Ну... мы просто не ищем легких путей

      — Других не было? — уточнил Степа.       Таня же вновь посмотрела на доставшийся ей мерный цилиндр. Сто пятьдесят миллилитров, с помощью которого им нужно было заполнить водопроводной водой шесть пробирок, наливая в каждую ровно десять миллилитров. Она пожала плечами.       — У ребят большие.       — А в шкафу? — он бросил на него взгляд, вспоминая, видел ли там, среди осколков лабораторной посуды, хоть одну целую.       — Смотрела, — откликнулась Таня, снова помахав у него перед носом внушительным цилиндром, как бы говоря, что этот был самым мелким из всех попавшихся ей на глаза. — Ты воду набирать будешь или я?       — Давай, — парень передал ей пробирки, а сам склонился над раковиной, у которой они разговаривали.       Девушка стояла, опираясь на стену, и старалась не зевать. Только этого счастья ей не хватало. Уснуть, устоять, так как вокруг одна мебель, причем достаточно высокая, поколотить пробирки… Нет, надо следить за работой в своей группе, в которой помимо самой девушки был только Степка, поэтому она уставилась на парня, следя за тем, как он хмурился, снова сливая из цилиндра. Потом он еще раз немножко отлил в раковину, а затем подставил цилиндр под тонкую струйку воды и, наконец, распрямился.       Переведя взгляд на колбы, оказалось, что пока она дремала, набралось уже четыре, и сейчас парень осторожно переливал воду в пятую.       Во всех был разный уровень воды.       — В среднем десять, — с серьезным видом прокомментировала Таня то, что видела.       — Сейчас все налью, потом подкорректируем, — и Степа вновь склонился над раковиной.       Прошло еще несколько минут, в течение которых все колбы были заполнены, и теперь ребята с улыбками смотрели на плоды своих трудов.       — Может линейкой?       — На глаз проще. По какой? — Таня указала на колбы, в которых было больше всего и меньше всего воды.       — А если там семь и тринадцать, например? — предложил идею парень. — Давай по средней.       — Они все средние.       — Из них какая наиболее средняя?       Далее шли танцы с воображаемым бубном. Ребята присаживали, смотря на уровень воды снизу, поднимали пробирки к потолку, выстраивали их в порядке от большего к меньшему и наоборот, вырывали их друг у друга из рук в надежде, что сейчас-то все изменится, но в конечном итоге они просто тупо смотрели друг на друга не зная, что еще сделать или хотя бы предложить.       — Давай тогда эту, — предложил Степа, стуча пальцем по одной из колб. — Ты не против?       — Нет.       Танцы с воображаемым бубном продолжались, ибо доливая в колбы с малым количеством воды, уровень жидкости в них улетал в такие заоблачные дали, что хоть как-то восстановить хрупкое примерное равновесие не получалось.       — Пипеткой было бы, конечно, слегка проще. Возможно. — Наконец озвучил общие мысли Степа.       — Ты о прослойках воздуха? — уточнила девушка.       — Да. — Ребята снова уставились на пробирки. — Продолжим?       — Ровнять или закупоривать и кипятить?       Ответить парень не успел. Дверь лаборатории открылась, являя миру нашего преподавателя, Анну Юрьевну, которая, наконец, решила присоединиться к своим ученикам и проконтролировать ход работы. Она сначала было направилась к Владе и Жене, но на пол пути сменила направление, подойдя к Тане с Степой. Осмотрев проделанную работу, женщина заулыбалась. Метнувшись к одному из шкафов, она открыла ящик и начала там рыться. Ребята переглянулись, дружно теряясь в догадках.       Анна Юрьевна, продолжая посмеиваться, достала мерный цилиндр на десять миллилитров. Таня со Степой переглянулись. Преподаватель подошла к ним, крутя между пальцами измерительную посуду и ничего не говоря. По правде сказать, создавалось ощущение, что ей было трудно открыть рот — она бы засмеялась в голос.       — Ну… — ребята дружно замялись, бегая глазами по помещению и переглядываясь, ожидая поддержки от товарища по работе.       — Мы просто не ищем легких путей, — выдавила из себя Таня, пытаясь спрятаться от смущения за Степой. Спасибо парню, он периодически оборачивался, смотря на это безобразие, но не возражал.       — Ладно, — наконец заговорила преподаватель, передавая цилиндр Степе, — делайте пробки, кипятите и на сегодня можете быть свободны.       Послышался тихий, приятный смех. Таня удивленно заозиралась в поисках его источника, которым был ее напарник.       Степа, продолжая посмеиваться, обернулся к ней, поставил цилиндр на стол и взял из рук девушки колбы. Кивнув головой в сторону стоящих на подоконниках коробок, полных бинтов, марли и ваты, он предложил:       — Пойдем.       — Работать или не искать легких путей? — уточнила девушка.       — Первое, — откликнулся парень, — но не исключая второго.       Вместо ответа девушка заулыбалась.

