Часть 1 Мёртвое пламя

      Город Бока. Потускневший и покинутый, он подёрнут лёгкой дымкой тумана и обманчиво тих. Покинули его люди больше тридцати лет назад. Из-за чего, никто до сих пор не знает. Просто в один прекрасный день началась странная резня, прямо в центре. Люди без причины начали убивать друг друга, и целый день по городу лилась кровь. А на следующее утро в нём не осталось ни одного живого человека.       Тут тихо, пусто и темно. Быть здесь после полуночи может и не самая хорошая мысль, но задерживаться здесь до утра не стоит. Тех, кто вернулся отсюда ночью, намного больше вернувшихся днём. И их рассказы более осмысленные.       Отряд воинов из двадцати человек, отправленный тогда с целью выяснения ситуации, не вернулся. Ни через день, ни через два, ни через неделю. Неизвестно что с ними стало. Высланные следом десять человек не нашли никаких признаков сражений, а следы на улице просто оборвались в воздухе, причём все разом.       Чувство рукояти меча в руке успокаивает, не смотря на мёртвую тишину окружения, разгоняемую лишь моими шагами. Краем глаза я заметил одну странность в небе. Слева, едва выглядывая над домами, виднеется луна. Сначала я ничего не приметил, но сейчас это уже стало очевидно. В самом её центре появился чёрный круг. О таком раньше слышать не приходилось.       Шорох впереди не ускользает от моего внимания, и я останавливаюсь. Приходить в этот город опасно. Опасно одному, а вдвоём и больше ещё опаснее. Как и не подготовленым людям. Потому что велик риск расслабиться. Когда ты один — ты слушаешь окружение, ничто не мешает его чувствовать. А когда с тобой ещё кто-то, его существование мешает этому. Хотя чужой взгляд вы почувствуете оба, но вот сможете ли успеть и защититься, это вопрос. А шорох впереди означает что меня почуяли. Не знаю кто, но руку всё равно держу у рукояти. Баттодзюцу меня ещё ни разу не подвело. Проходит секунда тишины. Пять секунд. Сзади чувствую порыв из будущего. Оборачиваюсь и в мгновение вытаскиваю меч. Осколки разлетаются в стороны, меня окатывает волной, подобной холодному влажному воздуху. Кукла. Живая кукла, которая выросла в размерах и окостенела. В воздухе всё ещё висят белые капли, медленно растворяясь. Останки того, что было в ней. Мой клинок разрезал не только её тело, но и дух внутри, а эти капли – его кровь. Или остатки. Вернув меч в ножны продолжаю путь. Ночной ветер холодит лицо, помогая привести мысли в порядок. Я уже не первый раз пришёл в Бока, и, наверное, не в последний. Пока я не найду его, буду возвращаться сюда снова и снова. Зелёный янтарь. Я услышал о нём пару лет назад. Демонический камень, способный исполнить желание. Не любое, а лишь то, чего человек желает для себя. Я — самурай, жажду лишь новых сил. Мне уже скучно сражаться с людьми, а мой господин желает покинуть эти земли и направить свою армию в поисках новых богатств и в моих интересах помочь этому. Но я уже достиг своего предела как человек, а один из способов выйти за рамки человеческого существа как раз и есть зелёный янтарь. Его ещё называют осколком умершего огня. Откуда пошло такое название неизвестно, но, если найти этот огонь, думаю он будет способен выполнить не одно желание. К тому же мне неизвестны слухи о том, что кто-либо находил это. Способен ли камень исполнить лишь одно желание и потеряет своё свойство, или исполняет по одному желанию для каждого человека я не знаю. Откуда-то впереди раздаётся треск и в небо летят обломки досок. Чей-то удар и слышится звук разлетающегося по частям дома. Не знаю, идти вперёд или ждать… Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, после чего медленно выдыхаю. Впереди человек с чем-то сражается. Дух в большом