-16-

Билли не верилось, что уже вечером его жизнь кардинально изменится: нет, он не собирался делать Линде предложение — пока что! А всего лишь официально открывал лучшее заведение в городе, с колбасками и свежей выпечкой прямо с печи! Бутчер вдохновлённо облизнулся, шагая в сторону часовенки, перестроенной под небольшое кафе; Билли не спал всю ночь — не из-за Линды, как ему хотелось, а просто волновался перед важным днём. Вот только — блять — МакКойд словно почувствовал состояние Билли и встретил его на перекрёстке, зевая и приглаживая растрёпанные волосы. И какого хера ему не спалось в окружении феи? — Шеф! Шеф! Вы представляете, шеф?! — учитывая, что встали они до восхода солнца, удивительно, что в Майке била ключом энергия. Успел выпить кофе с энергетиком? — Мы открываемся! Мы сегодня открываемся! Я просто поверить в это не могу! Я так рад! Безумно рад! — Блять, — рыкнул Билли, потирая пальцами виски; от голоса МакКойда голова пухла так, будто вместо мозгов в черепной коробке отдыхало дрожжевое тесто, — если ты сейчас не заткнёшься, я сделаю новое эксклюзивное блюдо. — Какое, шеф? — Стейк из пиздюка! — несмотря на радость предстоящего открытия, МакКойд своей болтливостью только сбивал настроение. — Фи, шеф, — отмахнулся Майк, — это же невкусно. — Бля-я-ять, — процедил Бутчер, — это будет очень длинный день. — Почему, шеф? Потому что ремонт канализации ещё не закончили? Или мы мало заготовок сделали? Как по мне — всего достаточно, так и ещё сделаем, а какой рецепт салата придумала Лучик… МакКойд ни на секунду не умолкал; Билли до сих пор жалел, что не купил беруши, но наделся, что как только они дойдут до часовни, то Майк заткнётся и приступит к работе, а если нет, то Бутчер забьёт его рот своей сосиской. Той самой. Из свинины с кайенским перцем и имбирем. Отличный план, просто охуенный, надёжный, блять, как швейцарские часы… Пыльная дорога, уже выученная наизусть, привела их к одинокой часовне; Бутчер пинком открыл хлипкую калитку, уже потирая руки в предвкушении скорой работы. Жаль, что Линды рядом нет; нахер ей плясать в салуне шерифа?! Линда могла бы работать у Билли, дел в ресторане много; и получится у них настоящий семейный бизнес. — Шеф, — к Билли подскочил МакКойд, когда Бутчер собирался вставить ключ в замочную скважину, — вы счастливы? — Да, — кивнул Бутчер; вроде Майк всё ещё бесил, но сегодня нельзя давать волю своим эмоциям — слишком важный день, и, если что-то пойдёт не так, он устроит в этом городе ёбанный Армагеддон. Только заберёт Линду — на неё не распространяются никакие правила. — Я тоже счастлив, — в предвкушении потирал руки МакКойд, — так хочу обслужить наших первых клиентов! Пожарить им колбаски! Увидеть их счастливые и довольные лица, которые потом потребуют добавки! И чтобы потом они настолько объелись, что не смогли бы встать из-за стола, и мы их кат… — Блять, пиздюк, — в раздражении Бутчер передёрнул плечами, — что у тебя за фетиши такие ебанутые? — Н-нормальные, — стушевался Майк. — А что? — Ничего, — повёл плечом Билли, — мы сегодня работаем, как блядские часики: с чувством, с толком, с расстановкой. Усёк? — Так точно, шеф, — Майк выпрямился, по-военному салютуя, и Бутчер непроизвольно улыбнулся: всё-таки злиться на напарника в такой день не стоило — они в одном седле, у них на двоих одна хромая, косая старая кляча, и топить друг друга не стоит. Потому что все эти старания были для всеобщего блага. Билли широко улыбнулся, уже воображая себе будущую жизнь с Линдой: роскошный дом на каком-нибудь ранчо, просторное место, красивое и тихое, парочка пиздюков. Или не только парочка… И Террор. И не только он. Одного бульдога им явно недостаточно. А вот злющего мастифа завести… Почему бы и нет? Открыв двери, Билли вошёл первым в часовню и тут же… охуел, не желая выхуеть обратно! А, впрочем, какого?.. Что за?.. Мысли путались от зловонного запаха, витавшего внутри их забегаловки. Это просто кромешный пиздец! Бутчер смачно сплюнул, борясь с дурнотой, надеясь, что сегодня ночью под полом сдох любовник бывшей жены, но, похоже, дело было вовсе не в этом. Билли боялся заглядывать на кухню — стоял как вкопанный в дверном проёме, сжимая и разжимая кулаки, но из оцепенения его вывел Майк, размахивающий ладонью перед лицом. — Как ужасно воняет! — высказался МакКойд. — Нам кто-то