Разорваные узы

      Простыни на кровати такие удобные, что мне не хотелось открывать глаза. Я перевернулась на другой бок в поисках тёплого, мягкого, уютного тела, возле которого провела ночь.       - Северус, - пробормотала я, рыская руками по простыням с всё ещё закрытыми глазами.       Затем воспоминания о прошлом вечере пронеслись в моей голове за одну микросекунду. Я резко села на кровати, уже полностью проснувшейся, прикрывая простыней голую грудь. Я увидела, что Снейп, конечно, был рядом – не в кровати.       - Доброе утро, - сказал мужчина. – Как твое самочувствие?       Я прислушалась к своим ощущениям, но ничего странного не было.       - Все хорошо. Где мы?       - В покоях лорда, - ответил зельевар, откладывая на небольшой круглый столик толстый старинный фолиант.       Я осмотрела комнату, которая на первый взгляд была крайне ветхой. Стены были облицованы темно-синей местами потрескавшейся штукатуркой. В комнате было два больших давно не мытых окна. Штор не было, зато присутствовали карнизы из какого-то металла. Северус сидел в большом потертом кресле прошлой эпохи, столик и книга рядом с мужем – антиквариат. Из-за темного балдахина мне не удавалось разглядеть всю обстановку комнаты. Все говорило о запущенности помещения, хотя белье на постели было чистым и свежим.       - После обряда, - заговорил Северус, не смотря на меня, - в комнату перенес нас проснувшийся домовой эльф.       - Он может принести мне одежду? – спросила я, ведь в комнате было ощутимо прохладно, учитывая, что за окном декабрь.       - С этим пока проблемы, но я могу одолжить вам свою мантию, - сказал зельевар.       Я вздохнула и приняла его длинную мантию, которая еще сохранила тепло родного тела. Я завернула себя в чёрную одежду и стала босыми ногами на деревянный пол, по которому гулял сквозняк. Я села во второе кресло с ногами, чтобы ступни не мерзли. Несколько минут я наблюдала за молчаливым Северусом. Мой муж явно думал о чем-то неприятном. Существовало мало проблем, которые могли бы его так сильно озадачить.       - Северус? – коснулась я его руки, привлекая внимание.       - Вы теперь леди Принц, родовая магия одобрила наш брак.        Я вспомнила прочитанное. В одной из книг говорилось, что у каждого рода был свой источник родовой магии сосредоточие чистой силы и магии, что накапливается веками и подчиняется оно главе дома и его наследнику. Она была как живая. Такие источники есть в каждой чистокровной семье. Обычно они располагались в родовых замках. Лорд древнего чистокровного рода – это не просто слова, это долг, обязанности, традиции, умения, сила и знания.       - Это хорошо, - улыбнулась я, но муж не выглядел уж таким счастливым.       Я тоже нахмурилась, не понимая, почему он себя так ведет. Мы уже давно обращали друг ко другу по имени.       - Новый статус накладывает некоторые обязанности, - покосился на старую книгу мой зельевар. – Это кодекс рода.       Я кивнула, понятное дело, что ничего в этом мире не дается даром. Если магия рода признала полукровку новым лордом, то что-то потребует у него взамен. Похоже, Северус знает о плате, поэтому так задумчив.       - Северус, не молчи.       - Как леди, вы обязаны родить наследника, - ответил мой муж.       - В чем проблема? – не поняла я. – Мы состоим в браке. Вполне понятно, что супружеская взаимность подарит нам ребенка.       - Вы хотите от меня детей?       Зельевар был одновременно удивленным и серьезным. Что значат дети для взрослых? Для кого-то они – камень на душе, для кого-то кровоточащая рана, для других – яркое солнце и луч надежды, для третьих – цветы жизни.       - Северус, что за глупые мысли в твоей голове? Я хочу от тебя детей, конечно, не сейчас, а через год-два.       