теле. Обежав небольшое строение и полуразрушенный забор вижу: женщина с двумя короткими мечами пытается резать ветки чему-то вроде высокого куста, но с толстыми ветвями, поросшими серповидными шипами размером с нож. Я стою у края разломанной стены, и смотрю как она пытается кромсать летающие на грани восприятия глазом ветви. Она выглядит способной, уверенная стойка, чёткие отточенные движения, ни единой ошибки. За исключением ошибки в выборе оружия. Или ей просто не повезло с выбором оружия. Хоть тут и не принято ходить вдвоём, но нет негласных запретов не помогать другим, и поэтому я вновь берусь за рукоять. — Тайкёку, — и по телу разливается тепло. Оно передаётся мечу, и он сложнее выходит из ножен. Но это для обычных людей, которым в Бока путь заказан. — Атари! Одновременно с извлечением клинка я делаю шаг из-за укрытия. Незримое лезвие преодолевает расстояние и летит дальше, рассекая ветки бушующего древа вместе с домом за ним. Женщина в этот момент защищалась от хлыста и избежала режущей волны. Лишившееся духа дерево застывает, а отрезанные части падают и гниют на глазах. Хлыст, который был над ней также упал и начал разлагаться у неё на ноге. Она с отвращением отбросила это мечом и взглянула на меня. — Благодарю, — произнесла и вскочила на ноги. Вернув мечи в ножны подошла ко мне. Теперь я мог её нормально рассмотреть. Кимоно тёмно-красного цвета и чёрные хакама были уже испачканы, насколько это возможно разглядеть в лунном свете. Красивое лицо было идеальным овалом, а широко посаженные глаза с интересом изучали меня. Как я успел заметить, её длинные волосы были связаны в нескольких местах, а конец заткнут за оби. — Меч Предела? Для меня честь встретится с вами, — она поклонилась и чуть отошла. — И для меня честь видеть столь умелую куноити, — я кланяюсь в ответ, хотя и не так низко. — Однако носить с собой в Бока ниндзято это глупость. И разрешите представится, я — самурай даймё Огамона, Асихиро Асано. Она снова поклонилась, ещё ниже. И так произнесла: — Куноити клана Амори — Тонада Каната. Клан Тонада это самые лучшие наёмники-синоби. Даже господин Огамон часто пользовался ими в своих делах здесь. Хотя они не впечатляющие бойцы и в боях с самураями они легко гибнут, но вот в скрытых атаках равных им нет. Странно только, что им делать здесь. С их умениями в Бока делать нечего, в состязании в скрытности они проиграют злым духам, а те их легко съедят, не дожидаясь, пока спрячутся. Хотя она явно боец, хоть и иного стиля, нежели я. — Тогда будьте аккуратнее. Может Бока не заберёт вашу жизнь. Я ещё раз кланяюсь и ухожу дальше по улице. Чувствую спиной её взгляд, после чего шорохи и прыжок. Видимо перепрыгнула через стену. Хорошо, что она знает о правиле одиночества. Тёмный круг в центре луны становится больше, но никакого чувства опасности это во мне не вызывает. Но почему это происходит? Я о таком не слышал. Серые и пустынные улицы гниют мёртвой тишиной уже долго. Солнце и дождь делают своё дело и дома с оградами ветшают с каждым днём. А вот странность о которой вспомнил только что. О той резне. Когда второй отряд вошёл за первым, они не нашли не только тех, но и простых жителей, которые были убиты. То есть во время их бойни они ломали окружение, оставляли следы на земле. Это нашли, а вот пролитую кровь и тел нет. Я понимаю кто-то, скорее всего демоны, могли забрать тела, но не кровь. Много чего странно творится с тех пор в этом городе и ожившие куклы размером с человека и живые кусты лишь меньшая часть стражей его тишины. Проходя мимо очередного дома, я заметил что-то новое. Могила в виде насыпного холмика с воткнутой палкой. Палка не сгнившая и вроде не высохшая. Не ссохлась до трещин. Остановившись я