***

      — Пресвятые Боги, Матвей! — заорала Дымка, не в силах бороться с такой вопиющей несправедливостью. — Какой у Таньки пароль от ноутбука?!       И пока где-то вдалеке, наконец, не послышались признаки костлявой жизни, кошка сбрасывала на пол лежащие на рабочем столе маркеры, карандаши, ручки и прочие канцелярские принадлежности, чтобы хоть как-то успокоиться. Заодно и порядок навести, правда, только на столе, но кого это сейчас волнует?       — Ну наконец-то, — Дымка закатила глаза.       Она мысленно пробежалась по самым необходимым пунктам. Нужно же все сделать так, чтобы у хозяйки в первую очередь не возникли подозрения, чтобы она взялась за поиски беглого Дракона, но при этом не влюбилась в него. Все-таки они были сущностями разных уровней: такие, как Танька, в лучшем случае могут стать личным советником Драконов, но выше им не подняться.       В дверях комнаты показался скелет. Обреченно покачав черепушкой при виде горного хребта из одежды, тянущегося из шкафа через пол до кровати, Матвей направил глазницы на кошку.       — Иди сюда, принца делать будем, — подозвала его Дымка, но тут же, спохватившись, замахала лапой, как бы отменяя предыдущее действие. — Нет, иди сначала и принеси тарелку. Быстрее!       Пока Дымка в очередной раз выводила ноутбук хозяйки из спящего режима, Матвей принес блюдо, установил его рядом с монитором и, подвинув компьютер к себе, с бешеной скоростью защелкал костяшками пальцев по клавишам. Загорелся экран, показывая миру едва видную под доброй тысячей ярлыков надпись «Не будь идиотом. Займись делом!».       — Еще бы на нее кто-нибудь смотрел, — прокомментировала кошка и тут же переключила внимание на Матвея. — Где ее любимые новеллы?       Матвей защелкал клавишами, открывая одну папку за другой в поисках нужной. Наконец показался список игр, которых было больше двадцати. Он повернулся к кошке.       — Так, наш план на сегодня состоит в следующем: изучить все ее любимые игры, отобрать тех, кто ей нравится, и составить примерный портрет Дракона на основании тех персонажей, которые не вызывают у нее отвращения, но которые весьма цепляют собой.       Скелет приоткрыл челюсть и очень медленно, словно едва сдерживаясь, опустил грудную клетку.       — Заканчивай вздыхать, нам работать надо. — Она приблизила мордочку к монитору и ткнула лапой на одну из игр. — Это ее любимая, вскрывай.       Работа шла, у недовольству Дымки, даже медленнее, чем она предполагала. У нее ведь всего неделя до выхода следующего блока официальных новостей, но есть же и множество неофициальных источников, поставляющих свои материалы, а ей еще надо ухитриться взломать чей-нибудь аккаунт и с него залить хорошо проработанную версию событий с большим количеством подробностей. Да, проблемка, однако.       Чем дольше они с Матвеем будут работать над проработкой Принца, тем меньше становится вероятность вернуться домой и зажить прежней жизнью.       — И почему они все такие разные? — застонала кошка, утыкаясь мордочкой в плечо Матвея. — Как мне совместить несовместимое или как выбрать основу для нашего подлога, а? Вот с теми, кто ей нравится, все понятно! Бритоголовый и в татуировках правдолюб. Лохматых язвительный алкоголик. Лохматый язвительный алкоголик эльф. Сиреневоволосый мусор-садист. Блондинистый малолетка-молчун. Человек-робот-шантажист. Тупой, но умный эльф, который еще и с ума сошел под конец игры. Эльф-пенсионер, который Лейс. Еще командир эльф, который дед тупого…       Она страдальчески возвела глаза к потолку и замерла.       — Моть, это намек?       Скелет оторвался от поисков в Интернете информации о характере и предпочтениях очередных выбранных ими персонажей, и перевел взгляд на люстру. К ней в виде петли был привязан ремень.       Матвей еще раз вздохнул и вернулся к делам. Что-то быстро напечатав, он постучал карандашом по монитору, привлекая внимание Дымки. Было напечатано «Дым, сохраняй себе информацию».       — Ладно. Кто у нас там следующий? — Она заводила лапой перед монитором, активируя новый файл. — Вбиваем: Тома.