Поцелуй с привкусом

      Осень окончательно вступила в свои права, и теперь по утрам небо всегда было затянуто облаками, а после обеда нередко начинал накрапывать дождь. День выдался пасмурный, но безветренный. В воздухе витал запах опавшей листвы и мокрой после дождя земли. Я не спеша позавтракала, рассуждая о том, чем занять себя на выходных, кроме отчетов и попыток сблизится со Снейпом, который после нашего разговора упорно меня избегал. В комнате меня ждала кипа оставленных для проверки домашних заданий пятикурсников, но я решила, что разберусь с ними позднее. На следующий урок для пятого курса я запланировала первое практическое занятие. Я пригласил из министерства бригаду, которая выстроила в одном из школьных дворов полосу препятствий для первого практического занятия. Ученикам предстояло сразиться с соплохвостами, которых мне любезно одолжил Хагрид. Пройти сквозь рощу с гнездом пикси, победить заклятые атакующие предметы, с помощью нюхлеров найти ключ от старинного гардероба и, отперев его, сразиться с боггартом. Придумав такое интересное задание, я не могла дождаться вторника, чтобы посмотреть, как ученики будут проходить эти испытания.       На понедельник был назначен первый матч по квидиччу. Я на досуге изучила правила игры, чтобы убедиться в чрезмерной травмоопасности этого странного вида спорта. К тому же будут играть Слизерин и Гриффиндор, а это крайне сложно. Отношения между этими факультетами меня особенно беспокоили. Не могут дети так яростно ненавидеть других детей без помощи взрослых. Мой взгляд зацепился за пустое кресло директора. Последнюю неделю Дамблдор в школе не появлялся, а отлучался по своим особо важным делам. Я за такую безответственную работу давно его уволила бы. Министр Фадж был обязан старику своим местом и не поднимал этот вопрос, хотя я в своих отчетах тонко намекала ему на это.       Шум трибун, эхом раскатывающийся над огромным квидиччным полем, подобное не вдохновляло. Было прохладно, и я куталась в черную мантию, не забыв наложить согревающие чары. Понедельник наступил уж слишком быстро, как и запланированный матч. Обе команды учеников появились на поле. Я засунула озябшие руки в рукава мантии.       Разминаясь перед матчем в составе гриффиндорской команды, Гарри выискивал взглядом слизеринскую команду, традиционно появляющуюся на поле с противоположного входа. Поправляя на себе темно-красную мантию, являющуюся частью спортивного обмундирования, Гарри раздраженно повел плечами: он чувствовал себя неуютно в факультетской одежде, так что уже думал над тем, чтобы стянуть ненужный плащ и оставить его за пределами поля. Другие гриффиндорцы все еще косились на него. Он не помирился с Роном и ощущал на себе отчуждение всего факультета, как в прошлом году после того, как кубок выплюнул его имя. Бывший друг хмуро обвел Гарри взглядом, что парню захотелось покинуть поле, но не успел: по свистку мадам Хуч им пришлось выйти на середину поля. Трибуны взорвались аплодисментами, так, словно Гриффиндор уже заранее победил в матче, но появившуюся команду Слизерина во главе с Драко зрители встретили с тем же энтузиазмом, что означало скорее жажду зрелища, чем победу определенного факультета.       Мне не нравилось то, что я видела с трибуны. Эта открытая вражда не приведет ни к чему хорошему. Нужно поговорить над этой темой с Гарри и Драко Малфоем, который был известен в школе, как слизеринский принц. Они были лидерами, за которыми шли другие школьники. Если их вражда прекратится, то есть шанс, что в Хогвартсе начнутся сдвиги в лучшую сторону. А еще это шанс пересечься со Снейпом, который даже на матч не пришел, чтобы не сидеть рядом со мною. Я попросил мистера Филча уменьшить количество стульев для профессоров, так единственное свободное место было возле меня. Снейп появился на трибуне, пожелал успехов команде и покинул её, хмуро глянув на меня.       