почувствовал опасность. Справа что-то было, там за границей моего зрения, за стеной. Я начал медленно двигаться в противоположенную сторону, пока не почувствовал опасность из этой могилы. Если справа неопределённость, то спереди чувствовался злой дух. Он скорее всего вселился в того, кто здесь был захоронен. Но это и странно. Если здесь погибает человек, нашедшие, его не хоронят, а лишь отрубают руки, ноги и голову, чтобы духи не смогли использовать тело. Уже пробовали возвращать умерших в родные края, после чего там начинались несчастья, вплоть до того, что умирала его семья. А соседи потом рассказывают, что по ночам к ним заходят покойники и стучатся в двери. До меня дошёл слух, что находили даже следы зубов на столбах. Когда тела всех отвозили в Бока, несчастья прекращались. С тех пор мёртвых, которых забрал город, оставляют ему. Но кто решил похоронить кого-то таким странным способом? Это явно был чужак. Может быть они пришли вдвоём, и он потерял своего друга? Ну иностранцы сюда тоже заходят, но очень редко. Всё же нужна особая подготовка для того, чтобы здесь выжить. — Эй, от меня не спрячешься, выходи на свет медленно, — рука снова оказывается на рукояти, а с языка готовы сорваться слова, выписывающие приговор. Раздаётся ворчание. Из тени по другую сторону выходит человеческая фигура и аккуратными вышагивая, останавливается на середине прохода в стене. Человек одет в длинный тёмный плащ и широкополую шляпу, скрывавшую его лицо. Руки держат чёрную трость, которая поблёскивала серебром. — Тяжело от вас прятаться, охотники, — его насмешливый тон сквозил каким-то отвращением, особенно усилившимся на последнем слове. Я немного успокаиваюсь и делаю шаг к нему. — Кто вы и что здесь делаете? — Кхм. Да, наверное, за тем же, зачем и ты. — мне кажется, что из-под тени его шляпы, блеснули глаза. Я сразу оцениваю людей. С первого взгляда. Тонада не вызывала у меня никаких подозрений, а этот сразу же. Главное не спускать глаз с его трости, она особенно тревожит. — Это вы сделали ту могилу? — И что если я? Зароешь меня туда следом? — Он немного приподнимает голову, показывая улыбку, оставляя глаза в тени. — Кто там лежит? Палка пошевелилась, и от него это тоже не ускользнуло. Из-за чего он сделал два шага в сторону, вправо, подальше. — Мой друг, я пришёл почтить его память. Земля зашевелилась и показалась человеческая рука. — Надеюсь ты не обидишься, если я не стану тебе ничего рассказывать? Ты же не мой друг. Хотя могу тебя познакомить с ним, будешь лежать рядом. — Кто вы? — Оккультист. Повторюсь, мы не друзья, чтобы рассказывать о себе больше. А о себе можешь даже не начинать, я и так вижу, что ты мечник. Может даже самурай. — Произносит он, двигаясь в сторону могилы. На которой из-под земли уже показалась голова. Она и руки были не сгнившими. Только вроде на волосах застряла земля. Подходя к вылезающему трупу, он прихватил палку. И взявшись за неё двумя руками с силой вогнал в голову. Я услышал треск, а рука покойника схватилась за сапог этого мужчины. Он сбросил и отошёл, пока тело шевелилось, безуспешно пытаясь вылезти из своей могилы. — Это вы закопали его туда, — мне хочется отрубить ему голову. Экспериментировать в Бока, это безумие. — Парень, ты мне надоел. Уходи отсюда и не пострадаешь. Не хочется поворачиваться к нему спиной, но он не предпринимает никаких агрессивных действий. Чтобы избавится от любых возможных будущих угроз я вновь достигаю предела. Предела чувств, теперь я предвижу будущее и могу не опасаться за свою жизнь. Поэтому продолжу свой путь дальше. Ведь с каждым шагом во мне возрастает уверенность — что этой ночью в этом городе со мной произойдёт что-то особенное. Жизнь прежней уже не будет.