Он не обещал, но поступит так обязательно

      Звонок в дверь. Парень никого не звал, но знает кто, а точнее даже что это может быть. Он ждал этого момента с первого дня весны. С того дня, когда уже снега след простыл... Когда начали распускаться цветы... Этого момента он ждëт каждый год. Ждëт до сих пор...       Открывает дверь. Уже вечер. Закат нежно окрашивает всë в рыжий, целуя ещё тëплыми лучами. Лëгкий ветерок по своему заботливо поднимает в воздух растрëпанные пряди волос и мягко касается кожи.       Парень видит перед собой молодого человека лет двадцати, который держит в руках небольшую цветную коробку и, с очень милой улыбкой, начинает говорить.       — Здравствуйте, я– курьер из службы доставки XXX , мы справились за... Двадцать три минуты. Отправитель сказал, что Вы и так поймëте кто он, по содержимому этой посылки, именно по этому попросил не называть его имени.       — Здравствуйте, хах, скорее всего он прав...— без малейшего энтузиазма выдаëт парнишка.       — Вот и прекрасно!— в этот момент доставщик протягивает бумаги, на планшете, и ручку, для подписи.— Подпишите, пожалуйста, в этих местах. Просто формальности, доказательство того, что Вы всё получили в целостности и сохранности.— Украина подумал, что можно придраться, как какой-то маленький и раздражительный ребëнок, у которого единственная цель– взбесить старших, мол: "Дак я же ещё еë не получил", но посчитав это лишним просто берëт в руки ручку, ставит подписи там, где показывает молодой человек. Отдаëт бумаги, а в замен получает небольшую, цветную, квадратную коробку, перевязанную лентой. Лента, из которой сделан бант на коробке, настолько длинная, что его концы спадают с крышки вниз, и ветер проделывает с ними то же, что и с волосами. Сама посылка довольно лëгкая. Чего и следовало ожидать.       Доставщик улыбается чуть шире, желает хорошего вечера, а Украина благодарит его за проделанную работу. Молодой человек разворачивается и постепенно отдаляется от дома.       Украинец ещё несколько секунд смотрит на заходящее солнце. Оттягивает момент. Дома придётся открыть несчастную посылку, а тут якобы красивый закат. Закат абсолютно не интересующий его.       Наконец, выйдя из состояния "любителя закатов", возвращается в дом, закрывает дверь на замок и идëт в гостиную. Осторожно кладëт посылку на стол и садиться на диван, как раз перед которым и стоит столик. Устало потëр переносицу. "Ладно, чего уж оттягивать. Как там он говорит? Перед смертью не надышишся? Да, точно... Перед смертью..."— думает хохол. Бережно, как будто боится всë сломать и разрушить, тянет за концы ленты, из-за чего бант распадается. Одной рукой придерживает коробку за стенки, а другой аккуратно поднимет крышку. Венок       Увидев его в глазах сверкнули искры, словно у ребëнка, получившего новую игрушку. Но буквально через секунду они пропали, он отложил крышку в сторону и откинулся на спинку дивана. Ладонями закрыл лицо. Сквозь них начал рассуждать в слух.       — Сначала его сделал, потом упаковал, напряг человека... Он не меняется... Дурак...— мычал в руки украинец.       Ещё несколько секунд он просто так сидел. Обдумывал сложившуюся ситуацию.       Это уже стало традицией. Каждую весну, когда начинают распускаться цветы, Россия делает такие любимые украинцем венки. Сначала они были до жути кривыми, и вызывали только чувство жалости к бедным цветам, которые сорвали и пустили на... Это...       Но со временем венки стали прочнее, красивее, пышнее. В них начали вплетаться цветы другого сорта, вида, полевые и луговые, даже разноцветные ленты и душистые травы... Сейчас Украина не знает никого, кто плëл бы эти невероятно красивые головные уборы лучше русского. Или просто не ищет более хорошего мастера, элементарно потому, что знает— именно в эти веночки вложена душа... Душа такого родного брата, который несмотря на их политические взаимоотношения продолжает это делать. Зачем?.. Это уже своеобразная негласная тайна. Его и России, без которой сам Украина не сможет жить дальше. А Росс, про это прекрасно знающий, продолжит плести и присылать такие проявления своей любви.       