Полувеликан и странненький цветочек

Всё, как это часто бывало в Поттериане, началось из-за Хагрида и, как это бывало практически всегда, полувеликан не замышлял ничего дурного: «Я ж эта, как лучше хотел™️» А дело было так: после печально знаменитой истории с дракончиком Норбертом, директор «великий человек ™️» Дамблдор, настоятельно попросил старину Рубеуса вести себя потише и, по возможности, не общаться с подозрительными типами в «Кабаньей голове», а главное – ни в коем случае не заводить никаких новых монстро-петов, по крайней мере, во время учебного года. - ты же понимаешь, мой мальчик, - говорил Дамблдор, - это же ради Гарри, он и так настрадался в жизни, ему не нужно лишних стрессов и неприятностей, хватит с него этого твоего дракона в прошлом месяце… Хагрид согласно кивнул, хотя так и не понял, как такой милашка, как Норберт, мог причинить стресс и неприятности малышу Поттеру. То ли дело – Арагог, или Клювокрыл, звери взрослые и серьёзные, не то, что крошечный дракончик, но даже они не стали бы вредить Гарри, ну по крайней мере, когда он, Хагрид, рядом, а уж он-то, если понадобится, будет бдить, не хуже самого Муди Шизоглаза, и не сомневайтесь… В любом случае, лесник долго крепился и не только завязал с походами к старине Аберфорту в «Кабанью голову» и не заводил новых монстров, он даже перестал навещать Арагога в его логове, во избежание, чтобы не выпросить у того малютку-акромантула себе на воспитание. А чтобы совсем не заскучать, Хагрид смотался в Косой переулок в Лондоне и купил там самого безобидного пета в природе – мелкого карликового пушистика пронзительно розового цвета по кличке Херберт, для друзей, сокращённо - Херби (но ни в коем случае не короче, чем простецкое – Херб). Сначала, всё было неплохо, но потом случились неприятности в замке: малыш Поттер и его друзья чуть не погибли, пытаясь спасти философский камень, профессор Квиррелл оказался одержимым духом сами-знаете-кого, а Хагридового любимца, цербера Пушка, убрали из Хогвартса и отправили обратно в Грецию. Хагрид сильно расстроился, но не показывал вида на публике и держался до тех пор, пока студенты не уехали на каникулы…а потом, он пошёл в разнос, ведь кругом – сплошные опасности…за себя полувеликан не боялся, да и за своего пса, тоже: во первых, Клык – очень уж немаленькая собачка, а во вторых – трусливая. Вряд ли на него вообще кто-нибудь решится напасть, а если всё-таки и нападут, то он сразу сбежит. Хагрид испугался за Херби – маленького пушистика всякий мог обидеть, особенно когда хозяин в отъезде. Что-то срочно нужно было сделать и лесник сделал то, что делал в таких случаях всегда – спустился в подпол, достал бочонок своего фирменного тыквенного самогона (напитка настолько убойного, что даже Аберфорт отказался брать его на реализацию – полпинты этого пойла хватало, чтобы сбивать с копыт самых стойких кентавров, а обычные посетители выпадали в осадок от одной рюмки) и начал вдумчиво смаковать – ему было только в кайф, небось не слабак какой. После пары кружечек, было решено, что Херби должен будет уметь защищаться, а когда бочонок показал дно, а Хагрид закончил свою секретную великанскую волшбу, пушистик уже был размером с хорошего носорога (и продолжал расти), приобрёл зловещий радикально чёрный окрас и отрастил полную пасть острейших зубов, полные лапы внушительных когтей, и ядовитые колючки вместо мягкой шёрстки… Когда полный дикого ужаса вой Клыка достиг окон замка и начал разрушать барабанные перепонки его обитателей, «великий человек ™️» директор Дамблдор, срочно вызвал к себе декана Слизерина и своего мастера на все руки, Северуса Снейпа, и настоятельно попросил того поскорее пойти к Хагриду и во всём разобраться. - ты же понимаешь, мой мальчик, - говорил Дамблдор, - мы с тобой может быть и выдержим этот шум, но нашим дамам должно быть некомфортабельно, да и в теплицах у нас растения нежные и могут этого безобразия не перенести, тем более, что Помона не вернётся из отпуска до конца августа. Снейп тут же отправился к избушке и увидел на дворе Херби, который уже достиг размеров хорошего африканского слона и внутри больше не помещался. Бессердечный зельевар воспользовался тем, что Хагрид был пьян до полной неподвижности (да даже и не пьян вовсе, а просто устамши был, после трудов праведных, но кто же его спрашивал), немедленно вызвал парочку домовых эльфов из замка и приказал отправить несчастного пушистика куда-нибудь подальше в Запретный лес. Судя по всему, эльфы оттащили бывшего малютку куда-то в район деревни вервольфов в самой чащобе. Тёмные твари поселились там сравнительно недавно, но уже создавали всем окружающим немалые проблемы, причём не только другим лесным обитателям, но даже и жителям Хогсмита, благо защитные барьеры самого Хогвартса были для них непроницаемыми…впрочем, после того, как злобный предвкушающий вой хищников сменился трусливым поскуливанием, а потом и вовсе затих, вервольфы