Старые знакомые

Проснувшись утром в своей постели, я сразу почувствовала дуновение лета. Лёгкие облака плыли по небу. Я встала, оделась, посмотрела в зеркало и увидела женщину, кареглазую шатенку, лет двадцати пяти, одетую в симпатичное приталенное синее платье. Это платье, как и все остальные, выбрал мой муж, у него был отменный вкус, но он уже больше двух месяцев был в Рио-де-Жанейро. Послышался стук. Я сразу поняла, кто стучит. Этот стук я не спутаю ни с каким-либо другим, он словно особенный. — Входи, Майло, -он вошёл. Прекрасный и нарядный, со своей дежурной улыбкой. — Привет, дорогая, -как всегда невозмутимо сказал он. Он всегда был невозмутим, даже в моменты, когда надо было смеяться или плакать. — Привет, не ждала тебя так рано, — я намеренно подчеркнула слово рано — он опять не удосужился меня предупредить. Я вспомнила, как был прекрасен наш брак первое время. А сейчас же… Я окунулась в мрачные мысли, их прорвала неуместная улыбка Майло. — Извини, Эймори. Больно резко мне надоели эти нескончаемые пляжи! Я подумала, что он хотел сказать «нескончаемые женщины». Я бы даже не удивилась, если бы из его уст высыпались именно эти слова. — Может прокатимся верхом? — спросил он. Я с минуту подумала о том что, по—настоящему счастлив он только в своей конюшне, о том, как долго он не приглашал меня на эти прогулки, о былых временах… Сегодня у меня было явно меланхолическое настроение. Наконец я ответила: — Нет, спасибо, Майло. — Ну ладно, Эйм. Я пошёл.- Он вышел, я услышала его удаляющиеся шаги со стороны лестницы. *** Ко мне зашёл наш дворецкий Мортимер и сказал, что в малой гостиной ждёт гость. Вот этой вести я точно не ожидала. Я зашла в уютную гостиную и порадовалась что наш Мортимер, отличавшийся проницательностью, выбрал именно эту комнату. На кресле сидел Джил. Мой бывший жених, с которым я обошлась так несправедливо. Я сбежала от него с Майло, которого сейчас ненавижу, этого прекрасного внешне, но холодного внутри человека. Я часто думала, как бы я сейчас жила если бы вышла за Джила — моего друга ещё с детских времён. Он совсем не изменился — тот же широкоплечий, высокий и статный Джил. По непонятным мне причинам на душе у меня прояснилось.