подбросил скунса? — Или невидимые ниндзя режут протухший лук, уёбки сранные, — отмахнулся Билли; чем ближе он подходил к кухне, тем сильнее воняло. — Да что за хуйня?! — Шеф, я проверю снаружи, — попятился назад Майк, натужно сглатывая, — вдруг там что-то случилось? Билли фыркнул, чувствуя подкатывающую тошноту; вот же пиздюк! Решил все-таки съебаться. Услышав, как за ним захлопнулась дверь, Билли медленно продвигался на кухню: всё должно быть хорошо, это просто… наверно, просто крыса сдохла в подвале, но… Было бы всё так просто! Билли осторожно толкнул двери, наблюдая ужас, который не приснится в кошмарах: все полки с овощами были разгромлены, их аккуратно нарезанные полуфабрикаты плавали в луже, тянувшейся с… холодильника, открытого нараспашку. Какого хуя?! Бутчер, когда уходил, всё проверял, вытер с каждой розетки пыль, даже плите пожелал спокойной ночи, а здесь будто прошёл нахуй ураган Катрина вместе с ядерным цунами. — Шеф! — от мыслей его отвлёк пиздюк, постучавший в окно; Билли подошёл к нему и открыл форточку, надеясь, что Майк нашёл хоть что-то. — Тут это… у дизельного генератора кто-то откусил провода. — Что блять?! — разъярённо взревел Бутчер. — Ага, — быстро закивал МакКойд, — смотрите, — он продемонстрировал Билли оставленную на месте преступления улику, — секатор. — Охуеть! — в голове Бутчера всё перемешалось в взрывоопасный коктейль: злость, ненависть, паника, безысходность… Он знал, кто замешан во всём этом — тут к гадалке не ходи; ёбанный шериф и его щенок-сынок точно приложили к этому руку. Они думают, что этого хватит, чтобы справиться с Билли Бутчером? Хуй им с мясом! Билли и не из такого дерьма вылезал; да, у них осталось всего пара часов до официального открытия и ехать закупаться новыми продуктами просто нет времени, а, значит, нужно придумать что-то другое. Но победу он этим уёбкам не отдаст; не для этого он рвал жопу ради этого места, чтобы в один миг на всё насрать. — Шеф? — осторожно позвал Майк. Судя по тону его голоса, малец не на шутку расстроился. — Что нам делать? Всё… всё пропало да, шеф? — Не ссы, — отмахнулся Билли, — что-нибудь придумаем! — Но… продукты, — скорбно шмыгнул носом МакКойд, — они все… испортились! А времени сделать столько у нас нет совсем! — Пиздюк, — Билли прочистил горло, — если ты будешь ныть, я точно пущу тебя на фарш, и поверь мне — стенка меня не остановит. — Понял, шеф, — кивнул Майк. Билли потёр подбородок: первое, что нужно сделать — это навести порядок… А потом? Нет лучше сначала позвонить Сью и узнать, есть ли у неё лишний генератор, потому что времени на починку старого попросту нет. И что же делать с продуктами? Билли скрипнул зубами: когда он ненавидел окружающий мир, ему всегда думалось быстрее. Придётся кое-что сделать, пусть и пиздец как ему этого не хотелось, но если и спасать свой бизнес, то по-крупному. Выкусите хер, сранные ублюдки со звездой-пиздой! Вы не знаете, на что способен Билли Бутчер, который всегда доводит дела до конца! — Пиздюк! — обратился к МакКойду Бутчер, облокачиваясь на подоконник. — У тебя есть же номер красотки Сью? — Да-а-а… — тянул Майк, явно не улавливающий ход мыслей начальника. — А что? — Нам нужен новый топливный генератор, — хищно осклабился он, — и полуфабрикаты. — Те самые, которыми вы с ней расплатились? — Бинго, пиздюк! — ухмыльнулся Билли. — Ты умеешь логично мыслить! — Может… — широко раскрыл глаза МакКойд, явно что-то придумав, — взять что-то из её бара? Они ведь как раз сегодня закрыты. — Иногда я верю, что в твоей голове есть мозги, — фыркнул Бутчер. — Спасибо, шеф, — от столь неоднозначного комплимента Майк не сдержался от улыбки. — Так что за работу, напарник! Сегодня исторический день для ебейшего Гаттерби! Линда будет мной гордиться! — И Селена! Селена будет мной гордиться!.. То есть, нами, нами, да, шеф? Бутчер хищно осклабился и подхватил швабру и пустое ведро; малышу МакКойду предстоит обзвонить знакомых им цыпочек города, пока Билли отдраит кухню. Шериф подавится собственными потрохами; он связался не с тем человеком, который из-за маленькой чужой шалости готов поджать хвост. Билли его переиграет; игра теперь будет без правил, и победителем окажется только один. И имя ему — Билли, мать его, Бутчер! Ну и… Майкл МакКойд — самым мелким существующим шрифтом, чтобы напарнику было не так обидно.

