Глава 12

      Как осознать, что ты достала дна своей жизни? Каждый раз, сталкиваясь в Средиземье с трудностями, я думала, что хуже быть не может. Сейчас опять это ощущение. И ведь знаю - оно дарует лишь фальшивое облегчение, но принимаю его.       Еще один день в списке самых ужасных дней. Я вновь вырвалась из костлявых рук смерти, но не сама. Опять не сама. Это угнетало.       После того, как покинули тех сумасшедших кочевников, ехали медленно, так как я ещё не оправилась после болезни и мало сказали слов друг другу.       Сидя на лошади позади Трандуила, умиротворенно слушала шум ветра, гуляющий между верхушками огромных сосен. Под напором разгулявшейся стихии они то и дело скрипели и трещали. Землю слегка припорошило снегом, похожим на мелкую крупу и когда лошадь делала шаг, ее копыта проваливались в густую, чуть пожелтевшую траву. Сумерки начали густеть над лесным краем. Подняв голову, увидела грозные серые тучи. При таком небе ночью будет очень темно, а учитывая, что покинули мы избушку Моры по моим подсчётам только пару часов назад, до дворца к ночи добраться не успеем.       — Слезай, — скомандовал эльф, прервав мои размышления.       Опять этот грубый пренебрежительный тон. Трандуил не помог мне спешиться и терпеливо ждал, пока я мешком висла в стремени одной ногой, а другой пыталась нащупать землю.       — Тут недалеко есть заброшенный флет. Бывший дозорный пост, заночуем там, — пояснил эльф.       Я чувствовала, что раздражаю его своей медлительностью, но мне было откровенно наплевать. Порой, нарочно замедлялась совсем до скорости улитки и в душе злорадно усмехалась от его бешеного взгляда. Трандуил сошёл с дороги и направился в лес, постоянно останавливаясь и дожидаясь меня.       — Набирай сухой хворост, будем разводить костёр, — издевательски фыркнул он, — чтобы смертная женщина не замёрзла.       Слезай, иди быстрее, набирай дров — командует мной как хочет. В голове пронеслось слово, которым он меня недавно обозначил: «Моя». Настроение мгновенно сменилось с удрученного в яростное. Я не принадлежу ему, никому не буду принадлежать пока дышу. И прежде чем разум успел образумиться, в отчаянии воскликнула:       — Ты меня считаешь своей собственностью?!       Безнадежность и злость — дурное сочетание. Вся боль и страх, которые я пыталась запрятать поглубже, пока мы ехали, лавиной повалили наружу. Хватило лишь небольшой искорки. И Трандуил своим высокомерием подкинул ее в канистру с бензином, где хранилась моя расшатанная нервная система.       — Я, кажется, велел тебе заняться делом? — утомленно процедил эльф.       — Там, в доме Моры, ты назвал меня своей, что это значит? Я теперь твоя рабыня, служанка? Кто? — не унималась я.       — Ты и до этого была служанкой в моем дворце и, кажется, я взял тебя на работу чисто по доброте душевной.       — Как милосердно, — ехидно заметила я.       — К вашим услугам, — под стать мне парировал Трандуил.       — Если ты не ответишь сейчас, то я…       — Что? — спросил король, вопросительно подняв бровь. — Вновь подвергнешь себя опасности? Или расскажешь очередную сказку про вымышленный мир, где Арда - это книга?       Сволочь, какая же ты сволочь, Трандуил. Я задрожала от гнева и воскликнула:       — Не ответишь, я убью тебя, твоим же мечом.       — Пожалуйста, — Трандуил протянул мне своё оружие, — начинай.       Я выхватила меч из его рук, но что дальше? Ссора приняла ужасный оборот, совсем не тот, на который я рассчитывала. В сердцах загребаю свободной рукой горсть земли с сухими листьями и кидаю в него.       Мелкий мусор отскакивает от доспехов эльфа. Трандуил спокойно смотрит на меня, как на умалишённую. Это хладнокровие раздражает меня еще сильнее. Отчего-то становится жизненно необходимым вывести его хоть на какие-нибудь эмоции.       