Ты можешь стать героем

      Не всем было суждено родиться с причудой. Ежегодно процент людей без причуды становился всё ниже, но Мидории не повезло родиться именно сейчас, когда причуды находились на стадии внедрения. По-прежнему на земле оставалась крайне маленькая часть обычных людей. Обычно к ним относились нормально, но бывали и исключения.       Изуку было трудно дышать, из глаз градом лились слёзы, а рот, который нельзя было открыть от ужаса, был занят вязкой склизкой субстанцией — грязевым монстром.       Монстр сказал, что ему нужно тело Изуку, потому что сам монстр являлся бесформенным, а творить преступления, имея физическую оболочку, гораздо удобнее. И он совсем не стеснялся вслух выражать все свои ужасные мысли умирающему парнишке:       — Управлять человеческой марионеткой гораздо приятнее! — Монстр был доволен своей работой.       — Полностью согласен, — проходящему рядом Шинсо пришлась по нраву идеология монстра.       Существо на секунду растерялось и отвлеклось, но пустило кусок грязи в Хитоши, который оказался в этом переходе совершенно случайно. Парень едва сумел избежать попадания, вовремя отпрыгнув в сторону, выкидывая из рук всё, что в них имелось и ударяясь спиной о стену. Монстр обратил на него внимание, повернул свой полный презрения взгляд и стал насмехаться не хуже, чем над Изуку:       — Ой, кажется, на подходе второй вариант? Может, мне стоит занять твоё тело? Почему ты не используешь причуду, чтобы спасти этого мальчишку, а? Или ты такой же бесполезный?       Шинсо стиснул зубы со злости. В его планы не входило никого спасать, он оказался здесь только по воле случая, но то, что этот кусок грязи сейчас пытался унизить Шинсо, безумно рассердило его. Парень отошёл от стены.       — Слейся обратно в канализацию, — Шинсо сконцентрировался на захвате разума.       Этот монстр имел свои планы, умел говорить и строить мысли, а значит, у него тоже имелось сознание. И он послушно освободил Мидорию, который едва не откинулся, и нырнул в канализационный люк, откуда же и пришёл некоторым временем ранее.       Изуку упал на землю и тяжело задышал после того, как этот монстр едва не забрался в его тело. Он вопросительно уставился на парня, который спас его. Шинсо стоял в тени, был высоким и стройным, одетым в обычную прогулочную одежду. Изуку молчаливо смотрел на него, всё ещё вбирая в лёгкие недостающий за долгое время воздух. Шинсо тоже мимолётно взглянул на шокированного Мидорию и слишком проникся к нему жалостью из-за монстра, который унизительно раскритиковал то, что Изуку не смог защитить себя. Шинсо подумал, что, возможно, у него тоже «негеройская» причуда. Выйдя из тени, Хитоши подал ему руку, чтобы тот поднялся.       — Как ты это сделал? — Изуку удивился, как монстр легко послушался этого парня.       Сейчас, когда он подавал ему руку помощи, часть фонарного освещения перехода позволила рассмотреть его более детально. Но всё, к чему можно было присмотреться, меркло на фоне его тёмных кругов под глазами. Шинсо предпочёл молчание пустой болтовне.       — Ты что, злодей? — Мидория поднялся с земли, не спуская взгляд с загадочного спасителя.       И хотя для злодея Шинсо ещё выглядел достаточно молодо, Изуку решил перебрать в своей голове всевозможные теории. Вопросительно сверлил его своим взглядом, вспоминая всё то, о чём сказал монстр.       — Он говорил о марионетках, об управлении людьми… И тебя тоже послушал!       Проведя логическую цепочку вслух, он отшатнулся от Хитоши. Тот же, в свою очередь, презрительно фыркнул.       — И это твоя благодарность? Хотя… я привык.       Шинсо обиженно подобрал пакет с продуктами, который накануне выронил, отпрыгивая от атаки монстра, стряхнул с него пыль и важно пошёл к выходу из подземного перехода.       — Погоди… Спасибо! — Изуку тоже подхватил свой школьный портфель и бросился за своим спасителем. — Так как ты это сделал?       — Послушай… Мне не нужны дополнительные неприятности. Просто оставь меня в покое. Новые знакомства мне не нужны, я просто иду куда шёл.       Мидория приметил его пустой, скучающий взгляд. Никакой радости от спасения другой жизни, никакой радости, что вышел победителем. Только какая-то подавленность. Изуку стал плестись позади, постоянно задавая новые вопросы.       — Правда, мне так интересно какая у тебя причуда, я бы хотел записать её в свою тетрадку, ну, знаешь, я записываю причуды других людей, это так интересно.       Шинсо начинал медленно раздражаться. Они вышли на людную улицу, и он задумался, почему не использовал захват разума, чтобы отвязаться от этого парня ещё сначала. Но слишком уж было нейтрально его бурчание под ухом, Хитоши это особо не напрягало. Напрягало лишь то, что Мидория шёл за ним и постоянно рассказывал о чужих причудах. Хороших. Таких, которых любит общество. Таких, с которыми можно стать героем. А Шинсо уже никогда не стать героем, все постоянно отрицают его возможность контроля сознания, все постоянно шарахаются и пугаются. Все предпочитают молчание разговору с ним. И Шинсо не выдержал постоянных упрёков, он время от времени стал применять причуду в своих целях, он уже закрыл за собой дверь к своей давней мечте — стать героем.       — Как тебя зовут? Я — Изуку Мидория! Я скоро вот-вот поступлю в ЮЭЙ, а ты, кстати, не оттуда? Ты так профессионально справился с этим монстром…       Хитоши нервно дёрнул глазом. ЮЭЙ… Он ненавидел это место. Ему никогда не сдать практическую часть этой геройской академии и не стать полноценным героем со своей «злобной» причудой контроля сознания.       — Даже несмотря на то, что у меня нет причуды, я всё равно поступлю туда и стану героем! В любом случае!       Мидория выскочил перед Шинсо и счастливо улыбнулся. Хитоши недоумевающе приоткрыл рот.       — Что… У тебя нет причуды? — Сначала Шинсо удивился, а потом ехидно засмеялся.       Изуку перестал улыбаться, его лицо сделалось мрачным.       — Да. У меня нет причуды. Но я всё равно стану героем!       — Да что ты? — Съязвил Хитоши. — Даже мне не стать героем, хотя у меня и есть причуда, а тебе уж точно путь закрыт.       — Не говори так… — Изуку расстроился. — Я всё равно им стану! Никто мне не помешает!       — Ты не сдашь практику. Ты будешь бесполезен.       — Нет, — Изуку сжал кулаки. — Зачем ты мне всё это говоришь?! Сам не хочешь быть героем, ну и не надо! У тебя хотя бы есть причуда, тебе повезло родиться с ней! Тебе никогда не понять моего стремления стать героем! Я даже не знаю, что это за причуда, но она смогла отогнать от меня этого злосчастного монстра, и неужели ты думаешь, что этого слишком мало, чтобы стать героем?! Ты уже герой… Мой герой!       Хитоши удивлённо вытаращился на разошедшегося в истерике парня, который говорил странные, но мудрые вещи.       — Все ненавидят мою причуду! Тебе не понять этого! — Начал спор Шинсо.       — Круто! Все ненавидят мою беспричудность!       Они оба замолчали, Шинсо с жалостью посмотрел на Изуку. Если бы он не подоспел вовремя, этого парня уже не было бы в живых. По телу прошлась дрожь, он осознал, что поступил в тот момент как настоящий герой. Он действительно спас человека своей причудой… Он не заставил в очередной раз кого-то выполнять грязную работу, не заставил в очередной раз кого-то делать что-то против своей воли, не стал пользоваться чужой беспомощностью. Просто безвозмездно бросился помогать умирающему парню. Губы Шинсо дёрнулись, он чуть приулыбнулся.       — Изуку, верно?       — Да.       — Все всегда ненавидели меня за мою причуду. Скажи, ты не испугаешься?       — Почему я должен бояться тебя? Ты ведь спас меня! И пошёл себе дальше заниматься своими делами… молчаливо… так делают настоящие герои!       — Монстр ушёл потому, что я захватил его разум. Моя причуда — контроль разума. Звучит не очень то теперь по-геройски, да?       Мидория остался на месте, только сильнее сжал рукой свой портфель для большей уверенности. Оглянулся на рядом проходящих время от времени людей и решительно заявил Шинсо:       — Ненавидели? Твою причуду? Как можно ненавидеть то, что ты никогда бы сам не выбрал? Тем более… Смотри, как хорошо она справилась с моим спасением! Я понимаю, наверное, многие говорили тебе всякое нехорошее… Но это ведь такая сильная причуда! Ты можешь стать героем!       Наверное именно это чувствуют все школьники, получающие пятёрки по контрольным. Получающие надбавки к зарплате уставшие работники. Получающие свои давно желаемые подарки маленькие дети. Чувство полной удовлетворённости, восторга, ощущение, что сбылось то самое, о чём ты желал. Хитоши смотрел на восторженное лицо Изуку Мидории — мальчика, которого он не знал от слова совсем, как и он не знал Шинсо. Вопреки этому, Изуку всё равно неистово поддержал его. Сказал, что и Хитоши может стать героем. Человеку, который уже не верил в это. Человеку, который уже пошёл по своему — неправильному пути, начав пользоваться чужим сознанием для достижения своих личных, хоть пока и не преступных, целей, но всё равно… Мидория стоял напротив него и восторженно сиял изнутри своим светом, может, именно этот свет и привлёк Хитоши в тот переход?..       Шинсо не знал, что ответить, но щёки загорелись. От осознания чужого признания, от осознания нужности кому-то. Он ведь и правда развернул эту спасательную операцию рефлекторно. Только увидел, как монстр начинает погружаться в сопротивляющееся тело, так сразу понял, что пора действовать. Но тело сопротивлялось и боялось. Ещё бы немного размышлений о том, стоит ли оно того или нет — и Изуку Мидории бы больше не было.       А сейчас, в настоящем, он стоит прямо перед Шинсо, который не может скрыть улыбки.       — Такого мне ещё никто не говорил, — он перевёл свой растерянный от похвалы взгляд куда-то мимо Изуку.       — Мы все имеем шанс. Мы должны пользоваться им. Мы должны идти к своей цели до самого конца! И я тоже пойду в ЮЭЙ. Я, наверное, не смогу пройти практический тест, но всё равно буду там учиться, на любом другом факультете.       — Спасибо… Спасибо за эти слова… Я так счастлив, что кто-то сказал мне это. — Шинсо хотел сказать ещё многое, но сдержался. — Я — Хитоши Шинсо. ***       Больше они не виделись до вступительных экзаменов в ЮЭЙ, которые с грохотом оба провалили. Но стремление продолжать идти к своим целям — стать настоящими героями — никуда не делось. Они попали в один класс общего образования, и Шинсо вновь поблагодарил Изуку, который когда-то смог признать в нём того, кем хотелось быть больше всего — героем.