***

Хэнк чувствовал себя… паршиво; будто его окатили помоями с ног до головы, хотя он вроде как должен радоваться, что прямые конкуренты отца сегодня облажаются на глазах у всего Гаттерби. Но всё равно Генри было не по себе: вроде он правильно всё сделал, ведь именно этого и хотел отец, а с другой стороны… Всё это ему не нравилось. Хэнк действовал быстро, боясь, что его могут увидеть: Майк, или Билли, или соседи… неважно! Он настолько спешил, что забыл папин секатор, когда перекусывал провода у электрического генератора, стоящего на улице… Да плевать! Папа ведь хотел, чтобы бизнес Билли прогорел, так этот новенький сам виноват в том, что решил перейти дорогу Джонсам! Генри снял шляпу и, достав платок с кармана рубашки, промокнул выступившую на лбу испарину; чего он так волновался? Всё же хорошо! Вон, даже девочки папы танцевали, разминаясь, раньше времени. Даже Линда сюда пришла — скорее всего для того, чтобы с ней лишний раз не виделся Бутчер. Папа всегда считал девочек своей собственностью, и поначалу Хэнк думал, что Джонс-старший действительно запал на одну из красоток, но он никогда не интересовался ими, предпочитая исключительно рабочие отношения. Папа, наверно, всё ещё не может забыть маму, поэтому держал всех на расстоянии. И, к сожалению, к Хэнку он относился точно также. Генри радовало, что отец не пил с самого утра, и поэтому надеялся, что новость от сына его приободрит; конкуренты устранены, и все жители Гаттерби, разочарованные закрытием ресторана по «техническим причинам», ринутся в их кабаре, пытаясь забыться в дешёвой выпивке. — Да, вот так, работайте, — комментировал разминку танцовщиц шериф, держа руки на поясе. — Вот хорошо, молодец, Шилли. А ты, Доан, халтуришь! — Я стараюсь, — прогнусавила худощавая брюнетка с колечком в нижней губе. — Старайся лучше! — гаркнул Джимми Джонс. — Иначе вылетишь у меня первым попутным ветром. — Из клуба? — Из города, блять! — расхохотался шериф; кажется, подействовало: девушка начала изгибаться плавнее и активнее, но в подобных танцульках Генри совершенно не разбирался. Просто так подойти к отцу он немного трусил, ведь их отношения были далеки от идеала, и Хэнк не придумал ничего лучше, чем встать у него за спиной и кашлянуть в кулак, привлекая внимание, свободной рукой удерживая шляпу. Шериф недовольно дернул подбородком, оборачиваясь к сыну. Генри стушевался, отступая: может он ожидал от своего сына очередного провала? Не сегодня! Хэнк сделал всё, что старик просил, он должен им наконец-то гордиться! Только почему-то самому Хэнку от этого не легче. — Папа? — В мой кабинет, — прошипел шериф, — живо! Генри даже сообразить толком ничего не успел, как Джонс-младший, положив руку ему на плечо, собирая в горсть кулака ткань рубашки, толкнул его в сторону своего маленького убежища, заставленного трофеями — нелегальными, из-за которых друг детства Хэнка сел в тюрьму. Впрочем, Майк сам выбрал такой путь, хотя мог и отказаться; Генри даже толком и не понял, как его заволокли в кабинет — он чуть не запутался в ногах, когда отец закрывал двери: не просто прикрыл, а заперся на ключ. Лишние уши им не нужны, тем более Линда сразу побежит обо всём докладываться Бутчеру. И что она в нём нашла? Грубый, грязный мужлан, не умеющий следить ни за манерами, ни за языком! Да и Селена тоже такой оказалась: девушки совершенно не умели выбирать парней! Ведь есть же холостой сын самого шерифа, который имел при себе всё! Но нет же — удача Генри всегда обходила стороной. Шериф намеренно толкнул сына плечом, подходя к столу; Хэнк совсем не удивился, когда увидел на углу полупустую бутылку бурбона — сам Генри терпеть не мог алкоголь, предпочитая ему газировку, а вот