Северус прикрыл глаза рукой и вздохнул, будто с облегчением.       - Я проснулся пару часов назад и успел немного побродить по нашему замку. Пообщался с некоторыми портретами…       - Кто же вселил эту мысль в твою светлую голову?       Все внутри меня кипело от негодования. Мне так трудно строить отношения с Северусом, ведь он замыкается в себе каждый раз, когда я делаю шаг навстречу. Сейчас мы крепко связаны физическими отношениями. Мне приятно получать удовольствие и дарить его своему мужу. Если он и здесь перекроет мне все пути – наш брак станет безнадежным.       - Моя мать очень поздний ребенок, ведь покойный лорд Принц не ладил со своей супругой, - говорил Северус.       - Предлагаю сжечь портрет этой старухи или лорда, раз они портят наши и без того непростые отношения, - сказала я.       Северус невольно улыбнулся. Как же хорошо, что мнение нарисованного придурка больше не тяготило моего любимого мужа.       - Как скажешь, ты теперь здесь хозяйка.       Я присела на колени мужа и обняла его за шею.       - Не слушай никого, мы сами будем строить наши семейные отношения, как нам хочется.       - Собираешься меня терпеть?       - Я тебя люблю, - сказала я, дыша в губы любимому.        Северус наклонился и нежно поцеловал меня. Я обхватила ладонями его лицо, чуть наклонила голову, задевая кончиком носа щеку мужа. Северус целует мягко и бесцеремонно, вынося приличные мысли южным ветром. Мое сердце бьется рядом с его так же громко и часто. Наш поцелуй продолжается ярко, до исступления, до звонкой тишины, муж не разжимает руки. Мы тяжело дышим, но не спешим продолжать. Часы над камином пробили восемь, у нас обоих сегодня есть первые уроки.       - Нам пора собираться, - сказала я, не покидая объятий Северуса.       - У меня первым уроком Слизерин и Гриффиндор, - вздохнул зельевар, зарываясь носом в мои волосы.       Мы неохотно встали, Северус по-собственнически придерживал меня за талию. Еды в поместье не было. Старый эльф открыл нам камин, чтобы мы могли попасть в Хогвартс. Но мы обязательно скоро вернемся в наш дом.       Дом это место, единственное место, где ты в безопасности, где ты – это ты, и кажется, что ты со всем справишься, что даже стены и сам воздух тебя поддерживают. Дом недалеко от Косой аллеи не давал такого чувства, я не ощущала, что то место мое. Я жила там, но особой привязанности не было. Возможно, родовое имение Принцев станет моим родным домом.

***

      Я отодвинула жирный кусок мяса в сторону. Учительский стол, как и у детей, ломился от изобилия жирной пищи, хотя на ужин такой рацион вреден. Ужин должен быть легким и обязательно с молочными продуктами. Новое меню можно обсудить с колдомедиками в Мунго и ввести уже со второго семестра. Уверена, это сократит школьный бюджет и уменьшит работу эльфам, которые обслуживают замок. Больше забот о меню меня нервировал Сириус Блэк, который присутствовал в Большом зале. Мой супруг все кидал на него уничтожающие взгляды, но лохматый темноволосый мужчина о чем-то увлеченно говорил с Хагридом около входа в зал и ничего не замечал. За своими размышлениями я не заметила, как поднялся со своего трона директор Дамблдор и попросил тишины, чтобы сделать объявление. Все профессора в недоумении посмотрели на мужчину, который, как казалось, постарел со вчерашнего дня.       - Дорогие ученики, коллеги! Сегодня я хочу сообщить радостную новость! В стенах нашей школы двое учеников решили заключить магическую помолвку.       Ученики аплодировали и поглядывали друг на друга, пытаясь узнать из толпы кто же эти счастливчики. Я тоже смотрела в зал и наблюдала за учениками. За магическими законами помолвку могут заключать дети с четырнадцати лет при согласии родителей или опекунов. Были в истории исключения – с двенадцати, но эти помолвки можно пересчитать на пальцах.       - Гарри Поттер и Джиневра Уизли решили заключить помолвку! Давайте поздравим их!       Дети громко зааплодировали, с некоторый сторон зала послышались свистки. Гарри, сидевшего в конце стола вытолкали в сторону центра зала. Джиневра изящно встала со своего места, поправила рыжие волосы и с улыбкой подошла к Поттеру. Новоявленную парочку заставили выйти вперед. Гарри выглядел пришибленным, будто не понимал, что происходит. Джиневра радостно улыбалась всем, приглаживая рыжие волосы. Они выглядели совершенно по разному, хотя помолвка - важное событие в жизни каждого мага.       - Что? – у меня выпала вилка из рук, ведь я как опекун Поттера должна была дать согласие на эту помолку.       - Долорес? – перевел на меня взгляд Северус, который тоже не понимал, что происходит.       - Спокойно, это ошибка, - говорила я.       Директор вышел вперед и пригласил Сириуса Блэка, который стал рядом с Гарри, а за Джиневрой её отец. Какие они быстрые! Я подскочила с места, желая остановить этот фарс.       - Подождите, я… - начал Гарри, но его перебили.       - Сохатик, это же твоя мечта, - сказал Сириус.       - Мечта?       - Я люблю тебя, Гарри, - взяла мальчишку за руку Джиневра, - мне уже четырнадцать и мы можем заключить помолвку.       Девочка преданно заглядывала в глаза своего объекта обожания. Гарри вывернул свою руку из её потных ладошек. Директор достал палочку, а Минерва принесла толстую книгу.       - Я тебя не люблю!       - Сохатик, - заговорил Сириус.       Поднялся балаган: Гарри начал кричать на крестного, который доказывал, что тот обязан заключить помолвку. Джиневра растерянно хлопала глазами и не понимала, почему её обожаемый Гарри отказывается от неё прекрасной. Мистер Уизли тоже вставлял свои комментарии, отвлекая все от главного действия. Гарри не волен поступать так, как ему заблагорассудится, всегда оглядывается на мнение и желание других. Не позволю Гарри быть марионеткой на ниточке у опытного кукловода. Директор раскрыл книгу записей школы и начал обряд помолвки.       - Властью данной мне магией…       - Запрещаю! – выкрикнула я, наложив Силенцио на Блэка и Уизли. – По какому праву, директор Дамблдор, вы начали обряд без согласия сторон?       - Мисс Амбридж, сердечные дела учеников вас не касаются, - ответил мне мистер Уизли.       - Вас никто не спрашивал! – подал голос Блэк.       Мужчина после суда изменился, но не в лучшую сторону. Он явно злоупотреблял алкоголем и пренебрегал нормальным питанием.       - Я представитель Министерства и имею право задавать вопросы, мистер Блэк, - почти прошипела я. – Мистер Поттер, вы хотите заключить магическую помолку с мисс Уизли?       - Нет, - твердо ответил мальчишка.       - Гарри? – попыталась схватить на руку гриффиндорца его несостоявшаяся невеста.       Мистер Уизли успел остановить дочь, чтобы девочка не опозорилась еще больше. Кажется, мужчина еще не настолько глуп.       - На правах опекуна, я даю согласие на помолвку, - сказал Сириус.       Слова Блэка поразили меня до глубины души, а в глазах Гарри я увидела разочарование. У мальчишки опустились плечи. Он вдруг стал меньше. Родной человек, который должен его оберегать и стать вторым отцом, лишал его права выбора.       - Это несправедливо… - едва слышно прошептал Гарри, опустив голову.       - Вы не являетесь опекуном мистера Поттера, мистер Блэк, - сообщила я.       Все обернулись к директору, который, по мнению присутствующих, был магическим опекуном Поттера. Я сложила руки перед собою и уставилась на старика. Ожидали его ответа и все профессора, и ученики, которые наблюдали за всем с большим интересом. Не каждый день в Хогвартсе разворачиваются такие действия.       - Мальчик мой, - заговорил директор слащавым голосом. – Подумай, Джиневра станет тебе в будущем прекрасной супругой.       У Золотого мальчика, наследника дома Поттеров в Гринготтсе лежит немало золота, а парень вскоре должен победить зло и стать известным, как Локхарт. Чета Уизли хотела выдать свою единственную доченьку замуж за Мальчика-Который-Выжил-И-Имеет-Много-Галеонов-И-Славу, в которого Джиневра Уизли влюбилась ещё в раннем детстве.       - Я уже подумал.       - Это лишь помолвка, до брака еще много времени, - продолжал вещать директор.       - Директор, не слишком ли вы настойчивы? – вышла я из-за стола, сжимая в руках палочку.       - Не лезьте не в свое дело! – возмутился Сириус.       Воспитание в чистокровных семьях хромает, раз этот вырос таким. Я бы на месте его матери шкуру бы спустила с непутевого сына за подобные высказывания. Мерлин, спасибо, что это не мой сын – в гробу бы перевернулась.       - Блэк, совсем манер не осталось!? – вступился за меня Северус.       Мне было приятно, что муж поддержал меня. Я легко улыбнулась дорогому человеку.       - Смотрите, кто голос подал! – вспылил Сириус. – Возвращайся в своё подземелье, змей!       - Вы что-то имеете против нашего декана, мистер Блэк? – подал голос Драко Малфой.        Представители зеленого факультета раньше всех разобрались в этом фарсе и с любопытством наблюдали, пока Блэк не полез к моему мужу. Слизеринцы уважали зельевара, хоть тот и был полукровкой. Северус был справедлив к ним, защищал их от нападок остальных факультетов и предвзятости некоторых профессоров.       - Рот закрой, пожирательский выродок! – крикнул на племянника Сириус.       У Блэка всё в порядке с головой? В Мунго проверяют психику магов после Азкабана? Драко застыл на месте, не зная, как правильно ответить на унизительное оскорбление. С одной стороны это кузен его матери и старшим грубить нельзя, а с другой - проглотить обиду маленькому аристократу было затруднительно. Я залепила Сириусу пощечину, ведь стояла ближе всего к нему. Потом перетащила несопротивляющегося Гарри себе за спину.       - Думайте, о чем говорите, мистер Блэк.       - Ты!.. – выхватил палочку Блэк.       - Леди Принц для вас, и официальный магический опекун Гарри Поттера! – провозгласила я на весь зал.        Жаль, что пришлось выложить этот козырь, но по другому они не оставят Гарри в покое. К тому же я указала свою принадлежность к аристократии и чистокровные дети и ученики меня поддержат. Образовавшуюся тишину в зале прервал появившийся на мой вызов отряд авроров.       - Всем оставаться на местах и сохранять спокойствие! - проговорил полноватый мужчина в красной мантии.       Я вздохнула с облегчением, в конце концов отпустив руку встревоженного Поттера. Гарри открыл рот, собираясь ответить, но не успело это слово слететь у него с губ, как в поле его зрения случайно попало мое лицо. Я неуловимо качнула головой вправо и влево, чтобы мальчик молчал и не попал под горячую руку. Директор не смотрел прямо на Гарри — его злой взгляд был устремлен на меня.       - По какому праву Вы, господин директор, впустили постороннего человека в школу? – спросил аврор, поравнявшись со стариком.       - Сириус Блэк родственник одного из учеников, а еще мой давний друг, которого я пригласил на чашечку чая.       А чай с чем был? Вопрос я не спешила задать, ведь доказательств у меня не было. Сириус Блэк часто вел себя неподобающе, поэтому доказать, что это влияние директора практически невозможно. Кровь Блэка проверят в Мунго, в голове покопается легилимент, но Сириус легко поддавался внушению директора и без чар. Как можно так верить человеку, который настраивает тебя против семьи или племянника? Блэк настолько наивен, что не допускает мысли, что директор может быть не прав? Я поражаюсь. Вместе с отрядом авроров прибыло двое мракоборцев из отдела тайн, хотя я не посылала туда никакой информации. Кажется, в школе у них свой осведомитель.       - Для этого существуют дни посещения, - напомнила я директору и всем присутствующим. – Я подам на Вас иск за попытку подстроить магическую помолвку без согласия моего подопечного.       Аврор снова повернулся к Дамблдору.       - А Вы сейчас под конвоем отправитесь в Министерство. Там Вам предъявят официальное обвинение, а суда Вы будете дожидаться в Азкабане!       - Ах, — вздохнул Дамблдор, — ну вот. Так я и знал, что мы наткнемся на это маленькое затруднение.       - Затруднение? — переспросила я. — Не вижу никаких затруднений, мистер Дамблдор!       - Мне очень жаль, — виновато сказал Дамблдор, — но боюсь, что их вижу я.       - Неужели? – поражалась я человеческой наглости.       Какую игру ведет этот старик?       - Да. Дело в том, что вы заблуждаетесь, полагая, что я пойду с вами по-хорошему. Я вовсе не собираюсь идти по-хорошему. У меня нет абсолютно никакого желания сидеть в Азкабане. Конечно, я мог бы оттуда сбежать, но зачем тратить время? Скажу вам честно, что могу придумать миллион способов провести его с гораздо большей пользой.       Лица авроров краснели на глазах; можно было подумать, что они наливаются кипятком. Я старалась сохранять спокойствие, как и человек с короткими седыми волосами возле командира группы — единственных участников этой сцены, до сих пор хранивших молчание. Коротышка подбодрил аврора кивком и двинулся вперед. Я увидела, как его рука будто бы случайно скользнула к карману.       - Не стоит, Долиш, — вежливо сказал Дамблдор. — Я уверен, что вы прекрасный мракоборец — недаром же вы получили «превосходно» по всем ЖАБА, — но если вы попытаетесь применить силу, я вынужден буду причинить вам вред.       Аврор по имени Долиш заморгал. Вид у него при этом был довольно дурацкий. Он посмотрел на меня, словно не знал, что делать дальше, и надеялся получить подсказку.       - Мистер Дамблдор, напоминаю, что противостояние правосудию выйдет Вам боком, - сказала я, наставляя палочку на старика. Я волновалась, что директор может вытворить что-то ужасное и пострадают дети.       - Вы не справитесь с нами в одиночку, Дамблдор! – напомнил аврор и приготовился к нападению.       Дамблдор отступил на шаг назад, пригладив свою бороду. В Большом зале внезапно появился феникс. Все произошло слишком быстро. Фоукс сделал очередной круг и подлетел к Дамблдору. Тот поднял руку и ухватился за длинный золотой хвост феникса. Вспыхнуло пламя, и оба они исчезли.       - Где он? — завопил аврор, приподнявшись с пола. — Где он?       - Не знаю! — воскликнул Долиш.       - Он не мог трансгрессировать! — сказала я. — Из Хогвартса нельзя выбраться таким образом...       - Лестница! — крикнул Долиш, бросился к двери из Большого зала, рывком распахнул ее и исчез за порогом.       Авроры кинулись искать директора. Уверена, в школе они никого не найдут. Наступила долгая, томительная пауза.       - Итак, мисс Макгонагалл, — ядовито сказала я, — боюсь, это конец вашего друга Дамблдора.       - Вы так думаете? — презрительно откликнулась Минерва.       Я покачала головой, мне не переубедить эту кошку и других профессоров. Они волком смотрели на меня, будто не Дамблдор на их глазах пытался принудить Гарри к помолвке. Гриффиндорец все еще стоял за моей спиной, нужно увести его из зала и напоить успокоительным. На ремонт Большого зала уйдет много времени. Придется объявить о начале каникул немного раньше, чем положено.