Сначала Федерация лично приносил венки к дому украинца, говоря всë в лицо, счастливо улыбаясь и надевая венок на голову братика. Сейчас их отношения не очень хорошие, по этому он просто предпочитает приехать как можно ближе к дому Украины, а то цветы элементарно не доживут до момента, когда получатель везьмëт их в руки, отправить курьера, прямо к входной двери и уехать по своим делам. А проблема даже не в том, что дела для Сына Союза важнее украинца, да и вообще кого-то из родных, нет, он всë пошлëт, все свои чëртовы дела, любой важности, ради родных ему людей. Но тогда почему?       Боится что его пошлют на три весëлые буквы, а то и куда подальше? Может быть... Не хочет своими глазами видеть, как его подарок разорвут и выбросят в мусорку? Тоже очень даже может быть... Никто не знает, чего он мог себе там на придумывать. Но Украина подобным образом не поступит. Никогда и ни за что. Просто не сможет.       Любовь к брату останавливает...       Да, именно она...       И вот наконец парень решает посмотреть, какой же венок на этот раз прислал ему РФ.       Так же бережно, как и в случае с лентой на коробке, берëт в руки переплетëнные цветы, которые до сих пор дурманяще вкусно пахнут, за которыми тянутся жëлтые и голубые ленточки. Смотрит на это изобилие растений разных цветов и запахов. Здесь и красные, и жëлтые, и белые, и фиолетовые... Да, их много, но они не раздражают взгляд, всë гармонично.... "Как он это делает?.."— проносится в голове парня: "На дизайн начал ходить?"— после этой фразы в голове, тихо смеëтся. Он неторопливо встаëт с дивана, не отрывая взгляда от головного убора, подходит к зеркалу в ванной комнате, которое висит над раковиной. Поворачивает веночек, поднимает над головой и медленно опускает на макушку. С размером он угадал. Как обычно. Вопрос сам собой мелькает в голове: "Как?"— и исчезает так же быстро, как появился.       Украина смотрит на себя в зеркало. Ему идëт подарок русского. Очень идëт. Но тонкие, искусаные в кровь губы, не показывающие радости, усталые глаза цвета океана и синяки под ними, как хозяину этого всего кажется, портят всë.       — Как же я страшно выгляжу...— очень самокритично, еле слышно, шёпотом, только для себя проговаривает Украина.— Этот венок слишком красивый... Для меня... А ты ведь не это хотел бы услышать, и обязательно сказал бы обратное, да?.. ***       — Hey, what is this? — интересуется Канада, указывая на уже давно завядший и засохший венок.       На этот вопрос Украина просто на секунду обернулся, в сторону собеседника, а потом повернулся обратно, и, продолжая что-то рассматривать в телефоне, ответил:       — Когда-то — очень красивый венок, напоминающий о прошлом, а сейчас... Всего лишь засохшие отголоски былой красоты...       — Mmm, in that case, why are you holding it, since it has dried up long ago? — вскинул одну бровь кленовый парнишка.       — Потому что людям трудно общаться словами...— на этих словах Украина повернулся к канадцу, встал со стула и направился в сторону своего собеседника, а Кан внимательно следил за действиями хохла, всë ещё не до конца понимая, что парень имеет ввиду— Им слишком тяжело. По этому они молча пытаются это восполнить поступками...— поднял несчастный головной убор, в котором былую красоту показывали только ленточки, и осторожно, так же, как и в прошлый раз, опустил его себе на макушку— Этот венок — нечто дорогое тому человеку. Нет, не только ему, но и мне... Нам... Я не могу не принять эти его действия, ведь так, он показывает свою любовь...       — That's how? — в недопонимании, как показалось украинцу, спросил Кан, ища какое-то доказательство в океанах напротив.       — Да, словами и в правду трудно общаться... В любом случае нам— лëгкая улыбка украсила его лицо впервые за долгое время. Улыбка, показывающая какую-то лëгкую печальную радость, смешанную с удовлетворением и спокойствием... Смирением с этой ситуацией.       Улыбка правда была красивая. Даже засохший головной убор не портил эту прекрасную картину, казалось бы, написанную маслом... Так подумал бы любой, и Россия не исключение...