папа — наоборот — ни дня без спиртного прожить не мог. И сын никак на это не мог повлиять. Будто всех этих пунктов в списке «типичного неудачника» не хватало и этого. Не мог уговорить не напиваться собственного отца. — Ну, что? — фыркнул Джимми Джонс-младший, наливая в гранёный стакан бурбон — даже в этикете распития спиртных напитков шериф не придерживался никаких правил. — Как всё прошло? — Я… Нормально, — выдохнул Хэнк, — я сделал всё, что ты просил. — Наконец-то от тебя была хоть какая-то польза, — выпив залпом бурбон, выплюнул шериф. — Надеюсь, теперь они поймут, кто главный в Гаттерби. — Бутчер теперь точно уберётся из города, — нервно улыбнулся Хэнк. — Да-а-а… — довольно улыбнулся шериф, — этому уёбку здесь делать нечего. Здесь я — главный! И Уильям Бутчер сбежит после такого позора из города, сверкая пятками! Алкоголь заиграл в крови старого шерифа, вызвав непроизвольный истерический хохот; Джимми Джонс брызгал слюной, бил кулаком по столу, и Генри — как с самого детства — медленно отходил к двери, боясь спровоцировать шерифа. Отец часто хватался за ремень, если ему что-то не нравилось, но со смертью матери вдруг угомонился, однако прикладываться к бутылке стал намного чаще. — Сынок! — хохотал Джимми Джонс-младший. — Мы короли этого блядского города! — Да-а-а… — невесело усмехнулся Хэнк, — короли… Если шериф рад текущему положению дел, то вот Хэнк ощущал всё ровно наоборот: вместо гордости его затопило разочарованием. Генри ожидал, что оно пройдёт, ведь папа им доволен, верно? Генри улыбнулся, наблюдая за шерифом, пьющим бурбон с жадностью загнанной лошади, но радоваться не получалось: мешал образ Селены, которая не должна узнать о том, что всё-таки случилось. Потому что иначе Хэнк потеряет единственного друга.

***

— Скажите пароль! — Милый, дверь, пожалуйста, открой. — Ну, так неинтересно, — буркнул Майк, оттаявший сразу, как только дверь открылась и на пороге их часовни появилась Селена. Поцелуйчики-хуюйчики Билли не волновали — парочка могла заниматься чем угодно, ему похуй, но лучше в свободное от работы время, потому что сейчас они будут пиздецки как заняты. Бутчер, дождавшись, когда эти двое наобнимаются вдоволь, подошёл к ним, втиснувшись третьим лишним, замечая в руках у блондинки тяжеленые пакеты. Вместо того, чтобы сосаться, МакКойд лучше бы помог даме своего сердца забрать эти тяжести и перенести их на стол. Фыркнув на этих голубков, Бутчер небрежно чмокнул Селену в щёку, которая тут же заалела румянцем. — Всё? Поворковали и хватит, — осклабился Бутчер. — Спасибо, что пришла. — Я не могла оставить вас в такую трудную минуту, — девушка обняла за локоть Майка; Билли забрал пакеты, предварительно заглянув в них: это так мило, что Зелень хранила подаренные Бутчером веганские полуфабрикаты в отдельных контейнерах, красиво подписанные маркером. Билли даже умилился, но времени на всякие телячьи нежности не оставалось, поэтому нужно всё делать со скоростью ужаленного в одно место гепарда. Он был очень рад и поражён, что девушка откликнулась настолько быстро: один звонок МакКойда, и уже через пять минут стояла на пороге, собрав, наверно, из своего холодильника всё, что только можно и нельзя: помимо подаренных вегетарианских замороженных колбас, блондинка принесла с собой и нарезанные овощи, фрукты, даже не забыла баночки с джемами и ягодными соусами, а во втором пакете… Боже, если бы не жопа Линды, Бутчер точно бы женился на Селене: она взяла свои фирменные булочки, печенья, слойки и кексы из пекарни… Точно фея! Лучшая на свете! — Я закрыла пекарню на сегодня, — продолжила Селена, пока Билли раскладывал на столе все продукты. — Я тут нужнее. — Хороший улов, — будто сам с собой