Мы стоим друг напротив друга, вокруг никого, лишь холодный лес. Порыв ветра треплет мои и без того спутанные волосы.       Конечно же, я не хотела его убивать. Более того, даже после пережитого, продолжала грезить о нем. Странная эта штука, женская душа, меня пару дней назад чуть не прикончили орки и простуда, а я стою с мечом в руках своего спасителя и думаю, что будь его величество обычным человеком, то все сейчас было бы гораздо проще.       Я невольно задержала взгляд на его губах и покраснела от своих собственных мыслей. Это не осталось незамеченным от эльфа. Трандуил понял, о чем я подумала. Он сжал кулаки, пытаясь совладать с собой.       — Прогони меня, — процедил король.       —Что? — переспросила я.       Это был самый неожиданный поворот. Нет, мне, видимо, послышалось.       — Я сказал, прогони меня! — воскликнул Трандуил. — Прогони меня или уйди по собственной воле. Сделай это.       — Трандуил, — я не могла найти подходящих слов, такой бред он нёс, — ты же король, ты можешь делать все, что захочешь. Я не просила тебя о помощи. Это твой выбор. Ты волен сам меня выгнать или оставить здесь. Я даже сделать ничего не смогу. Зачем ты об этом просишь?       — Потому что я не могу, — он наклонил голову и посмотрел мне в глаза, — не хочу.       — Я не понимаю, — сказала я.       — Ты понимаешь все прекрасно.       Боже, да у него были ко мне чувства, и он их боялся. Осознание взаимности, словно дало мне новый стимул жить. В моих мечтах мы были вместе, но я даже не посмела бы надеяться на это в реальности. Меч вывалился из моих рук и со звоном упал на мерзлую землю, я сделала несколько шагов в его сторону и прошептала:       — Но это же многое меняет.       — Алиса, — усмехнулся он, — я владыка лесного королевства, я эльф, а ты человек, я вдовец, в конце концов. Даже если закрыть глаза на предыдущие два обстоятельства, но как я могу оскорбить память своей покойной супруги. Эльфы любят лишь раз.       — Какой же ты самовлюблённый! — выкрикнула я в отчаянии. — Просто человеческая женщина без роду и племени недостаточно хороша для тебя.       — Проклятье, нет! — Трандуил провёл ладонью по лицу и начал ходить из стороны в сторону. — Сейчас это не важно.       — Я не уйду добровольно, — зло сказала я.       Я была не глупая и понимала - Трандуил за столько тысяч лет себя прекрасно знал. Сейчас эти чувства ко мне ещё не были любовью или чем-то глубоким, и он просто хотел вырвать все на корню, пока не поздно. Но так же, как и я, не любил себе отказывать. Эгоизм - вот что сыграло свою роль.       — Сколько лет мы будем счастливы? — спросил он, подходя ко мне вплотную. — Двадцать? Тридцать? А потом ты покинешь меня, и я вновь буду разрушен.       — Послушай…       — Нет, это ты послушай! Своим поступком, я окончательно потеряю связь с сыном, нарушив скорбь по его матери.       Я не хотела его понимать. Он измерял временными рамками, которые я не осознавала, говорил мне о вещах, которые не понимала. Моя жизнь здесь и сейчас.       — Скорбь или любовь? — задала я вопрос. — Ты скорбишь по ней? Или до сих пор любишь?       — Я не знаю, — прозвучал короткий и уверенный ответ.       — Знаешь, мать твою! — крикнула я. — Знаешь. За столько тысяч лет можно было бы уже научиться разбираться в себе и своих чувствах.       — Причем тут моя мать? — спросил эльф, не понимая, что это было человеческое ругательство.       — Ни при чем, забудь, — отмахнулась я.       Мы так и продолжали смотреть друг на друга. И он уступил мне. Сначала погладил костяшками пальцев мою щеку, после указательным пальцем руки за подбородок чуть поднял мне голову вверх и коснулся моих губ своими. Это было нежное, еле заметное прикосновение, словно касания бабочки. Но даже этого хватило, чтобы ноги стали ватными, а в венах закипела кровь. Я хотела углубить поцелуй и обняла его за шею, но Трандуил мгновенно отстранился.       — Ты заставляешь меня мучиться, — произнес эльф.       — Нет, — твердо опровергла я, — пытаюсь излечить.       Трандуил ничего не отвечает и вновь надевает маску высокомерия и безразличия. Подняв свой меч, сам начинает собирать хворост для костра, пока я прихожу в себя. Эти обыденные действия никак не вяжутся с его статусом и делают более человечным. Собрав достаточное количество дров, скинул их под огромным деревом, наверху которого, располагался старый флет. С грациозностью кошки, эльф забрался по веткам на него и скинул вниз веревочную лестницу.       Подняться по ней было целым испытанием для меня, но я смогла. Трандуил же еще несколько раз спускался вниз за хворостом. Флет был крытым, а посередине находился небольшой очаг для костра. Трандуил развел огонь, и я тут же присела как можно ближе, чтобы согреться. Близилась ночь, становилось гораздо холоднее. Краем глаза наблюдала, как король леса снимал свои доспехи и складывал недалеко от костра. Эльф вновь отдал мне свой плащ.       — Но как же, — я с недоверием посмотрела на протянутую руку, — ты же замерзнешь.       — Я не чувствую холода в такой степени, как люди.       Постаралась устроиться удобнее на деревянном холодном полу, укутавшись по самый подбородок в плащ Трандуила. Меня преследовало дежавю. Мы снова наедине в лесу, я вновь в его плаще. Только обстоятельства совсем другие.       Эльф расположился напротив, привалившись спиной к стволу дерева, закрыв глаза. Такой умиротворенно спокойный. Стала украдкой наблюдать. Как же он хорош. Это вообще законно в Средиземье быть таким красивым и недоступным. И он ведь сегодня поцеловал меня, сам поцеловал. Я не забуду этого до конца своей жизни.       Раньше у меня никогда не было проблем с мужчинами в романтическом плане. Мне никто никогда не отказывал, и никого никогда не приходилось добиваться. Я даже не имела ни малейшего понятия, как это делать. У нас есть друг к другу зарождающиеся чувства. Ему они не нужны, но мне просто необходимы. Сегодня, находясь на перепутье между жизнью и смертью, я ненароком подумала, что сдамся, и этот кошмар будет закончен. Таким людям, как я, нужна цель, которая сделает их счастливыми. Если пути домой нет, то придётся построить свою гавань здесь. И Трандуил определённо будет являться ее частью. Безумие в чистом виде, но хотелось быть с ним, встречать закаты и рассветы, делиться мечтами и тревогами. Я желала знать о нем все: семье, невероятно долгой жизни, сыне, даже о покойной жене.       — Ты слишком громко думаешь, — нарушил тишину эльф, не открывая глаз.       — Ты же не умеешь читать мысли, — возразила ему.       — Но я чувствую твои эмоции, — пояснил король.       — Мне не заснуть, продрогла до самых костей, — ответила дрожащим голосом, — пытаюсь как-то отвлечься.       Он наконец-то открыл глаза и с беспокойством посмотрел. Не знаю, какой у меня был вид, вероятнее всего, жалкий, но это сподвигло его подняться и лечь позади меня, обхватив обоими руками поверх плаща.       — Только, чтобы ты опять не схватила лихорадку, — предупредил Транудил.       Стало гораздо теплее. В его руках было до боли уютно и безопасно. Завтра попробую обсудить, что произошло между нами. Не удержавшись, высунула руку из-под плаща и нерешительно погладила его ладонь. Трандуил позволил эту вольность.       — Мне жаль, — сказала я.       — О чем? — устало спросил Трандуил.       — Я сожалею о своих поступках, о словах, сказанных сгоряча сегодня, — ответила я, пытаясь немного загладить вину, - за детские угрозы и фокусы с мечом.       — Это вздор, Алиса, — донесся до меня вздох со спины, — мы оба прекрасно знаем, что ни о чем ты не сожалеешь, спи.       Крепкий сон настиг меня быстро.