Я нервно сжимала волшебную палочку до посинения пальцев во время всего матча. Дети летали на метлах, как угорелые, игнорируя все правила безопасности. Гриффиндорцы и слизеринцы обменивались бранными словами, забивали голы, а потом выпустили золотой снитч. Поттер и Малфой взмыли выше в небо за этим золотым мячиком, пытаясь схватить его раньше соперника. У меня чуть сердце не остановилось от их выкрутасов. Я напряженно наблюдала за Гарри, ведь его безумные полеты заставят поседеть любого опекуна.       Я готова была расцеловать всех вокруг, когда мадам Хуч просвистела о конце матча. Меня внутри всю трясло, никогда еще не переживала так за кого-то. Поттер явно получил травму, ведь покидал он поле, придерживаясь за бок. Другие дети тоже пострадали. В тот же вечер я проверила все записи в медицинском крыле. Оказалось, что слизеринцы не часто приходили получать медицинскую помощь. Я догадывалась, что Снейп сам заботился о своих подопечных. А вот гриффиндорская команда почти в полном составе явилась к мадам Помфи зализывать боевые раны после матча. У них были незначительные травмы, а потраченных зелий на внушительную сумму. Я пришла к выводу, что этот так называемый спорт нужно запретить в школе для блага детей и экономии.       На следующий день во время завтрака, я призвала всех учеников к тишине. Профессора и директор тоже уставились на меня, не зная чего ожидать.       - Дорогие ученики! С сегодняшнего дня квидичч в Хогвартсе под запретом, - села я на место. - Всем приятного аппетита!       Обозвавшаяся в зале тишина неприятно била по нервам.       - Мисс Амбридж, вы не имеете права! - сказала Макгонагалл.       Дамблдор отложил приборы и поднял на меня свое бородатое лицо. Я изогнула губы в усмешке, посмотрев на директора.       - Вы видно забыли, что я не только профессор ЗОТИ, но инспектор Хогвартса по совместительству. Мои запреты приравниваются к министерским.       Я не собираюсь отступать перед директором или Макгонагалл. К счастью, они не стали обсуждать мое решение в Большом зале. Ничего, это только начало. Я перевела предвкушающий взгляд на профессора Трелони. Хотя какой из неё педагог? Она некомпетентная алкоголичка, работающая в школе по блату. Её я обязательно вытурю из Хогвартса.

***

      Все действия профессора Снейпа сквозили раздраженностью — занятия с Поттером не доставляли ему удовольствия.        - Вы тренировались закрывать сознание? — он спрашивал так, словно знал, что ответ будет отрицательным, и уже готовил речь, призванную ещё раз напомнить коренному гриффиндорцу о его безграничной лени и совершенной безнадежности, но Гарри его удивил:       - Да, профессор, — кивнул он.       - Проверим. Легилименс!       Поттер рухнул на пол, хватаясь руками за голову. У него ничего не получалось. Снейп злился, ведь тратил свое время зря.       - Поттер! Соберитесь! Ум — не книга, которую можно раскрыть, когда заблагорассудится. Мысли не напечатаны внутри черепа, чтобы их мог изучить всякий любопытный. Мозг — сложный и многослойный орган — по крайней мере, у большинства людей, Поттер. Те, кто овладел легилименцией, способны при определенных условиях проникнуть в сознание своих жертв и правильно интерпретировать добытые сведения.       - Я стараюсь! - крикнул на него мальчишка, теряя самообладание.       - Если вы не научитесь закрывать своё сознание от Темного Лорда, вам никогда его не победить! — профессор Снейп был в ярости.       В очередной раз, по мнению зельевара, сын Поттера не мог элементарно постараться, не говоря уже о хорошем результате. Снейп понимал, что Дамблдор не просто так заставляет его мучать мальчика. Значит, у второго хозяина есть планы, которые в ближайшее время тот собирается воплотить в жизнь. Старик вообще из ума выжил, раз дал ему на растерзание своего ручного героя.       - Я пытаюсь, сэр! Но не получается! Может, вы объясните мне, как закрыть сознание, а не будете нагло просматривать мои воспоминания? — Поттер был раздражён и взбешён не меньше зельевара.       - Поттер, - Снейп устало выдохнул. Его уже порядком достало общество мальчишки. - Окклюменция — это дисциплина, не поддающаяся конкретным объяснениям. Если вы хотите, то можете закрыть сознание, не применяя заклинания, которыми вы меня периодически пытаетесь покалечить! — Гарри смотрел на профессора с такой злостью, что, кажется, мог дыру в нем проделать взглядом.       - Профессор, почему я не могу просто умереть? — неожиданный вопрос застал зельевара врасплох. Парень выглядел растерянно.       - Что, прости? — Снейп удивленно поднял бровь.       - Убейте меня, сэр. Я не хочу сражаться с ним. Просто хочу умереть. Я устал! — в зелёных глазах потухли огоньки гнева, которые вызывали язвительные комментарии профессора. Он выглядел безжизненным, пустым и взгляд его стал рассеянным, будто он смотрел сквозь Снейпа.       - Поттер, не несите чушь!       Снейп изучающе посмотрел на Поттера.       - Простите, сэр. Я перегнул палку, просто устал, я пойду. До свидания! — с этими словами Гарри покинул лабораторию Снейпа и направился в гостиную.       Я осталась стоять под чарами, сжимая в руках палочку. Хотелось кинуться за Гарри и утешить его, а еще больше остаться с зельеваром. Подслушивать не хорошо, но я должна была знать, почему эти двое постоянно враждуют, а Гарри приходит таким подавленным после каждого занятия. Снейп сел в кресло и призвал бутылку с огневиски из шкафа, он налил два стакана. Один выпил залпом и налил еще.       - Долго вы будете прятаться?       Я вздохнула, снимая чары. Снейпу всегда удавалось на подсознательно уровне чувствовать мое присутствие и избегать навязанного общества. Я села в предложенное кресло и взяла стакан.       - Зачем Поттеру окклюменция? У него нет к этому таланта. Снейп сидел в кресле, обитом велюром изумрудного цвета, и неспешно крутил в руке стакан с янтарной жидкостью. Рядом на журнальном столике стояла новая бутылка виски. Шумно втянув воздух, он поднёс стакан к губам и отпил немного.       - Только ваших напутствий мне не хватало, - привычно язвил Снейп.        Я засмотрелась на его руки и захотелось большего. Я уже намекала на желание познакомиться поближе, но зельевар упорно все игнорировал. Нестерпимо хотелось прикоснуться к его губам, попробовать их на вкус, скользнуть языком внутрь его рта и исследовать там каждый уголок. Я сдержала дрожь от этого запретного желания, понимая, что балансирую на грани. Внезапно захотелось наплевать на все и будет, что будет. Осторожно я наклонилась, и поцеловала уголок его рта, дрожа от нежности и нетерпения. Смесь безумных ощущений затмила разум, окутав его туманной пеленой. И некогда было задаваться вопросом, почему Северус так странно тих, спокоен и недвижим, почему не сопротивляется. Не почувствовав сопротивления, я, обхватив ладонями лицо Снейпа, жадно целовала зельевара. Северус несколько минут назад казавшимся таким отчужденным, таким далеким, покорно принимал все те нерастраченные ласки, которые ему предназначались. Я отстранилась от мужчины.       - Вы… - Снейп не нашел, что сказать и допил залпом содержимое стакана.       - Вам не понравилось или вы предпочитаете рыжих?       Я знала от лорда Малфоя, что единственная женщина, которую любил Северус, это Лили Поттер. К счастью, покойная соперница.       - Понравилось, - встал с кресла мужчина, - но не делайте так больше.       Он открыл дверь и намекнул, чтобы я выметалась. Я ничуть не удивлена его поведению.       - Я еще приду, - сказала ему напоследок.       Как заставить сердце не стучать, когда Северус мимолетно, словно невзначай, дотрагивается до меня, подавая стакан? Как заставить сердце не заходиться от радости и нежности, когда я ловлю на себе внимательный взгляд черных глаз? Как заставить сердце не биться, словно сумасшедшее, когда я вижу легкий намек на улыбку, затаившийся в уголках его губ? Мне было мало одного поцелуя, я хочу этого холоднокровного змея в безраздельное пользование.