разговаривал Бутчер, — но маловато будет. Так, на пару столиков хватит. — Это всё, что у меня было, — Селена опустила голову, будто считала себя виноватой, — простите, сэр. — Фея, ты лучше всех, но время поджимает, — по-военному отчеканил Бутчер, ударив кулаком по столешнице для более грозного вида. — Поэтому цепляй улыбку на свою милую мордашку и иди на кухню. Без твоих чудесных ручек мне никак не обойтись. — Ещё не все потеряно, верно, шеф? — широко улыбнулся МакКойд. В нотках его голоса слышалось что-то подозрительное; Бутчер прищурился, косясь в сторону МакКойда: нет, блять, всё не могло пойти даже в текущей ситуации идеально, обязательный косяк пиздюка всплывёт. Чем он, блять, заслужил всё это? Билли начал внутренне паниковать, сжимая кулаки: если всё окажется тупым розыгрышем Майкла, он его голову повесит на место тех рогов, предварительно затолкав ему в рот яблоко. — Я… — потупив взгляд, смущённо начал Майк. — Только не ругайтесь, шеф. — Та-а-ак… Ещё чуть-чуть, и Фея останется вдовой. И похуй, что они не женаты. — Я позвонил Линде и сказал, что у нас проблемы. — Ты что сделал?! Билли в одно мгновение подскочил к МакКойду, надеясь в привычном стиле схватить его за шею. — Майки! — перепугалась Селена и встала на защиту своего суженного, загородив его собой; Билли не собирался его трогать, даже пальцем, но то, что Линда теперь будет переживать из-за случившегося — этого он ему не простит. — Но… — спокойно, даже с гордостью, продолжал Майк, совершенно не обращая внимания ни на свою девушку, ни на шефа, — трубку она не взяла. «Слава, блять, колбасному Богу», — подумал уже Билли, выдыхая и смахивая пот со лба; да, так определённо лучше. — Но взял её отец! Рано он, блять, радовался! — Чего, блять?! Майк даже не успел толком оправдаться, как в закрытую дверь постучались, и за ней послышались знакомые голоса; слов было не разобрать, но Бутчер их сразу узнал. МакКойд, осторожно обойдя свою девушку, деловито пошёл открывать двери. — Скажите пароль! — потребовал он. — Мне дверь открыть ногой? — хмуро поинтересовались за дверью. — Эх, — разочарованно выдохнул Майк, — пароль ведь такой лёгкий — «Лучик». — Хуючик, — передразнил его Бутчер, увидев, как покраснела и улыбнулась Зелень, — открывай давай. Майк, разобравшись со всеми замками, открыл двери, и в часовню ввалились оба папаши Линды со здоровенными пакетами в руках. Билли даже сам удивился тому, сколько он всего для Линды успел сделать. — Так нелегко с ними расставаться, — ставя пакеты на стол, прокомментировал Бен, — но раз такое дело… — Ты мне всё ещё не нравишься, — одноглазый хер продолжал щуриться в сторону Билли, — но я не хочу расстраивать своего котёнка. — Птенчика! — возмутился Бен. — Булочку, — поправил Билли. — Неважно, — поднял ладонь Джон, — но я согласился только ради неё. Тем более, ты ей очень… — Да, Джонни, скажи это, — подколол Бен. Линч напрягся, стиснул зубы, вымученно выдавив: — Нравишься. Как бальзам на душу Бутчера; это, конечно, всё прекрасно, но до открытия ресторана остались всего пара часов, а им ещё предстояло дохуя работы. Всего пять человек, позже к ним ещё придёт Сью и её блаженный приятель, и на всех них должен держаться этот бизнес. Засучив рукава, Билли стал перекладывать заготовки колбас, которых хватит на первых клиентов — это выиграет им время перед тем, как придумать что-то ещё. — Ну, давай, командуй, — ухмыльнулся Бен, подталкивая мрачного Джона к Бутчеру, — всё равно у нас не было планов на сегодня… — Да, сэр, — выступила вперёд Селена. — Чем вам помочь? Бутчер улыбнулся: с такой-то командой он точно справиться со всеми трудностями. Чета Джонсов поест говна, потому что Билли Бутчер разъебёт их в мясо!