перестали быть проблемой, а стали поздним ужином, ну или совсем ранним завтраком (дело было в четыре ночи), для проголодавшегося после внезапной телепортации Херби… Ранним утром, пока бедняга полувеликан всё ещё маялся недвижим в глубокой тоске, к нему в избушку заглянул сам Альбус «великий человек ™️» Дамблдор, собственной светлейшей персоной, да не просто так заглянул, а с дарами добрыми: флаконом лучшего антипохмельного зелья из аптеки Малпеппера, бутылочкой 30 летнего огневиски из собственных подвалов и каменной твердости котло кексами, которые он специально для Хагрида всегда заказывал у одной очень древней (даже по его меркам!) колдуньи, живущей где-то далеко в горах на севере. - моя прапрабабка, ваша милость, - говорила старушка, - сама, ить из подгорных была и рецепт энтот, значицца нам в семье оставила; простые людишки об эти кексы только зубы обломают, а для великанов, аль полукровок – самое то. В наших местах, сами знаете, всякий народ на огонёк заскочить может… Пока благодарный лесник приходил в себя, директор Хогвартса разлил по кружкам огневиски (да, варварство, но правильных бокалов и даже обычных рюмок и стаканов у Хагрида отродясь не бывало) и проникновенно произнёс: - не обижайся на Северуса, мой мальчик – он действовал по моей просьбе и для всеобщего блага – Херби будет вольготнее в лесу, чем у тебя на подворье, а к тебе он в гости приходить будет, да и ты к нему заглядывать сможешь, когда он самых опасных тварей у себя там в округе подъест… «Великий человек, Дамблдор», - умилённо подумал полувеликан, опрокинул в себя всю кружку крепчайшего пойла целиком и кивнул, соглашаясь. К вечеру, однако, Хагрид снова затосковал, а поскольку все его запасы тыквянки были уже оприходованы, то он всё-таки решился наведаться к старине Арбефорту в «Кабанью голову», чтобы немного промочить горло. «В конце концов, я только на минутку зайду и выпью совсем чуть-чуть, - уговаривал себя Рубеус, - и монстриков никаких ни у кого брать не стану, даже маленьких, и вообще – детки в школу только через три месяца вернутся – вреда никакого.» Сказано – сделано, вот только пришёл в себя Хагрид уже на следующее утро, всё в той же «Кабаньей голове» с жутчайшей головной болью и без малейших воспоминаний о прошедшем вечере. Одна радость, старина Аберфорт, святой человек, сразу видно, что родной брат величайшего светлого мага современности (тока, тсс – про то не каждый знать должон!) тотчас же подошёл к нему с квартой рассола. - глотни-ка, болезный, - сказал святой человек, - всё сразу, как рукой, мне рецептик ещё от Долохова остался; неплохим парнем был Антонин, пока с пожирателями не связался, и толк понимал, как в выпивке, так и в опохмеле. Он в этот настой травки и листики специальные клал и наговор непростой шептал – и огурчики в нём мариновались на славу и похмелья после кружечки, как не бывало. Он как чувствовал, перед последним делом, мне и рецептик этот оставил и самогонный аппарат свой наследственный, он ведь последним в роду был, с совой переслал – а в Лютном его уже и засада ждала, серьёзная такая – сам Муди там был, вместе с пятёркой аврорского спецназа, все зельями накаченные, да амулетами обвешанные …ну ты помнишь, наверное, дело-то громкое было – его повязали, конечно, только он сначала троих спецназовцев вырубил, да и самому Шизоглазу пол ноги отчекрыжил…теперь в Азкабане чалится. Хотели даже поцелуй дементора впаять, да ушлый Люци Малфой подсуетился, нанял адвоката пройдошливого – пожизненным обошлось, правда, не знаю, что хуже…Аберфорт поёжился. Хагрид глотнул рассола – полегчало. Потом он выпил с барменом немного того самого знаменитого пойла, за лихого парня Долохова, которого он, впрочем, почти и не помнил, но отказаться было неудобно, да и душа, чего скрывать, требовала чего-нибудь покрепче рассола, и начал собираться восвояси. - погоди, сказал Аберфорт , чуть не забыл – это тебе, он протянул полувеликану небольшой керамический горшочек с каким-то невзрачным растением странной формы. - что это? - опешил Хагрид. - а ты разве не помнишь? Это тебе тот мутный мужик оставил, с которым ты вчера весь вечер квасил. Якобы какое-то пари проиграл. Этот цветок - твой выигрыш. -хм, - лесник с сомнением посмотрел на «цветок» - ничего, кроме мясистых то ли стеблей, то ли листьев смутно знакомой формы, там не было, классического вида цветочков - уж точно. В памяти по прежнему было пусто. «Отравил видать, вражина», - подумал Хагрид. - слушай, Аберфорт, - осторожно поинтересовался он – а больше этот мужик ничего не передавал? - вроде нет, хотя – бармен порылся в куче бумаг за стойкой, - вот, он выдал леснику небольшой листок пергамента, сложенный вдвое. Хагрид взял послание, развернул и прочитал вслух: «Potentia amoris – сила любви, только для настоящих мужчин». Полувеликан вздохнул, покрутил в руках записку, взглянул на «цветок», потом на Арбефорта и пожал плечами: «Ничего не понимаю»…