокотало. Огромная волна цунами грозила сломать её изнутри: злость на поведение Малфоя, беспокойство за Айвори, неожиданный интерес Эрики... Но больше всего — пугающее непонимание собственных чувств и эмоций по отношению к нему.       «Отрицание!» — ядовитым шёпотом прошипел внутренний голос. — «Ты даже не дала себе времени разобраться. Ты подавляешь это, только бы не признавать правду».       Она стиснула вилку в руке так сильно, что костяшки пальцев побелели. Драко спокойно жевал, ни единым движением не выдавая своих мыслей, что только подливало масла в огонь её собственного раздора.       «Я ничего не чувствую! Это всё... не моё! Временно!» — отрезала она мысленно, пытаясь подавить нарастающее волнение.       Но стоило ей поднять взгляд и случайно встретиться с его глазами — короткий, словно электрический разряд, — внутри всё перевернулось. Её защита дала трещину, а внутренний голос снова прошептал:       «Отрицание...»